Никто не выходит из моря горя сухим

Он никогда не думал, что тишина может быть громче крика. Константин узнал об этом в семь лет, когда мать не забрала его из детского сада. Воспитатели разошлись, сторож накинул на плечи телогрейку и сказал: «Иди домой, Костя, мать, небось, загуляла». Он шёл по тёмной улице, считая фонари. Третий мигал. Пятый не горел совсем. Дома пахло пустотой и старым табаком. Мать спала на кухне лицом вниз, и её волосы слиплись в сосульки. Он не плакал. Он просто сел на пол в прихожей и стал ждать, когда она проснётся и скажет, что всё это ошибка. Она не проснулась до утра. А когда проснулась — ударила его за то, что не разбудил. Евгений впервые почувствовал себя чужим в пять лет. На дне рождения у одноклассника все дети бегали и кричали, а он стоял у стены и смотрел на то, как лопаются мыльные пузыри на ковре. Он попытался улыбнуться, но мышцы лица не слушались, и мальчик, который звал его Женей, сказал: «Ты странный, отойди от меня». Он отошёл. Он всегда отходил. В двенадцать лет он научился улыбаться так, чтобы никто не заметил подделку. К восемнадцати он уже не помнил, каково это — хотеть быть рядом с кем-то, не боясь, что его вырвут с корнем, как сорняк. Они встретятся через двадцать три года после этих событий. И разойдутся через два года после встречи. Но между этими датами произойдёт то, что нельзя назвать любовью с первого взгляда. Это будет медленное, мучительное, ненужное никому, кроме них самих, узнавание. Это история о том, как два человека, сломанные разными способами, попытались собрать друг друга — и сломали ещё сильнее.