Инструкция по эксплуатации ревнивых Учих

В доме Учиха было непривычно шумно. Время давно перевалило за полночь, а гул в гостиной и не думал утихать. Сарада, лежа в постели, уже в сотый раз перевернулась на другой бок и раздраженно накрыла голову подушкой. Как давно она должна была уже спать? Кажется, часа три назад. Несмотря на то, что ее комната находилась в самом конце коридора временно арендованной ими квартиры, звонкий голос Седьмого Хокаге, казалось, разносился по всей деревне. Девушка снова повернулась и, обреченно вздохнув, села на кровати. В последнее время, когда отец стал чаще возвращаться домой, посиделки бывшей Седьмой команды перестали быть редкостью. Иногда они встречались все вместе, как в старые добрые времена: Шестой, нынешний Хокаге и родители Сарады. Бывали дни, когда к ним присоединялся Сай, но у него часто скапливалось слишком много работы, из-за чего он то и дело пропускал подобные встречи. Хатаке же несколько дней назад уехал в заслуженный отпуск. Поэтому сегодня собрались лишь трое из былой команды — редкий, но оттого еще более долгожданный состав. И почему-то устроить посиделки они решили именно в квартире семьи Учиха. Ну почему не дома у Боруто? Ему-то, кажется, даже нравятся подобные мероприятия, пускай потом и приходится страдать от бессонницы, слушая пьяные бредни взрослых. Потянувшись за очками, девушка встала с кровати и направилась к источнику шума. В этой квартире планировка была такой, что кухня вплотную прилегала к гостиной, что делало положение Сарады безвыходным. Кажется, она обречена... Но, возможно, взрослые ее даже не заметят? Она просто быстренько подогреет себе молока и ускользнет обратно в комнату, надеясь наконец-то уснуть. Яркий свет неприятно кольнул глаза, заставив брюнетку слегка зажмуриться. Мельком оценив обстановку в гостиной, Сарада незаметно юркнула к кухонному гарнитуру. Она открыла дверцу холодильника и уже потянулась было за пакетом молока... — Ты почему не спишь? — раздался голос отца. Саске сидел на диване, закинув одну руку на спинку и приобнимая за плечи Сакуру. На его щеках играл легкий хмельной румянец, но держался он вполне уверенно — в отличие от заметно захмелевших мамы и Наруто. Узумаки полулежал в кресле, откинувшись на спинку и покачивая в руке бутылку. Боже, видел бы сейчас хоть кто-нибудь, в каком состоянии пребывает сам Седьмой Хокаге прямо здесь, в их гостиной, балансируя на грани пьяного бреда. — Как думаешь, почему я не сплю? — с легким раздражением проворчала наследница великого клана, но тут же осеклась под пристальным взглядом отца и тише добавила: — Вы слишком шумите... — Извини, Сарада, — Наруто неловко почесал затылок. В этот момент девушке показалось, что перед ней сидит Боруто, а вовсе не великий Хокаге. Моргнув, брюнетка примирительно улыбнулась. — Ой, ничего страшного, Господин Седьмой. От одного раза ничего не случится. — Дома можешь не официальничать, — Узумаки почти мечтательно улыбнулся, удобнее устраиваясь в кресле. — В конце концов, я когда-то был твоим самым любимым дядей! — Ага, конечно, — Сакура, сидевшая рядом с Саске, тихонько хмыкнула. — Она заливалась слезами каждый раз, стоило тебе взять ее на руки. «Боже, сколько же они выпили?» — подумала младшая Учиха, снова переводя взгляд на Наруто, который в этот момент резко вскинул руки и почти вскричал: — Неправда! Она просто копия своего папочки! И вообще, если бы не мое непосредственное вмешательство, милой Сарады сейчас, возможно, на свете бы не было. Или жили бы вы непонятно где и вместо гордого веера на спине носили герб какой-нибудь картошки! — Господи, что ты несешь, Наруто... — розововолосая женщина тяжело вздохнула, драматично приложив ладонь к лицу. — Сарада, милая, не слушай его. Иди спать, а мы будем потише. — Да нет же, я серьезно! — не унимался изрядно хмельной Хокаге. — Если бы не наше с Ино вмешательство, Саске бы так и остался одиноким, вечно скитающимся по миру девст... — Подушка, лежавшая на диване, прилетела прямо в лицо Седьмого так стремительно и неожиданно, что Сарада едва не выронила пакет с молоком. — Тут дети, идиот, — почти зашипел Саске, метая в блондина яростные взгляды. — Какая картошка? И при чем здесь тетя Ино? — несмотря на свое изначальное нежелание ввязываться, девушка всё же решилась спросить, предчувствуя, что за этим скрывается невероятно интересная история. — Как-то раз твой отец ворвался прямо посреди свидания твоей мамы и до полусмерти напугал одного несчастного студента, после чего она... — Какого черта?! — воскликнула Сакура, густо покраснев. — А ты-то откуда об этом знаешь?! — Говорю же тебе, мы с Ино лично поспособствовали возрождению клана Учиха! Атмосфера в комнате накалялась. Сарада, уже полностью вовлеченная в этот разговор, сделала пару шагов вперед, прижимая к себе стакан с молоком. Ей всегда было безумно интересно, как именно сошлись ее родители, но ни Саске, ни Сакура никогда об этом не рассказывали, что лишь подогревало любопытство девочки. По мнению Сарады, они были слишком разными: характеры, привычки, увлечения и даже любимые цвета отличались кардинально. Но ведь противоположности притягиваются, верно? По крайней мере, они с Боруто были именно такими — абсолютными противоположностями. И сейчас перед ней, кажется, открылся единственный шанс узнать правду. — Так что всё-таки произошло? — повысив голос, спросила Сарада, перебивая разгоравшийся спор. — Как папа умудрился сорвать мамино свидание? Наруто тут же затих и расплылся в своей фирменной, широкой улыбке.

***

Шестнадцать лет назад

Две двадцатилетние девушки сидели в одном из недавно открывшихся кафе. С момента окончания войны прошло два года, и Коноха всё ещё восстанавливалась. Повсюду вырастали новые здания, открывались кофейни и строились жилые кварталы. Недавно отгремевшая на всю деревню свадьба великого героя войны, Наруто Узумаки, заставила Сакуру погрузиться в невеселые раздумья. Нет, она была искренне рада за друзей — в конце концов, она сама мягко подтолкнула Наруто к мыслям о наследнице клана Хьюга. Но Сакуру невольно беспокоило то, что почти все вокруг так или иначе обрели свое счастье, в то время как в ее собственной личной жизни царил полный штиль. И дело было даже не в одиночестве — колоссальный объем работы в госпитале просто не оставлял времени для грусти. Самой болезненной раной оставалась невыносимая недосказанность в отношениях с Саске. А вдруг она всё сама себе придумала? Вдруг Учиха вовсе не вкладывал в свои слова тот смысл, который она так отчаянно пыталась отыскать? Может, ему действительно всё равно, и во время следующего визита в деревню он даже не вспомнит о своем обещании взять ее с собой в путешествие? — Сакура! Ты вообще меня слышишь? — Ино, сидевшая напротив подруги, нетерпеливо поерзала на стуле и помахала ладонью перед лицом розововолосой. — Прости, пожалуйста. Я немного задумалась, — виновато улыбнулась Сакура. — Всё витаешь в облаках и мечтаешь о своем недоступном принце, да? — Ино! — Сакура воскликнула это так громко, что посетители за соседними столиками невольно обернулись. Потупив взор и уставившись в чашку чая, она тише продолжила: — Я... я просто уже не знаю... А что если он никогда не вернется? Что если его прощальный жест был лишь мягкой отговоркой, чтобы я наконец от него отстала? Мне кажется, я безумно устала ждать. Я больше так не могу... Он ведь ни разу не ответил на мои письма. Ни на одно! Наверняка он уже и имя мое забыл. Девушка была на грани того, чтобы расплакаться прямо посреди людного кафе. Сильная, независимая героиня войны, спасшая сотни жизней и сутками работавшая в госпитале без сна и отдыха, сейчас чувствовала себя абсолютно беззащитной и разбитой. Всю свою сознательную жизнь она была предана одному человеку, буквально нуждаясь в нем как в воздухе. Подростковый максимализм когда-то упрямо твердил ей, что только она способна растопить его ледяное сердце, только она сможет спасти его. Но теперь эти мечты казались лишь глупых, наивных сказок, которые она годами сочиняла в своей голове, прокручивая перед сном бесконечные сценарии их долгожданной встречи. — Слушай, — Ино сочувственно вздохнула и накрыла ладонь подруги своей рукой. — Тебе не кажется, что ты себя просто накручиваешь? Вы давно не виделись, и это естественно, что в голову лезут самые мрачные мысли. Но Сакура... я ведь видела, как он смотрел на тебя тогда. Как наблюдал за тем, как ты лечишь раненых. — Нет, Ино. Я правда больше так не могу, — покачала головой Сакура. — Ему всё равно. За целых два года — ни единой весточки. Он проигнорировал все мои письма, понимаешь? Ни одного ответа. Если бы я была ему хоть капельку дорога, он нашел бы способ дать о себе знать. — Но это же Саске, ты сама его прекрасно знаешь... — Знаю. Именно поэтому я и говорю всё это. Я твердо решила: хочу жить дальше, а не строить свое будущее на иллюзиях и пустых ожиданиях. Сакура посмотрела на подругу взглядом, полным затаенной надежды — словно втайне умоляя переубедить ее, заставить снова поверить в чудо. Но Ино, проявив чуткость, лишь мягко улыбнулась: — Это твоя жизнь, Сакура, и только тебе решать, как ею распоряжаться. Какое бы решение ты ни приняла, я поддержу тебя в любом случае.

***

Три дня спустя Ино, по своему обыкновению, несла обед для Сакуры прямо в ее рабочий кабинет. Учитывая колоссальную нагрузку, под которой Харуно находилась последние два года, блондинка старалась всячески заботиться о ней. Сакура могла неделями буквально жить в госпитале, засыпая прямо за столом среди горы медицинских отчетов, забывая о сне и нормальной еде. И кто, как не преданная лучшая подруга, мог вовремя прийти на помощь и хотя бы немного разгрузить ее будни С момента их разговора в кафе прошло три дня, а Ино всё никак не могла выбросить слова подруги из головы. Она искренне не знала, как лучше поступить. Они с Сакурой дружили с самого детства, и Ино лучше кого бы то ни было знала, насколько глубоки и чисты чувства подруги к Саске. Их давнее детское соперничество в итоге принесло пользу обеим. Ино встретила Сайя и осознала, что ее былая влюбленность в последнего Учиху была лишь мимолетным увлечением юности. Но с Сакурой всё было иначе. Харуно любила его всю свою жизнь. Она была буквально предана ему, постоянно говорила о нем, разделяя эту болезненную связь наравне с Наруто. И неужели теперь она хочет просто так сдаться? К тому же сама Яманака во время их последней короткой встречи с Саске отчетливо видела его взгляд. То, как он смотрел на Сакуру, пока она обрабатывала его раненую руку. То, какими мягкими становились его обычно холодные интонации, когда он обращался исключительно к ней. Учиха изменился, и Ино была в этом абсолютно уверена. — Я подумаю, правда, — раздался за углом тихий голос Сакуры. Завернув по коридору, Ино едва не столкнулась с подругой, которая стояла рядом с симпатичным молодым человеком. Кажется, это был один из приезжих специалистов, регулярно посещавших Коноху для повышения квалификации под чутким руководством доктора Харуно. Судя по всему, они стояли у двери кабинета розововолосой, и парень как раз собирался уходить. — Я буду невероятно рад, если вы согласитесь, Харуно-сан. До встречи! — молодой человек вежливо поклонился, тепло улыбнулся и заспешил к выходу, проходя мимо Ино. Проводив его оценивающим взглядом, блондинка мысленно отметила, что парень весьма недурен собой, но, разумеется, до Саске ему было очень и очень далеко. — О, Ино! Прости, я тебя не заметила, — Сакура тут же переключила все внимание на подругу и сделала шаг навстречу, чтобы приобнять ее. Выглядела Харуно, мягко говоря, уставшей: медицинский халат слегка помялся, а под глазами залегли глубокие темные тени. Очевидно, она снова провела всю ночь в госпитале. — Если ты продолжишь в том же духе, спасать придется уже тебя саму, — укоризненно покачала головой блондинка, проходя вслед за подругой в кабинет. — Я принесла тебе нормальной еды. А то с твоим графиком ты рискуешь не то что Саске не дождаться, а вообще до завтрашнего дня не дотянуть. — Умоляю, только не начинай, — устало вздохнула Сакура, усаживаясь за рабочий стол. — Так-так-так, а что это за красавчик сейчас от тебя уходил? — заговорщически спросила Ино, раскладывая контейнеры с обедом. — А, это Араши Имо ... — Сакура слегка смутилась. — Он новый врач, приехавший к нам на практику. Представляешь, пригласил меня на прогулку в парк. Я ответила, что подумаю. — И ты думаешь согласиться? — Честно? Я не знаю... Возможно, это хороший способ наконец разобраться в себе и понять, что я на самом деле чувствую к Саске. Но мне бы очень не хотелось играть с чувствами Араши. Он ведь правда хороший парень... — Ой, говоришь так, будто сразу замуж за него собралась! — Ино фыркнула, но в следующую секунду в ее голове будто щелкнул невидимый тумблер. Глаза хитрой блондинки азартно блеснули, и она расплылась в коварной улыбке. — А знаешь что, Лобастая? Сходи-ка ты с ним! Развеешься, отдохнешь от бесконечной бумажной волокиты и, в конце концов, расставишь все точки над «и». — Ну, даже не знаю... В любом случае, я обещала дать ему ответ ближе к концу смены. Там видно будет. — Иди обязательно! А я прямо сейчас помогу тебе разобраться с этой горой отчетов, чтобы ты поскорее освободилась, — Яманака уже вовсю сияла от предвкушения, буквально подталкивая подругу к согласию на эту встречу. Сакура еще несколько секунд задумчиво и немного подозрительно вглядывалась в лицо подруги, но затем сдалась: — Думаю, ты права. Мне действительно нужно немного развеяться.

***

Близился вечер, когда Ино буквально ворвалась во двор дома Узумаки, едва не снося по пути глиняные вазоны с цветами, которые так заботливо высаживала Хината. Не дожидаясь ответа, она затараторила в дверь. После нескольких громких стуков замок наконец щелкнул, и на пороге появился заспанный Наруто в домашней одежде. — О, Ино! Привет даттебайо! Ты к Хинате? Ее сейчас нет дома, но она должна скоро вернуться, — блондин по привычке широко улыбнулся во все тридцать два зуба. — У нас катастрофа! Дело касается Сакуры! — Ино практически выкрикнула имя подруги, после чего воровато оглянулась по сторонам, словно за ней велась слежка. Наруто мгновенно посерьезнел и встревоженно спросил: — С Сакурой-чан? Что случилось? Она заболела? Или ранена на миссии? Я ведь сам только вчера ее видел... — Да нет же... Она... Саске... — Ино согнулась пополам, пытаясь перевести дыхание после стремительного бега через всю деревню. Глубоко вдохнув, она наконец смогла членораздельно объяснить ситуацию: — Один новенький врач из госпиталя пригласил Сакуру на свидание! И она согласилась! Нам нужно срочно что-то предпринять, иначе этот упрямый, зазнавшийся индюк Учиха упустит всё самое лучшее в своей жизни, а Сакура просто закроет для себя эту главу! — Что-о-о?! — Наруто округлил глаза от шока. — Да ладно! Мне казалось, они обо всем договорились у ворот еще два года назад... Боже, что этот придурок Саске ей наговорил на прощание, раз она решилась на такое?! — Узумаки в сердцах хлопнул себя ладонью по лбу и тяжело вздохнул. Но спустя пару секунд его лицо озарила хитрая, почти лисья усмешка. Он заговорщически подмигнул Ино: — А знаешь что... У меня есть одна просто гениальная идея, как знатно потрепать нервы этому угрюмому тугодуму. Когда, говоришь, у Сакуры свидание?

***

— Что с Сакурой?! — первым делом ледяным, но едва заметно дрожащим от волнения голосом спросил Учиха, материализовавшись прямо посреди кабинета Хокаге в облаке дыма. Его дорожный плащ был сплошь покрыт вековой пылью и грязью, а тяжелое дыхание выдавало долгий бег без остановок. Саске изо всех сил пытался сохранить свое привычное хладнокровие, но тревогу в глазах скрыть было невозможно. Какаши Хатаке, лениво перелистывавший какие-то отчеты за своим столом, удивленно поднял взгляд на незваного гостя, после чего спокойно откинулся на спинку кресла. — А что должно быть с Сакурой? Насколько мне известно, у нее сегодня обычная вечерняя смена в госпитале. Саске на мгновение замер. Напряжение в его плечах никуда не делось, хоть он и пытался выровнять дыхание после изнурительного пути. — Вчера вечером мне доставили экстренное послание с личной печатью Хокаге. В нем черным по белому было написано, что Сакура находится в критическом состоянии после проваленной миссии, и мне приказано немедленно явиться в деревню. — Странно. Может быть, ты что-то перепутал? — Какаши озадаченно нахмурился. — Последнее официальное письмо от моего имени отправляли тебе больше месяца назад. Вместо ответа Саске стремительно подошел к рабочему столу Шестого и резко положил перед ним измятый пергамент. Пока Хатаке удивленно перечитывал тревожные строки, на полированное дерево стола упал и сам конверт — на нем действительно красовался оттиск личной гербовой печати Хокаге Конохи. Но кто мог составить столь убедительную фальшивку? Кто посмел заставить сильнейшего шиноби, превозмогая усталость, мчаться через полмира обратно в деревню? Кто беззастенчиво солгал о смертельной опасности, грозящей Сакуре? И, самое главное — ради чего затевалась эта опасная игра? — Это странно, но печать кажется очень реалистичной, — мужчина в маске еще раз внимательно взглянул на конверт и поднял взгляд. — Я думаю, АНБУ разберется с этим. Но почему именно Сакура? И почему именно тебе отправили это письмо? Пытались вызвать на эмоции? Саске отвел взгляд в сторону. Их отношения с Сакурой нельзя было назвать простыми, их даже отношениями назвать было сложно. Но Учиха всегда чувствовал, что между ними есть определенная, нерушимая связь. Она была почти незримой, но ощущалась физически. Розововолосая девушка всегда понимала его без слов, словно читала его душу. А он, в свою очередь, всегда подсознательно знал, где она и что с ней все в порядке, и это знание дарило ему редкие минуты спокойствия. Уходя из деревни, он был уверен, что с ней ничего не случится, и готов был сделать все, чтобы это так и оставалось. Сакура давно перестала быть слабой, но все же именно ее хотелось защищать, оберегать от всего мира и дать ей все, чего она так отчаянно желала. Но Саске считал, что не заслуживает этого права. Он верил, что не является тем, кто нужен ей. Он не сможет дать ту чистую и светлую любовь, которую она заслуживает после всего пережитого. — Пока АНБУ разбирается с этим вопросом, ты можешь остаться на пару дней в деревне. Думаю, некоторые будут очень рады тебя видеть, — голос Хатаке вырвал брюнета из тяжелых раздумий. Подняв глаза, Саске заметил странную, лукавую ухмылку, скрытую под маской Какаши. Ничего не сказав, Учиха резко развернулся и покинул кабинет Хокаге. Ему нужно было успокоиться и собрать мысли в кучу. Ноги сами понесли его по знакомым улочкам Конохи. За два года деревня изменилась, но запах рамена, доносившийся с соседней улицы, остался прежним. Решив немного перевести дух, Саске направился к знаменитому заведению «Ичираку». Он не особо удивился, когда, откинув шторку, он увидел знакомую блондинистую макушку. Наруто сидел за стойкой, с аппетитом уплетая уже не первую порцию лапши, а рядом с ним, тихо улыбаясь, сидела Хината. — Саске?! — Узумаки поперхнулся бульоном, когда увидел друга. — Ты... ты чего здесь? — Выясняю, кто решил пошутить с печатью Хокаге, — холодно отрезал Учиха, усаживаясь на свободный стул подальше от блондина. Наруто на мгновение замер, переглянувшись с Хинатой, которая нервно сцепила руки в замок. Лицо Узумаки озарила смесь вины и торжества. — Ах, это... Ну, знаешь... — Наруто почесал затылок, отводя взгляд. — Это была моя идея, даттебайо. — Твоя? — шаринган Саске вспыхнул алым светом прежде, чем он успел себя контролировать. — Ты хоть понимаешь, что я бросил важную миссию?! — Да успокойся ты! — Наруто примирительно выставил руки вперед, хотя в его глазах плясали хитрые огоньки. — Просто... мы с Ино решили, что тебе пора бы навестить нас. А то сидишь там в своих лесах, пока тут такое творится! — Какое еще «такое»? — Саске сузил глаза. — Ну... — Наруто выдержал театральную паузу, наслаждаясь моментом. — Пока ты там играешь в одинокого мстителя, наша Сакура-чан, между прочим, сегодня пошла на свидание! С очень перспективным молодым врачом! Араши его зовут. Говорят, отличный парень. Прямо сейчас они гуляют в центральном парке... Не то что некоторые... Воздух вокруг Саске, казалось, заледенел. Хината поежилась от внезапного перепада температуры. В следующее мгновение стул, на котором сидел Учиха, опустел, а занавески «Ичираку» еще долго покачивались. Наруто удовлетворенно хмыкнул и принялся за следующую порцию рамена, игнорируя укоризненный взгляд жены.

***

В центральном парке Конохи догорали последние лучи заката, окрашивая кроны деревьев в багровые тона. Сакура медленно шла по каменистой дорожке рядом с Араши. В руках молодой врач держал пышный букет белоснежных лилий с резким, приторно-сладким ароматом. Он увлеченно рассказывал о флористике, пытаясь произвести впечатление: — ...Именно поэтому я выбрал эти лилии, Сакура-сан. Их безупречно белый цвет символизирует чистоту, величие и благородство. Я считаю, что этот аромат идеально подходит вашей утонченной натуре... Сакура натянуто улыбалась, стараясь держать букет как можно дальше от лица. Сладкий, удушливый запах цветов вызывал у нее сильную головную боль, навязчиво напоминая о стерильных больничных палатах, тяжелых суточных сменах и запахе лекарств. Ей хотелось поскорее закончить эту прогулку, но обидеть искренне старавшегося Араши было неловко. — Да, они... очень милые, Имо-сан. Спасибо, — тихо ответила девушка, отведя взгляд. — Знаете, я давно хотел сказать, что ваша самоотдача в госпитале просто поражает, — Араши сделал шаг ближе, его голос стал мягче. — Вы заслуживаете того, чтобы о вас заботились. Чтобы рядом был кто-то, способный подарить вам покой... — Она терпеть не может лилии. Резкий, ледяной голос разрезал вечернюю тишину парка. Сакура вздрогнула и резко обернулась. Араши от неожиданности чуть не выронил букет. Из тени раскидистого клена медленно вышел Саске Учиха. На его лице не отражалось ни единой эмоции, лишь черные глаза смотрели на парня с откровенным презрением. Дорожный плащ Саске был покрыт пылью, но осанка оставалась безупречно прямой и властной. — Что?.. — Араши растерянно захлопал глазами, переводя взгляд с незваного гостя на Сакуру. — Вы еще кто такой? Мы вообще-то разговариваем... Саске даже не удостоил его взглядом. Он сделал шаг вперед, вторгаясь в их личное пространство, и уставился прямо на Сакуру. — Этот запах напоминает ей о больничных палатах и реанимации, — холодно и отчетливо произнес Учиха. — Ее любимые цветы — нарциссы. Сакура замерла, приоткрыв рот от изумления. Сердце в груди совершило безумный кульбит. Он помнил. Он действительно помнил такую мелкую деталь, которой она мимоходом поделилась с ним еще во времена их службы в Седьмой команде. — Послушайте, это грубо! — попытался возмутиться Араши, выпрямляя спину и делая шаг навстречу Саске. — Кто вам дал право... Учиха медленно повернул к нему голову. Его взгляд, лишенный тепла, скользнул по лицу врача. Сильнейшая волна подавляющей чакры и едва уловимая жажда крови заставили Араши мгновенно осечься. Воздух словно стал слишком тяжелым для вдоха, а колени молодого человека предательски задрожали. — Исчезни, — негромко, но до ужаса спокойно приказал Саске. Араши, бледный как полотно, сделал несколько шагов назад, едва не споткнувшись о бордюр, и, бросив испуганный взгляд на Сакуру, поспешил трусливо ретироваться по аллее, оставив букет лилий валяться на траве. Сакура проводила его взглядом, после чего медленно повернулась к Саске. Облегчение от его появления мгновенно сменилось удушающей, горькой обидой. Она тяжело дышала, сжимая кулаки. — Ты... — прошептала она, и в ее глазах блеснули слезы гнева. — Как ты смеешь? Два года! Два года тишины! Ни одного письма, ни одной весточки, Саске! Ты просто стер меня из своей жизни! А теперь возвращаешься и ведешь себя так, будто имеешь право распоряжаться моей судьбой и выгонять моих знакомых?! Саске продолжал молча смотреть на нее, не пытаясь оправдываться или смягчать удар. Его холодное молчание лишь сильнее ранило Сакуру. — Я устала ждать! Я больше не твоя тень! — выкрикнула она. Хлесткий удар ладони эхом разнесся по безлюдному парку. Сакура ударила его наотмашь по щеке, вложив в эту пощечину всю свою боль, накопленную за долгие месяцы ожидания. Голова Саске слегка дернулась в сторону. Тяжело дыша, Сакура развернулась и стремительно побежала прочь по аллее, не оборачиваясь. Учиха медленно поднял руку и коснулся пальцами горящей щеки. Он посмотрел вслед удаляющейся розововолосой фигуре. На его губах, вопреки всему, появилась едва заметная, но абсолютно искренняя ухмылка. Он тихо выдохнул. Она не сломалась. И она всё еще любила его.

***

— ...И тогда она просто влепила ему пощечину и ушла! — Наруто расхохотался так громко, что едва не выронил бутылку из рук, окончательно возвращая всех в настоящее время, в гостиную квартиры Учиха. — Это было легендарно! Весь парк тогда слышал, как Сакура-чан поставила нашего грозного мстителя на место! Сарада стояла посреди кухни с открытым ртом. Стакан с молоком так и остался нетронутым. — Папа... правда это сделал? — недоверчиво спросила она, переводя взгляд с Наруто на родителей. Саске сидел, скрестив руки на груди и подчеркнуто глядя в окно, но его уши выдавали сильное смущение, предательски покраснев. Сакура же весело смеялась вместе с Наруто, нежно поглаживая мужа по плечу, успокаивая его растревоженную гордость. — Ну, скажем так, твой отец никогда не отличался деликатностью в проявлении чувств, — с теплой улыбкой ответила Сакура. — Но если бы не этот дурацкий план Седьмого и тети Ино, кто знает, сколько бы еще мы ходили вокруг да около. — Эй, я же говорил, что я гений! — самодовольно заявил Узумаки, отсалютовав бутылкой. — Если бы не я, Сарада, ты бы сейчас реально носила герб с картошкой на спине. Но самое веселое началось потом! Знаешь, какая миссия стала для твоего великого отца самой сложной за всю его жизнь? Сложнее, чем битва с Кагуей или спасение мира! Это была миссия под названием «Попроси у Сакуры прощения»! Он три дня ходил за ней хвостом по госпиталю, мыча что-то невнятное, пока наконец... Еще одна диванная подушка прилетела точно в лицо Седьмого Хокаге, прерывая его триумфальный рассказ на полуслове и впечатывая его голову обратно в спинку кресла. — Заткнись, усуратонкачи, — ледяным тоном процедил Саске, даже не повернув головы от окна, хотя его рука все еще была вытянута после идеального броска. Наруто со стоном стянул подушку с лица, взъерошив свои блондинистые волосы, и обиженно проворчал: — Эй! За что опять?! Сакура-чан, скажи ему! Сарада невольно улыбнулась, глядя на эту суматоху. Представить себе отца, три дня неуклюже пытающегося извиниться перед мамой, было невероятно мило. Теперь, зная, как именно началась эта странная, но безумно крепкая семья, уснуть будет гораздо легче. — Пожалуй, картошка мне бы действительно не подошла, — хмыкнула Сарада, поправляя очки. — Спасибо за историю, Господин Седьмой. Но вам всем действительно пора спать. Развернувшись, молодая Учиха с улыбкой направилась обратно в свою комнату, унося с собой теплый стакан молока и спокойствие на душе.