Часть 2
4 июня 2026 г., 02:55
Пэнси ушла с приема раньше.
Не потому, что ей стало скучно. И уж точно не потому, что она устала.
Проблема была гораздо серьезнее: Гарри Поттер начал её интересовать.
И это нужно было прекратить немедленно.
________________________________________
— Ты убегаешь?
Голос раздался сзади как раз в тот момент, когда она уже спускалась по лестнице Министерства.
Пэнси закрыла глаза на секунду.
— Мерлин, ты серьезно?
Гарри стоял на несколько ступенек выше.
Без пальто.
Со слегка закатанными рукавами рубашки.
И с тем же спокойным выражением лица, будто весь мир принадлежит ему временно «на хранение».
— Я задал вопрос, — сказал он.
— А я его проигнорировала.
Он начал спускаться.
Медленно.
И Пенси вдруг очень отчетливо осознала: она ждет, пока он подойдет поближе.
Это было тревожным симптомом.
— Малфой тебя сдал, — сказала она.
— Малфой — хаотичное зло.
— Здесь согласна.
Гарри остановился рядом.
Слишком близко для случайного разговора.
И это точно не было случайностью.
— Так почему ты сбежала?
Пэнси фыркнула.
— Потому что я взрослая женщина и не обязана сидеть на министерских вечеринках до ночи.
— Неправильный ответ.
Она медленно повернула голову.
— Прости?
Его глаза немного потемнели от удовольствия.
— Ты ушла, потому что я заставляю тебя нервничать.
Пэнси чуть не рассмеялась.
— Поттер, ты сейчас сильно переоцениваешь свое влияние.
— Нет.
Спокойно. Сразу.
— Я как раз очень точно его оцениваю.
И это прозвучало настолько самоуверенно, что должно было оттолкнуть.
Но вместо этого у нее снова неприятно сжалось где-то под ребрами.
________________________________________
Они вышли на улицу.
Ночной воздух был прохладным, и Пэнси вдруг поняла, что рядом с ним думать становится труднее.
Не потому что Гарри «давил» на неё.
Он просто занимал всё пространство.
— Знаешь, что меня раздражает больше всего? — сказала она.
— Ммм?
— То, что ты даже не пытаешься быть скромнее.
Гарри засунул руки в карманы.
— А зачем?
— Люди обычно скрывают, когда знают, что имеют власть над другими.
Он посмотрел на нее сбоку.
И Пэнси сразу пожалела, что вообще сказала это вслух.
Потому что его взгляд мгновенно стал внимательнее.
Личнее.
— А я имею?
Тишина.
Ловушка.
Проклятая ловушка.
Пэнси скрестила руки.
— Не начинай.
— Я просто уточняю.
— Ты ужасен.
— Да.
И снова без зазрения совести.
Она выдохнула резче, чем хотела.
— Как женщины тебя терпят?
Гарри едва улыбнулся.
— На самом деле проблема обычно не в терпении.
И вот теперь это уже был откровенный флирт.
Опасный.
Спокойный.
Абсолютно контролируемый.
Пэнси остановилась посреди тротуара.
— Ты это специально делаешь?
— Что именно?
— Вот это.
Она махнула рукой между ними.
— Как будто постоянно проверяешь, как далеко можешь зайти.
Гарри смотрел на нее несколько секунд.
А потом сделал еще один шаг ближе.
Теперь между ними почти не осталось нормальной дистанции.
— И как далеко я могу зайти?
Голос стал ниже.
И Пэнси вдруг возненавидела собственное сердцебиение.
— Поттер.
— Паркинсон.
Ей нужно было отступить.
Действительно нужно было.
Но проблема была в том, что ей не хотелось.
________________________________________
Где-то неподалеку проехало магловское такси.
Свет мелькнул на его лице.
И Пэнси вдруг поняла, почему это действует на людей.
Не из-за славы.
Не из-за внешности.
Не из-за должности.
А из-за того, как он смотрит.
Как будто уже заранее видит реакцию.
Как будто не сомневается в собственном влиянии.
Как будто весь контроль над ситуацией уже давно в его руках.
И хуже всего — он не скрывал этого.
— Это очень плохая идея, — тихо сказала она.
Гарри едва наклонил голову.
— Какая именно?
— Ты и я.
Он даже не задумался.
— Да.
Пэнси моргнула.
— Что?
— Это плохая идея.
Короткая пауза.
А потом:
— Но ты все равно об этом думаешь.
Тишина.
Она смотрела на него и совершенно четко осознавала: этот человек привык побеждать.
Не наглостью.
Не давлением.
А терпением.
Вниманием.
И почти пугающей уверенностью в том, что люди в конце концов сами приходят к нему.
— Ненавижу тебя, — пробормотала Пэнси.
Гарри улыбнулся медленно и с очень довольным видом.
— Нет. Пока что ты просто пытаешься не хотеть меня.
И от того, насколько спокойно он это сказал, ей стало еще хуже.
