Мертвое письмо.

Лилит проснулась еще до того, как в спальне стало по-настоящему светло. Свет в подземельях вообще редко бывал настоящим. Он не входил в комнату уверенно, как в башнях или коридорах верхних этажей, а просачивался сквозь окна бледными, зеленоватыми полосами, будто вода озера пропускала его через себя и возвращала миру уже измененным. От такого света лица по утрам казались усталыми, ткань мантий - темнее, а тишина - глубже. Лилит лежала неподвижно и смотрела в полог кровати. Несколько секунд ей казалось, что она просто проснулась слишком рано. Потом память, как всегда, оказалась быстрее рассудка. «Не забуду.» Два слова всплыли в голове без приглашения. Четкие. Короткие. Слишком серьезные для ответа на раздраженное «забудь». Лилит закрыла глаза, но это не помогло. Она и так почти всю ночь пыталась выкинуть их из головы. Не получилось. Слова возвращались каждый раз, стоило ей провалиться в сон, и в темноте звучали то его голосом, то просто текстом на экране, холодным белым прямоугольником в руках. Не забуду. Что именно? Ее сообщение? Вчерашнюю библиотеку? Ее руку на его рукаве? То, как она написала ему, хотя не должна была? То, что она извинилась? То, что он видел историю, но молчал? Лилит раздраженно выдохнула и повернулась на бок. Глупость. Это было просто сообщение. Два слова, написанные человеком, который умел делать все вокруг неудобным одним своим существованием. Малфой всегда говорил так, будто оставлял после себя больше вопросов, чем ответов. Возможно, он специально ответил именно так. Возможно, ему просто нравилось заставлять людей думать о нем дольше, чем он того заслуживал. И все же ответ пришел слишком быстро. Вот это раздражало сильнее всего. Не то, что он написал. Не то, что снова ничего не объяснил. А то, что он, кажется, все это время был рядом с телефоном. Будто держал чат открытым. Будто видел ее сообщения. Будто молчал не потому, что не мог, а потому, что выбирал молчать до тех пор, пока она не попыталась закрыть дверь первой. Лилит потянулась к телефону на тумбочке, почти ненавидя себя за это еще до того, как пальцы коснулись холодного корпуса. Экран загорелся слишком ярко. Переписка все еще была открыта. «Знаешь что. Забудь.» «Не забуду.» Ничего нового. Конечно, ничего. Она заблокировала экран и положила телефон обратно, только чуть дальше от себя, будто расстояние в двадцать сантиметров могло что-то решить. За соседним пологом послышалось сонное движение. - Ты сейчас так громко молчишь, что я проснулась, - пробормотала Вивьен. Лилит уставилась в темную ткань над собой. - Я ничего не делала. - Вот именно. У твоего ничего очень выразительное звучание. - Спи. - Не могу. Ты страдаешь в радиусе двух метров. Лилит села на кровати и откинула полог. Холодный воздух тут же коснулся плеч, забрался под тонкую ткань ночной рубашки и заставил кожу покрыться мурашками. Комната была почти пустой по звуку: редкий шорох, дыхание спящих девочек, далекий гул воды за окном. Вивьен тоже приподнялась, рыжие волосы рассыпались по плечам тяжелой волной, и даже спросонья она умудрялась выглядеть так, будто ее разбудили не слишком рано, а специально для портрета. Это было несправедливо. - Если ты сейчас скажешь, что я ужасно выгляжу, - предупредила Лилит, - я брошу в тебя подушку. Вивьен прищурилась, внимательно ее рассматривая. - Тогда я скажу мягче. - Не надо. - Ты выглядишь как человек, который всю ночь переписывался с призраком. Лилит замерла на секунду. Вивьен заметила. Разумеется, заметила. - О, - сказала она уже тише. - Он ответил? - Нет. - Лили. - Он написал два слова. Это не считается ответом. Вивьен окончательно отдернула полог и села, подтянув одеяло к груди. - Какие два слова? Лилит не ответила сразу. Ей не хотелось произносить их вслух. На экране они и так занимали слишком много места, а если сказать, то они станут еще реальнее. Еще глупее. Еще более похожими на то, что могло что-то значить. - «Не забуду», - наконец сказала она. Вивьен некоторое время молчала. Это было хуже, чем если бы она сразу пошутила. - И что это значит? - спросила Лилит, не выдержав. - Я думала, ты сейчас объяснишь мне, что это ничего не значит. - Потому что это действительно ничего не значит. - Убедительно. Особенно часть, где ты проснулась до рассвета и выглядишь так, будто собираешься допросить стену. Лилит откинула одеяло и встала. Каменный пол оказался холодным даже через носки. - Меня раздражает не сообщение. - Конечно. - Меня раздражает, что он сначала весь день молчал. - Угу. - Потом посмотрел историю. - Очень преступно. - Потом опять молчал. - Отвратительная последовательность. - Вив. - Я слушаю. Лилит подошла к зеркалу и посмотрела на себя. Вивьен была права: вид был так себе. Под глазами легли тени, волосы после беспокойного сна спутались, красная прядь у лица выбилась вперед так упрямо, будто решила прожить отдельную жизнь. Лилит попыталась убрать ее назад, но та почти сразу вернулась. - Он делает так, будто... - она осеклась. - Будто что? Будто тянет за нитку, которую сам не признает. Будто исчезает, чтобы заставить искать. Будто отвечает только тогда, когда уже почти больно. - Будто ему нравится быть непонятным, - сказала Лилит вместо этого. Вивьен мягко усмехнулась. - Малфой? Непонятным? Какая неожиданность. - Я серьезно. - Я тоже. Лилит начала расчесывать волосы резкими движениями, но почти сразу замедлилась. Голова ныла от недосыпа. В комнате постепенно становилось светлее: зеленоватое утро растекалось по стенам, цеплялось за металлические застежки сумок, ложилось на темную ткань формы. Все выглядело привычно. Нормально. Слишком нормально для утра после дня, в котором Малфой исчез, молчал, смотрел ее историю и написал два слова, от которых Лилит теперь не могла отделаться. - Ты сегодня будешь искать его за завтраком? - спросила Вивьен как бы между прочим. - Нет. - То есть будешь, но с лицом, будто проверяешь состояние слизеринского стола. - Я действительно могу проверять состояние стола. - На наличие Малфоя? Лилит развернулась к ней с расческой в руке. - Ты сегодня особенно невыносима. - Это потому что я спала лучше тебя. - Хвастовство - ужасная черта. - Зато честность прекрасная. Например: ты будешь искать его взглядом. - Я буду смотреть, пришел ли мой напарник по проекту. Это разные вещи. Вивьен подняла бровь. - Разумеется. У проекта светлые волосы и привычка драматично исчезать. Лилит хотела ответить, но не нашла ничего достаточно язвительного и правдивого одновременно. Это тоже раздражало. Она быстро надела форму, застегнула мантию, собрала волосы так, чтобы красная прядь все равно оставалась у лица, потому что бороться с ней было бессмысленно. Телефон она положила в карман последним. На секунду пальцы задержались на нем. Новых сообщений не было. Лилит решила, что это к лучшему.

***

По дороге в Большой зал Вивьен рассказывала что-то про четверокурсника, который вчера вечером пытался доказать, что сможет наложить согревающие чары на собственные ботинки, но вместо этого заставил их дымиться. Обычно Лилит оценила бы историю больше. Сегодня она слушала вполуха, вставляя короткие реплики в нужных местах и слишком хорошо зная, к чему движется каждое ее собственное молчание. Чем ближе они подходили к залу, тем сильнее внутри появлялось знакомое, неприятное ожидание. Лилит ненавидела это чувство уже потому, что оно было предсказуемым. Вот сейчас они войдут. Вот она посмотрит к слизеринскому столу. Вот найдет его место. Вот, если оно будет пустым, ей станет тревожно. Если занятым - тоже, вероятно, легче не станет. Потому что в последние два дня с Малфоем не работала ни одна нормальная логика. - Ты слишком тихая, - заметила Вивьен. - Я всегда тихая по утрам. - Нет. По утрам ты злая. Это другое. - Я могу стать злой, если тебе так не хватает привычного порядка. - Уже лучше. Они вошли в Большой зал. Шум накрыл их сразу: гул голосов, звон приборов, смех у гриффиндорского стола, резкий запах свежего хлеба и тыквенного сока. Под потолком висело бледное утреннее небо, затянутое серыми облаками. Свечи еще горели, хотя день уже начался, и их пламя казалось не теплым, а упрямым, будто замок сам не хотел признавать, что ночь закончилась. Лилит посмотрела к слизеринскому столу. Место Драко было пустым. Она заметила это мгновенно. Слишком мгновенно. И тут же отвела взгляд, будто пустое место могло посмотреть в ответ. - Тосты? - спросила Вивьен, садясь рядом. - Угу. - Очень содержательный ответ. Лилит взяла тост и начала намазывать масло тонким ровным слоем. Слишком тонким. Слишком ровным. Вчера она уже делала почти то же самое, и от повторения стало не по себе. Нет. Не снова. Сегодня он мог просто прийти позже. В конце концов, он ответил ночью. Значит, был жив. Значит, мог писать. Значит, исчезновение уже не было исчезновением в том смысле, в каком она успела его испугаться. Но почему тогда пустое место снова выглядело как предупреждение? - Доброе утро моим любимым жертвам образования, - объявил Тео, опускаясь напротив них с таким видом, будто уже успел пережить не меньше трех трагедий. - Ты опоздал к завтраку, - сказала Вивьен. - Я не опоздал. Я дал завтраку время подготовиться к моему появлению. - Великодушно. - Я такой. Тео потянулся за булочкой, но остановился, посмотрев на Лилит. - Блэкторн, ты сегодня пугающе сосредоточена на хлебе. - Завидую его спокойствию. - Понимаю. Хлеб редко сталкивается с моральными кризисами. - Ты удивительно мало знаешь о хлебе. Тео оживился. - Это звучит как начало лекции, которую я не заслужил, но почему-то хочу услышать. Вивьен отпила чай и сухо заметила: - Она пытается отвлечься. Лилит медленно повернула к ней голову. - Я сижу рядом. - Я знаю. Поэтому сказала не так громко, как могла. Тео сразу заинтересовался. - От чего отвлечься? - От проекта, - сказала Лилит раньше, чем Вивьен успела открыть рот. - Какой удобный проект. На него можно списать усталость, раздражение, бессонницу и пристальное изучение одного конкретного места за столом. Лилит застыла с чашкой в руках. - Я не изучала. - Конечно нет, - кивнул Тео. - Ты просто проверяла, не украли ли скамью. - Нотт. - Что? Скамьи в Хогвартсе очень коварны. Сегодня есть, завтра нет. Малфой, например, тоже в этом жанре. Вивьен фыркнула, но быстро спрятала улыбку за чашкой. - Я смотрела, пришел ли он, потому что у нас сегодня работа в библиотеке, - сказала Лилит, стараясь говорить ровно. - А вчера работа в библиотеке была? - невинно спросил Тео. Лилит посмотрела на него так, что любой менее самоуверенный человек прекратил бы разговор. Тео, к сожалению, был Тео. - Просто уточняю хронологию твоего исключительно академического беспокойства. - У меня нет беспокойства. - Тогда академического раздражения? - Есть желание запустить в тебя ложкой. - Уже ближе к нормальному состоянию. Я рад за нас. Лилит отвернулась, но губы все равно дрогнули. Тео умел делать так, чтобы раздражение становилось чуть менее острым. Не исчезало, нет. Просто обрастало чем-то живым, шумным, почти безопасным. Именно в этот момент двери Большого зала открылись. Лилит не собиралась смотреть. Конечно, собиралась. Драко вошел один. Не быстро. Не медленно. С той выверенной ровностью, которую он обычно носил как часть формы. Мантия сидела безупречно, ворот рубашки был застегнут, светлые волосы убраны так аккуратно, будто ни один утренний ветер не осмелился бы их тронуть. Со стороны он мог показаться просто чуть более бледным, чем обычно. Чуть более молчаливым. Чуть более холодным. Но Лилит уже не могла смотреть со стороны. Она увидела, как слишком ровно он держит плечи. Как на секунду задерживается у входа, будто собирается с силами, прежде чем сделать следующий шаг. Как пальцы правой руки сжимаются в кулак и тут же разжимаются. Как он быстро опускает рукав ниже, хотя тот и так закрывает запястье. Он выглядел собранным. И именно поэтому казался хуже. Облегчение ударило неожиданно. Коротко, почти больно. Лилит почувствовала, как внутри что-то отпускает, и тут же разозлилась. На него. На себя. На это пустое место, которое перестало быть пустым еще до того, как он сел. Драко скользнул взглядом по слизеринскому столу. На секунду их глаза встретились. Очень коротко. Слишком коротко, чтобы назвать это взглядом. Слишком прямо, чтобы назвать случайностью. Потом он отвернулся и сел рядом с Забини, через несколько мест от них. Не рядом. Не далеко. Достаточно близко, чтобы Лилит видела его профиль, но достаточно далеко, чтобы он мог делать вид, что между ними ничего не было. И, вероятно, так и было. Всего лишь сообщения. Всего лишь вчерашний день. Всего лишь два слова. - О, - тихо сказал Тео. - Что «о»? - резко спросила Лилит. - Я просто рад, что скамья нашлась. Вивьен опустила взгляд в чашку. По уголку ее рта было видно, что она улыбается. - Я вас обоих ненавижу, - сказала Лилит. - Зато он жив, - сказал Тео легко. Слова прозвучали как шутка. Почти. Лилит посмотрела на него. Тео уже тянулся за джемом, но на лице у него на мгновение мелькнуло что-то более серьезное. Он тоже заметил. Не все, конечно. Не дрожь пальцев, не рукав, не то, как Драко задержался у двери. Но достаточно, чтобы понять: вчерашнее отсутствие было не обычной малфоевской прихотью. - Жив, - повторила Лилит тише, чем хотела. И это слово почему-то не принесло спокойствия.

***

Первой парой были Чары. Флитвик говорил бодро, как всегда, перемещаясь между рядами с таким энтузиазмом, будто начало учебного года было не наказанием, а редким праздником. Лилит пыталась записывать, но буквы выходили слишком острыми, строки - неровными. На полях пергамента появлялись лишние штрихи. Она замечала это, раздражалась, исправляла и через минуту снова сбивалась. Драко сидел на два ряда впереди. Это было неудобно. Потому что не смотреть в его сторону становилось почти сложнее, чем смотреть. Он отвечал, когда его спрашивали. Холодно, точно, без запинки. Слова были правильными, формулировки - чистыми, лицо - почти безразличным. Если бы Лилит не провела вчерашний день, считая его отсутствие в каждой аудитории, она могла бы поверить, что все нормально. Почти. Но когда Флитвик попросил их открыть учебники на нужном разделе, Драко задержался на движении дольше остальных. Его пальцы легли на обложку, на секунду замерли. Потом он открыл книгу слишком резко, будто разозлился на собственную медлительность. Лилит заметила. Конечно, заметила. - Блэкторн, - прошептал Тео с соседней парты. Она не повернула головы. - Что? - Ты сейчас прожжешь ему затылок. - Я смотрю на доску. - Доска левее. Лилит медленно перевела взгляд на доску. - Спасибо за навигацию. - Всегда к твоим услугам. Особенно если твоя академическая сосредоточенность снова собьется на блондинов. - Ты сегодня слишком смелый. - Это потому что профессор далеко. - Я ближе. - Весомый аргумент. Вивьен, сидевшая впереди них, даже не обернулась, но плечи ее едва заметно дрогнули от сдержанного смеха. Лилит снова уставилась в пергамент. Записывать стало еще труднее. После чар была Защита от Темных искусств. Потом перерыв. Потом древние руны. День двигался вперед, как и должен был, но Лилит все время казалось, что он движется вокруг одной точки. Драко присутствовал на уроках, и это должно было закрыть вопрос. Он не исчез. Он не лежал неизвестно где. Он не умер, как успел вчера шепнуть страх в самую темную часть ее сознания. Но его присутствие оказалось не менее тревожным. На Защите он стоял в паре с Забини и выполнял щитовые чары почти безупречно. Лилит видела краем глаза вспышки света, точное движение палочки, ровный голос. Потом, когда преподаватель отвернулся, Драко на секунду оперся пальцами о край парты. Совсем коротко. Почти незаметно. Забини что-то сказал ему тихо, но Драко только покачал головой. Лилит пропустила собственную очередь. - Блэкторн? - окликнул преподаватель. - Да, профессор. Она подняла палочку и выполнила заклинание слишком резко. Щит вспыхнул ярче, чем нужно, и тут же рассыпался по краям. - Силы достаточно, - заметил преподаватель. - Но точности меньше, чем обычно. - Исправлю. Сзади Тео негромко пробормотал: - У щита тоже был проектный кризис. Лилит не обернулась, но мысленно пообещала ударить его учебником позже. На рунах Драко сел не рядом, но так, что Лилит все равно видела его руку на столе. Рукав закрывал запястье полностью. Слишком полностью. Ткань почти доставала до костяшек пальцев, и каждый раз, когда он писал, манжета мешала движению. Обычный человек закатал бы рукав или отодвинул. Малфой только сильнее прижимал ткань к коже. Она вспомнила темные линии. Наверное, ей тогда показалось. Скорее всего. Она устала. Свет в библиотеке был плохой. Рукав дернулся слишком быстро. Она видела то, чего ожидала увидеть после странного разговора о проклятьях. Но почему он тогда теперь так тщательно закрывает запястье? - Лилит, - прошептала Вивьен, наклоняясь к ней на перемене между объяснениями. - Ты сейчас пишешь одно и то же слово третий раз. Лилит посмотрела на пергамент. Действительно. На строке аккуратно повторялось: «стабильность, стабильность, стабильность». Она быстро зачеркнула лишнее. - Я задумалась. - О рунах? - О том, что ты слишком много наблюдаешь за мной. - Неправда. Я наблюдаю за тобой ровно столько, сколько ты за Малфоем. - То есть нисколько. - Ты сама сказала, не я. Лилит сжала перо. Вивьен уже хотела добавить что-то еще, но в этот момент профессор продолжил лекцию, и разговор оборвался. Это было к лучшему. Или нет. Потому что молчание опять оставило слишком много места для мыслей. К обеду у Лилит болела голова. Не сильно. Не так, чтобы пожаловаться. Просто где-то под висками весь день тянулась тонкая нить, натянутая от одного случайного взгляда к другому. Драко держался так, будто с ним ничего не произошло. Именно это было худшим доказательством обратного.

***

В гостиной Слизерина после занятий было слишком тепло. Камин горел ярко, отбрасывая на стены подвижные тени, и от этого подземелье казалось не уютным, а замкнутым. Вокруг сидели студенты, обсуждали домашние задания, квиддич, преподавателей, какие-то слухи, уже успевшие расползтись по замку. Обычный шум. Обычный вечерний беспорядок. Все то, что должно было возвращать к нормальности. Лилит сидела в кресле у камина с открытой книгой по Чарам и не читала. Вивьен устроилась на подлокотнике соседнего кресла, как будто не существовало мебели, предназначенной специально для сидения. Тео лежал на диване напротив, занимая его почти целиком и держа учебник над лицом таким образом, что было совершенно очевидно: учиться он не собирался. - Итак, - сказал он наконец, не отрывая взгляда от страницы. - Предлагаю обсудить важное. - Если это снова твоя теория о том, что домашние задания вредят естественному развитию личности, я уже голосовала против, - сказала Вивьен. - Нет, это было бы слишком масштабно для сегодняшнего вечера. Сегодня я хотел обсудить, сколько раз Блэкторн проверила наличие Малфоя в пространстве. Лилит медленно подняла глаза. - Ты считал? - Я пытался, но сбился. Это многое говорит о масштабе явления. - Это говорит о твоих математических способностях. Вивьен задумчиво наклонила голову. - Я насчитала восемь до обеда. - Предательство, - сказала Лилит. - Наблюдение, - поправила Вивьен. - Проект, - сказала Лилит. Тео опустил учебник на грудь и посмотрел на нее поверх обложки. - Проект, конечно. У проекта бледное лицо и фамилия Малфой. Лилит закрыла книгу с тихим хлопком. - У нас общий проект. Он вчера сорвал работу. Сегодня вечером нам придется наверстывать. Я имею право интересоваться, придет ли мой напарник. - Никто не спорит, - сказал Тео. - Ты как раз споришь. - Я украшаю фактами. Вивьен усмехнулась. - Ты сегодня проверяла его наличие чаще, чем расписание. - Потому что расписание, в отличие от Малфоя, не исчезает на сутки. Сказав это, Лилит сразу пожалела. Слова вышли слишком быстро. Слишком честно. На секунду в гостиной вокруг них будто стало тише, хотя на самом деле шум никуда не делся. Тео перестал улыбаться первым. Вивьен тоже. - Лили, - сказала она мягче, - он правда выглядел не очень. Лилит посмотрела в огонь. Пламя отражалось в черной решетке камина, дробилось на тонкие полосы, как трещины. - Я знаю. - Ты спрашивала его? - спросил Тео. - Когда? На уроке? Или за завтраком через три места и Забини? - Вариант с Забини звучит весело. - Тео. - Ладно, нет. Не весело. Он сел ровнее, отбросив учебник в сторону. Без привычной театральности это движение выглядело почти странно. - Он что-нибудь сказал после вчерашнего? Лилит почувствовала, как пальцы сами сжались на краю книги. - Ничего важного. Вивьен подняла брови. - «Не забуду» - это теперь называется ничего важного? Тео резко повернулся к ней. - Он написал «не забуду»? Лилит медленно вдохнула. - Вивьен. - Прости, - сказала та, но по лицу было видно, что она не слишком раскаивается. - Я решила, что раз мы обсуждаем исключительно проект, цитаты из проектной переписки допустимы. Тео сел окончательно. - Подожди. Ты написала ему «забудь», а он ответил «не забуду»? - В общих чертах. - Это не общие черты, это драматическая структура. - Нотт. - Что? Я впечатлен. Даже я так не делаю, а у меня талант к бессмысленным, но тревожным фразам. Лилит устало потерла переносицу. - Именно. Бессмысленным. - Я не сказал бессмысленным. Я сказал тревожным. Вивьен наклонилась ближе. - Он сегодня говорил с тобой? - Нет. - Даже о проекте? - Еще нет. - А ты хочешь, чтобы говорил? - Я хочу, чтобы он вел себя нормально. - Это сложный запрос для Малфоя, - заметил Тео. - Я начинаю подозревать. На этот раз улыбнулась уже сама Лилит, но ненадолго. Улыбка не успела стать настоящей. Она развалилась где-то между раздражением и усталостью. - Он странно выглядит, - сказала она тихо. Вивьен ничего не ответила. Тео тоже. Лилит не смотрела на них. Ей было проще говорить в огонь. - Не просто бледный. Не просто злой. Он как будто... - она замолчала, подбирая слово. - Как будто все время удерживает что-то на месте. - Себя? - спросила Вивьен. Лилит подняла глаза. Вопрос прозвучал слишком точно. - Возможно. Тео, который обычно находил шутку даже там, где ее быть не должно, теперь молчал. Это нервировало сильнее, чем его поддевки. - Может, у него семейные проблемы, - сказал он наконец. - У Малфоев это, кажется, наследственное состояние. - Может. - Может, поругался с Гойлом сильнее, чем мы думаем. - Может. - Может, просто решил стать еще более загадочным и неприятным. - Это было бы наименее тревожно, - сказала Лилит. И снова стало понятно, что она сказала больше, чем собиралась. Вивьен мягко коснулась носком туфли ее ботинка. - Ты можешь не понимать, что с ним. Это не значит, что ты обязана перестать замечать. Лилит хмыкнула. - Ужасный совет. - Зато мой. - Это не делает его лучше. - Делает узнаваемым. Тео вдруг снова растянулся на диване, будто решил вернуть миру привычный порядок. - В любом случае вечером у вас библиотека. - Какая проницательность. - Спасибо. Я развиваю дар. Ты можешь ненавязчиво спросить, где он был. - Ненавязчиво? - Да. Например: «Малфой, если ты еще раз исчезнешь, я прибью тебя учебником, но исключительно ради проекта». Вивьен кивнула. - Очень тонко. - Я старался. Лилит невольно рассмеялась. Коротко, почти против воли. И от этого стало чуть легче. Совсем немного.

***

К семи вечера библиотека уже была наполовину пустой. Это было любимое время Лилит. Не ранний вечер, когда туда стекались все, кто внезапно вспоминал о домашнем задании, и не поздняя ночь, когда тишина становилась слишком плотной. Именно этот промежуток: когда за высокими окнами темнело, свечи начинали казаться ярче, а шорох страниц звучал не как шум, а как часть самой комнаты. Она пришла раньше. Не потому, что хотела избежать гостиной. Не потому, что ждала Драко. Разумеется, нет. Просто им нужно было наверстать вчерашнюю работу. Лилит разложила на столе книги, пергаменты, чернила, старые записи. Большой деревянный стол у дальнего окна уже начинал казаться их местом, хотя формально принадлежал всем студентам. За последние вечера на нем сложилась собственная карта: справа обычно лежали книги Драко, слева - ее конспекты, посередине - общий пергамент с планом проекта. Лилит заметила это и тут же разозлилась. Даже стол начинал привыкать к тому, к чему она привыкать не собиралась. Она открыла рукопись на разделе о долговременных чарах стабилизации и попыталась читать. Строки были сухие, почти скучные. Описание механизма сохранения магических свойств, зависимость от носителя, влияние времени на структуру заклинания. Ничего, что должно было заставлять сердце биться чаще. Но теперь любое упоминание времени и разрушения будто меняло вес. «...эффект может сохраняться в неактивной форме до момента запуска...» Лилит провела пальцем по строке и нахмурилась. Вчера она бы просто выписала это в конспект. Сегодня почему-то вспомнила голос Драко: «Чтобы человек успел понять, что он умирает». - Ты опять пришла раньше. Она не вздрогнула только потому, что успела услышать шаги за секунду до голоса. Драко стоял у края стола. В свете свечей он выглядел почти таким же, как днем: собранным, ровным, бледным. Но библиотечный свет был честнее утреннего. Он не скрывал тени под глазами, не смягчал резкость скул, не делал кожу здоровее. Наоборот, в янтарном пламени лицо Драко казалось вырезанным из чего-то холодного и слишком тонкого. - Я назначила время, - сказала Лилит, отводя взгляд к книге. - Было бы странно опоздать. - Вчера это не помешало тебе писать мне так, будто я сорвал заседание Визенгамота. Она подняла глаза. Вот оно. Голос был почти привычным. Сухим. Немного насмешливым. Но усталость под ним никуда не делась. - Ты сорвал работу. - Трагедия. - Для некоторых людей оценки все еще имеют значение. - Ты справилась бы и без меня. - Меня восхищает твоя вера в мои способности. - Это не вера. Это факт. Лилит не сразу нашлась с ответом. Не потому что фраза была приятной. Конечно, нет. Просто она прозвучала не как издевка. Слишком ровно. Слишком буднично. Драко уже садился напротив, доставая книги из сумки, и делал вид, будто ничего особенного не сказал. Лилит тоже сделала вид, что не заметила. - Тогда тем более непонятно, зачем ты пришел. - Чтобы Флитвик не решил, что я умер. Рука Лилит застыла над пергаментом. Драко тоже понял, что сказал. Между ними на секунду повисла тишина. Не такая, как в библиотеке обычно. Не уютная, не книжная, не рабочая. Другая. С острым краем. Он первым отвел взгляд. - Неудачная формулировка, - сказал он. - Да, - ответила Лилит. - Очень. Она могла спросить прямо. Где ты был? Почему не отвечал? Почему выглядишь так, будто тебе больно сидеть ровно? Почему вчера написал именно это? Вопросы стояли совсем близко, почти на языке. Но спросить значило признать, что она думала об этом. Что ждала. Что тревожилась. Что пустое место за столом значило для нее больше, чем должно было. Лилит открыла чернильницу. - Нам нужно закончить второй раздел. Драко посмотрел на нее. В его взгляде мелькнуло что-то странное. Почти благодарность. Или облегчение. Или просто усталость от того, что она не стала давить. - Тогда начнем. Они работали молча дольше, чем обычно. Это молчание было не пустым. Оно заполнялось шорохом страниц, скрипом перьев, далекими шагами мадам Пинс, потрескиванием свечи в подсвечнике у окна. Иногда кто-то проходил между стеллажами, и тень на секунду закрывала свет. Иногда Драко делал пометку на общем пергаменте, и Лилит замечала, что почерк у него сегодня чуть менее ровный. Совсем чуть-чуть. Так, что другой бы не обратил внимания. Она обратила. Разумеется. - Этот источник не подходит, - сказал Драко спустя почти полчаса. - Почему? - Он о чарах сохранения предметов, а не о проклятых носителях. - Но Флитвик говорил, что можно брать смежные материалы. - Смежные, Блэкторн, а не все подряд из раздела «темное и неприятное». - Как жаль. Я думала, это твой любимый раздел. - Только когда там нет твоих комментариев. Она почти улыбнулась, но сдержалась. Почти привычный обмен колкостями почему-то подействовал странно. Не успокоил, но вернул в комнату воздух. На секунду можно было представить, что это обычный вечер: они снова спорят из-за проекта, Драко раздражает ее аккуратной уверенностью, она раздражает его тем, что не уступает. Все нормально. Почти. Потом он потянулся за книгой, и рукав чуть съехал вверх. Лилит увидела тонкую темную черту у самого запястья. Мгновение - и ткань снова закрыла кожу. Драко замер. Она тоже. - Ты что-то хотела сказать? - спросил он слишком спокойно. Лилит заставила себя посмотреть на страницу. - Хотела сказать, что ты пропустил сноску. Пауза. - Где? - Внизу. Она подвинула книгу к нему, не касаясь его руки. Это получилось слишком осторожно. Она поняла это по тому, как он опустил взгляд на расстояние между их пальцами. - Вижу, - сказал Драко. И снова тишина. Лилит ненавидела, что научилась различать ее оттенки. Через несколько минут она достала из стопки старый том в темно-серой обложке. Название почти стерлось, но на корешке еще можно было разобрать: «О временной привязке повреждающих чар». Книга выглядела так, будто ее не открывали лет десять, а может, и пятьдесят. Пыль поднялась тонким облаком, когда Лилит развернула первые страницы. - Вот это может подойти, - сказала она. Драко не ответил. Она подняла глаза. Он смотрел на обложку. Не испуганно. Нет. Драко Малфой вообще редко позволял страху выглядеть как страх. Но лицо его стало неподвижнее, чем нужно. Слишком быстро исчезло выражение. Слишком ровно легли губы. - Малфой? - Читай, - сказал он. Лилит нахмурилась, но опустила взгляд к странице. Текст был старый, с витиеватыми формулировками и устаревшими оборотами. Приходилось продираться через каждую фразу. - «Проклятия, привязанные ко времени, отличаются от обычных повреждающих воздействий тем, что разрушение не всегда проявляется немедленно...» - прочитала она вслух, потому что так было проще понять смысл. - «В некоторых случаях тело или магический носитель сохраняет внешнюю целостность, в то время как внутренняя структура уже подвергается последовательному распаду...» Перо Драко перестало двигаться. Лилит заметила это, но продолжила, слишком упрямо, чтобы остановиться первой. - «Стабилизация возможна, однако не является снятием проклятия. Временное удержание повреждения лишь отсрочивает дальнейшее разрушение и требует повторного вмешательства...» - Достаточно. Слово прозвучало тихо. Не резко. Именно тихо. От этого по коже прошел холод. Лилит подняла глаза. - Почему? - Этот раздел не нужен. - Он напрямую связан с темой долговременных эффектов. - Он связан с тем, что Флитвик не просил нас рассматривать. - Откуда ты знаешь? Мы еще не проверили. - Блэкторн. Он произнес ее фамилию так, будто предупреждал. Не угрожал. Предупреждал. Она посмотрела на его руку. Пальцы лежали на краю стола, слишком сильно прижимаясь к дереву. Костяшки побелели. - Ты даже не прочитал, - сказала Лилит. - Я понял достаточно. - Ты всегда понимаешь достаточно после трех строк? - Рядом с тобой приходится развивать скорость. - А рядом с тобой приходится развивать терпение. На этот раз он почти усмехнулся. Почти. Но улыбка не дошла до глаз. - Тогда считай это полезной тренировкой. Лилит захлопнула книгу не слишком громко, но достаточно, чтобы пыль снова поднялась в воздух. - Хорошо. Возьмем другой источник. Она потянулась к соседней стопке, но нужного тома там не оказалось. Лилит нахмурилась, перебрала книги еще раз. Нет. Она точно видела его раньше: тонкий, в темно-зеленой обложке, с медными уголками. В нем был раздел о стабилизации магических свойств через внешние якоря. Именно то, что подходило для второй части проекта. - Что ты ищешь? - спросил Драко. - «Якорные структуры в долговременных чарах». Он был здесь. Драко ничего не сказал. Только потянулся к своей сумке, достал тонкий зеленый том и положил перед ней. Лилит посмотрела на книгу. Потом на него. - Он был у тебя? - Очевидно. - И ты молчал? - Ты не спрашивала. - Я искала его прямо перед тобой. - Весьма увлекательное зрелище. Лилит сузила глаза. - Малфой. - Я взял его утром, - сказал он после короткой паузы. - Там есть нужная схема на сорок второй странице. Она открыла книгу. На сорок второй странице действительно была схема. Более того, на полях лежал узкий обрывок пергамента, заложенный между страницами. Без подписи. Без комментария. Просто отметка. Лилит смотрела на нее несколько секунд. Это был почти ничего не значащий жест. Он нашел нужную книгу. Отметил страницу. Положил перед ней, когда она начала искать. Рабочее действие. Рациональное. Полезное для проекта. И все же внутри стало чуть теплее. Совсем немного. Так мало, что это можно было списать на свечи. Она сразу разозлилась. - Ты мог сказать раньше. - Ты могла искать меньше драматично. - Я не драматично искала книгу. - Уверена? - Абсолютно. - Тогда мне показалось. Он снова опустил взгляд к своим записям, и Лилит поняла, что на этот раз колкость была мягче. Почти привычной. Почти безопасной. Почти. Они продолжили работу. В какой-то момент библиотека вокруг стала еще тише. Студенты расходились, мадам Пинс зажгла дополнительные свечи у дальних стеллажей, за окнами темнота стала плотнее. От озера тянуло холодом, и Лилит невольно потерла ладони, прежде чем снова взяться за перо. Драко заметил. Она поняла это не сразу. Просто через минуту он сказал: - Этот раздел можно закончить завтра. Лилит подняла голову. - Что? - Ты третий раз перечитываешь одну строку. - Неправда. - Правда. - Ты следишь за тем, сколько раз я читаю строки? - Это трудно не заметить, когда ты делаешь вид, что работаешь. - Я работаю. - Плохо. - Спасибо за оценку. - Пожалуйста. Она хотела возмутиться сильнее, но усталость внезапно навалилась так резко, будто весь день только и ждал, пока она перестанет держать себя в руках. Голова снова ныла. Глаза жгло от свечного света и мелкого почерка в старых книгах. И самое неприятное - Драко был прав. Она действительно перечитывала одну строку. - Мы отстаем из-за вчерашнего, - сказала Лилит. - Не настолько. - Откуда ты знаешь? - Потому что я посчитал. Она моргнула. - Когда? - Пока ты драматично искала книгу. - Я все еще настаиваю, что это не было драматично. - Настаивай тише. В библиотеке. Лилит посмотрела на него с раздражением, но внутри снова появилось это странное, нежелательное тепло. Он посчитал объем работы. Отметил страницу. Заметил, что она устала. И все это так, будто просто был невыносимо эффективным напарником. Может, так и было. Наверное, так и было. - Хорошо, - сказала она наконец. - Завтра. Драко кивнул, начал собирать свои книги. Двигался он аккуратно, почти медленно. Не как человек, который никуда не спешит, а как человек, который заранее рассчитывает каждое движение. Когда он поднялся, Лилит заметила, как на секунду его пальцы легли на край стола. Опора. Она сразу отвела взгляд. Не ее дело. Точно не ее. - Малфой, - сказала она, прежде чем успела передумать. Он остановился. - Что? Вот оно. Еще один шанс спросить. Где ты был? Почему молчал? Что значит «не забуду»? Почему ты выглядишь так, будто исчезнешь, если я моргну? Лилит сжала пальцы на обложке книги. - Завтра в семь? Взгляд Драко задержался на ней чуть дольше обычного. - В семь. Он повернулся к выходу, но у самой двери остановился. Лилит заметила это краем глаза. Он стоял спиной к ней, свет из коридора ложился на его мантию узкой полосой. Казалось, он хочет что-то сказать. Или ей снова показалось. Через секунду Драко вышел. Не хлопнул дверью. Не ушел резко. Просто исчез за стеллажами и дверным проемом, оставив после себя тишину, в которой почему-то стало еще холоднее. Лилит осталась за столом одна. Перед ней лежала зеленая книга с заложенной страницей. Чернила на пергаменте подсыхали неровными темными линиями. Свеча рядом дрогнула от сквозняка, и тень на столе на секунду похожа была на тонкую трещину. Он вернулся. Она должна была успокоиться. Но почему-то теперь стало ясно: она боялась не только пустого места за столом. Не только непрочитанных сообщений. Не только исчезновения. Она боялась того, как он сидел напротив, живой, близкий, почти привычный, и все равно казался человеком, которого что-то медленно забирает изнутри. Телефон завибрировал, когда Лилит уже собирала пергаменты. Она достала его слишком быстро. Сообщение от Драко. «Раздел о стабилизации не трогай до завтра.» Лилит смотрела на экран несколько секунд. Потом набрала: «Это приказ?» Ответ пришел не сразу. Но быстрее, чем она ожидала. «Предложение.» Она почти усмехнулась. Палец завис над клавиатурой. Можно было написать что-нибудь резкое. Можно было спросить, почему он вдруг раздает предложения. Можно было вообще не отвечать. Лилит написала: «Учту.» На этот раз он ничего не ответил. Она убрала телефон, погасила свечу и взяла книги. По дороге к выходу из библиотеки ей вдруг показалось, что замок стал тише обычного. Не пустым. Просто слишком внимательным. Как будто стены уже знали что-то, чего она еще не знала. Как будто все эти книги, коридоры, холодные окна и шорохи страниц давно хранили ответ, а она только начинала читать первые строки. Драко вернулся. Но ясности не стало. И, поднимаясь по коридору к подземельям, Лилит впервые подумала, что теперь будет ждать не только его сообщений. Она будет ждать каждого его появления. И бояться каждого из них почти так же сильно.