Нас двое, ты один, разве это не весело?

Аудитория опустела на удивление медленно, словно студентам не хотелось вырываться в душный коридор. Кто-то неспешно закрывал ноутбук и убирал в рюкзак, кто-то залипал в телефоне, а двое парней на задней парте вообще спали, положив головы на руки. Звонок с пары уже отгремел, а значит пора идти на большой перерыв. Минхо, быстро собрав вещи, закинул рюкзак на одно плечо. Пару блондинистых прядей упало на лоб, но он не стал их сразу убирать, а сначала потянулся за телефоном, лежавшим на краю стола. Экран полыхнул уведомлением от Ликса: «Я на месте, на третьем этаже, не опаздывай». — Вечно он торопит, — пробормотал Минхо и, пролистав чат, отправил в ответ стикер с котиком, который зажмурился от удовольствия. Его любимый. Рюкзак удобно лёг на плечо. Пара по психологии осталась позади, и на душе было непривычно спокойно. До тех пор, пока Минхо не вышел из двери. Коридор встретил его привычным хаосом: гул голосов, хлопки шкафчиков, чей-то громкий смех на два этажа вверх. Парень машинально зачесал пальцами чёлку назад, поправляя причёску, и нырнул в толпу студентов. Лавировал между вечно спешащими первокурсниками и задумчивыми старшекурсниками. Лестничный пролёт. Свет из больших окон. Поворот, ещё один… И глухой удар. Спина врезалась во что-то твёрдое и лёгкие разом выбросили весь воздух. Минхо обнаружил, что прижат к стене, а прямо перед ним выросли две знакомые фигуры. Телефон он всё ещё судорожно сжимал в руке, что чудом не выронил. Пальцы ослабили хват. Минхо поднял взгляд, узнал сначала одного, потом другого и с чувством глубочайшей усталости закатил глаза. Руки сами сложились на груди. Ну конечно. Кого ещё ему не хватало? Хан Джисон и Джихон — два брата-близнеца, первокурсники с одинаковыми нахальными улыбками и разницей в характерах ровно настолько, чтобы Минхо иногда хотелось прибить их по отдельности. С сентября эти двое не давали ему прохода: появлялись то тут, то там, словно у них стояла геолокация на его телефоне. Клеились открыто, при всех. И, что самое бесящее, делали это так мило, что Минхо каждый раз забывал, за что именно их ненавидит. Они похожи как две капли воды, вот только различить их можно по цвету волос: Джисон вечно с красными волосами, а вот Джихон предпочитал оставаться со своим натуральным чёрным. А ещё родинки, они располагались на щеках, но у одного справа, а у другого слева, но это если присматриваться, что обычно Минхо и делал неосознанно. — Что на этот раз? — устало спросил Минхо. — Я никуда с вами не пойду. Он уже сделал движение, чтобы выскользнуть, но в ту же секунду рука Джисона обвилась вокруг талии, притягивая обратно. Тёплые пальцы вцепились в ткань кофты. Второй брат, Джихон, тут же навис сверху, блокируя любой путь к отступлению. Он упёрся рукой в стену у самого виска Минхо. Его классический приём, от которого у Минхо внутри всё переворачивалось пополам с раздражением. Или не от него вовсе. — Минхо-хён, — голос Джихона звучал почти мурлыкающе, голова слегка склонилась набок. — Ты ещё не устал? Ну серьёзно. — Нет, — отрезал Минхо. — И хочу, чтобы вы отъебались. Меня ждут. — Но хён, — тут же подал голос Джисон, который всё ещё держал его за талию и теперь наклонялся, чтобы оказаться на одном уровне с лицом Минхо. Из них двоих именно он был тем самым, у которого «наглость» было вторым именем. — Ну давай хоть прогуляемся? Мы не кусаемся. — Почти, — еле слышно добавил Джихон, но с улыбкой. Мимо прошелестели две девушки. Одна из них украдкой взглянула на картину: блондин, зажатый между двумя красивыми парнями, и прыснула в кулак. Подруга дёрнула её за рукав, и они быстрым шагом взбежали по лестнице вверх, оставив после себя хихиканье, от которого у Минхо загорелись уши. Он проводил их взглядом, потом перевёл глаза на Джисона, а затем — на Джихона. — Мы же не предлагаем ничего плохого, — сказал Джихон, сверкая идеальными зубами. — Честное слово. — По тому, как вы меня вечно зажимаете вдвоём, кажется ровно обратное, — фыркнул Минхо. — Вам не приходило в голову, что это немного… странно выглядит? — Ну, может, мы и… — начал Джисон, но закончить не успел. Потому что колено Джихона, встретилось с его собственной ногой, привычка с детства, что нужно доказывать друг другу, кто главный. Джисон только стрельнул в него глазами. Блондин едва подавил смешок. Эти двое всегда разыгрывали перед ним свои маленькие спектакли, и пусть Минхо никогда в этом не признался бы вслух, наблюдать за их перепалками было забавно. — Мы слышали, что ты любишь играть в игры, — вдруг сменил тему Джихон, делая вид, что ничего только что не произошло. — На приставке, — Джисон, потирая ушибленную ногу, закончил за брата как ни в чём не бывало. Минхо прищурился. Он переводил взгляд с одного на другого. Полгода прошло, а он всё ещё не привык к тому, как эти двое заканчивают предложения друг за друга. Словно у них одна мысль на двоих. Или, что пугало больше остального, один замысел. — И? — выдавил он настороженно. — У нас дома есть приставка, — Джисон довольно кивнул, вновь входя в роль зазывалы. — И мы купили новую игру для неё, — подхватил Джихон, чуть наклоняясь ближе. — Там можно вдвоём. Но мы будем по очереди. Минхо моргнул. — …Вы серьёзно? — спросил он наконец. — Вы меня прижали к стене, чтобы… позвать играть? — А что, есть повод не прижимать? — Джисон улыбнулся так, что это показалось до жути милым. Минхо медленно выдохнул. Поднял руку и с силой потёр переносицу. В висках запульсировало. — Я подумаю… — выдавил он. — Нет, — отрезали братья хором. Минхо замер. Моргнул. Поднял на них глаза и увидел два одинаково непрошибаемых выражения. От их взгляда по телу прошёлся табун мурашек. — Так не пойдёт, — начал Джихон, слегка наклонив голову. — Либо да… — …либо да, — закончил Джисон, и на его губах заиграл оскал. Он даже кончик языка высунул на секунду, просто чтобы окончательно добить. — Третьего не надо. Минхо почувствовал, как сдаётся. Он открыл рот, чтобы придумать новую отмазку, но братья смотрели так, будто уже знали все его будущие слова на три хода вперёд. И Минхо понял — это бесполезно. Они не отпустят. — Хорошо, хорошо, — выдохнул он. — Я поиграю с вами. Всего один раз! Раз. Не два и не десять. — Отлично! — Джисон просиял, меняясь в лице. — После пар мы будем ждать! Он не дал Минхо времени опомниться. Схватил руку блондина, рывком поднёс к своим губам и, глядя прямо в глаза, медленно поцеловал тыльную сторону. Минхо дёрнулся как ошпаренный. Вырвал руку, прижал её к груди. По лицу растеклась краска, и даже кончики ушей вспыхнули алым. Что они блять делают? — Вы… — начал он, но братья уже исчезли. Они просто растворились за поворотом, оставив после себя приглушённое хихиканье. Минхо остался стоять, прижавшись спиной к стене. Сердце колотилось где-то у горла, готовое выпрыгнуть. Он почти скривился — от неожиданности, от непонимания, от собственной дурацкой реакции. Его же зажимают в коридоре, а он краснеет от поцелуя в руку? Серьёзно? Но тут в кулаке зажужжал телефон. Минхо опустил взгляд на экран, моргнул пару раз, пытаясь сфокусироваться. Сообщение от Ликса. «Тебя где черти носят, Ирино?» Раздражённая улыбка тут же появилась на лице. Он поправил сползающий рюкзак, сунул телефон в карман и, наконец, отлепился от стены. Ноги понесли его на третий этаж, к Феликсу, а мысли всё ещё кружили вокруг одних и тех же лиц. Два одинаково наглых улыбчивых парня. Два брата, которые сегодня были настойчивее обычного. Гораздо настойчивее.

***

Минхо вышел из дверей здания и прищурился. Он не успел сделать и трёх шагов, как взгляд сам собой нашёл их. И даже не удивительно, что оба брата стояли почти вплотную к выходу из здания, будто караулили его с самого окончания последней пары. Они о чём-то спорили. Джихон, прислонившись плечом к стене, задумчиво держал между пальцев сигарету. А Джисон весь кипел энергией: активно жестикулировал, то всплескивая руками, то тыча пальцем куда-то в сторону парковки, и, кажется, пытался объяснить брату что-то сложное и, судя по выражению лица, крайне важное. Минхо остановился на секунду, наблюдая за этой картиной. Хмыкнул про себя. Поправил сползающий рюкзак и тяжело выдохнул. Грудную клетку сдавило уже привычной смесью раздражения и… чего-то ещё, чего он вообще не хотел признавать. Но не успел Минхо приблизиться, как братья резко замолчали. Джихон тут же затушил сигарету о край урны и оба уставились на подошедшего. А через секунду на их лицах расцвели одинаковые счастливые улыбки. Причем не просто обычные улыбки, а словно оскал, от чего у Минхо на секунду заныло под ложечкой. Джисон шагнул первым, ловко снял с парня рюкзак, удерживая за маленькую петельку на самом верху. — Эй, я сам могу… — начал было Минхо, но не успел договорить. Одна рука легла на его локоть слева, вторая чуть выше талии справа. Братья подхватили его с двух сторон, прижимаясь плотно, так, что Минхо ощутил тепло их тел даже через кофту. Со стороны это, наверное, выглядело не совсем так, как должно. — Хён, — протянул Джисон, дыша куда-то в район виска. — Ты долго. — Что-то случилось? — тут же подхватил Джихон, заглядывая в лицо снизу вверх с таким искренним беспокойством, что Минхо на мгновение даже поверил. — Нет, просто разговаривал с преподом, — вздохнул Минхо, чувствуя, как его ведут вперёд. Шаг, второй и он практически не управлял своим движением. И даже удивился чужому напору. Это всё выглядело так, словно братья окружили его со всех сторон, боясь, что он в любой момент развернётся и уйдёт. — Итак, — Джихон кивнул головой, продолжая двигаться в ногу с ним, — ты готов? Игра очень интересная. Графика там, сюжет… — С нами будет ещё веселее, — подхватил Джисон, и на его губах появилась улыбка. Он оголил зубы как-то слишком довольно. И внутри у Минхо почему-то всё перевернулось. От того, с какой интонацией это было сказано. Слишком сладко. Слишком многообещающе. Словно «веселее» означало нечто совсем иное, чем просто совместное нажатие кнопок на геймпаде. «Спокойно. Всего один раз. Я сказал — один. Они услышали». Но почему-то сейчас, глядя на синхронно улыбающихся близнецов, он в это уже не верил.

***

Минхо переступил порог квартиры и на мгновение замер. Помещение встретило его тишиной и… идеальной чистотой. Пол блестел, в коридоре пахло чем-то вкусным — то ли дорогим кондиционером для белья, то лёгким ароматом древесины. Ни разбросанных носков с вещами. Ни гор немытой посуды, которую он подсознательно ожидал увидеть в жилище двух первокурсников. Он ожидал увидеть срачь. Но его не было. Идеальный порядок, от которого становилось плохо. Как будто в гостиницу класса люкс зашёл. А следом пришло второе «не ожидал». Минхо медленно повёл головой по сторонам, разглядывая высокие потолки, матовые светильники и, кажется, настоящий мрамор на полу. Это была не просто квартира. Это была богатая квартира. Такая, где аренда за месяц потянула бы на три его стипендии, если не больше. Давайте честно — он вообще не знал братьев. Ну, то есть знал, как назойливых первокурсников, которые вечно лезут к нему в коридорах, но не более. Как они живут, где, на что — Минхо никогда не интересовался. Да и ему было как-то всё равно. А вот они, судя по всему, знали о нём всё. Что любит, где бывает, предметы на его факультете, расписание… Минхо поёжился от этой мысли. Он молча стянул кроссовки, аккуратно поставив их у стены, и с интересом осмотрелся. Светлые стены, большое зеркало в резной раме, крючки для ключей в виде забавных хомячков — это было очень мило и одновременно неожиданно. Джисон поставил рюкзак блондина на тумбочку. И тут же бросил быстрый взгляд на брата. Джихон поймал его. Они обменялись каким-то молчаливым сигналом, это был чуть заметный кивок в сторону Минхо. Блондин этого не заметил. Он как раз рассматривал картину на стене. Если ему скажут, что она была куплена на аукционе за много денег — он поверит. Теперь точно поверит. — Чай, кофе, нас, сок, что-нибудь покрепче? — раздалось совсем рядом, и Минхо обернулся. Джисон стоял в двух шагах, едва сдерживая нахальную улыбку. Слова вылетали у него быстро, а в глазах плясали искры. — От чая не отказался бы, — автоматически ответил Минхо, делая шаг вглубь коридора. И замер. Потом прокрутил в голове услышанное заново: «Чай, кофе, нас…» Он резко обернулся к Джисону, широко распахнув глаза. Тот уже откровенно ржал, запрокинув голову. Минхо открыл рот, чтобы выдать что-то острое, но Джихон опередил его — лёгкий подзатыльник прилетел по красной макушке. Джисон в ответ, не прекращая смеяться, шлёпнул брата по руке. — Проходи, — сказал Джихон, и его ладонь мягко легла на поясницу Минхо. — Будь как дома. Это «будь как дома» прозвучало уж слишком двусмысленно. Особенно учитывая предыдущее сказанное «нас» от Джисона. И то, как ладонь скользнула чуть ниже, прежде чем Минхо хотел отдёрнуться. Но он только незаметно напрягся и позволил себя провести из коридора в гостиную. А вот тут глаза Минхо стали размером с пятьсот вон. В прямом смысле. Он даже рот приоткрыл. Гостиная оказалась просторной: окна в пол, через которые лился вечерний свет; огромный диван, утонуть в котором можно было с головой; телевизор — нет, не телевизор, кинотеатр — занимал почти всю стену напротив. И везде, куда ни глянь, шкафы и стеллажи: с книгами, с медалями и кубками, с какими-то статуэтками. Пол перед диваном устилал белый большой, на вид очень мягкий ковёр. Всё это буквально кричало: родители близнецов далеко не простые люди. Дипломаты? Бизнесмены? А может, владельцы сети частных клиник? Или что-то ещё более дорогое. — А… — начал было Минхо и тут же прикусил язык. Невежливо спрашивать такие вещи. — Не стесняйся, — раздалось прямо у уха, и Минхо вздрогнул. Джихон наклонился вплотную, губы почти касались мочки. Тёплое дыхание скользнуло по коже, и по затылку, потом по позвоночнику пробежали мурашки. — Спрашивай что угодно. Мы на все твои вопросы ответим. Минхо сделал шаг в сторону, чтобы разорвать эту опасную близость. И почти упал на край дивана. Руки сами собой легли на колени, пальцы вцепились в ткань штанов. Глаза всё ещё бегали по интерьеру. — Да нет, просто… — Минхо сглотнул. — У вас квартира такая большая. Я почему-то думал, вы в общаге живёте. Но честно, он соврал. Он думал, что они будут жить в типичной студенческой берлоге с горами посуды и вонючими носками. А вместо этого: мрамор, дорогая мебель, буквально всё. Пока Джихон на мгновение отошёл к приставке, рядом с Минхо бесшумно приземлился Джисон. Он поставил на кофейный столик горячую чашку и опустился на диван так близко, что их бёдра почти соприкоснулись. А затем его рука скользнула за спину блондина, легла поперёк поясницы и уверенно сжала талию. Минхо дёрнулся. Когда Минхо попытался отодвинуться, хотя бы чтобы восстановить личное пространство, слева к нему придвинулся Джихон. Тот закончил с приставкой и теперь занимал своё законное место — второй бок Минхо. Так же близко. И Ли оказался зажат. Между двумя горячими и расслабленными телами. От одного пахло дорогим мужским парфюмом, от другого — свежестью и лёгким табаком. Щёки Минхо начали стремительно краснеть, и он надеялся, что в полутьме гостиной этого не видно. — Давай мы сначала покажем, как играть, — раздался голос прямо у правого уха. Мурчащий и почти что ленивый. Красноволосый потянулся за джойстиком, перехватывая его из рук брата через колени Минхо. — А потом ты. Минхо кивнул. Слова застряли где-то в горле. Он уставился на экран. Там мелькали яркие цвета, бегали пиксельные герои, всплывали подсказки. Но Минхо не запомнил ровным счётом ничего. Ни сюжета, ни управления, ни даже названия игры. Всё его сознание, всё внимание было приковано к двум точкам на теле: рука Джисна, которая оказывалась на бедре каждый раз, когда его персонаж умирает и убирал только тогда, когда он воскрешал, и тепло бедра Джихона, который только украдкой поглядывал на блондина. Внутри всё скручивалось в тугой, почти болезненно-приятный спазм. Минхо реагировал слишком сильно и сам это прекрасно понимал. И ведь оба брата, судя по тому, как они синхронно пододвинулись ближе, прекрасно осознавали, что творят. Они заманили его в своё логово. В пространство, где им было комфортно, а ему, Минхо, намеренно дискомфортно. Раньше он просто отмахивался, закатывал глаза, огрызался. А сегодня сердце колотится, ладони потеют, дыхание сбивается. Сегодня он чувствует каждый миллиметр их тел, каждое движение пальцев на своей талии и бедре. Сегодня он не контролирует себя. — Всё, твоя очередь, — сказал Джихон, закончив демонстрационный раунд, и кивнул брату. Джисон отдал свой джойстик. Минхо взял геймпад. И тут же понял, что руки у него дрожат. Совсем чуть-чуть, но он сам это чувствовал, и братья, кажется, тоже заметили. Джисон придвинулся ещё ближе, почти прижимаясь грудью к его спине. — Смотри, — заговорил красноволосый, обхватывая руки Минхо своими, а пальцы легли поверх пальцев третьекурсника, нажимая на кнопки. — Крестик — это прыгать. Видишь? Нажимай сюда, и персонаж подпрыгивает. А эти стрелочки — чтобы ходить. Вот так, влево, вправо. Проще некуда. Он говорил медленно, вкрадчиво, почти мурлыча, и его горячее дыхание касалось уха Минхо. От этого голоса по позвоночнику пробежала новая волна мурашек, и блондин почувствовал, как заливается краской ещё сильнее. На экране что-то прыгало, бегало, собирало бонусы, но Минхо не видел ничего. Он просто хлопал глазами, глядя в цветные пятна, и пытался не забыть, как дышать. А потом он перевёл взгляд на Джисона и встретился с ним глазами. В них горели какие-то искорки — не то смех, не то вызов, не то что-то совсем иное, от чего внутри снова всё сжалось. Джисон не отвёл взгляда. Наоборот, его губы дрогнули в лёгкой улыбке, и он наклонился ещё ближе, так, что их носы почти коснулись. — Будешь смотреть на меня так, — выдохнул он шёпотом, почти касаясь губ Минхо, — я начну кусаться. — Я не… — вырвалось у Минхо, но голос сорвался. — Я просто… Он резко выдохнул. Воздух вышел судорожно, и Минхо тут же досадливо прикусил губу. Блять, блять, блять… — Я запомнил, — проговорил Минхо, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Крестик прыгать, туда-сюда. Он аккуратно попытался убрать руки Джисона со своих. Стянуть чужие пальцы с запястий, освободиться от этого слишком тёплого захвата. Джисон не спорил. Только тихо посмеялся и откинулся на спинку дивана. Его рука, которая только что сжимала пальцы Минхо, лениво перекинулась через спинку. Джисон посмотрел на брата. И этот взгляд был красноречивее любых слов: в нём читалось и нетерпение, и какой-то хищный интерес, и едва скрываемое веселье. Джихон поймал этот взгляд. Закатил глаза, а потом кивнул. Минхо этого молчаливого разговора, к своему же счастью, не увидел — он уже уставился в экран, где загружался следующий уровень. Игра началась. Минхо начал привыкать к управлению, пальцы перестали дрожать, а мозг переключился с паники на геймплей. Уровень оказался хитрым: нужно было прыгать по платформам, уворачиваться от врагов и собирать какие-то блестящие штуки. Джихон играл рядом. Минхо даже поймал себя на мысли, что с ним легко играть в паре: они двигались синхронно, прикрывали друг друга, не мешались, не то, что было у двух братьев до этого. Блондин слегка высунул кончик языка, показывая сосредоточенность. Глаза приклеились к экрану, брови чуть сдвинулись к переносице. Он почти забыл, где находится. Почти забыл, что по бокам сейчас два хищника, которые смотрят на него совсем не так, как нужно. Но в следующую секунду кончиками пальцев провели по его шее. Снизу вверх, от того места, где воротник футболки касается загривка, до самой линии роста волос. Лёгкое касание, почти что воздушное. Но от него всё тело Минхо пронзила судорога. Он вздрогнул так сильно, что джойстик едва не вылетел из рук. Мурашки побежали по позвоночнику табуном, волоски на руках встали дыбом, а в животе снова скрутился тугой и сладкий спазм. — Эй, — выдохнул Минхо, пытаясь придать голосу возмущение, но вышло тихо и сдавленно. Он перевёл взгляд с экрана на красноволосого. — Ты что… Он не договорил. Потому что Джисон даже не убрал руку. Наоборот, он уверенно запустил пальцы в волосы Минхо на затылке. Сжал пряди у самых корней. Так держат котёнка, когда хотят, чтобы он замер. И именно им сейчас себя ощущал Минхо. — Что я? — голос Джисона был почти мурлыкающим. Он чуть наклонился вперёд, и теперь его лицо оказалось в паре сантиметров от щеки Минхо. — Ты так мило язык высунул, когда сосредоточен. Я не удержался. — Убери руку, — попытался сказать Минхо твёрдо, но голос предательски дрогнул где-то на середине фразы. — Не хочу, — спокойно ответил Джисон и для убедительности чуть сильнее потянул за волосы, запрокидывая голову Минхо назад. Шея блондина открылась, а внутри все сжалось от такого напора приятным спазмом. Да что за хуйня… Джихон, который до этого момента молча наблюдал за происходящим с лёгкой улыбкой, отложил свой джойстик на кофейный столик. — Ты слишком напряжён, хён, — сказал он спокойно, и его ладонь легла на бедро Минхо, выше колена, почти что у паха. Тепло проникло сквозь джинсы мгновенно, обжигая кожу. — Расслабься. Мы же просто играем. — Вы… — Минхо сглотнул, чувствуя, как пересохло во рту. — Вы не играете. — Играем, — одновременно ответили братья. Джисон наклонился ещё ближе и провёл носом по шее Минхо — от мочки уха до ключицы. Глубоко вдохнул и выдохнул горячим воздухом прямо на кожу, заставляя в очередной раз покрыться тело мурашками. — В другую игру, — закончил Джихон, и его пальцы на бедре Минхо чуть сжались. Сердце Минхо прибавило обороты. Он замер, не в силах ни отодвинуться, ни ударить, ни даже просто закричать. Джойстик выскользнул из внезапно ослабевших пальцев и с глухим стуком упал на ковёр. На экране его персонаж, оставленный без управления, глупо пробежал пару шагов и свалился в пропасть. — Эй, — выдохнул Минхо, теряясь от происходящего. — Вы обещали… один раз. Игра. Я согласился только на игру. — Считай это, — Джисон улыбнулся ему прямо в шею, и Минхо кожей почувствовал эту улыбку, — …просто бонусный уровень. Джихон тихо засмеялся, и его рука скользнула чуть выше по бедру. — Самый интересный, — добавил Джихон. — Ну же, Минхо-хён, не отказывайся. — Нас двое, ты один, — Джисон почти не размыкал губ, когда шептал эти слова прямо в ключицу. — Разве это не весело? А потом он оставил поцелуй. Робкий и едва ощутимый, будто проверял границы дозволенного, ждал — оттолкнут его или нет. Губы скользнули по выступающей косточке, и Минхо почувствовал, как от этого лёгкого прикосновения низ живота стянуло приятной тянущей болью. Он не сдержался, выдохнул шумно, сквозь стиснутые зубы, и этот выдох прозвучал слишком похоже на стон. — Мы не сделаем больно, — заверил Джихон, наклоняясь с другой стороны. Его губы прижались к шее под ухом. А рука с бедра нагло скользнула под край футболки. Ладонь легла прямо на поясницу, заставляя Минхо выгнуться вперёд от неожиданности. — Мы сделаем хорошо, — закончил за брата Джисон, и его пальцы в волосах Минхо чуть ослабили хватку, поглаживая затылок уже нежно. Минхо замер. Сердце колотилось где-то в горле, дыхание сбилось, а в голове смешались мысли в одну кашу. Он должен был оттолкнуть их. Должен был встать, взять рюкзак и уйти, хлопнув дверью. Должен был сказать что-то холодное. Но язык прилип к нёбу, а тело, вместо того чтобы напрячься для рывка, наоборот, расслабилось, прижимаясь к дивану и к ним обоим одновременно. — Вы… — прошептал он, но голос сел окончательно, превратившись в хрип. — Мы что? — Джихон подул на шею под ухом прямо туда, где только что целовал. Холодок от дыхания смешался с жаром кожи, и Минхо вздрогнул мелкой дрожью. — Мы слушаем. — Ты сказал «один раз», — напомнил Джисон, отстраняясь ровно настолько, чтобы заглянуть в лицо. — Вот он и настал. — Я про игру… — И мы про игру, — одновременно ответили братья. И Минхо вдруг понял, что ему совершенно всё равно, что именно они имеют в виду. Потому что Джихон тем временем провёл ладонью от поясницы вверх, по позвоночнику. Потому что Джисон снова поцеловал, но теперь уже увереннее, оставляя влажный след на изгибе шеи. Потому что воздух в комнате стал густым и тяжёлым, и каждый вдох давался с трудом. — Мы знаем, ты хочешь, — прошептал Джисон губами в кожу. — Давно уже знаем. — Ты просто боишься себе признаться, — добавил Джихон, и его рука скользнула ниже, обхватывая бок. Минхо зажмурился. Потому что смотреть на них сейчас было выше его сил. Потому что внутри всё горело и плавилось, и он не понимал, где заканчивается сопротивление и начинается желание. — А теперь расслабься, — говорит Джисон и снова потянул за волосы, запрокидывая голову блондина ещё выше, открывая шею для поцелуев. — И позволь нам позаботиться о тебе, хён. И Минхо сдался. Он не услышал момента, когда внутри что-то щёлкнуло. Сам не понимая, он отклонил голову назад. Шея вытянулась, открывая взгляду дёргающийся кадык. Джисон усмехнулся. Красноволосый ловко подвинулся, усаживаясь за спиной блондина, и широко развёл ноги, притягивая Минхо к себе. Тот оказался прямо между его бёдер, спиной прижимаясь к чужой груди. Джисон сразу же обхватил его за талию и запустил пальцы под футболку, подушечками касаясь горячего и напряжённого живота. А перед Минхо, на ковре, тем временем опустился на колени Джихон. Те коснулись пола прямо между ног Минхо, и парень, не имея возможности отодвинуться, почувствовал, как всё внутри сжалось в тугой узел, в собственный член стал давить на нижнее бельё. Одна рука Джихона легла на грудь старшекурсника, прижимая его обратно к Джисону. А тот вовсе не стал церемониться. Его пальцы, скользнувшие под футболку, поползли выше по животу. Когда подушечки задели соски, Минхо резко выдохнул сквозь зубы. Тело выгнулось дугой, голова упала на плечо Джисона, и блондин почувствовал, как чужие губы тут же прижались к его виску. — Тш-ш, — выдохнул Джисон ему прямо в ухо. — Расслабься. — Чувствительный, — констатировал Джихон, и в его голосе прозвучало удовлетворение. — Мне нравится. — Хватит дразнить, — посоветовал сверху Джисон, но сам при этом поглаживал живот Минхо широкими движениями, заставляя старшего дрожать. Джихон закатил глаза, но переключил внимание ниже. Его пальцы добрались до края спортивных штанов. Минхо закусил губу, чтобы не издать ни звука. И как бы удивительно это не звучало, но ткань натянулась, очерчивая явное желание со стороны парня. — Подними бёдра, — попросил Джихон, и Минхо послушался. Он даже не думал сопротивляться. Просто приподнялся на руках, насколько позволяла поза, и позволил стянуть с себя и штаны, и бельё одним движением. Ткань скользнула по ногам, зацепилась за ступни. Минхо остался сидеть на диване, зажатый между двух тел, с открытой кожей, с бешено колотящимся сердцем, с тянущей и почти болезненной пульсацией в паху. Он уже не пытался контролировать дыхание — оно само вырывалось рваными выдохами. Джихон склонился ближе. Он не торопился. Его пальцы легли на бёдра Минхо, раздвигая их чуть шире, чтобы устроиться удобнее. Тёплое дыхание коснулось внутренней стороны бедра, и Минхо дёрнулся, почувствовав, как по телу прошёлся разряд тока. — Какая нежная кожа, — пробормотал брюнет, почти касаясь губами. — Ты всегда такой чувствительный, хён? — Заткнись, — выдохнул Минхо сдавленно, даже почти проскулив. Джисон тихо рассмеялся у него за спиной и оставила поцелуй на шее, сжимая пальцами талию блондина. Глаза устремились на сидящего в ногах. — Слышал? Он просит заткнуться, — прокомментировал он брату. Джихон только усмехнулся и взял в рот головку члена Минхо. Тот выгнулся слишком резко. Из груди вырвался придушенный, почти жалобный звук — не то стон, не то всхлип. Пальцы вцепились в колени Джисона, сжимая их. Джихон, услышав реакцию, продолжил. Он опустился глубже, беря в рот ровно столько, сколько мог принять без дискомфорта, и начал медленно двигаться. Его язык скользил по напряжённому члену, описывая круги, то надавливая, то ослабляя давление. Минхо трясло мелкой дрожью, колени сами разъезжались шире, подставляя Джихону больше пространства. Из приоткрытых губ вырывалось сбитое дыхание вперемешку со стонами, которые он пытался сдерживать, но у него плохо получалось. Джисон гладил его по груди, сжимал соски, дразнил, шептал что-то на ухо. Минхо только чувствовал: горячий рот внизу, тёплые ладони на теле, и как внутри нарастает тугая волна. Красноволосый повернул его голову к себе. Их разделяло только тёплое дыхание. А затем губы Джисона накрыли губы Минхо. Влажный язык скользнул внутрь уверенно. Старший выдохнул ему в рот и прикрыл глаза, позволяя вести. Язык Джисона играл с его языком — дразнил, отступал, снова возвращался, сплетаясь в медленном танце. Зубы легонько прикусывали нижнюю губу, оттягивали её, а потом тут же зализывали укус кончиком языка. И каждый раз, когда из груди Минхо вырывался очередной стон Джисон ловил его ртом, не давая звукам разлететься по комнате. Его рука тем временем скользнула по щеке Минхо, пальцы зарылись в светлые волосы на затылке, сжали пряди у корней и чуть наклонили голову блондина под более удобным углом. Теперь Джисон целовал его глубже и настойчивее, и от этого у Минхо закружилась голова. Внизу Джихон двигался иначе. Очень медленно. Словно растягивал удовольствие. Он брал в рот ровно настолько, насколько хотел сам, не позволяя Минхо ускориться, не давая ему желанной разрядки. Его язык то обводил головку по кругу, специально играясь, и каждый раз, когда Минхо уже был готов кончить, Джихон замедлялся или вовсе останавливался на долю секунды, заставляя блондина сходить с ума. Но Минхо сейчас был не в том состоянии, чтобы быть терпеливым. Двойной напор только усугублял положение. Он чувствовал, как напряжение внутри растёт с каждой секундой, как низ живота сводит тугим узлом, как по позвоночнику вверх поднимается сладкая волна. И тогда Минхо, повинуясь какому-то животному инстинкту, подал бёдрами вверх, насаживаясь членом глубже. Головка коснулась задней стенки горла Джихона, и тот, не ожидая такого напора, непроизвольно сжал горло, создавая вакуумное кольцо. Минхо вздрогнул всем телом. Прямо в поцелуй, прямо в рот Джисону он выдал такой неприлично-громкий стон, что сам испугался. — Я… — прохрипел он, отрываясь от губ Джисона всего на секунду, чтобы вдохнуть. — Блять… Нет… Слова вылетали бессвязно, потому что Джихон не прекращал двигаться, а наоборот, почувствовав реакцию, слегка ускорился. Его язык работал у основания, пальцы сжимали бёдра Минхо, не давая дёргаться слишком сильно. Минхо запустил пальцы в чёрные кудрявые волосы Джихона и начал сам помогать двигать головой близнеца. Вверх-вниз, вверх-вниз, в такт собственным толчкам бёдер. Ещё немного. Ещё чуть-чуть. — Я сейчас… — выдохнул он, и голос его дрожал. — Сейчас… ещё… Он уже собрался. Всё внутри сжалось до искр перед глазами. Мышцы живота напряглись, бёдра начали мелко подрагивать. Но того, что он так сильно желал — не случилось. В последний момент пальцы Джихона сжались у основания члена. Обхватили кольцом, чтобы перекрыть путь семени. Из горла Минхо вырвался разочарованный всхлип, похожий больше на скулёж. Он резко оторвался от губ Джисона. Голова дёрнулась вниз, и он уставился на Джихона расширенными, полными непонимания глазами. Зрачки дрожали, губы были припухшими от поцелуев, а щёки горели алым. — Ты… — голос сорвался. — Почему…? Джихон поднял на него взгляд. Чёрные глаза блестели в полутьме, уголки губ чуть приподнялись в лёгкой ухмылке. Он всё ещё держал член Минхо в руке. — Не так быстро, хён, — сказал он спокойно.— Мы только начали. Джисон за спиной Минхо тихо хмыкнул и его пальцы снова зарылись в волосы блондина, успокаивающе поглаживая затылок. — Не бойся, — шепнул он в ухо, и горячее. — Потом будет. Обязательно. Но сначала мы хотим с тебой ещё немного… поиграть. Джихон не заставил себя ждать. Он снова склонился. Кончик языка коснулся головки, собирая прозрачную каплю предэякулята, которая уже успела выступить за те несколько секунд, пока его пальцы сжимали основание. Язык был горячим и влажным, и от этого короткого, едва ощутимого движения Минхо сдавленно выдохнул сквозь стиснутые зубы. Воздух со свистом вышел из лёгких, и блондин почувствовал, как всё тело покрывается мурашками. А потом Джихон продолжил. Взял обратно в рот, медленно, сантиметр за сантиметром, и снова начал то самое сладкое мучение: то ускоряясь, то почти останавливаясь, то надавливая языком, то отступая. Сколько это длилось, Минхо не понял. Время растворилось, он ощущал только горячие губы внизу и сверху. Его буквально сводили с ума. Два рта, две пары рук, два источника тепла — и он посередине, потерявший счёт времени. — Закончи с ним, — вдруг сказал Джихон, отрываясь от парня. Голос у него был чуть хриплым. Он смотрел на брата поверх головы Минхо. — Я сейчас приду. Он поднялся с колен. Джихон размял шею, повернув голову в стороны и бросил короткий взгляд на Минхо. А затем развернулся и куда-то ушёл. Блондин остался вдвоём с Джисоном. Красноволосый ласково улыбнулся. Такая улыбка не вязалась с тем, что они только что делали, но от неё внутри Минхо почему-то стало ещё жарче. Рука Джисона, до этого лежавшая на груди Минхо, медленно скользнула вниз по животу. Каждый сантиметр отдавался новой волной мурашек. И когда пальцы наконец обхватили член, Минхо выгнулся резко. Он и так был до жути чувствительный, а после долгих, изматывающих ласк Джихона каждое прикосновение казалось в десять раз острее. Джисон, в отличие от брата, не стал играть с ним. Он был как будто более понимающим или же просто более нетерпеливым. Его ладонь сжалась вокруг пульсирующей кожи, и он сразу начал двигать: быстро и ритмично. Кисть ходила вверх-вниз по члену, большой палец при каждом движении проходился по головке, надавливая на чувствительный край, размазывая остатки смазки. Одновременно с этим губы Джисона коснулись места прямо за ухом Минхо. Поцелуй вышел мокрым, влажным, с лёгким прикусом. Джисон даже не отрывался, а просто водил губами по этому месту, оставляя влажную дорожку. Минхо от такой неожиданности подал бёдрами навстречую руке. Тело выгнулось дугой, прижимаясь к Джисону ещё плотнее, затылок упал на плечо красноволосого, и из груди вырвался протяжный, почти что жалобный стон. Джисон не сбавил темпа. Наоборот, почувствовав, как напряглись мышцы Минхо, как его дыхание стало совсем прерывистым, он ускорился ещё. Пальцы скользили быстро и как-то грубо, но именно эта грубость сейчас была нужна. Хватило пары движений. Всего несколько толчков кисти и Минхо кончил. Прямо в руку Джисона, горячо и очень обильно, пачкая чужие пальцы, собственное бедро и даже край дивана. Оргазм накрыл его с головой: всё тело выгнулось в одну сплошную дугу, пальцы вцепились в бедра Джисона, оставляя красные полумесяцы ногтей. Перед глазами всё поплыло — потолок закружился, стены поплыли, и единственной точкой опоры оставались руки первокурсника, который продолжал гладить его по члену, замедляясь, помогая прожить последние спазмы. Минхо несколько секунд просто лежал на чужом плече, тяжело дыша, с закрытыми глазами. Сердце колотилось где-то в горле, в ушах шумело, а тело казалось чужим. — Вот так, — услышал он тихий голос Джисона. Тот поцеловал его в висок. — Хорошо ведь, правда? Минхо не ответил. Только судорожно кивнул. В голове всё ещё шумело, перед глазами плавали золотистые пятна, и он никак не мог сфокусировать взгляд на чём-то одном. В этот момент вернулся Джихон. Он вошёл в гостиную бесшумно. В руке он держал небольшой тюбик, который лениво перекатывал между пальцами, как игрушку. На губах застыл хищный оскал. Увидев картину: Минхо с запрокинутой головой, прижатым к груди Джисона, с испачканными бёдрами и каплями спермы на обивке; влажную и липкую руку брата, — Джихон чуть прищурился. — Жаль, что я этого не увидел, — протянул он, и в его голосе сквозило искреннее сожалование. — Я пропустил всё самое интересное. Он небрежно бросил тюбик на диван, тот приземлился рядом с бедром Минхо. А затем Джихон потянул футболку за край, стянул её через голову одним движением и отбросил в сторону. Торс открылся: широкие плечи, рельефные мышцы, медовая кожа, на которой выделялись ключицы и тёмные соски. Минхо краем глаза заметил эту картину, а внутри снова что-то болезненно сжалось. — Ещё увидишь, — улыбнулся Джисон, не прекращая поглаживать Минхо по голове. Пальцы перебирали светлые волосы, оттягивали пряди у корней, успокаивая. — Всё, теперь моя очередь. — Эй, — тут же нахмурился Джихон, недовольно щурясь. Он поставил руки на бока. — Ты уже получил самое сладкое. Пальцы облизал и хватит. — Да кто бы говорил, — фыркнул Джисон и закатил глаза. — Ты только что полчаса вылизывал его как чупа-чупс. Дай и другим насладиться. Они обменялись взглядами, казалось, что между ними проскочила искра. Но всё же Джихон первым отвёл глаза. Вздохнул и кивнул. — Ладно. Но ты мне потом должен будешь, — бросил он коротко. Братья поменяли позу. Джисон плавно опустил старшекурсника на диван, укладывая того на спину. Минхо безвольно распластался по мягкой обивке, раскинув руки в стороны и прикрыв глаза, тяжело дышал. Джихон тем временем опустился рядом — на колени, у изголовья дивана. Он оказался прямо над лицом Минхо, нависая сверху, и на его губах снова заиграла хищная улыбка. — А теперь, — произнёс Джисон и пристроился между раздвинутых ног Минхо, — давай тебя подготовим. Он взял тюбик смазки, щёлкнул крышкой. Прозрачный гель полился на его пальцы. Джисон не спешил. Он потёр ладони друг о друга, согревая жидкость, а затем положил одну руку на внутреннюю сторону бедра Минхо, широко раздвигая ноги блондина. — Я буду нежен, — шепчет тот. Его средний палец коснулся входа между ягодиц, очертил колечко мышц кончиком, давая Минхо время привыкнуть. Блондин всё равно рефлекторно дёрнулся. — Тш-ш, — выдохнул Джисон. — Спокойно. Он начал медленно вводить палец. Очень медленно. Давая мышцам расслабиться и принять чужеродное тело. Минхо чувствовал, как его растягивают уж очень аккуратно. Джисон то продвигался вперёд, то отступал, массируя края, привыкая к жару и тесноте. Внутри разливалось странное тепло, скорее тянущее чувство наполненности, к которому нужно было привыкнуть. Пока Джисон медленно, мучительно медленно работал пальцем внизу, Джихон наконец включился в процесс. Он навис над лицом Минхо, опираясь на одну руку у его плеча, а второй начал исследовать тело блондина. Кончики его пальцев скользнули по шее: от ямки до ключиц, очертили их, спустились к груди. Джихон касался подушечками, почти не надавливая, просто водил по коже, заставляя её покрываться мурашками. — Красивый, — пробормотал он, рассматривая Минхо так, будто видел его впервые. Его пальцы задержались на сосках — обвели каждый по кругу, легонько сжали между пальцами. Минхо выдохнул, выгибаясь навстречу, и в тот же миг Джисон внизу добавил второй палец. Теперь внутри стало теснее. Минхо тихо застонал. — Тебе нравится? — спросил Джихон, чуть сжимая сосок пальцами. Не больно, но чувствительно. — Нравится, когда тебя трогают в двух местах сразу? Минхо не ответил. Только закусил губу и зажмурился, потому что говорить он сейчас не мог. Джисон начал раздвигать пальцы внутри него. Каждое движение отдавалось внизу живота тупой и давящей пульсацией. Джихон склонился ниже и поцеловал Минхо в шею влажно, с прикусом. Потом перешёл на ключицу, потом на грудь. Его губы сомкнулись вокруг соска, язык лизнул, втянул, и Минхо выгнулся, цепляясь пальцами в плечи Джихона. Третий палец вошёл легко — намного легче, чем Минхо ожидал. Мышцы уже поддались, расслабились, и полностью принимали. Джисон двигал пальцами медленно, растягивая в стороны, сгибая их внутри, пока не нашёл нужную точку, заставляя Минхо всхлипнуть и снова выгнуться. Пальцы массировали ее, а блондин всё больше и больше скулил. — Готов, — ответил Джисон и медленно, очень медленно вынул пальцы. — Тогда дай мне первому попробовать, — Джихон довольно улыбнулся, сверкнув глазами. Он уже потянулся к ширинке своих джинсов, собираясь избавиться от последней преграды, но на полпути замер, наткнувшись на возмущённый взгляд брата. — Схуяли? — Джисон аж приподнялся на коленях, уставившись на близнеца с таким выражением, будто к него отбирают самый лакомый кусочек, что в принципе так и было. — Кто растягивал, тот первый и берёт. Это закон. — Какой ещё закон? — Джихон скрестил руки на груди, хмурясь. — Ты растягивал, потому что я тебе уступил. А по справедливости, первый должен быть я. Я старше. — На три минуты, — фыркнул Джисон и закатил глаза. — Это не считается. — Считается, — отрезал Джихон. — Я вышел из утробы первым, значит, я главный. — О, господи, только не начинай эту песню, — простонал Джисон, сползая с дивана. Блондин не верил своим ушам. Только что они оба довели его почти до потери сознания, а теперь спорят, как дети, кто первый получит игрушку. Если бы у него остались силы, он бы, наверное, засмеялся. — Да нихуя, — нахмурился Джихон, и его лицо стало жёстче. Он резко вытянул правую руку вперёд, сжав пальцы в кулак и положил на раскрытую ладонь. «Камень, ножницы, бумага». — Решаем по-честному. До первого выигрыша. — Урод ты, — процедил красноволосый, сжимая в кулак руку, что была вся в смазке, так же кладя на раскрытую ладонь. Минхо приподнял голову с дивана, всё ещё ловя ртом воздух, и уставился на эту картину, приподнимая одну бровь. Что за хуйня… — На счёт три, — скомандовал Джихон. — Раз. Два. Три. Оба выбросили руки одновременно. Камень. И камень. Ничья. — Да чтоб тебя, — выдохнул Джисон, досадливо дёрнув плечом. Они снова одновременно выбросили руки. Джисон показал бумагу. Джихон — ножницы. Лицо второго расплылось в победной улыбке. — Да пошёл ты, — бросил Джисон. — Вечно выигрываешь! Уступил бы младшенькому хоть раз. — Эй, это честная игра, — фыркнул брюнет и, не тратя времени на пустые споры, принялся расстёгивать ширинку. Джихон стянул джинсы вместе с бельём за один рывок, освобождая стоящий член. — Так что съеби. Можешь подрочить, пока я занят. — Спасибо, Ваше Высочество! — Джисон криво усмехнулся и сделал шаг назад, освобождая место у дивана. Был бы он ребёнком, сто процентов сейчас сел бы на пол, сложил руки на груди и обиженно надул губы. Но Джисон был взрослым. Взрослым и очень, очень возбуждённым. Поэтому вместо демонстративной обиды он просто фыркнул, уступая. — Мне оставь только, — бросил он, и его пальцы сами собой сжались на члене, который давил на ткань боксеров. Джинсы уже сползли с бёдер, и сквозь тонкую ткань белья проступали очертания. Джисон сжал пальцами у основания, словно пытался унять дрожь, но от этого стало только хуже. Он шумно выдохнул сквозь зубы. — Не переживай, — ответил Джихон, не оборачиваясь. — Я всегда с тобой делюсь. С этими словами он встал между разведённых ног Минхо. Блондин до сих пор пытался прокрутить в голове произошедшее. Перед глазами всё ещё плыло, мысли путались, и единственное, что он точно понимал, — он не хочет останавливаться. Хотя должен был бы. Хотя разум кричал, что это неправильно, слишком быстро, слишком нагло, слишком всё. Но тело слушалось братьев, а не его. Джихон наклонился и поцеловал его в губы. Язык скользнул внутрь, сплетаясь с языком Минхо, и тот, не думая, ответил. Приоткрыл рот шире, впуская, позволяя себя целовать, пока Джихон одной рукой направлял уже смазанный член к входу. Головка коснулась отверстия, и Минхо вздрогнул, выдохнув коротко и сдавленно прямо в чужой рот. Джихон начал входить медленно. Он держал себя за основание, контролируя каждый миллиметр, потому что внутри было горячо и тесно, даже после растяжки. Минхо замер, прикусил губу, сжимая пальцами край дивана. Головка вошла первой и он почувствовал, как заполняется, как стены растягиваются, принимая другого. Это было не больно. Тянуще, давяще и непривычно — но точно не больно. Минхо попытался расслабиться. Выдохнул длинно, сквозь зубы, и мышцы внутри чуть ослабли, позволяя члену продвинуться глубже. Джихон вошёл ещё на пару сантиметров и замер, давая привыкнуть. Он поглаживал кожу на бедре, успокаивая. В это время Джисон решился на кое-что другое. Он подошёл к Минхо и навис над его лицом. Сначала просто смотрел, тяжело дыша, сжимая в руке собственный член сквозь ткань боксеров. Потом стянул и бельё, освобождая напряжённую плоть. Член встал ровно, влажная головка оказалась в нескольких сантиметрах от губ Минхо. — Открой ротик, — попросил Джисон, и голос его звучал низко, почти умоляюще. — Пожалуйста, хён. Минхо посмотрел на него снизу вверх. Глаза у блондина были затуманенными, зрачки расширены, губы приоткрыты. Он секунду колебался и приоткрыл рот чуть шире. Высунул кончик языка, касаясь нижней губы. Джисон чуть не застонал от одного этого вида. Он направил член вперёд, нежно коснулся головкой нижней губы Минхо, провёл по ней, собирая слюну. А потом скользнул внутрь. Аккуратно, боясь надавить слишком сильно, боясь сделать больно. Головка прошла между губ, упёрлась в язык, и Джисон замер. — Блять, да, — прошептал он, запрокидывая голову и закрывая глаза. — О-о, да. Вот так. Он вошёл ещё на пару сантиметров и Минхо послушно принял его, не сопротивляясь, только чуть сжал губы вокруг члена, обводя языком головку. Джисон выдохнул что-то нечленораздельное и положил руку на затылок Минхо, чтобы просто удержаться на месте от таких ощущений. Джихон начал медленно, словно пробовал на вкус каждое движение, каждое сокращение горячих стенок внутри Минхо. Плавно и аккуратно двигал бёдрами вперёд, входя глубже на какие-то миллиметры. А затем так же плавно отступил и вошёл снова. Первый толчок. Из горла Минхо вырвался сдавленный стон. Даже не стон, а гортанное, вибрирующее «м-м-м», которое прошлось по члену Джисона, зажатому между губ. Вибрация прошла по всей длине, от головки до основания, и Джисона прошибло током. Он зашипел сквозь зубы, впиваясь пальцами в затылок Минхо. — Блять, — выдохнул он, запрокидывая голову. — Не делай так… не делай так резко, я не выдержу… Джихон усмехнулся. Он сделал ещё один глубокий толчок, чуть быстрее и Минхо снова застонал. На этот раз громче и рот его непроизвольно сжался вокруг члена Джисона, втягивая его глубже, почти к горлу. Это было тяжело держать, но парень держался. Он выдерживал все вибрации, пока брат проникал в Минхо толчками, выбивая эти проклятые стоны. — Всё, — выдохнул красноволосый резко, через время. — Всё. Так нельзя. Он сделал шаг назад, выскальзывая изо рта блондина. Член покинул рот с чавкающим звуком, и Минхо, оставшись с пустым ртом, рефлекторно сглотнул. Во рту было очень влажно. Слюна смешалась с каплями предэякулята, пачкая уголки рта, капая прямо с подбородка на грудь. — Твоя очередь работать руками, — Джисон говорил хрипло. Он обошёл диван и толкнул брата в плечо. — Давай. Меняемся. Джихон замер. Член его всё ещё был внутри Минхо, и на лице отразилось явное нежелание прерываться. — Сейчас? — переспросил он с лёгким раздражением. — Сейчас, — отрезал Джисон. — Ты хотел первым войти — ты вошёл. Теперь моя очередь трахать. Джихон вздохнул. Медленно, почти нехотя, он вышел из Минхо аккуратно, словно не желая сделать больно. Но парень всё равно вздрогнул от ощущения пустоты. Они поменялись местами за несколько секунд. Джисон занял позицию между разведённых ног Минхо. Джихон же, недовольно поджав губы, опустился на колени рядом с головой Минхо — так, чтобы член оказался прямо перед его лицом. — А теперь, — Джисон наклонился к самому уху Минхо и понизил голос до шёпота, — будешь извиваться подо мной, а брату покажешь, как умеют работать твои пальчики, договорились? Он не стал ждать ответа. Вошёл резко, одним длинным и плавным толчком, заполняя Минхо до конца. Блондин от неожиданости глубоко вздохнул, вцепляясь пальцами в плечи Джисона. Внутри было слишком хорошо и после растяжки член Джисона казался шире, чем у брата, или просто вошёл под другим углом, задевая какие-то новые, неизведанные точки. Джисон начал двигаться. И тут Минхо понял, что ошибался в нём. Он, который был таким нежным, когда целовал, таким понимающим, когда доводил до оргазма, — оказался грубее брата. Его толчки были резче и глубже, заставляя Минхо не то скулить, не то стонать, не то вслипывать. — Да… вот так, — выдохнул Джисон, упираясь ладонями по бокам от головы Минхо. — Слышишь, как ты кричишь? Разве это не прекрасно? Минхо попытался что-то ответить, но слова превратились в очередной стон, когда Джисон сделал особенно резкий толчок, задев простату. Ноги блондина обхватили талию красноволосого, пальцы сжали его плечи, тело выгнулось дугой. Джихон, наблюдая за этим, хмыкнул и схватил Минхо за запястье, направляя к себе. — Руку давай, — сказал он. — Я жду. Он притянул ладонь Минхо к своему члену, такому горячему и твёрдому, с влажной головкой. Пальцы Минхо сжались вокруг него почти рефлекторно. Слишком неловко, дрожа, потому что всё тело сотрясалось от толчков Джисона снизу. — Двигай, — велел Джихон. Минхо послушался. Начал водить рукой вверх-вниз, сбиваясь с ритма каждый раз, когда Джисон входил в него особенно глубоко. Кисть скользила по влажной коже, пальцы сжимались и разжимались, пытаясь удержать темп. Из головки члена Джихона сочилась прозрачная капля, смешиваясь с остатками смазки на пальцах Минхо, и рука ходила всё легче и быстрее. — Так, — выдохнул Джихон, запрокидывая голову. — Не сбавляй. А Джисон снизу только ускорялся. Он вошёл в какой-то дикий, почти жестокий ритм: резко, и слишком глубоко. Ладони его сжимали бёдра Минхо, оставляя красные отпечатки, а сам блондин уже не стонал — он всхлипывал, извиваясь на диване, пытаясь одновременно и притянуть Джисона ближе. Слёзы выступили на глазах, но не от боли, а от перенапряжения. И в этом хаосе, между жёсткими толчками снизу и лихорадочными движениями руки вверху, Минхо чувствовал, как внутри снова затягивается тот самый тугой, сладкий узел, готовый разорваться в любую секунду. Джихон просто наблюдал, как младший брат трахает третьекурсника, и как Минхо извивается под ним, одновременно удовлетворяя его самого своей дрожащей ладонью. — Я… я больше не могу, — выдохнул Минхо, и голос его сорвался на жалобную ноту. Слова вылетали вместе со стонами, что он не скрывал. Свободная рука дёрнулась вниз к собственному члену. Но пальцы Джихона перехватили его за запястье раньше, чем Минхо успел коснуться себя. — Нет, нет, — прошипел брюнет. Он сжал тонкую кость. — Нет, Джихон, умоляю! — Минхо уже не стеснялся. Голос стал высоким, почти истеричным, в уголках глаз заблестели настоящие слёзы. Джисон, всё ещё двигавшийся внутри него резкими и глубокими толчками, бросил взгляд на брата. Лоб блестел от пота, волосы прилипли к вискам, дыхание сбилось. — Джихон, будь человеком, — процедил он сквозь зубы, не сбавляя темпа. — Дай ему кончить. Видишь же, на пределе. — Он сейчас кончит, — Джихон ответил спокойно. — А тебе будет приятно. Вот ещё. — Вот ты… — Джисон не договорил. Вместо слов был очередной резкий толчок, от которого Минхо выгнулся дугой, отпуская член Джихона и вцепился свободной рукой в плечо Джихона. — Отпущу, — сказал он, чуть наклоняясь к лицу Минхо, но обращался он к брату, — с условием. Что он кончит ещё раз. Но когда я буду в нём. — Договорились, — выдохнул Джисон, даже не думая спорить. И пальцы Джихона наконец разжались. Минхо хотел было возмутиться, что на третий раз его просто не хватит, что тело уже на грани, что ещё один оргазм его убьёт, но не успел открыть рот. Джисон перехватил инициативу. Он ловко подхватил ноги Минхо, закинул их себе на плечи. Бёдра блондина приподнялись, таз оказался на весу, открывая совершенно другой угол проникновения. И Джисон вошёл снова одним толчком, сразу на всю глубину. Из горла Минхо вырвался такой протяжный, такой надрывный стон, что он сам испугался. Джисон вошёл слишком глубоко. Член коснулся чего-то внутри, от чего всё тело прошило током, а перед глазами вспыхнули белые искры. И тут же последовал второй толчок. Третий. Четвёртый. Ритмично и жёстко, с громкими влажными шлепками кожи о кожу. Спина Минхо выгибалась при каждом толчке, потому что головка члена Джисона задевала простату с ненормальной точностью. — Джи… это… ах! — Минхо пытался что-то сказать, но слова рассыпались на слоги, превращаясь в бессвязные вскрики. Каждый новый толчок врезался в него с жестокой силой. Оргазм накрыл его внезапно. Минхо кончил громко, с хриплым криком, выгибаясь. Семя выплеснулось горячими толчками, пачкая его собственный живот, грудь, а заодно и живот Джисона, который наклонился ниже, меняя угол входа и выбивая из Минхо последние и судорожные спазмы. Внутри блондина всё сжалось и Джисон почувствовал это каждой клеточкой своего члена. Он почти зарычал, закрывая глаза и запрокидывая голову. Рваные, короткие толчки, ещё несколько и он обильно излился внутрь Минхо, наполняя. Они замерли на несколько секунд. Были слышны только тяжёлое дыхание и влажный звук, когда Джисон медленно вышел. Джихон всё это время не отрывал взгляда от них. Он сидел чуть поодаль, и двигал рукой по собственному члену. Пальцы скользили по горячей коже, сжимались у основания, проходились большим пальцем по головке, размазывая выступившую каплю предэякулята. Он наблюдал, как младший брат трахает Минхо. Как извивается блондин. Как Джисон закидывает его ноги себе на плечи. Как входит до самого основания. Как оба кончают. Джихон замер на секунду, когда Джисон вышел. А потом оттолкнул брата, занимая место брата. — Моя очередь, — сказал он, а Джисон откатился в сторону, освобождая место. Минхо даже не пытался сопротивляться. Он лежал на диване, распластанный, с закрытыми глазами. Из него медленно вытекало то, что оставил Джисон, смешиваясь со смазкой и стекая на обивку. Минхо уже не сопротивлялся, когда Джихон вошёл следом и медленнее, чем брат. Не так грубо, но ощутимо. — Расслабься, — шепнул Джихон, положив ладонь на живот Минхо, прямо поверх капель. — Ты уже почти привык. Минхо не ожидал такого напора. После двух оргазмов тело стало чужим. Слишком чувствительным, слишком слабым. Каждое движение Джихона отдавалось искрами под кожей, и блондин ловил себя на том, что снова стонет. Джихон двигался ровно, не сбиваясь, пока его рука скользнула вниз и обхватила член Минхо. Ему казалось, что после двух раз он уже не встанет. Но пальцы Джихона оказались умелыми: они сжались в нужном ритме, большой палец прошёлся по головке, и Минхо с ужасом понял, что снова близко. — Не могу, — проскулил он, но тело уже не слушалось. Джихон сделал ещё один глубокий толчок и одновременно с этим сильно провёл пальцем по уздечке. Минхо кончил в третий раз. Почти сухо, с коротким и рваным всхлипом. Тело выгнулось мелкой дрожью, пальцы вцепились в диван, а перед глазами снова поплыл белый шум. И в этот момент, на последних спазмах Минхо, Джихон кончил сам. Он уткнулся лбом в плечо блондина и излился внутрь, наполняя то, что уже было наполнено братом. Толчки стали короткими и рваными, а с каждым выдохом всё глубже. Джихон вышел медленно. Опустился на диван рядом. Посмотрел на брата. Джисон лежал с другой стороны, тяжело дыша, с прилипшими ко лбу волосами и ленивой, но довольной улыбкой. — Мог бы и уступить старшему, — Джихон слегка ударил брата по плечу. Удар был несильным, но ладонь шлёпнула по влажной от пота коже с громким звуком. Джисон, недолго думая, пнул брата ногой, прямо в лодыжку, просто чтобы не оставаться в долгу. — Прекрати вести себя как мудак, — закатил он глаза. — Мне и так всё пришлось в свои руки брать. С этими словами Джисон поднялся с дивана, сделал шаг, другой и опустился на корточки рядом с Минхо. Тот лежал неподвижно. Глаза закрыты, дыхание стало глубже и ровнее, чем несколько минут назад, когда комнату наполняли стоны и влажные звуки. Он казался совершенно обессиленным. Руки безвольно раскинуты в стороны, живот испачкан засохшими следами. — Вы оба мудаки, — раздался севший голос Минхо. Он даже не открыл глаз, потому что сил не было ни на что, кроме как шевелить языком. — Двое на одного… Это нечестно. — Ну хён, — Джисон улыбнулся уголками губ и аккуратно убрал прядь светлых волос с лица Минхо, заправляя за ухо, — зато было весело. Согласись, скучать не пришлось. Минхо всё же приоткрыл один глаз, сквозь мутную перелну посмотрел на Джисона и хотел было поднять руку для удара, но не смог. — Пошёл ты… — прошептал он и снова закрыл глаз…