Анти-скинт

Был, казалось бы, обычный солнечный день в Архее. Главная площадь города кипела жизнью и разговорами. Молодая эльфийка спорила с торговцем книг, который, судя по всему, продал девушке испорченную книгу. Мироходец появился на площади у фонтана с характерной золотой вспышкой, сразу оглядываясь по сторонам, при этом держа что-то непонятное, черное в руках. Наметив взглядом поместье одного светловолосого эльфа, Лололошка быстрым шагом направился к его дому. Эграссель открыл дверь спустя долгих две минуты стука. Последнего, кого он ожидал увидеть на пороге, так это Лололошку, который буквально светился своей улыбкой. — Лололошка! Я думал, ты еще не скоро вернешься. Проходи, не стой на пороге. Эльф пропустил друга в дом, закрывая дверь. Как только Эграссель отошел от двери на пару шагов, Лололошка схватил его за руку, потащив не в гостиную, а в лабораторию, откуда эльф только недавно вылез. Удивившись напору друга, блондин все же последовал за ним, уже размышляя, что мог притащить Лололошка из других миров. Как только они оказались в лаборатории вдвоем, Лололошка подошел к удивительно чистому столу, положив на него нечто очень похожее на скинт, только черное. В этот момент воцарилась гробовая тишина. Эграссель кидал взгляды то на антипрокс, то обратно на Лололошку. — Лололошка, зачем ты притащил с собой антипрокс, да еще, по всей видимости, перемещался с ним? — Эграсса! Ну мы же скинт изучили, а антипрок — не до конца. Вот, в одном мире нашел, решил принести с собой, так сказать, сувенир. Лололошка говорил так спокойно, даже с ноткой веселья, будто это скинт, а не его противоположность. — И ты с этим, — Эграссель указал на приличный кусок антискинта, — перемещался по мирам? — Ну да. Со мной же ничего не случилось, вон, даже настроение хорошее! Лололошка встал на руки, кинув взгляд на пошатнувшийся сосуд с неизвестной жидкостью, который он чуть не сбил ногой. Мироходец перевел взгляд на Эграсселя и улыбнулся. Эльф закрыл лицо руками, через которые голос был приглушен. — Лололошка, когда ты перестанешь тащить всякую ересь в Архей? Горе луковое. — Зато, Эграсса, оно не живое, как в прошлый раз. Тихий смешок со стороны полукровки был приглушен страдающим стоном Эграсселя. — Лололошка, не тащи больше ничего сюда, особенно если оно опасно. — Хорошо, хорошо, Эграсса. Я подумаю.