Ревность: или почему Агнес не должна трогать её воротник.

Академия Невермор. Впрочем, всё было как обычно. Школа не шибко и изменилась. Сюда приходят те же ученики, те же преподаватели. Но речь пойдёт лишь о нескольких людях, а именно о Уэнсдей Аддамс, её подруге Энид Синклер и их общей знакомой Агнес ДеМилль. Энид, казалось, обрела своё счастье в Неверморе. У неё есть несколько очень хороших подруг. Одна из них рыжая девушка по имени Агнес. Она немного младше самой Синклер, но это не мешает им иметь хорошие взаимоотношения. Они часто проводят время вместе: ходят на ночёвки, гуляют и просто общаются. В один из дней они сидели за столом в квадратном дворе. Погода была немного пасмурной, но не без того приятной. Дул тихий ветерок, периодически поднимая опавшую листву с земли. Неподалёку бесились оборотни — стая Энид. И возле одной из колонн стояла она — ещё одна подруга, по совместительству соседка по комнате — Уэнсдей Аддамс. Она тихо наблюдала, невзначай пальцами проводя по обложке книги, что держала в руках. Агнес и Синклер мило беседовали, то и дело смеясь с чего-то. Их разговоры заходили так далеко, что порой перебегали с темы на тему за считанные секунды. Они не говорили о чём-то серьёзном, просто веселье без смысла. « —Знаешь, Энид, с тобой очень классно! » Рука ДеМилль легла на плечо оборотня, а глаза засверкали по-доброму искренне. « —Спасибо! Могу сказать тоже самое и тебе. » — Та тепло улыбнулась ей и они продолжили болтать. По спине Синклер прошёлся лёгкий холодок, но она не придала ему значения. Аддамс наблюдала за ними суженными глазами. Взгляд стал другим, более отстранённым. На книге осталась небольшая впадина от её ногтей. Моргнув пару раз, она пришла в себя. Её путь устремился подальше отсюда. Аддамс быстро исчезла из этого людного места. Вещь вылез из её рюкзака и начал ей что-то настукивать. « —Нет, Вещь, мне просто было невыносимо стоять там. Это скопление жалких изгоев раздражает и заставляет задуматься о деградации общества. » После этого он залез обратно, не смея возражать. А Уэнсдей, судя по всему, направлялась в комнату. Её шаги были как всегда точны, выверены до идеала, но скорость движений была странной – она то ускорилась, то замедлялась. Дойдя до комнаты, та не торопясь прошла внутрь. Аддамс кинула рюкзак на кровать, что было совсем не в её стиле. Вещь аккуратно выполз из него и скрылся в своём домике, по дальше от девушки. Он явно не считал себя бессмертным, потому и не стал расспрашивать её. Уэнсдей присела за свой стол. Её взгляд уткнулся в стену перед ней, а руки сжались в кулаки. Её вечно прямая спина сейчас приобрела странный наклон. Дыхание сбилось. « Ненавижу. » Она глубоко вдохнула и попыталась отдышаться. Взгляд цеплялся за предметы. Печатная машинка. Вот, что ей нужно. Недолго думая, она достала её и поставила перед собой. Аддамс остановилась на мгновение, а после пальцы начали лихорадочно печатать. Обычно размеренный звук стука клавиш сменился на быстрый и случайный. Абзац. Второй. Она застыла. Её взгляд сфокусировался на тексте. Всё это время она писала бессвязный текст с большим, позорным для неё, количеством ошибок. Уэнсдей вытащила лист, резко сминая его в своих руках и выкидывая в мусорку. Вдруг звук открывающейся двери. « —Привет, Уэнс! Ты не представляешь, что сегодня было.. — она обратила внимание на подругу — Ой, а ты пишешь? Прости, обычно твой читательский час позже.. Я тогда позже и приду! Я к Агнес! » Точно также как дверь быстро распахнулась, она также скоро и закрылась. Аддамс даже не обернулась. В комнате стало тихо. Слишком тихо. Она была не готова к тишине. Глаза прикрылись, ладони разжались. Её пустой взгляд упал на мусорку. « Позор. » Подняв голову вверх, Уэнсдей хотела продырявить потолок глазами. Ей было это необходимо прямо сейчас. Но увы, максимум, что она могла бы сделать это закидать его ножами, а из-за этого возникли бы вопросы к её поведению. Она опустила голову и осмотрелась. Виолончель. Аддамс так быстро вскочила со стула, что чуть его не уронила. Странными рывками она вытащила «скрипку-переростка» через балкон. Её руки схватили первые попавшиеся ноты и поставили на нужное место, но бумага под её пальцами смялась. Подготовившись к началу, Уэнсдей глубоко вздохнула. Она пыталась сконцентрироваться и вспомнить технику игры. Грифель зажался, смычок опустился на игровую точку струн. Резко. Звук вышел неприятным, скрипучим. Она повторила штрихи ещё несколько раз. Мелодия складывалась воедино, но по-прежнему странно и шумно. Аддамс не оставляла попыток и старательно выполняла каждый необходимый шаг. « Плохо. » Спустя пару минут, её руки уже эффектно исполняли композицию, почти как всегда. Уэнсдей уже легче и уверенней двигалась: спина была в нужном положении, пальцы аккуратно держали грифель, смычок будто скользил по струнам. Правда, мысли куда-то не туда уходили, да сама мелодия напоминала импровизацию, ежели изначальную песню, но это же не так важно? Послышался звук. Окно. Кто-то из комнаты зашёл на балкон. Она прекратила игру. Обернувшись, Аддамс увидела Энид. « —Ой, извини.. Ты просто обычно не прекращаешь, когда я захожу. » « —Тебе что-то нужно? » Прозвучал спокойный голос. Её взгляд отдавал холодом, привычным ей, но уже позабывшимся Энид. « —Да нет, просто хотела послушать, как ты играешь.. » « —Не беспокой меня. » « —Ладно, не отвлекаю! » Синклер немного грустно посмотрела на Уэнсдей, но потом быстро удалились с балкона. Она явно не хотела мешать ей. Глаза готессы проследили за закрывающейся дверцей. По телу прошла лёгкая дрожь. И снова руки схватились с силой за виолончель. Не будь дерево столь прочным, то на инструменте явно бы остался след. Глаза забегали по сторонам. Сердце сжалось. Больно. Неприятно. Она тяжело выдохнула. Её взор устремился на небо. Кажется, когда она садилась за игру было ещё светло. Но Аддамс не стала долго оставаться на воздухе и, занеся свою скрипку-переростка, зашла внутрь. По её телу пробежалась волна мурашек от температуры помещения. На улице успело похолодать, а она ощутила это, только когда зашла в тёплую комнату. Уэнсдей посмотрела на сторону Синклер. Та лежала на кровати и с кем-то переписывалась, весело болтая ногами, как она всегда любила делать. « Бесит. » *** Утро. Уэнсдей нехотя открывает глаза. Поворачивает голову и видит соседку — та ещё спит. Сердце странно сжимается. Взгляд переносится на часы. « 4:30. » Рано даже по её меркам. Обычно она встаёт на минут 30 позже. А вспоминая то, что она не могла по долгу уснуть, её это на мгновение озадачило. « Неважно. » Аддамс встала и, как обычно, заправила кровать. Всё должно было быть, как всегда, аккуратным, но и подушка легла неровно, и одеяло слегка скомкалось. На это она даже внимания не обратила. Ей было слишком неспокойно. В груди было странное чувство — тягучее, липкое, обволакивающее. Уэнсдей казалось, что она уже сама скоро превратится в эту странную субстанцию изнутри. Не собираясь тратить время, она достаточно в быстром, но размашистом темпе сделала утреннюю рутину. Единственное, что решила раньше времени на завтрак не идти. Её взор упал на мусорку с тем смятым листком, а после на спящую Синклер. Она замерла. Очнувшись вновь, Аддамс решила попробовать снова написать хоть пару строк. « Шум печатной машинки может её разбудить. » Неспеша взяв блокнот, она начала делать записи от руки. Её пальцы сильно давили на ручку из-за чего та не выдержала напора и сломалась. Не пополам, а лишь кончик, из которого потекли чернила, что сразу же оставили пятно под собой. Неприятно однако. Уэнсдей услышала зевок со спины. « —Доброе утро, Уэнс.. » Сладко потягиваясь, промолвила Синклер. Кажется, она выспалась. ... В ответ тишина. Аддамс продолжала что-то писать с уже сломанной ручкой. Её взгляд уткнулся в текст, который был слабо разборчив из-за текущих чернил. Энид удивилась. Её дыхание затаилось, а сама она прислушалась к соседке. Она поняла, что Уэнсдей что-то пишет и решила подойти проверить. Не торопясь она поднялась со своей кровати и устремилась в сторону Аддамс, как услышала громкое закрытие блокнота. В следующее мгновение, готесса повернулась к ней лицом. « —Что ты хочешь? » « —Ты мне не ответила. » « —Доброе утро, Энид. Довольна? » Губы Энид немного сжались, а зрачки сузились. Она непроизвольно вскинула брови. « Довольна? » Повторилось в её голове. Лишь одна фраза разбудила её до конца. В горле ощутилась горечь. Сама она слегка нахмурилась. « —Нет. » « —Оставь меня, я занята. » Синклер глубоко вдохнула. Её взор упал за спину Уэнсдей, где на столе лежала ручка, с которой стекали чернила. « Она не заметила, что ручка сломана? » Это было странно. По крайней мере, для Энид. Вернув внимание к Аддамс, та посмотрела ей в глаза — спокойны и не поколебимы. Но почему-то брови той насупились. Не смея больше беспокоить, Синклер развернулась и ушла, немного огорчённо вздохнув. Уэнсдей проследила взглядом за ней. После того, как Энид скрылась за дверью, замерла. Но из мимолётного транса её вывел звонкий смех соседки. Она уже болтала с кем-то в коридоре. « Нет, это неважно. » Она вернулась к блокноту. Он кажется испорченым. Одна страница уже запачкала десяток других, а текст уж точно не смог сохраниться. Недолго думая, та кинула его в мусорку быстрым движением. Её руки сжались в кулаки. Дыхание участилось. Из-за дверей по-прежнему доносился знакомый голос. Взгляд Аддамс упал. Она попыталась восстановить дыхание. « Это неважно. » Вторила она себе. Единственный оставшийся вариант — бежать. Ей не составило труда, закинуть свой рюкзак себе на плечи и резво выбежать из их общей комнаты настолько незаметно, на сколько она способна. Синклер возможно бы даже не заметила, если б не её хороший слух. Она не оборачиваясь поняла, что Аддамс решила уйти. « Может ей нужно просто побыть одной? » *** Уже время обеда. Аддамс всё утро перебегала с одного конца академии в другой. Мало кто обращал внимание, все уже привыкли к странным выходкам Уэнсдей, а банальные загадочные её маршруты по школе никого не волновали. Она пыталась найти место, где бы ей было чуть менее беспокойно. Хотя, казалось, такого места и в помине не было прямо здесь и сейчас. Аддамс не призналась бы самой себе, что бежала лишь для того, чтобы не думать о том, где сейчас Синклер и с кем. Пропустив пару поворотов, она увидела, что оказалась во квадратном дворике. Там было полно изгоев, что собирались обедать. Обедать... Уэнсдей вспомнила, что пропустила завтрак. Впрочем, ей не сильно это нужно сейчас. Уж точно она не готова идти в сторону столовой, где будет ещё больше людей. И где будет возможность случайно пересечься с Энид или одной из её подружек. Её взгляд случайно завидел светлую макушку в толпе. « О, нет. » А рядом была ещё одна голова, правда рыжая. Она перевела взор на разукрашенные стены Невермора, над которыми, кажется, старался Ксавье перед своим отъездом. Ох, а ведь рисунки были чудными... Синклер шла и о чём-то болтала с Агнес, пока та хихикала. Но вдруг, та заметила Уэнсдей. Улыбка засветилась на её лице, а рука замахала той. Подходя ближе к Аддамс, которая по-прежнему рассматривала стены, Энид воскликнула: « —О, привет, Уэнс! » Аддамс, убедившись в том, что рядом с оборотнем и её подружка, отвела взгляд обратно. Пульс приблизился к человеческому, а брови дрогнули в намёке на презрительный прищур. Энид хотела сказать что-то ещё, но мрачная фигура пронеслась мимо них, будто и не заметив. Синклер остановилась и посмотрела вслед соседке. Сердце болезненно сжалось, а от ухмылки и след простыл. « —Она всегда такая? » Спросила вдруг Агнес. Её вид показался озадаченным. « —Да, считай, всегда... » Но она знала, что это не так. Уэнсдей была холодна, но не так. Не так сильно. И понимание этого было самым неприятным. *** Аддамс на всех порах удрала с коридора. Её взгляд метался к дверям, в которых она могла бы спрятаться. И единственная подходящая комната оказалась библиотекой. По утрам там обычно никого нет, потому это самое удачное решение. Её ноги сами занесли её же внутрь. Заприметив тихий угол, она прижалась спиной к шкафу и медленно сползла на пол. Из сумки вовремя вылез Вещь. Она вжалась в свои колени, пытаясь отдышаться и прийти в норму. Вспоминая недавнюю встречу, её руки сжались. Перенеся взгляд на старый паркет, она заметила руку. Проглотив скопившийся ком в горле, она тихо произнесла: « —Когда ты успел залезть в мою сумку? » Тот отстучал: « Пока ты ломала ручку. » На его комментарий Уэнсдей тяжело выдохнула, отводя взгляд. Её настораживало, что даже Вещь заметил это. Он снова начал жестикулировать: « Ты странно себя ведёшь. » « —Я знаю. » Он слегка похлопал по полу, задумчиво начиная вновь стучать пальцами: « Объяснишь? » « —Я не могу. » Её голос прозвучал тихо. Глаза устремились в корешки книг, ладони разжались. Взгляд сменился на более спокойный. « Или не хочешь? » Вопрос Вещи повис в воздухе. Молчание. Но вдруг она резко нахмурилась и ударила по паркету кулаком. « —Я сказала «не могу». Уйди. » Рука дрогнула от удара. После он решил покорно удалиться, хоть его и расстроила Уэнсдей. Она осталась одна. Было чересчур тихо. Настолько, что она слышала каждую свою мысль, что агрессивно пробегала в голове. Будто вот-вот и любая из них выльется наружу, показывая всю Аддамс. Всю её слабость. Всё, что ей оставалось это слушать каждую мысль, в попытке опровергнуть и переубедить саму себя. Но суть была проста — это бесполезно. Ведь она и так на самом деле понимала всё и была согласна с каждым «выкриком» разума. И отвечая на вопрос Вещи, будь она честна для начала с самой собой — она может объяснить, что с ней, но не хочет. Уэнсдей медленно поднялась с пола и отправилась в класс. Как бы ей не хотелось идти туда, но ей нужно было это сделать. Даже со всеми криками, что были внутри. Её путь был длинным. Она специально выбирала те маршруты, что отсрочивали момент, когда ей придётся зайти на урок. Руки то и дело сжимались, в попытке снять напряжение, хоть и выходило тщетно. И вот — кабинет перед ней. Перед тем, как открыть дверь, она глубоко вздохнула. Мысли никуда не делись, но вернуть лицо непоколебимости она могла. Пройдя внутрь, та села за своё место. Вот-вот начинался урок ботаники. Учительница пришла заранее, дабы подготовиться к занятию, но остальные ученики пока не явились. Уэнсдей подготовила рабочее место и дождалась звонка. В класс забежали человек десять: Энид, Йоко, Аякс, Дивина, Бьянка и ещё несколько изгоев. Синклер непроизвольно обратила внимание на тихо сидящую Аддамс. Она выглядела спокойной, даже почти обычной. Это удивило оборотня и она успела даже немного обрадоваться. Все расселись по местам. Энид подлетела к месту с Уэнсдей и счастливо улыбнулась. « —Уэнс, привет! Как ты? » Положение было затруднительным для готессы. Ответить нужно было, да и побыстрее. Взгляд Аддамс оказался в другой стороне от Синклер. Руки вновь попытались ухватиться за что-нибудь. « —Привет. В порядке. » Энид заметила: что-то всё же было не так — и потому немного грустно улыбнулась той. Сама она не верила в слова соседки, потому вернула свой взор к доске, и немного тихо произнесла: « —Рада слышать... » *** В тихом напряжении прошёл урок. Все разошлись в разные стороны Невермора: кто-то один, а кто-то с другом. Аддамс резво собрала свои вещи и снова захотела бежать, но её остановила Энид, перекрывая собой путь к выходу. « —Уэнс, давай вечером проведём время вместе? » Мило спросила она, смотря той в лицо. Уэнсдей не знала, что отвечать. Её глаза ошарашенно смотрели то на Энид, то на коридор. Она попыталась обойти девушку: « —Давай вечером посмотрим будет ли время... » Синклер задумалась над ответом соседки. Её взгляд немного нахмурился, но мягкая улыбка не спадала с лица. Она понимала, что это отговорка, но не стала давить раньше времени. « —Тогда вечером в комнате. » Она всё же отпустила Аддамс. Как только проход открылся, готесса рванула подальше, лишь ощущая на своей спине взгляд Синклер, что заставлял её идти лишь быстрее, дабы не было соблазна обернуться. Но Энид теперь точно убедилась в одном: Уэнсдей точно не в порядке. *** Уроки пролетели быстро на сколько могли. Вечные попытки Аддамс спрятаться хоть где-то приводили лишь к тому, что она всё больше грязла в своих же терзаниях, но уже в тишине. Наступали периоды тишины в её голове, но длились они недолго — ровно до момента, как ей что-то напомнит Синклер. Взглянет на очередной узор или будет это просто чья-то сумка. Но вот настал вечер. Синклер настоятельно хотела того, чтобы они с Уэнсдей остались один на один. От одной лишь мысли, что Аддамс придётся оказаться лицом к лицу с Энид, у неё замирало сердце, а по телу проходила лёгкая дрожь. Она выдохнула и решила: « Ничего страшного не произойдёт. Просто разговор. » Всё же внутри её что-то терзало, но шла она в разы увереннее и спокойнее, чем прежде. Хоть и казалось, что её шаг был несколько тяжелым, но лицо она держала. Впрочем, как и всегда. Подходя ближе к их комнате, она услышала знакомый голос и уже почти поверила в то, что это будет нормальный вечер, но ожидания рухнули. Доносился смех не только Синклер. А значит с ней снова была она. « Агнес... » Её брови едва нахмурились, пока шаг стал более размеренным и тихим, даже крадущимся. Не торопясь выглядывая из-за угла, она убедилась в своём наблюдении, но сразу же замерла от увиденного. Рыжая девочка, смеясь вместе с Энид, поправляла той воротничок формы. Им обеим было весело. Улыбаясь, спросила Синклер: « —Что, прям вот так и сделал? » ДеМилль лишь ответила с той же улыбкой: « —Да, представляешь! » Аддамс не двигалась. Глаза ошарашенно моргнули несколько раз. Руки сжались на краю школьной чёрной жилетки. Она чувствовала, как нечто внутри неё, что всё время её поглощало, начало кипеть. Энид наконец замечает девушку поодаль и радостно машет: « —О, Уэнс, я как раз тебя жду! » В ответ не звучит ни слова. Грозная фигура лишь молча разворачивается и исчезает, будто её и не было. Улыбка с лица оборотня сразу сходит на нет, а потускневшие глаза смотрят на место, где только что стояла Аддамс. Синклер ощутила, как счастье внутри неё мгновенно оборвалось и сменилось чувством опустошённости. « —Ты уверена, что она всегда такая... нелюдимая? » Спросила Агнес уже второй раз за последнее время. Её голос звучал обеспокоенно, ведь она видела встревоженный вид подруги. « —Нет, не всегда. » Прозвучал тихий голос Энид, оставляя их двоих в резкой тишине. *** Аддамс мчалась, время от времени спотыкаясь. Она ощущала лишь удушье и то, как болезненно сводит челюсть. Руки не слушались и доставляли лишь боль, которую она сама и не замечала — ногти впивались в собственную кожу, оставляя ссадины. Глаза метались меж разных коридоров, поворотов, дверей. Всё сейчас казалось одинаковым. Ноги её саму заносят в старый кабинет, в котором обычно проводятся занятия по музыке. Там никого не было, потому она быстро захлопнула дверь и спустилась на пол. Ладонями она закрыла своё лицо, ощущая под пальцами то, как в висках отдаёт подскачивший пульс. « Почему она позволяет себе это? » Глаза сжимаются, в попытке забыть вид ДеМилль, что так назойливо всплывает перед ней с тем поганым воротником Синклер. « Почему она позволяет ей касаться неё? » Она уткнулась в свои же колени. Воздуха не хватает. Дыхание перехватывает от очередного прокручивания в голове сцены. « Агнес... Она отвратительна. Меня раздражает её голос, её взгляд, её... присутствие рядом с Энид. » Фразы в голове перебегали одна к другой. Она ненавидит Агнес. Ненавидит за то, что она так близка с Энид. Ненавидит за то, что Энид не против этой близости. Ненавидит себя за то, что чувствует эту ненависть. Руки сильнее сжали голову. Она ощутила спазм. Неясно исходил ли он от силы её хвата или от всего нахлынувшего. « Агнес просто раздражительна. И всё. Просто раздражает. Без смысла. » Вторила она себе, прекрасно понимая, что не верит сама в эти слова. Аддамс глубоко задышала, пытаясь восстановить контроль над собой — впервые ей это даётся настолько тяжело. Всё же её пульс пришёл в свою мёртвую норму, пока она расслабила своё тело на сколько могла. Руки опустились на пол, почти разжав кулаки. Глаза приоткрылись и уставились в окно. Там виднелась синяя луна. На паркет падал холодный свет, что подсвечивал Уэнсдей. Она ощущала боль — её голова начала раскалываться. После ядовитой пелены ярости она почувствовала голод. Весь день её организм функционировал без еды, но последствия отсутствия пищи она увидела лишь сейчас. Её тело устало. Изможденный взгляд полуоткрытых век следил за небом в окне. Казалось, эта луна могла напоминать ей те ночи, в которые Энид спасла её от гибели. Из-за чего на мгновение уголок губ Аддамс дрогнул. « Тяжело. » Она вяло поднялась с места и вышла из кабинета. Её шаги были тяжёлыми, медленными. В груди чувство липкой и тягучей субстанции немного смягчилось. Перед глазами по-прежнему вспоминались образы Синклер и ДеМилль, но она держалась и шла дальше. Размеренно дыша и контролируя свой разум на сколько могла, она в скором времени оказалась возле общажной комнаты. Застыв у порога, она глубоко вздохнула и слегка расправила плечи. Робко приоткрыв дверь, она увидела Энид, что сидела на своей кровати. Как только Аддамс прошла внутрь, оборотень сразу же посмотрела на неё и уставше улыбнулась. « —Ты в порядке? » Прозвучал тихий голос Синклер. Её руки сжимали цветастый плед, а глаза искали ответ в лице Уэнсдей. « —Вполне. » Ответила она кратко, сразу же отводя взгляд. В горле вновь образовался ком. Она прошла на свою сторону спиной к соседке и вдруг услышала, как Энид тоскливо тихо произнесла: « –Я переживаю. » ... Тишина. Уэнсдей замерла. От этих слов ей сдавило рёбра изнутри. Казалось это было самым страшным, что она могла услышать. « —Я просто... – Аддамс замялась. — ...немного устала. » Ответ прозвучал с придыханием. Она ощущала взгляд Синклер на своей спине, но обернуться не могла. Аддамс опустила свой взгляд в пол, но по-прежнему держа голову ровно. Ей было слишком стыдно за своё поведение. *** Утро. Выходной. Обыденная рутина в тишине. Каждая сидит на своей стороне и занимается делом. Аддамс сидит на кровати с книгой в руках, а Синклер же, как обычно, смотрит видео, переписывается, хихикает. Энид смеялась, её пальцы быстро печатали по экрану телефона, из которого доносились различные звуки. Уэнсдей смотрела за ней вкрадчиво, делая вид, что увлечена книгой. Но она не перелистнула и страницы. Вдруг Энид пришло уведомление — очередное забавное видео от ДеМилль. Она быстро поворачивается к Аддамс лицом и тычет пальцем в экран, как замечает, что Уэнсдей только что перевела взгляд. Не с книги, а с неё. Но решает списать на совпадение и восторженно говорит: « —Смотри какого кота Агнес отправила! Как угашенный! » Аддамс не поднимая глаз от текста: « —Мне неинтересно. » Синклер поджала губы. Ей было обидно от того, что Уэнсдей даже не пытается сделать хоть какой-то вид ради приличия. Её взгляд потускнел и она нехотя отвернулась. Уэнсдей вернула свой взор на Энид. Её руки немного дрогнули, а дыхание перехватило. Она не хотела так резко отвечать ей, но на бо́льшее способна не была. Они могли бы и дальше сидеть в тишине, но Синклер почувствовала взгляд на себе. Колючий, даже напрягающий. Она обернулась, а Уэнсдей уже смотрела в книгу. « Видимо показалось... » Но этого «казалось» в последние дни было чересчур много. У неё появилась одна мысль. Она листала ленту и наткнулась на забавное видео. Решив показать его Аддамс, она повернулась к ней и вновь показала в экран: « —Ты посмотри, что мне попалось! Просто не могу с милоты этого пса! » Уэнсдей, вновь делая вид, что всё это время смотрела в книгу, вернула свой взгляд к Энид, а после к её телефону. Глаза Аддамс немного сузились, а лицо стало выглядеть спокойнее. « —Вижу. Это щенок. » Она тихо кивнула и продолжила смотреть в текст. Улыбка заиграла на губах у Синклер. В груди появилось едва тёплое чувство, будто лёгкая надежда на то, что не всё потеряно. Её радостное лицо вернулось к экрану, а в голове пронеслась мысль: « Странно, что Уэнсдей не переворачивает страницу уже минут 20. » *** Аддамс ходит по коридорам, ищет очередное место тишины. Пробегая мимо одного из кабинетов она замечает их. Агнес и Энид. Снова вместе. У неё замирает сердце, а тело будто бросает в жар и после сразу в холод. Они стоят близко, что-то смотрят в телефоне ДеМилль. Слишком близко. Их лбы практически соприкасаются. Это заставляет дрогнуть бровь Уэнсдей, пока та не успевает потерять их из виду. И даже после — она прокручивает их двоих у себя в голове. *** Время обеда. Аддамс решает впервые за день поесть и приходит в столовую. Там не так много изгоев, как обычно, потому она ощущает некоторый покой. Скорее физический, ежели внутренний, но это тоже спасает её. Взяв тарелку еды, она садится за самый крайний стол — её излюбленное место. Одна из единственных мелочей, что «радуют» Уэнсдей. Приготовившись к трапезе, она осматривает зал. И замечает их. Снова их двоих. Подруги взяли два подноса и сели друг напротив друга. Обе вновь о чём-то болтали, периодически смеялись. Внезапно для пристального взора Аддамс она видит — Агнес кормит Энид яблоком, после чего девушки начинают смеяться. Уэнсдей переводит взгляд в окно. Брови дрогнули в намёке на прищур. Внутри всё скрутилось. Желание есть отпало. Энид подняла голову и осмотрелась. Она вскинула брови, заметив Аддамс, что сидела за своим любимым столиком. Но к её удивлению, Уэнсдей к еде так и не притронулась. Она просто смотрела в окно? Ей это показалось странным. Но она пожала плечами и вернулась к Агнес. *** Идея с приёмом пищи не удалась, потому уже в скором времени Аддамс вновь искала место спокойствия и тишины. Казалось, она уже несколько раз обошла весь Невермор вокруг да около и всё же придумала куда же ей деться. Библиотека. Самое удачное место. Там всегда найдётся тихий уголок, где она сможет побыть откровенной хотя бы перед самой собой или перед очередной книжкой. Уэнсдей достаточно быстро пришла к нужному проёму, её руки чеканно открыли дверь и она прошла внутрь. Её глаза начали бегать по всему кабинету в поиске «идеального места», как вдруг снова зацепились за двух людей. Аддамс слегка ошарашенно посмотрела на них. Внутри неё начала бурлить едкая кислота, что выжигала её. Брови сдвинулись к переносице. « Опять эта Агнес. » Её пальцы сжались за ручку двери, которую она по-прежнему не отпустила. Не думая больше ни секунды, она вышла, как будто и не заходила вовсе. *** Вечер. Весь день Уэнсдей носилась по всему Невермору, стараясь избегать мест, где могла бы появиться Синклер со своей подружкой. « ДеМилль. » Со скрежетом повторяла она фамилию. И с каждым разом в груди отзывалось всё тяжелее. Последним местом, куда она могла пойти, оставалась лишь их с Энид комната. « Она наверняка опять с ней. » Её взгляд был опустошённым. Ноги как будто сами принесли Аддамс в общажный корпус. Но перед тем, как зайти, она остановилась перед дверью. Внутри образовался ледяной узел и её желание зайти только возрасло. Может наконец-то будет хоть немного тишины и покоя. Пройдя в комнату, она проморгалась. Закрыв дверь, она прижалась к стене и выдохнула. Темнота давала ей частичку умиротворения. Лишь в тени она могла почувствовать себя в своей тарелке. Глаза непроизвольно сомкнулись, а дыхание немного пришло в норму. Как вдруг она услышала спокойный тихий голос: « —Я рада, что ты пришла. » Уэнсдей вздрогнула от испуга. Её глаза широко распахнулись, а дар речи на мгновение пропал. Прийдя в себя, она посмотрела в сторону Энид — та сидела на своей кровати — а после уже более собранно отвела взгляд. « —Я думала, ты у Агнес. » Её брови непроизвольно нахмурились при упоминании подружки Синклер, даже несмотря на то, что произнесла имя она сама, а не Энид. « —Нет, не угадала. Я здесь. И я хочу ответы. » Оборотень ответила спокойно, но твёрдо. Её взгляд пристально наблюдал за Аддамс; как та не шевелилась, будто уже была поймана; как она бессознательно сжимала край своей жилетки; как взгляд её смотрел куда угодно, но не на неё. « —Ответы на что? — Уэнсдей замялась, голос дрогнул. — У тебя очередная электронная викторина? Тогда оставь это для кого-то другого. Я тебе тут не помощник. » Лицо её выражало даже некую уверенность. Но она всё равно смотрела не туда. Не на Энид. « —Нет, Уэнсдей. — она встала с места, медленно направляясь к Аддамс. Она звучала также спокойно и твёрдо. — Ты избегаешь меня. » Тишина повисла в воздухе, Синклер слегка прищурилась, продолжая смотреть в лицо подруги, выглядывая хоть малейший намёк на реакцию. « —Ты преувеличиваешь... — она отступилась в сторону своей части комнаты. Её слегка подрагивающий взгляд прошёлся от Синклер по всей комнате. — Может, ты так решила лишь потому, что я в последнее время занята? » На заявление Уэнсдей оборотень непроизвольно вскинула бровью, а губы дрогнули в призрачном намёке то ли на улыбку, то ли на нервный тик. Энид чуть громче, чем прежде, продолжила: « —Нет. Даже не пытайся увиливать. — она на пару мгновений замолкла, подходя к Аддамс всё ближе, пока та двигалась всё дальше. Вдруг её голос стал чуть резче. — Ты исчезала всякий раз, как видела меня с Агнес. Уэнсдей ощутила, как дыхание Энид очутилось поодаль от неё, пока она медленно жалась к стене, в попытке скрыться от столь пронзительного взгляда. « —Мне нет дела до того, с кем ты проводишь время... » Произнесла она малость робее, сердце сжалось иначе. Синклер насупила брови. Её взгляд скользнул на руки Аддамс, что судорожно сжимали край жилетки. Она уже практически вплотную подошла к Уэнсдей. Её голос прозвучал текуче: « —Врёшь. Иначе бы ты не убежала тогда, когда Агнес просто поправила мне воротник. » Аддамс сглотнула. Она не смотрела в глаза, но ощущала, как Синклер следит за ней. « —Это лишь совпадение, не более. » Попыталась она возразить, но в ответ получила более грубое продолжение: « —Будь это совпадением, ты бы не смотрела на неё так злостно, будто она твой заклятый враг. » Энид не на долго замолчала, подготавливая все слова в свой голове. Она взяла лицо Уэнсдей в свои руки, вынуждая ту смотреть ей в глаза. Её губы вздрогнули, а после продолжили: « —Будь это случайностью, ты бы спокойнее отреагировала на видео от неё. Будь это недоразумением, то тебя бы не трясло от упоминания Агнес вслух. Будь это неправдой, ты бы сейчас смотрела мне в глаза, как ты смотрела всегда. » Глаза Аддамс выглядели ошарашенными. Взгляд метался от угла к двери, от потолка к полу, а сама она, замешкавшись, попыталась вырваться из рук Энид. Её голос дрогнул и она затараторила: « —Ты всё надумала. Отпусти. » Но она не отпустила. « —Я говорю отпусти. » Повторила Уэнсдей громче, по-прежнему пытаясь откинуть от себя тело соседки, что прямо сейчас серьёзно, даже с некоторым прищуром, смотрела на неё. Аддамс вспыхнула. Её брови нахмурились, и она взвыла в своеобразном крике. Рука замахнулась на Синклер, но её остановили лёгкой хваткой в ответ. В ход ринулась вторая, но и её Энид задержала. Она прижала Уэнсдей к стене, оставляя ту в беспомощном положении. Вдруг раздался у самого уха Аддамс томный голос: « —Что по твоему может значить это всё? Эти злые взгляды, эта странная внезапная отстранённость, эти избегания... — она замолчала. — Ты ревнуешь? » В воздухе повисла тишина. Глаза Уэнсдей удивлённо посмотрели на лицо напротив. Её лицо приобрело человеческий розовый оттенок, а сама она опустила голову в пол, лишь бы не видеть этот искренне тёплый взгляд, что был полон нежности, несмотря на всю боль, доставленную Аддамс. Внутри всё сжималось от собственной беспомощности и слабости. Она могла бы вырваться из этой хватки и убежать, но нет, она чересчур слаба перед самой собой, перед своими чувствами, перед Энид. Уэнсдей дышит тяжело. Её руки непроизвольно снова сжались в кулаки. Не выдержав, она едва слышно произносит, словно пересиливая себя: « —Да. » Тихо и робко. Казалось, что её голос звучал так глухо и уязвимо, что поверить было тяжело, что она в принципе способна так произнести лишь одно слово. Её тело расслабилось, а глаза всё также глядели в пол. Энид молчала. Её руки внезапно отпустили и прижали вновь Аддамс к себе. Та лишь уставше уткнулась лицом ей в плечо, слегка приобнимая в ответ. Это «да» было сложнее любого «прости». Это «да» было и приговором, и освобождением одновременно. И это «да» было сильнее бесконечного молчания.