Траектория перегрузки

Весь оставшийся день Джэхён просидел в гостевой комнате, демонстративно заперев дверь изнутри. Он мерил шагами небольшое пространство, чувствуя себя тигром в клетке. Гордость была уязвлена до предела. Мало того, что этот девятнадцатилетний ублюдок сломал его гетеросексуальную картину мира, так он ещё и лишил его свободы, выкупив контракт у команды. «Я не игрушка для его амбиций», — яростно думал Мён, кусая губы. — «Если он думает, что я просто смирюсь и стану его ручным стрелком, он крупно просчитался». Джэхён дождался глубокой ночи. Когда в пентхаусе воцарилась абсолютная тишина, а неоновые огни за панорамным окном стали единственным источником света, он тихо приоткрыл дверь. На нём были только серые спортивные штаны, которые он нашёл в шкафу. Босиком, почти не дыша, новичок прокрался в просторную гостиную, совмещённую с рабочей зоной. На массивном столе из тёмного дуба тускло мерцал индикатор мощного моноблока Унхака. Это был его шанс. Если удастся найти цифровую копию свежего контракта или внутреннюю переписку спонсоров, Джэхён сможет отправить её юристам ассоциации гонок и аннулировать сделку по причине давления. Старший сел в глубокое кожаное кресло и коснулся мышки. Экран вспыхнул, требуя пароль. — Чёрт, — прошептал Джэхён. Он начал перебирать варианты: дата дебюта Унхака, марки его болидов, серийный номер лазерной пушки. Пальцы быстро стучали по механической клавиатуре. На третьей попытке экран неожиданно мигнул зелёным и открыл рабочий стол. Паролем оказалась дата их вчерашней безумной совместной гонки. Этот факт заставил сердце старшего болезненно сжаться, но он быстро заставил себя сосредоточиться. Он лихорадочно листал папки: «Телеметрия», «Син-Сити», «Контракты 2026». Вот оно! Файл с его собственной фамилией. Мён потянулся к флешке, лежавшей рядом, чтобы скопировать документ. — Ищешь лазейку, новичок? — ледяной, сонный голос разрезал полумрак гостиной. Джэхён подскочил на месте, едва не перевернув кресло. В паре шагов от стола, в тени дверного проёма, стоял Унхак. На нём не было ничего, кроме свободных шёлковых шорт. В руках он держал стакан с ледяной водой. На его лице не было злости — только разочарование пополам с опасной, хищной умылкой. — Я… я просто… — Джэхён инстинктивно попытался закрыть экран спиной. — Ты пытался устроить саботаж в моём доме, — младший сделал шаг вперёд, ставя стакан на стол с глухим стуком. Он наклонился над Мёном, упираясь ладонями в подлокотники кресла и полностью блокируя парня внутри. — Ты действительно думал, что я не замечу? На этом компьютере стоит удалённое оповещение на мой телефон. Каждая твоя глупая попытка ввести пароль будила меня в спальне. Джэхён дёрнул подбородком, пытаясь сохранить остатки гордости, хотя его сердце снова пустилось вскачь от пугающей близости чужого обнажённого торса. — Этот контракт незаконен! Вы купили меня, как вещь! Я не гей, я не твой раб, и я не буду играть по твоим правилам, Ким! Унхак наклонился ещё ниже, так что его дыхание обожгло губы старшего. — Контракт абсолютно законен, Мён. А вот твоя ночная вылазка — это промышленный шпионаж. Знаешь, что делает ассоциация с гонщиками за такое? Пожизненный бан. Ты никогда больше не сядешь за руль даже карта. Но… я добрый чемпион. Я дам тебе шанс искупить вину. Прямо сейчас.