Чудесный Мир Париж: Коготь в горящем сердце

Это утро в Париже, казалось таким же, как и сотни других. Солнечные лучи лениво пробивались сквозь иллюзорный туман, играя бликами на каплях росы, медленно стекающих по лепесткам пион и тюльпанов. Каменные фасады старинных домов олицетворяли собой нерушимый дух старого, тихого и величественного Города. Еле видимые взгляду разрастающиеся трещины, оставались для многих намеренно незаметными. Прохожие шли размеренно, неспешно. Пожилая пара, держась за руки, проходила мимо шумного кофе, улыбаясь друг другу, словно вспоминая былые деньки. Кто-то торопился на привычную работу, пока иной, вцепившись взглядом на первую страницу, читал свежий газетный свёрток Паризьен. Шли минуты. Утренний уют этих улиц всё чаще нарушал глухой звук отдалённых сирен. Бариста, поправив фартук, больше обычного осматривал клиентов. Его внимание привлекли дети, играющие между столами в догонялки, и их родители, которые крепче обычного сжимали их руки. Его взгляд был прерван внезапным показом новостей на музыкальном канале. Париж, словно сам медленно дышал в ритме утреннего покоя, но в каждом жесте, в каждом взгляде парижан, уже разрасталась легкая напряженность — тонкая, как скрипичная струна, готовая вырваться от первого порыва ветра. Старые дома затаились в тени своих балконов и арок, прислушиваясь к шагам неизвестности. Незримой, неотвратимой, скользящей по узким улочкам просыпающегося города. Пекарня на углу просыпалась вместе с городом. Солнечные лучи проникая сквозь витражные окна, танцевали на витринах с аккуратно выложенными круассанами и макарунами. С верхних полок медленно остывающий хлеб, отдавал тёплым ароматом свежести. Пока ароматный букет запаха ванили и карамели медленно смешивался в нечто незабываемое, чугунная духовка в глубине тихо гудела, разбавляя утреннюю тишину. За мешками с мукой и дверью скрывался путь, к жизни кипящей на верхних этажах. — Маринетт! Будильник уже пятнадцать минут звонит, — Заботливый голос доносился с кухни, — Ты хочешь опоздать в первый учебный день? Рука, отключив разрывающийся телефон, приподняла одеяло: — Встаю мам! — Глаза привыкали к яркому свету в комнате. Почему утро наступило так скоро? Отбросив одеяло, девушка медленно спускалась со второго яруса, отдав дань уважения мастерам, которые сделали стул достаточно прочным, чтобы он выдержал неуклюжий, случайный удар ногой от сонного подростка. Урчание пустого живота и манящий запах с кухни, убедили девушку не заправлять кровать, а сразу отправится вниз по лестнице, открыв люк. — Иду! — Ещё раз подтвердив свое пробуждение, Маринетт спустилась по лестнице. Недовольство пробуждением, вырвавшиеся со вздохом, быстро испарилась от теплоты родительских объятий. — Вот увидишь, Хлоя снова будет в моём классе — тонкие ручки готовили молочные хлопья на завтрак. — Четвертый год подряд, разве так можно? — обернувшись спросила Сабин — Конечно — протянула дочь — я же везучая. — Не говори так, это начало нового учебного года, я уверенна, что всё будет хорошо — переживающий тон матери давал неоправданную надежду. Маринетт зависла с хлопьями в руках на секунду, представляя что чудо окажется правдой… — Ага — саркастичный вздох был прерван внезапно громким объявлением новостей, которые начались раньше обычного. Мимолетный испуг резким звуком, сонливость или простая неуклюжесть, что-то из этого стало причиной рассыпанных хлопьев и пролитого молока Какая же я неуклюжая неудачница, ну как можно было… Самобичевание было прервано нежными объятиями и понимающим взглядом, снова даря улыбку осунувшейся девушке. — Очередная смерть знаменитости за это утро… Полиция в недоумении от череды таинственных исчезновений руководителей многих компаний Франции… — Громкие голоса ведущих нарушали эти мгновения уюта, словно напоминая, что время не остановилось, и до урока остаются считанные минуты. — Уже так много времени, мне нужно бежать в школу, — Доедая банан, выкрикнула Маринетт. — Не забудь переодеть пижаму, — Решительность своей дочери, выйти на улицу в одной пижаме, вызывало умиление женщины. — Точно, спасибо Мам! — Девушка быстро взобралась по лестнице наверх, чуть не стукнувшись головой об люк. Быстрее. Блин, футболка задом-наперёд. Чёртова вешалка, отдай мои джинсы! За один миг тихая комната превратилась в магазин одежды. Всюду летела мешающая одежда, и в центре этого урагана находилась стройная девушка с синими волосами, собранными в два хвостика, и невинно доходящими до плеч. Надев темно—серый блейзер, она мимолётно спустилась по лестнице на первый этаж, чуть не стукнувшись с отцом. — Пап, какая красота! — Изумилась Маринетт. — Рад тебе угодить, — Том явно радовался улыбке своей дочери. — Спасибо! Одноклассникам понравится, ты — лучший! — Девушка считала себя самой счастливой дочерью на свете. — Мы лучшие! Благодаря твоим удивительным эскизам, — Показывая листок с наброском логотипа пекарни, глава семейства гордился талантами своего с Сабриной чуда. — Ахаха, — милый смешок и тёплые объятия… были прерваны резким звуком. Через несколько кварталов что—то взорвалось. — Это ещё что такое, — обернув свой серьёзный взгляд в сторону двери, Том крепче приобнял не менее удивленную дочь, ловя ногой падающую из рук девушки коробку. — Надеюсь ничего серьёзного, — из—за спины послышался настороженный голос матери. — Это же может быть газ? В Нашей пекарне же нет газа?, — с беспокойством ответила Маринетт. — Не волнуйся, мы не пользуемся газом, — обнадежил отец. одарив её тёплой улыбкой, он передал упавшую коробку и посмотрел беспокойным взглядом на жену — Спасибо, — поцеловав в щёку Сабрин и Тома, девушка направилась к выходу, — до вечера! Провожая взглядом родителей, в глазах которых можно было разглядеть небольшое беспокойство, Она вышла из Пекарни и направилась в школу. Волнительный разговор своих родителей она так и не услышала.

******

На что я надеялась. Конечно, первого кого я увижу будет именно она! Её шаги стали менее уверенными, Маринетт пыталась найти обходной маршрут в школу, чтобы хоть на время избавить себя от такой компании. Ей явно не везло. Мало того что Хлоя преграждала главный вход в коллеж, так и времени чтобы убраться отсюда, спрятаться или найти другой путь не было - Хлоя заметила её почти сразу. Раз бой неизбежен, Маринетт должна быть сильной. — Сабрина, посмотри, мне кажется или эта та самая неудачница, — Она что-то явно готовила, опять эта ухмылка, этот язвительный взгляд - будет издеваться над ней. Небесно-голубые глаза отчаянно искали возможность. Ага, надменность подвела тебя, левая рука опрометчиво вскинутая к волосам. Вот он - мой шанс! — Далеко собралась, Маринетт—Дюпен—Чен?, — резкий выпад влево не оставил и шанса хрупкой девушке, — Думаешь тебя там хоть кто—нибудь ждёт? Каждый раз я вижу твои наивные фантазии, и это так бесит. Да кому ты нужна, дочь пекаря? Кому нужны твои безвкусные круассаны! Коробка со свежими макарунами летела вниз по ступенькам. Удивлена таким быстрым развитием событий оказалась не только Маринетт. С лица Сабрины пропал заводной боевой оскал — она думала что её “подруга” шутила, когда обещала превратить в ад жизнь “Этой пекарской выскочки”. Хлоя была не подарком, но чтобы так, в первые секунды. Сабрина почувствовала что ей не очень нравится такая Хлоя. — Хлоя, что ты делаешь?, — Маринетт проклинала свой будильник. Может если бы я проспала, мы бы не встретились? — Ничего особенно, просто возвращаю таких людей как ты к реальности. Ты должна знать свое место — тебе не место в одном классе со мной и Адрианом!, — Крики Буржуа привлекали взгляды прохожих и учеников. — Это не тебе решать, — собрав в себе что—то наподобие смелости, высказала девушка с хвостиками. — У тебя плохо со слухом?, — блондинка явно не ожидавшая сопротивления, постепенно закипала, — Мне нужно повторить ещё раз где у такой собак… — Продолжай, продолжай, я уже включила запись, — внезапный собеседник прервал нотации, — пусть все узнаю эту великую правду. — А ты ещё кто?, Хлоя переключившись на незнакомую девушку, будто позабыла о своей цели, которая удивлялась не менее, — Немедленно выключи телефон! — Ну уж нет, думаю все должны узнать что здесь происходит, ты ведь не против?, — Мулатка не сдавалась. Ловко увернувшись от лакированных ногтей, она продолжила трансляцию. — Угх… Сабрина, мы уходим, — Гнев уже искажал лицо Буржуа, добавляя резкости к решительному взгляду, повернув голово она выкинула — ты очень скоро об этом пожалеешь. — Ты как, в порядке?, — девушка подошла к поднимающей коробку Маринетт, — Жаль что макаруны рассыпались. — Ничего, я уже привыкла к своему невезению, — Прижимая к себе коробку, тихо прошептала в ответ, — Она всегда так со мной, хотя обычно всё ограничивается ее “остроумными” фразами. Начинающуюся беседу, прервал громкий звонок. Пора торопится, если я опоздаю в первый же день, Мадам Бюстье точно завалит домашкой, для “профилактики”. Улыбнувшись таинственной спасительнице, она выпалила слова благодарности и олимпийским бегом рванула в класс. Один раз Хлою я пережила, осталось пережить её ещё целый год. Чуть не споткнувшись об порог, она смогла удержатся на ногах и не выронить коробку. Радуясь своей удаче она мигом приземлилась на свое привычное место. Мадам Бюстье одарила похвальным взглядом девушку, которая похоже брала себя в руки и старалась не опаздывать в школу. Пока её учительница переключилась на скучные официальные предупреждения и информирования о безопасности, Маринетт обвела взглядом весь класс. Хлои и Сабрины не было видно, как и половины класса — ни Натаниэля, ни Кима, ни Джулеки. Несколько новых лиц, означали лишь новые сумбурные знакомства, новые попытки завести друзей, и может даже удачные. В этом году я точно справлюсь, да я неуклюжая и всё порчу, но может в этот раз, всё будет иначе? Я смогу, нужно лишь просто предложить новеньким сходить в кино или может сделать домашку в библиотеке? Блин… Нино, точно! Он знает как зажигательно можно тусоваться, надо лишь просто спросить его. Да, подойти к нему, заговорить и ничего не испортить… Боже это безнадежно, я никогда не познакомлюсь и не… Этот мысленный шторм был прерван звуком сирен из открытого окна. Маринетт как и все повернулась в сторону шума, и как и все увидела переливающиеся блики полицейских мигалок. В начале подскочила к окну Роуз, следом к ней подошла Мадам Бюстье и после этого уже весь класс перестал сопротивляться любопытству. Удивление можно было увидеть на всех лицах. Не каждый день две машины правопорядка приезжали к тебе в коллеж, и уж точно не каждый день полиция арестовывала кого—либо из учеников. Это же она! Что? Почему ей скрутили руки? Что она такого сделала? Видя, как её спасительницу заталкивают в машину, Маринетт не верила своим глазам — Хлоя, скрестив руки на груди, Довольная смотрела на всё это — Она явно была довольная собой. Внезапный звонок телефона вырвал всех присутствующих из шока и размышлений. Все перемести свой взгляд на учителя. Взяв трубку, лицо Мадам Бюстье с каждой фразой становилось всё более напряженным. Сказав короткое: “Сейчас буду”, — она коротко попросила всех оставаться в классе и дождаться ее возвращения от директора. Скрип закрытой двери словно стал сигналом для всех — первый проронил сарказм Нино, к нему подключился новенький — Макс. После их первых версий, в обсуждение включились и остальные. И в тот момент, когда Маринетт уже собиралась рассказать про утреннюю встречу с Хлоей, Буржуа сама открыла дверь в класс. — Ты всё увидела, недотёпа?, — такое начало удивило многих, — Пора бы тебе понять, что место таким как ты на помойке, а не в этом классе, разве я непонятно объясняю? — Хлоя, что ты сделала? Почему эту девушку арестовали?, — Маринетт не смогла сдержать в себе вопрос, который волновал всех в этом классе. — А нечего было мне перечить, такие как она, только и умеют гавкать, не лезла бы не в свое дело, никто бы её не тронул, — Хлоя шагнула на встречу Маринетт. — Если ты что—то хочешь, это не значит что все должны что—то делать или не делать. Твоё слово не закон, нельзя просто пользоваться тем, что твой отец — Мэр Парижа, — Маринетт смотрела ей в глаза, стараясь держатся молодцом. — Ещё одна блохастая дворняга решила указывать мне, МНЕ что делать, — Хлоя всё ближе была к парте Маринетт. Последняя фраза явно чем—то сильно задело её. Но чем? Все знали что её папа — глава города. — Хлоя, правда, успокойся. Ты явно перегибаешь в этот раз, это ведь уже очень серьёзно, — внезапно Нино решил остановить неизбежное побоище двух девушек, — ты должна отпустить эту девушку и прекра… — ЗАТКНИСЬ, с какого права ты мне указывать вздумал! Сиди и помалкивай, если не хочешь отправится вслед за той “заступницей”, — в классе была ужасная атмосфера, все понимали что Хлоя перегибает, но больше никто не решался на поступок. Нино мысленно пообещал, что если дело дойдет до драки, он прекратит всё это. — Остановись Хлоя. Я не хочу с тобой в этом году опять руга… — Маринетт не успела договорить. Ладонь с новым маникюром и запахом дорогих кремов отвесила ей пощечину. — ЗАКРОЙ РОТ! Ты достала меня за все эти 7 лет. Ты должна понять что ты ничто. Посмотри, у тебя нет ни друзей, ни силы, — Хлоя явно еле сдерживалась, чтобы не пнуть свалившуюся Маринетт, — Ты не можешь мне и пальцем ткнуть. Ты совсем одна, глупая мелкая БУКАШКА. — Хлоя Хватит!, — Нино, не мог больше молчать. Маринетт плакала, он слышал всхлипы, чёрт да от такого удара и он может свалится, она явно не сдерживалась, — Если хочешь кулаками махать, найти противника по силе! — Что непонятного было, когда я сказала “сиди и помалкивай”? Хочешь записаться в её защитники?, — Кивнула в сторону лежавшей на ступеньках Маринетт, — Хочешь познакомится с одной из тюремных камер Парижа? — Нино прав, так нельзя Хлоя, — Внезапно от молчания отказался Иван, — Хватит всех пугать своим отцом, прекрати издеваться над Маринетт, иначе будешь иметь дело со мной! — Угх… У меня нет времени на тебя и твою пустую болтовню, — Дочь мэра сделала пару шагов вперёд, — Вы двое — совсем страх потеряли? Не лезьте! — Мальчики правы Хлоя, — Тихий голос Роуз опередил громкий рык недовольных, — Ты должна извинится перед Маринетт. — Даже ты? Серые мышки держатся вместе? Сегодня тут нет твоей подруги, — Хлоя сделала ещё несколько шагов, — откуда в тебе столько смелости? Вы же все знаете, что эта размазня, валяющаяся на полу, не дружит с головой! Зачем вы защищаете такого отброса, никто из вас так и не стал её другом, к чёрту она вам сдалась? Больно. Очень больно. Щека горела, на ней виден след, явно останется синяк. В глазах всё плыло. Горло выворачивало, камнем легли слова. В голове крутились обрывки фраз, может даже целые предложения, которые должны были вылететь вместе с воплем, но ничего не выходило. Слезы не остановить. Её выворачивало, то ли от Хлои, которая унижала её перед всем классом, то ли от себя, ведь она ничего не могла с этим сделать. Уйти, хочу убраться отсюда. К чёрту всё. Убрав рукавом слёзы, она поняла, что Хлоя достаточно далеко. Сабрина в ступоре, так же как и все не понимают что произошло с Буржуа. Это возможность. Я смогу убежать. — Я просто верну её на место и всё! Не лезте, а ты всех выскочек ждёт судьба той помешанной с телефоном. Я никому не позволю мной помыкать, — Хлоя явно собиралась сказать что—то ещё, но скрип стула и удар об парту за спиной, заинтересовали её, она обернула голову, — СТОЙ! Не смей убегать не извинившись передо мной!” Прижав руку к левому боку, всхлипывая, Маринетт бежала прочь. Она даже не забрала свои вещи, просто хотелось исчезнуть и больше не появляться в этой школе. Пробежав так пол коридора, и чуть не упав пару раз, она остановилась. Больно… нужно домой. Закрыться в комнате. Нужно забрать вещи и побежать домой. Но если я приду в таком состоянии, мама с папой от меня не отстанут… Нужно умыться. ДА, умоюсь заберу вещи и побегу домой, скажу что уроки отменили и запрусь в комнате. Она вслепую могла найти дорогу в туалет, слишком часто ей приходилось смывать там слёзы. Открыв плотную дверь, она прошла пару шагов, и долго не решалась посмотреть в зеркало. Скрипящий звук и шум воды наполнил комнату. Несколько раз она обмыла лицо водой.

Наконец, открыв глаза, она повела взгляд на зеркало.

Макияж весь смыт водой, на левой щеке виден красный след от ладони, глаза все красные, пряди растрепаны. Видок не очень. И правда очень похожа на серую мышку. Интересно, что сейчас с той девушкой? Жалеет ли она, что заступилась за меня? Она такая храбрая и смелая, не то что я… Я даже от Хлои себя не могу защитить, не то что другим помогать… Шум воды исчез, Она закрыла кран. Тишина. Эта звенящая тишина начала сдавливать ее разум. Она была одна, даже у капель воды были свои капли, которые вместе объединялись в стройный, прочный поток, а у Маринетт здесь не было никого… Маринетт окинула взглядом комнату. Ей казалось, что просторная комната с каждым мигом, становится всё меньше и меньше. Маленький мир в этих четырёх стенах, белая раковина, треснувшая плитка, такие мощные дубовые дверцы кабинок, лучи света нежно играли на кончиках её шёлковых волос. Аккуратно обхватив себя руками, зажмурив глаза, она сделала глубокий вдох. Соберись Маринетт, ты должна собраться! Надо лишь просто взять себя в руки… Крепче сжав себя, она всхлипнула. Ещё немного и слёзы снова польются рекой. Но глубокий вздох не даёт этому случится. Она уже не жмурится. Я должна попытаться еще раз. Глубокий вдох. Я справлюсь. Воздух проскальзывает через приоткрытые губы. Да… я смогу… я… я не уступлю Хлое! Открыв глаза, она увидела сжавшуюся девушку, руки уже не так крепко цеплялись к плечам. Разомкнув руки, Маринетт улыбнулась себе в зеркале. Она заправила белую футболку. Поправив блейзер, она повернула голову к выходу. Первый робкий шаг, за ним второй, более уверенный, рука потянулась к ручке, дверь скрипнув открылась. Уверенно шагнув из этого маленького мирка, который дал ей столь необходимое чувство безопасности и спокойствия, она придумывала что скажет Хлое, как будет настаивать и уверять, необходимо было помочь той девушке и выпустить её из полиции. У неё получится, не уговорами так поступками. Подходя к углу она уже представляла как будет собирать подписи в невиновности той мулатки, как попробует использовать знаменитость своей пекарни и привлечь на свою сторону знаменитостей и кого угодно - она должна защитить ту, кто пришла к ней на помощь… Все эти мысли разбились об лоб Хлои, вместе со всей решимостью, которая только загорелась в глазах наивной девушки. Упав, Буржуа чуть не завалила с Собой Сабрину, которая шла за ней по пятам. Маринетт погрузившись в свои мысли не услышала разговор этих двоих, не успела вовремя среагировать и сейчас находилась смятении, не зная что делать: помочь Хлое встать или бежать со всех ног? — Навозная чертовка! Ты еще и толкать меня будешь!, — Хлоя пришла в себя первой, она резко подскочила с пола, — Ты мне решила жизнь испортить? Ахаха, в себя поверила? Похоже такой тупой и никчемной надо всё на пальцах объяснять. Маринетт, не ожидавшая такой ловкости от своего визави, не успела увернутся от руки Хлои. Она взяла её за футболку и со всей силой толкнула в стену. Удар пришёлся на правую руку и плечо. Вернувшиеся чувство боли ударило прямо в мозжечок, она не любила боль. Удар в поддых стал колоколом бури. Вся нервная система кричала и вопила. Боль заполонила и вытеснила другие чувства, создавая в своём коконе нечто более ужасное — парализующий страх. Следующий удар был ожидаемый, времени думать не было, но инстинкты работали безотказно. Мысль пронеслась по всему разуму:

БЕЖАТЬ ЧТОБЫ ВЫЖИТЬ.

Вложив все силы в левую руку, дочь пекаря смогла ослабить хватку на своей футболке. Немного присев, переложив всю энергию в ноги, она поставила всё на один рывок, мощный резкий. Доведя себя до предела возможности, Маринетт вырвалась. Блондинка, не ожидавшая такого маневра не успела отпустить её, и не удержавшись на своих ногах, ударившись лицом упала на пол. Удирая от разъяренных криков, она в панике пыталась найти пути отхода или укрытие. К сожалению впереди было только окно, несколько закрытых классов и та самая дверь, за которой находился такой тихий и спокойный, безопасный мирок. Маринетт чуть не снеся дверь забежала в туалет, счёт шёл на секунды, нужно было куда ни будь спрятаться. Выбрав пре последнюю кабинку, девушка влетела в неё, заперев на засов. Встав балетками на унитаз, она пыталась удерживать равновесие. Сердце настолько бешено стучало. Закладывало уши. Казалось, её можно найти по этому стуку. Что это было… что делать… что делать… так, успокойся, дыши ровно иначе она тебя заметит! Надо просто подождать тут, а потом быстро забрать вещи и обратно домой. Скрип раздался на всю комнату. В комнату по одному влетело два человека. — Где эта потаскуха? Я же видела она направлялась сюда. Сабрина, Ищи её!, — Шаги приближались к кабинкам. Одна за одной дверцы со скрипом распахивались, — Она должна быть здесь.” Кто-то дёрнул за ручку, кабинка не открылась: — Хлоя, она здесь! Эта кабинка заперта” Дверь попытались открыть ещё раз, сильнее чем в прошлый раз. Не понятно как ручка от двери всё ещё держалась, Все надежды Маринетт были обращены на этот старый засов и дребезжащую ручку. — Ну же выходи засранка! Ты микроскопическое ничего не значащее ничтожество, выйди и получи то что тебе полагается!, — Крики Хлои Эхом расходились по комнате, глухой удар пришёлся на дверь, но она не поддалась, — ммм, открой и мы поговорим с тобой как полагается.” Маринетт не издавала ни звука, лишь безумный стук сердца и тихое, почти невесомое дыхание выдавали её присутствие. Буржуа ещё несколько раз пыталась вломится к ней, но чщетно. Перекинувшись парой фраз с Сабриной, она выплюнула несколько ругательств в сторону кабинки. Послышались шаги, затем опять скрип, и тишина. Такая знакомая, близкая, уютная. Стук сердца постепенно приходил в норму, дыхание становилось более глубоким и спокойным. Медленными движениями, спустилась вниз, коснувшись ногами пола. Около минуты девушка пыталась обхватить ручку двери, но дрожащая рука явно не хотела разрушать последнюю стену между узким миром этой кабинки и угрожающим, беспощадным миром снаружи. Секунда сменяла секунду, ладонь уже обхватила засов, осталось лишь только повернуть его и впустить мир снаружи к себе. Была ли она к этому готова? Прошла ещё одна минута, разум наконец начал вытеснять инстинкты, возвращая ясность мыслей. К концу минуты, Маринетт повернула засов, потянув ручку на себя, она открыла кабинку. Пустая стена. Никого нет. Пронесло? Она выглянула из кабинки, никого. Робкий шаг, за ним ещё один, она уже направилась к выходу, как вдруг в зеркале заметила противоестественный жёлтый цвет, присмотревшись на миг, она увидела самую холодную и страшную улыбку за всю свою жизнь. Ни убежать, ни спрятаться она уже не успела. — Теперь не убежишь! Неужели мы можешь ”нормально” поговорить, — удар сумочкой пришелся по голове, от боли Маринетт зажмурила глаза, она почувствовала как её со всей силы ударили в грудь. Она потеряла равновесие и упала спиной на пол. Боль была повсюду, от головы, спины и груди она расходилась по всему телу, — Наконец ты там, где и должна быть. Валяешься у моих ног Она не успела открыть глаза, удар ногой случился раньше. Живот скрутило, рефлекторно она выставила свои тонкие ручки вперед, закрывая лицо: “Беспокоишься о своей уродливой роже?” — Нога, ударив правую руку, устремилась к лицу. Было очень больно. — А-а-а… Х-хлоя… с-стой не н-над…, — Она не успела договорить, удар пришёлся в промежность, — А-А-А… Она попыталась притянуть ноги к себе, сжавшись в клубочек. Слёзы не позволяли хоть что—то увидеть, руки закрыли лицо. Мысли не могли собраться, весь разум заполонило эхо боли. Каждый удар словно склад с фейерверками — взрывался внутри. — Посмотрите, она просит о пощаде. Ахахаха, ты жалкая неудачница, — ещё один удар пришёлся в грудь, — твоя судьба это - это быть половой тряпкой. Улыбка не сползала с лица Хлои. Туалет наполнился воплями и всхлипами корчащийся от боли Маринетт. Блондинка поправила волосы, достав телефон: — Всем привет дорогие читатели моего блога, сегодня прекрасная и великолепная я, ставит на место всяких низкосортных выскочек и паразитов Парижа. Видите эту куча соплей и всхлипов, это блохастая дочь пекаря - Маринет-Дюпен-Чен”, — закончив фразу, Буржуа размахнулась правой ногой. — Х-хлоя п-п-пожалуй.., — Удар пришёлся в живот со всей силы. Желудок Маринетт больше не мог такое выдержать. Он сжался вместе с девушкой, извергая наружу сегодняшние хлопья вместе с желчью, — У-ух… кх!.. кха-а!.. Тело Маринетт будто давало ей понять, что долго оно не протянет, что она сейчас как будто находится на грани жизни. Но Она ничего не могла сделать, боль парализовала хрупкую девушку. Всё что было ей под силу — тихие всхлипы и вопли: — Не-е!.. не-е-ет!.. п-прошу!..” Хлоя явно была довольна собой: — Посмотрите, её вырвало прямо на себя, какая она никчемная! Знайте все, кто будет перечить мне и подобным мне, вы окажетесь там же - в блевотной клоаке, свернувшись от боли! Ещё один удар не заставил себя долго ждать. Тело реагировало также, Маринетт сильно рвало. Это было хуже любого ночного кошмара. Разум постепенно покидал её, оставшееся без сил тело. Каждую секунду волна боли поглощала её, не оставляя надежды. Жалкие хрипы и всхлипы. После очередного удара уже даже не было сил кричать. Да и не зачем. Всё равно никто не придёт, не спасёт её. Она одна. Совсем одна… После ещё одного удара в лицо, и нескольких ударов по ногам, Маринетт уже не могла распознать речь своего насильника. Она слыша расплывчатый надменный голос Хлои, но ей было трудно сосредоточиться на смысле этих криков. Ещё один удар пришёлся в левую руку. Мама... Папа... кто-нибудь... я-я... Маринетт не успела понять что произошло, контрольный удар пришёлся прямо в голову.

Она потеряла сознание...