Вечер августа

Стоял тёплый августовский вечер. Лучи солнца ложились на землю неровными пятнами сквозь решето листвы. В траве тихо стрекотали кузнечики. Небо, едва тронутое поздним закатом, было чистым, с холодными отсветами синевы у горизонта. Финдекано сидел в траве под раскидистым деревом, с уже пожелтевшей по краям листвой, и смотрел на бежавшие по озёрной глади золотистые блики.Тонкие полосы были похожи на спины рыб под мелкой рябью волн, которые могли бы неспешно проплывать у поверхности. Вероятно, это должен был быть песок со дна, отражавшийся так причудливо, но представлять на его месте рыб было гораздо приятнее. В изгибе берега копошились баламутившие воду утки. Лето, словно готовясь уже уходить и не желая нести с собой лишнего в следующий год, в последние дни дарило все оставшееся тепло прошлых дней и окружало пьянящими запахами меда и поздних цветов. Позади послышались неспешные шаги, и второй эльда встал рядом, с тихим выдохом опершись о ствол дерева. - Не прогоните, Ваше высочество? - послышался негромкий голос. Финдекано с улыбкой обернулся и подал другу руку, помогая сесть пообок. - Смотря по тому, что дальше скажешь. За высочество могу и прогнать. Майтимо усмехнулся в ответ, но от поддержки не отказался. Уязвленная гордость и теперь не стоила того, чтобы упустить шанс на очередной вечер в компании друга. Опустившись на землю он продолжил разговор, готовясь довести дело по растормошению кузена до победного конца. Нельзя же было отступиться только выяснив, что конкретно ему не нравится! - Я думал, ты не против. Тем более теперь на это действительно появились причину. Нет, если, конечно, светлость тебе нравится больше, хотя и не так подходит... - Не нравится. Может все же оставишь все, как раньше? - поспешно оборвал Нолфинг его слова, будто пугаясь нового титула. - Разумеется, если ты приказываешь. - Майтимо приглушил голос, смиренно потупившись. - Да не приказываю я! - Заметив плохо скрытый смех в глазах кузена, Финдекано нахмурился, сдерживая такие же искорки в своих. - Руссо, мне это правда неловко. И не стоит говорить, что все кончилось бы быстрее, если бы я просто смирился. - Хорошо, тогда не буду. В воздухе застыла тишина. Солнце все ниже опускалось к водной глади и высвечивало тёмные фигурки лагеря на другой стороне, похожие на вытянутые и плоские пятна чернил, разбрызганные по берегу. Они ходили в разные стороны, вели на водопой лошадей, махали друг другу. Небо медленно наливалось багрянцем. Через время Майтимо, прочистив горло, нарушил молчание, то ли этим оттенком, то ли другими образами наведенный на новую тему. - И все же, почему? Неправильно, конечно, так говорить, особенно с моей стороны, но это же просто глупость. - Почему что? Нельо снова прокашлялся, старательно глядя вдаль. - Почему ты спас меня? Я знаю часть причин, но не могу поверить, что даже все они вместе стали бы для тебя поводом так поступить. Ты не подумай, я тебе безмерно благодарен и знаю, что спрашивать такое неверно что объяснения чёткого наверное нет, но... - Я тебя люблю. Ответ дался просто, но Финдекано понимал, что его не хватит. Слишком много времени прошло с тех пор, как это было сказано в первый раз, чтобы признание имело достаточный вес для того чтобы оправдать им любой поступок. - Настолько? После всего? - Конечно. Как же иначе может быть. - Эльда весело прищурился, словно готовясь свести снова разговор в более привычное русло, не такое близкое к необычным признаниям. - Не думаешь же ты, что я без всякого для себя удовольствия торчу здесь в разнообразном обществе состоящем из комаров и тебя? Нельо чуть улыбнулся, но покачал головой. - Сильно сомневаюсь. Хотя я бы предположил, что мое общество сейчас тебе служит и за тем, чтобы концентрация комаров на тебе чуть уменьшилась. Но все же, скажи, почему ты меня любишь? - Сказав так, Майтимо быстро спохватился.- Только взвесив аргументы, пожалуйста, решения не меняй своего. Услышав о такой возможности Финьо оживился, но под серьезным взглядом кузена нахмурился и сам. - Я не знаю, как это объяснить, Руссо. И самому понять тоже. Люблю и все. - Может быть все же какой-то ответ у тебя есть? - В голосе Майтимо прозвучало что-то до странности близкой к отчаянию. Может быть, надеясь услышать ответ, он хотел и сам понять, что в нём осталось того, за что можно было любить. - Я хотел бы ответить, но разве вообще можно знать, почему кого-то любишь? - Ещё раз оглянувшись на кузена, Финдекано обреченно вздохнул. - Ладно. В начале... Не смейся только, но сначала мне просто хотелось с тобой переспать. Майтимо снова закашлялся, но на этот раз далеко уже не от смущения. - Смеяться пока что и не тянет. По-правде, я ожидал что-то про прекрасные глаза, или не знаю, волосы, но не... результат всего этого в совокупности. - Да и меня не тянет. - Финьо постепенно краснел все ярче, думая уже о том, что, пожалуй, стоит сказать возлюбленному, что требуя откровенности лучше хотя бы стараться не усложнять процесса. Впрочем, изначально сомневаться в том, что Майтимо так делать не станет уже было опрометчиво. - Понимаешь, просто ты казался мне кем-то удивительно значимым, прекрасным, идеальным даже и... недостижимым. Я не слишком надеялся, что когда-то заговорю с тобой кроме как на приёмах и вне церемониальных фраз. Ты казался слишком далеким, в иной реальности, с иными заботами. И из-за возраста, и из-за знатности, и от того, как ты себя держал всегда. Вроде бы не гордо, а подступиться все равно было страшно. Не знаю даже, чего я опасался. Вряд ли ты бы мне грубо ответил или отнёсся плохо. - Не отнёсся. - Подумав, Майтимо прибавил уже не так твердо. - Наверное. - "Наверное" радует особенно... Может я боялся, что ты станешь меня презирать за то, что я сам полез знакомиться. Хотя, казалось бы, ничего странного в это бы не было. Все же предполагалось, что как-то мы должны общаться. Майтимо коварно улыбнулся, старательно делая тон как можно более елейным. - Если ты бы начал объяснения иначе, чем эти, то да. Иначе вечер стал бы куда более веселым. А то представляю, подходит ко мне младший кузен, чудесный мальчик с сияющими глазами и... Финдекано слегка толкнул его в здоровое плечо, не решаясь как-либо иначе заставить замолчать. Слушать продолжение истории, которую он уже успел представить в красках, хотелось не слишком. Майтимо же в знак примирения легко коснулся его ладони кончиками пальцев и милостиво оставил дальнейшее не волю воображения друга. - Когда я все же начал общаться с тобой... - Что-то изменилось? Переспать уже не хотелось? - В голосе эльфа прозвучало горькое разочарование, становившиеся ещё более убедительным из-за наметившихся уже ямочек у губ и на щеках. Нолфинг покраснел ещё гуще, уже сердито глядя на собеседника, так, что Нельо невольно замер, засмотревшись на вспыхнувшие теперь правда как звездочки глаза. - Руссо, я не для того тебе это рассказал, чтобы ты ближайшие сто лет мне припоминал это! А так... если честно, хотелось. Знаю,что это ужасно, и вряд ли любовь должна рождаться из такого, но всё же... Как есть, так есть, верно? Ты сам, кстати, представляешь, как выглядел? Услышав в вопросе прошедшее время, Майтимо помрачнел, но кивнул. - Зеркало у меня было, благодарю за беспокойство. Думаю что иначе выглядел бы я хуже. Словно не заметив изменения в его тоне, Финьо продолжил, осторожно сжав чужие пальцы своими. - Да, как я уже сказал... что-то осталось неизменным. - Он чуть удивился, не встретив новой насмешки над своим эвфемизмом, но сразу же заговорил снова. - Но тогда это уже стало не единственным. И не главным далеко даже. Мне нравилось говорить с тобой, делиться идеями, слушать твои. С тобой мне не бывало скучно, ты не пытался меня как-то воспитывать... - А с чего бы мне вообще тебя воспитывать захотелось бы? Финдекано перевернул плечами, словно отгоняя эту идею как можно дальше. - ... Не знаю. Но я, почему-то, часто этого ждал. Ты на меня не сердился, даже если я тебя не слушался. - Ты и не обязан был слушаться. Все же ты не мой брат. - Майтимо знал, что говорил, наверное, слишком холодно, но прерывать друга ради своих извиненией не решился. - И слава за это Эру! А то исполнять... мечту было бы еще более неловко. Теперь лукавая улыбка окончательно и бесповоротно вернулась на лицо рыжего нолдо. - Подобное значит в список твоих фантазий не входит уже? - Нет! Эру упаси! - Если честно, я удивлен. Чувствуя, как кровь гуще приливает к щекам, Финьо улыбнулся, но после заминки продолжил исповедь. - Знаешь, мне с тобой просто было хорошо. Без всяких условий, без всяких раздумий, как и что сказать, без переживаний, что что-то не то сделаю. И мне хотелось быть с тобой как можно дольше и чаще. Даже если и не удастся добиться большего, чем дружбы. Разрушая искусно рисуемую идиллию, Майтимо хмыкнул и покачал головой. - Что-то мне помнится, дружбой именно благодаря тебе у нас все не ограничилось. И напоить меня, если честно, было довольно странной идеей. Ярко-алым вспыхнули и уши нолфинга, когда он спешно стал оправдываться. - Я тебя не напаивал! И не нарочно! Я воспользовался только ситуацией. - Так я и поверил. Любитель ты торопить события... Частично Майтимо готов был признать его правоту. В молодости он не всегда достаточно строго следил за количеством выпиваемого, хотя и старался не позволять себе совсем уж лишнего, так что полностью скинуть вину на любезно подливавшего ему в бокал кузена он не сумел. Говорить об этом вышеуказанному кузену он конечно не стал. - Мне показалось, что ты не так уж против! Всмысле, не пить, а результатами этого уже... Вряд ли ты настолько уж пьян был. Не был же? Знаю, идея так себе была, но я слышал, приятель один сказал, что так выйдет, я все же ещё не вполне понимал, что так нельзя и... Майтимо безжалостно (или же милосердно) остановил поток его оправданий, хрипло, но весело рассмеявшись. - Честно, я не был против, но, знаешь ли, проснуться утром с мыслью о том, что обесчестил едва совершеннолетнего кузена было не слишком приятно! В доме его отца, договариваясь с ним о том, чтобы он с моим помирился! А особенно учитывая, насколько счастливым ты выглядел. Я уже решил, что ты с тоски с самого рассвета ещё пару бутылок опустошил. Ты знаешь хотя бы, что я себе успел придумать, пока ты не проснулся? А какая наверняка открылась бы картина первому, кто бы в комнату зашел? - В негромком голосе мелькнула искренняя обида, хотя само воспоминание Майтимо давно не причислял к неприятным. - Знаю конечно! Мне больше извинений, чем тогда от тебя, в жизни слышать не приходилось. Кстати, это тоже было немного неприятно. Я тебя в постель загнал, а ты прощения просишь, словно бы это не моя идея была... - Да думаешь я много помнил, особенно чья идея? И вообще, чего же ты ждал? - Возмутился Нельо, почти уже натурально. - Слов благодарности за то, что открыл удивительную возможность, и предложения руки и сердца? - Раньше на получение подобного у меня было больше шансов, чем сейчас. - Парировал Финьо, уже не опасаясь лишний раз задеть чужих чувств. - Примерно раза в два. - Хорошо ещё твой отец не явился! Представляешь, что бы было? И завершилось бы все немедленным прекращением самой возможности подобного. - Как интересно они провернули бы это? - В голосе нолфинга скользнуло опасливое недоверие. - Насчет способа я не уверен, но вряд ли бы это было слишком приятно. Теперь уже Финдекано тихо засмеялся, стараясь не представлять услужливо нарисовавшихся иллюстраций. - Зато весело было потом. - О "потом" я тогда не думал. - На этот раз точно безжалостно оборвал Нельо ностальгическую нитку. - И вообще, что это было не разовое происшествие. - Во второй раз ты уже легче согласился. - Терять уже нечего было. - Тебе - ещё было. Майтимо передёрнул плечами и отвёл взгляд к водной глади. Заговорил снова он не сразу, словно для того, чтобы подобрать слова дальше,пришлось больше стараться, чем чтобы выдумать все прочие. - Я из-за тебя как-то больше переживал. Все же, ты для меня тогда по-прежнему казался... Не ребёнком, конечно. Но слишком маленьким, чтобы я без зазрения совести мог позволить себе что-то кроме родственного общения. - А в своей развращенности значит ты и до этого не сомневался? - В звонком голосе мелькнуло подозрение. - Лет со ста не сомневался, если не раньше. Ты знаешь может, что до всего я любил время провести... весело. Когда слишком уставал от поручений, учёбы и остального. - Мне лучше не знать, что тогда было? Когда сомневаться перестал? Нельо усмехнулся, загадочно начав объяснять. - Могу только сказать, что никто их моей семьи не пострадал. - Радует. - По-правде, ничего конкретного. Просто понял, что на рыцаря в белом не тяну уже. В красном же еще как раз. Финдекано замолчал, машинально оборвал несколько травинок. Последнее замечание друга не казалось ему случайным, во всяком случае настолько, насколько Нельо хотел представить его,выдав за часть сравнения. Опять ли он думал об Альквалондэ? Или же о других, более ранних вещах, знать о которых Финьо не мог? Хотелось бы как-нибудь все же расспросить друга обо всем. Но не сейчас. Не хотелось вспугнуть и без того шаткий разговор, залезая в душу глубже, чем пустили. Голос его, когда он снова заговорил, звучал уже менее уверенно. - По-настоящему я тебя, наверное, только недавно полюбил. Так, как я это понимаю. Теперь понимаю. Майтимо с улыбкой поднял брови. - А до этого как было? Совратил без чувств, поддавшись плотскому влечению? Его собеседник смутился и помотал головой. - Нет, разумеется, нет. Любил и раньше, но не так это. Я привык к тому, что это было скорее развлечением... - А теперь нечто серьезное, что требует от тебя чего-то кроме самоотверженности и лестницы, окна и умения вести себя тихонько? Финьо, если ты собрался сейчас рассказывать о великой силе любви и так далее, то, прости уж, но роль моралиста тебе подходит мало... Финьо улыбнулся, чувствуя легко скользнувшие по его предплечью пальцы, как будто бы их владелец куда меньше был уверен в своих словах. Или же просто хотел сгладить их, что было вероятнее. - Вообще, об этом и собрался. Теперь я куда сильнее боюсь потерять тебя, чем что и кого угодно. И беспокоюсь за тебя всегда. Даже если знаю, что ты в безопасности, все равно совсем не переживать не могу. Постоянно думаю, как ты, нормально ли все... Стало только сложнее, но раньше я никогда тобой так не дорожил. И мне теперь куда больше нравится быть с тобой, в том числе потому, что я просто словно бы должен чувствовать тебя рядом. Когда я увидел тебя там, на скале, мне показалось, что... неважно. Майтимо сперва замер, не зная, как реагировать на такое, но потом неуверенно приобнял кузена за талию и опустил голову ему на плечо. Финдекано в ответ коснулся губами рыжей макушки. - И, если ты хочешь спросить, то переспать сейчас уже не настолько хочу. Нельо чуть напрягся, но остался на месте, только нахмурившись немного и сделав тон язвительнее чем прежде. - Спрашивать почему не стану. Прости, что не попросил Таурона сначала у тебя просить разрешения на порчу имущества. - Не поэтому. - Тогда почему же? - Мне и дотронуться до тебя теперь страшно, чтобы не напугать, не говоря уже о чем-либо ещё. Майтимо посмотрел на него скептически, но все же кивнул. - Тогда верю. Не хочется этим уродам ещё и подобный счёт выдвигать. - За мои нервы выдвигай лучше. Уже исчезли последние блики с воды и по озеру протянулась тонкая дорожка, отмечавшая путь луны по небосклону. Финдекано поднял с земли лежавший до этого плащ и осторожно укутал вместе с собой друга, задержав невольно взгляд на рыжих ресницах, казавшихся в темноте почти чёрными. Столько лет прошло, а они завораживали его также, как подростка, впервые увидевшего кузена на танцах в доме отца. И все также хотелось отвести со лба запутавшиеся пряди, никак не лежавшие ровно, сколько бы их не расчесывали. Зевнув, Нельо едва слышно прошептал последний вопрос. - Финьо, скажи все же, что тогда...показалось? Когда ты увидел меня там? - Что больнее мне не было никогда. И никогда уже не будет.