Сестринская любовь

День 1 Было лето. Тёплый июньский денёк. "Опять эта дура пинается" - думала Шура, лёжа с Ксюшой в одной кровати. Ксюша опять ворочается и пинается во сне. Это очень бесило, и было больновато. Было ранее утро, а точнее 5 утра. Из-за нового места спалось не очень. Да, на лето девочки уехали в деревню. На ВСЁ лето. "Эх, как же скучно. Щас бы в роблокс играть с Женей по звонку, а не это всё. Ещё и работа в кафешке" Интернет был плохой. Хреново. Шура лежала на спине, пялясь в потолок. Все спали. Вдруг её кто-то схватил за талию. Девочка вздрогнула и поняла, это Ксюша обняла её. Ксюша и Шура приходились друг другу двоюродными сёстрами. Их часто называли инцестницами, особенно подруги. Но конечно же это были всё шутки. Шутки ли? 20:02 Родители девочек ушли в магазин, а сами они только пришли с прогулки. - Кстати, Шур, меня мама попросила зайти в подвал. Там надо достать.. Это.. Ну.. - Ксюша задумалась. - Блин, забыла слово. Короче идём. Шура ничего не ответив пошла за Ксюшей. Вот подвал открылся и они стали спускаться. Ксюша пропустила Шуру вперёд, та прошла. Дверь вдруг закрыли на ключ, а свет всё никак не включали. - Ты там идёшь? - спросила Шура, но ответа не послышалось. - Зачем ты закрыла дверь? Да и вообще, включи уже свет. Вдруг толчок. Не удержав равновесие, Шура полетела спиной вниз с лестницы. Она оказалась на пыльном полу лицом вниз. Всё тело пронзило болью, особенно спину и голову, а спустя минуту и правую руку. - Ай! Боже! Блять! Свет включился. Ксюша спустилась и села на колени перед Шурой. Она приподняла лицо сестры, посмотрев ей в глаза. - Моя милая сестра, как же я давно ждала этого момента! - Ксюша странно заулыбалась. - Я наврала тебе. На самом деле наши родители ушли не в магазин, а на ночёвку к друзьям в этой деревне. Они живут далеко от нашего дома, поэтому прийдут только завтра к 9 утра. - Ч.. Что?.. - прохрипела Шура. Ксюша перевернула Шуру лицом вверх и потащила к старой батарее. Хоть она и была старая, но работала. Отопление было отключено везде, кроме подвала, от чего здесь было очень жарко. Ксюша взяла верёвку из старого, пыльного шкафа. Ей она привязала левую руку Шуры к батарее. - Блять, Ксюша! Что ты делаешь?! - Шура стала пытаться сесть,но ксюша прижала её к полу. - Я люблю тебя, Шурочка. - Ксюша поцеловала Шуру в губы. Та была ошоломлена. Потом её начали раздевать. - Стоп! Дура, что ты делаешь?! Ксюша не обращала внимания на возгласы сестры. И вот, когда её любимая была без одежды, она начала снимать одежду и с себя. - Ксюша.. Что ты делаешь?.. Остановись! Прошу.. Хватит! Но вдруг средний палец Ксюши оказался внутри Шуры. Та простонала и отвернулась. - Боже.. Хватит.. - из глаз Шуры потекли слёзы от стыда, страха и боли. - Перестань притворяться, Шура. Я ведь знаю, что тебе это нравится. - Ксюша стала целовать сестру в губы, а потом стала оставлять засосы на теле. К среднему пальцу добавился указательный, потом безымянный. Шура застонала, но не от удовольствия, а от боли. Не смотря на крики и мольбы Шуры остановиться, Ксюша стала дрочить ей со всей силы. Из пизды пошла кровь. Через 10 минут Ксюша перестала. Но это был не конец. Как только Шура расслабилась, потеряв бдительность, Ксюша вставила ей средний палец в анал. Шура стала кричать от боли. Ксюша двигала пальцем. И так через 3 минуты добавились ещё 2 пальца. Из анала пошла кровь. Все 15 минут "пыток" Ксюша улыбалась, смеялась, говорила сестре кучу ласковых слов и целовала её, где только можно. Целые 2 часа подряд те "развлекались", делали "ножницы", куни и другие извращения. Точнее это всё делала Ксюша. Шуре оставалось лишь терпеть, ибо просто физически не могла ничего поделать. 22:45 Шура тяжело дышала, пока Ксюша одевалась. - Я сейчас, дорогая! - девочка поднялась по лестнице и вышла из подвала, закрыв за собой дверь. "Ужасно. Почему она это сделала?.. За что?.. Нет, это невозможно, может это всё сон? Кошмар.. Просто кошмар.. Но как же мне больно. И.. Дышать.. Невозможно.. Жарко.. Больно.." Погрязая в этих мыслях, Шура чуть шевелила левой рукой, пытаясь "освободиться". Она не сможет. Спустя минуту дверь в подвал открылась и вновь вошла Ксюша. В руках её был нож. Разглядев это Шура стала брыкаться, пытаясь выбраться, освободиться, убежать. Но ничего не получалось. - Что ты хочешь сделать, больная дура?! Ксюша села верхом на Шуру. Нож находился в миллиметрах от глаза. Было страшно пошевелиться, но и бездействовать было страшно. Нож воткнулся внутрь, с края глаза. Ксюша вырезала глазное яблоко Шуры, а потом второе. Вторая кричала из-за всех сил. Она больше ничего не видела. Потом Ксюша сделала порез на бедре Шуры, провела по нему несколько раз. Она стала слизывать из раны кровь, чмокая рану. После Ксюша стала резать ножом по этой ране, не отрывая инструмент. Крики стали стихать. Кажется, Шура стала терять сознание. - Хэй, ты серьёзно? Нет уж, сейчас я быстро приведу тебя в чувства. - пробормотала под нос себе Ксюша, скорее обращаясь не к сестре, а к себе, и встав, вышла из подвала. Через минуту вернулась со спиртом в руках. Она поднесла открытую баночку к носу жертвы. Шура очнулась и застонала от боли. Стоны были хриплыми, тихими. Видимо, бедняжка сорвала себе голос от криков. Ксюша продолжила резать ногу Шуры. И вот, нож упёрся в кость. Ксюша отрезала кусочек мяса и неуверенно съела его, тщательно прожёвывая. - Знаешь, мне всегда было интересно, каково навкус человеческое мясо. - говорила Ксюша чавкая. И вот, поздний ужин продолжался час. Мясо было настолько сытным, что Ксюша смогла объесть лишь верхнюю часть ноги, от колена до таза. Потом Ксюша опять изнасиловала Шуру, но на этот раз не просто пальцами, а шваброй. Шура была вся в крови, почти не дышала. Но никак не теряла сознание. Как только сон накатывал Ксюша подносила спирт к носу Шуры, от чего та инстинктивно просыпалась. А раны были посыпаны солью, чтобы девочка не умерла от потери крови. Мне лень уже ебашить в подробностях, так что в кратце. Ксюша убила Шуру. Ела и ела её, сходя с ума. Выблёвывала съеденное, чтобы съесть ещё. И так, пока мясо не закончилось. Кости были отправлены в шкаф, а одежда сожжена в камине. Ксюша помылась в ванной и с хорошим настроением легла спать. Хоть она и была одна, но не считала так. Шура теперь всегда будет частью неё.