Глава 10. Десять бед с башкой
3 июля 2026 г., 15:38
Примечания:
Приятного чтения!
***
Во время ужина ко мне прилетел Мобила, принеся с собой заказанные мной травы для починки ауры и новенький набор карт для «Ловли тёмных магов». Я так и не придумал крутое название. Травы ушли прямиком в мою поясную сумку, а вот карты подверглись детальному изучению. В целом изображения соответствовали моим корявым эскизам. Например, тёмный маг был человеком в чёрной мантии с закрытым лицом и пентаграммой на груди, а оборотень — мощной зверюгой на фоне полной луны. К этому претензий нет. А вот в случае с аврорами художник решил проявить креатив, из-за чего каждый из них был уникальным и, очевидно, ссылался на кого-то из реальных личностей. Как вот этот страшный мужик с деревянной ногой и большим голубым глазом. Понятия не имею, кто он, но где-то в памяти Томми это лицо мелькало с припиской враг. Задняя сторона карт была синей с красивой аббревиатурой «ЛТМ». Похоже, придётся смириться с названием. В общем, я доволен. Пока разглядывал карты, ко мне подошёл Седрик. — Готов? — сходу спросил он. — Мне для готовности надо просто быть. А вот у вас требования посерьёзней будут. — Уел, — хмыкнул Красавчик. — Ладно, идём к Спраут. — Идём, — согласился я. И мы пошли.***
Помона Спраут — мировая женщина. Внимательно выслушав мои аргументы, она спокойно их приняла и дала зелёный свет на нашу затею с моим участием в лекции. Обсудив некоторые детали, мы вместе с Седриком вернулись в гостиную, где уже собрался весь факультет и Гермиона. Да, я замолвил за неё словечко. Почему бы не помочь члену банды? Против никто не был. Слишком дружелюбный факультет. Дождавшись пока все расположатся по удобнее, мы с Диггори вышли на подготовленное пустое пространство, которое должно было стать нашей импровизированной сценой этим вечером. — Рад вас всех здесь видеть! Для тех кто не знает — меня зовут Седрик Диггори и я буду ведущим этой лекции для новоприбывших в наш мир. Помогать мне будет один из таких новоприбывших, которого вы все если не знаете лично, то точно слышали его историю. Поприветствуем — Гарри Поттер! — указал он на меня рукой. — Человек, с чьей подачи всё это происходит! — Добрый вечер. Для тех прекрасных людей, кто не слушает сплетни, объясняю — я рос среди маглов и многое не знаю о волшебном мире. Я буду олицетворять собой глас народа. Поймёте по ходу пьесы. А теперь не будем затягивать, все благодарности за идею скажете в конце мероприятия! Начинаем! Не особо люблю публичные выступления, но инициатива, обычно, имеет инициатора. Тут я сам виноват. — И начнём мы с самого важного вопроса — международный статут о секретности, — вновь завладел вниманием Седрик. Мужским. Женское он и не терял. — Это международный закон, который вступил в силу в 1692 году. В то время весь волшебный мир скрылся от маглов, и продолжает скрываться до сих пор. Этим законом регулируется множество положений, касающихся сохранения секретности, а его нарушения сурово наказываются. — Главное — ничего волшебного на глазах маглов, а от остального можно отмазаться, — дал я перевод. — Ага… — Седрик одарил меня растерянным взглядом. — Поскольку волшебники сокрыты, мы не подчиняемся магловскому правительству. Вместо этого у нас есть Министерство Магии! Именно там происходят все… как их… — он повернулся ко мне с просящим взглядом. — Вся организационная деятельность, подготовка и заверение всех документов, принятие законов, суды, местная полиция, магические исследования и ещё многое-многое другое. Всем этим занимаются разные отделы министерства, — я покосился на Диггори и прошептал ему: — Продолжай. — На верхушке власти находится Министр Магии. Сейчас этот пост занимает Корнелиус Фадж. Большая часть выпускников Хогвартса, чаще всего, идёт устраиваться именно в министерство. Это то, что вам следует знать в общих чертах. Поверьте, многие взрослые маги знают о министерстве не больше этого! Раздались смешки. — Заостри внимание на аврорах, — дал я указание Седрику. — Хорошо, — кивнул он. — Авроры — наши защитники! — Полиция и спецназ, — добавил я. — Их основная работа, — он усмехнулся и перевёл взгляд на меня, — ловля темных магов! Народ снова засмеялся. Зараза, специально же такую формулировку подобрал! — Но, помимо этого, они также занимаются решением различных чрезвычайных ситуаций. — Ещё и служба спасения в придачу. — Стать аврором очень непросто. Кроме высоких оценок также будет необходимо пройти обучение в Академии авроров. Лучшие из выпуска имеют шанс стать мракоборцем — членом элитного отряда авроров, которые решают самые сложные задачи. Седрик замолчал, что-то обдумывая. — Мой вам совет — не стесняйтесь вызывать авроров в случае необходимости. Для этого есть специальное заклинание, но я не уверен… Красавчик беспомощно посмотрел на меня. — После лекции будут розданы справочные материалы. Там будет и описание заклинания, и прочая полезная информация, — быстро сориентировался я. Я достал из сумки блокнот и принялся конспектировать всё самое важное из лекции. Потом размножу с помощью «джеминио» — вот и справочные материалы. Только заклинание вызова авроров у Седрика потом уточню — мне такое незнакомо.***
Дальше лекция проходила примерно в таком же ключе. Диггори что-то рассказывал, я давал перевод и советовал ведущему, на чём заострить внимание. Попутно создавал справочные материалы. Затея не была бессмысленной, поскольку, помимо прочего, я тоже узнавал что-то новое. Например, у волшебников очень высокий уровень медицины. Можно буквально отрастить потерянные конечности, вылечить тяжелую по меркам для маглов болезнь одним глотком зелья, и иногда даже выжить находясь одной ногой в могиле. При таком раскладе понимаешь, почему они живут со смертью на одной волне. Но это не значит, что это нормально! Я отказываюсь это признавать! Разумеется, одних заклинаний и зелий для полного восстановления недостаточно. Лечебных чар и зелий существует воз и маленькая тележка, и применение неверного заклинания может привести к прямо противоположному эффекту. Так что даже колдомедиком стать очень и очень непросто. Про целителей вообще молчу. Если кому интересно, колдомедики лечат зельями и заклинаниями, а целители напрямую магией. Со стороны может показаться, что грань незначительна, но на деле — небо и земля. Просто помните, что заклинания дают конкретный эффект, а магия зависит только от ваших навыков и воображения. И парочки условностей, которые мы опустим. Ещё узнал, что наш мир намного больше, чем думают маглы. Существует огромное количество пространственных складок — сокрытых мест, наподобие косого переулка, которые занимают, при своих габаритах, очень небольшие пространства. Как внутреннее пространство моего чемодана или сумки, только всё натуральное и в разы больше. В складках преимущественно располагаются волшебные заповедники, где проживает большая часть существующего волшебного зверья. Такое решение было принято Международной конфедерацией магов, во главе которой на сегодняшний день сидит один скромный директор Хогвартса, в рамках поддержания статута о секретности. Также существует множество неразведанных складок. Волшебники постоянно обнаруживают всё новые и новые складки в самых неожиданных местах. Правда куда чаще они их находят на собственных животах… Кхм. Исследователи со всего мира занимаются изучением складок. Каждая новая складка пространства — как лотерея. Внутри может быть что угодно: от бесплодной пустоши до буквально золотых гор. Однажды исследователи и вправду нашли пещеру из чистого золота. Правда после выяснили, что это были залежи пирита — «золота дураков». Впрочем, его там было столько, что нашедшие всё равно обогатились. Ещё Седрик рассказал, что основной магически-направленной деятельностью занимаются гильдии. У каждого магического направления есть своя гильдия: трансфигурация, чары, зельеварение и т.д. Вступают в гильдию те, кто хотят достигнуть высот в той или иной дисциплине, ведь только в гильдиях открывается доступ к редким книгам, свиткам и ингредиентам — если это, например, гильдия зельеваров. Так что если стремишься постичь дисциплину, то твой путь прямиком в гильдию. Хотя бы в полотёры. Разумеется, за красивые глаза тебе никто ничего не даст. Разве что кулаком в морду, чтоб не мешал людям работать. Уровень доступа в гильдиях определяют рангом. Всего существуют семь уровней, от низшего к высшему: неофит, ученик, маг, подмастерье, мастер, грандмастер, архимаг. От неофита до мастера ранжирование идет по трём основным пунктам: знания, резерв и навыки. Если тебе этого хватает, то идёшь в гильдейскую комиссию, проходишь экзамен и получаешь ранг. Для становления грандмастером появляется дополнительное требование — обучение полноценного мастера. Если же какой-то безумец захочет добраться до архимага, то ему нужно обучить минимум пять мастеров и одного гранда, не говоря о требованиях к первым трём пунктам, которые и без того невероятно высоки. Вроде как сейчас нет ни одного живого Архимага, но есть несколько грандов. Например, всё тот же Альбус Дамблдор — грандмастер трансфигурации. Правда в отличии от остальных своих титулов, этим он не светит. Хитрый дедуля. Есть о чём подумать, согласитесь. Так что, повторюсь, всё было не зря. Прочие вопросы опустим, поскольку это мне было либо уже известно, либо не интересно. Информацию получил? Получил. Репутацию поднял? Поднял. Сплошная выгода!***
После завершения лекции я раздал обещанные материалы всем желающим. Выслушал много похвалы в свой адрес и за идею, и за участие в лекции. Приятно, поцелуй меня Моргана! Когда желающие закончились, я подошёл к единственной посторонней на нашем факультете и передал ей экземпляр. — Что скажешь насчёт лекции? — Мне многое нужно обдумать, — ответила мне задумчивая Гермиона, благодарно принимая самодельный буклет. — Правильное решение. Как истинный джентльмен, — меня смерили сомнительным взглядом, — я обязан проводить даму поздним вечером. Пойдём? В ответ я получил неуверенный кивок и мы отправились к гостиной Гриффиндора. А поскольку я не знал её расположения, то вела нас обоих Гермиона. Идти с кем-то в тишине — это лучшее, что придумало человечество! Ты вроде и в компании, и не чувствуешь социального голода, но при этом вы вообще не коммуницируете. Лично у меня жажда одиночества, или точнее жажда «оставьте меня в покое» невероятно сильна, поэтому идти с кем-то в тишине — лучшее решение. Пускай я и старался игнорировать это, но драккловы взгляды преследуют меня постоянно! Почти всё время кто-то пялится. Даже моя банда нет-нет, да бросит взгляд именно как на знаменитость. Хотя куда чаще они смотрят на меня как на дурака. Как ни странно, последнее мне нравится куда больше. Это всё давит. Не люблю славу. Не люблю людей. — Ты как-то загрустил. Это из-за меня? — заметив моё настроение, принялась себя накручивать Гермиона. — Нет, это так… личное. Не бери в голову, — улыбнулся я. Бывают такие вещи, которыми не хочется делиться ни с кем. Никогда. — Понимаю. Иногда всё может быть совсем не так, как кажется на первый взгляд. — Эта мысль куда глубже, чем ты думаешь, — заметил я, покосившись на Грейнджер. — Возможно. Просто я уже это прочувствовала на себе, — произнесла гриффиндорка тихим голосом. — Когда успела? — я удивлённо вскинул брови. Неужто пропустил момент, когда ей… хм… похоже, пока что только поцарапали её розовые очки? — Первое занятие трансфигурации, — вздохнула Гермиона, опустив глаза. — И? Ты же была самой лучшей, разве нет? — я почесал затылок. — Даже МакГонагалл это отметила. — Не смеши, — она нахмурилась и отвела взгляд. — Да я вроде серьёзен. Насколько может быть серьёзен «весёлый Гарри». — Я видела! — ткнула она в меня пальчиком. — Кого? — я картинно огляделся по сторонам. — Как ты и Кеннет беззвучно превратили эту долбанную спичку в декоративную иголку и обратно! — почти прокричала Гермиона, остановившись и топнув ножкой. Оу. Упс? — Это проясняет пару моментов, — не стал отнекиваться я. Смысл? И если подумать, Гермиона и правда стала вести себя чутка скромнее, чем мисс «буду учится лучше всех, потому что я выучила все учебники». Чуть-чуть. Наверное. Если честно, я не заметил разницы, кроме того момента возле Запретного коридора. — А ещё я прочитала про анимирующие чары, которые ты использовал в поезде. А это, между прочим, продвинутый материал пятого курса! — глаза Гермионы предательски заблестели. — Послушай… — А в-вы все это знали и с-смеялись надо мной! — девочка не смогла совладать с собой и из её глаз потекли слёзы. Пре-блять-кра-сно. Гермиона развернулась и попыталась убежать. Не думая схватил её за руку, притянул к себе и обнял. Подруга, как положено, упёрлась мне в плечо и зарыдала. Я же терпеливо стоял, поглаживая её по спине и бубня всякую успокаивающую чушь. И вроде бы я тут в роли утешения, но мне сейчас самому не помешало бы утешение. Не уверен, кому из нас двоих сейчас хуже, если честно. Объясняю, объясняю, не кидайтесь тапками. Сам понимаю, что я ненамного важнее девочки из-за современной системы ценностей. Мне неприятен физический контакт с людьми. Буквально. Когда меня кто-то трогает, я чувствую… наверное больше всего подойдёт слово «отвращение». Именно поэтому я избегал и продолжу избегать все рукопожатия, объятия и прочие телесные контакты. Да, я сейчас обнимаю Гермиону. Мне от этого капец неприятно, но я не считаю, что поступаю неправильно. Если вы забыли, то я напомню, что этот офигительный парень делает только то, что хочет. А что не хочет он делает только тогда, когда это не причиняет вреда и в перспективе несёт выгоду. Иногда я та ещё сволочь. И зачастую без всяких иногда. За моё состояние можно сказать спасибо Дадли. Этот хряк со своими дружками-хряками не раз избивали милого мальчика Гарри. Так часто, что милый мальчик ушёл, и пришёл я! Вы ведь не думали что я такой только из-за кусочка Томми? О нет! Безусловно, огрызок Томми сильно повлиял на меня, но комфорта и мести я начал хотеть задолго до рокового пинка. Да, мести. Для всепрощения идите в церковь, и то там вы его не найдёте. Спускать на тормозах я это не стал и немного проучил кузена и его компашку. Ментальную магию я применял только на старших Дурслей, однако Дадли и Ко меня тоже перестали трогать. Тут постарался «холодный Гарри». Вы могли видеть его отголоски, когда я разозлился на Кена. Поверьте умному человеку — холодного лучше не злить. Да и обычного тоже. Когда это произошло в первый и последний раз… Ладно, расскажу, что было. Ничего такого, на самом деле. Один девятилетний мальчик из подпевал кузена, Пирс, кажется, на уроке взял в руки свой учебник и открыл его. А из него вывалилось сильно окровавленное бычье сердце. Настоящее, а не растение. Сердце выпало и залило кровью и пацана, и его парту. Сколько ору тогда было! И пока Пирс в ужасе осматривался, он заметил мой пустой взгляд, прямо в его глаза, с посылом, чтобы мальчик всё осознал. И смотрел я не только ему, но и всей шайке хряков прямо в душу. Они прониклись. После этого Дадли и его компашка держались от меня подальше. И Мерлин с ними. Малость отошёл от темы. Пускай я и остановил насилие над моей персоной, но, как говорится, осадочек остался. Поэтому прикосновения радости у меня не вызывают. Как и простое нахождение рядом с людьми. Такой вот я ассоциальный тип. Но я держусь! Собрал банду, с которой отторжение минимально и всё вроде в порядке. Хотя касания так и так перебор, но, возможно, девочке сейчас хуже, чем мне. Так что терпи, Гарри, ты сам сделал этот выбор. Постепенно поток всхлипываний сократился, а моя футболка перестала намокать — Успокоилась? — спросил я своим обычным жизнерадостным тоном. Как же я сейчас был рад, что она не видела мой взгляд. — Угу, — буркнули мне в плечо. — Точно? — Угу, — повторный бурк. — Тогда слушай. Никто над тобой не смеялся. Гермиона вздрогнула. — Признаю, мы с Кеном знаем и можем куда больше, чем показываем. Но это не значит, что мы считаем себя выше других. Просто у нас была возможность начать тренировки раньше других и мы, в отличии от некоторых прирожденных лентяев — я про Терри, если ты вдруг не поняла — ею воспользовались. — Но ты говорил, что рос с маглами! — возмутилась девочка, подняв на меня покрасневшие глаза. — И я не отказываюсь от своих слов, но у меня появилась возможность, и я ухватился за неё всеми конечностями. — Возможность? — Прости, но это уже личное. — Понимаю, — Гермиона явно расстроилась. — Не куксись. Я планирую на следующем собрании банды поднять вопрос магической пригодности и научить вас простейшей тренировке! — воздел я палец к потолку. — Правда? — спросила она с горящими глазами. — Конечно! А теперь, по законам жанра, ты должна смутиться нашим длительным объятиям и, мило покраснев, отстраниться от меня. Заторможено осмотрев своё положение, Грейнджер поступила точь-в-точь как я сказал. — Да, именно так, — я облегчённо выдохнул. — Прости… — лицо гриффиндорки сейчас как никогда соответствовало цветам её факультета. — Не переживай. Пошли, а то мы малость задержались. И с уже куда более бодрым настроем мы пошли к конечной точке нашего маршрута.***
Дальнейший диалог никак не клеился. Я даже не пытался начинать, а Гермиона, если верить эмпатии, была крайне смущена и немного рада. Куда лучше, чем предшествующее нервозное уныние. Так продолжалось, пока мы не пришли к большой картине на седьмом этаже. Большой портрет с рамой в форме большой двери. Совсем не палятся. — Вот мы и пришли… — неловко прервала тишину Грейнджер. — Похоже на то. В таком случае, до завтра. Я поднял руку, чтобы махнуть напоследок. Но тут Гермиона резко подскочила ко мне, стремительно обняла, прошептала на ухо «спасибо» и шустро убежала к портрету полной дамы. Всё это произошло так быстро, что я даже удивиться не успел. Назвав картине пароль, Грейнджер не оборачиваясь скрылась в гостиной. Даже с эмпатией, которая передает мне чужие эмоции, невозможно понять женщин! Хоть взрослых, хоть маленьких. Надеюсь мне всё это потом не аукнется. Наивный английский юноша. Простояв в прострации некоторое время, я решил вернуться в родные пенаты. Желания быть пойманным вне гостиной во время отбоя, который наступит с минуты на минуты, я у себя не наблюдал. Но не успел я пройти двух коридоров, как меня торкнуло. В состоянии полнейшего ужаса я полез в источник неприятного ощущения — свой разум. Эта фишка всех ментальных магов, завидуйте молча, недостойные! И там я увидел, что не зря паниковал. Как бы это попроще объяснить? Я сумасшедший с текущей крышей! Ну это вы и так знаете. Но я так же понимаю, что это не есть хорошо. Возможно я сверхсумасшедший? Хм, эту мысль стоит обдумать… Так о чём бишь я? А да, текущая крыша. Видите ли, часть свободного времени мне приходится отводить на ментальную магию именно по этой причине. Просто я не знаю других способов чинить свою бедовую голову. И в последний месяц перед Хогвартсом я решил взяться за себя поплотнее — я же самый умный, ага. Ну и во-о-от… Пу-пу-пу… Короче, я попытался уменьшить собственное безумие, уже давно пустившее корни в моё сознание и предотвратить дальнейший возможный развал крыши. Как вы понимаете, безумие и здоровый разум — плохо совместимые понятия. Пришлось брать себя под жёсткий контроль и накладывать скрепы на некоторые мысли и отдельные черты характера. И это даже давало плоды, но приличная часть безумия всё равно прорывалась, да и будет прорываться — тут уж никак. Самостоятельно бороться с безумием — та ещё авантюра, нормальный на такое не пойдёт. Да ему и не надо. А я пошёл! Одна проблема — я не знал дороги. Вот и пришёл. М-да. Так от чего же я в ужасе? Ну, я не учёл, что скрепы вкупе с безумие вместе будут намного сильнее давить на разум. По итогу получилось, что вместо баланса и сдерживания я наоборот ускорил распад. Сейчас мой разум буквально трещит по швам и, если ничего не предпринять, то я стану овощем. Ситуация. И я в душе не знаю, что мне сейчас делать. Моих навыков в ментальной магии не хватает для такого. А счёт даже не на дни — часы. За-ме-блять-чательно. Я схватился за голову и сделал глубокий вдох. Порывшись в сумке, достал флакончик с обезболивающим зельем и залпом его осушил. В моей ситуации головная боль — дело времени. И она будет куда хуже обычной мигрени. Последнее, что мне сейчас нужно — это паниковать. Решаем проблемы по мере поступления! У меня нет знаний — значит нужно их добыть. Следовательно, мне надо в библиотеку. Но в библиотеке нет книг по менталке — я проверял. Значит — в запретную секцию. Остаётся только надеяться, что я смогу её взломать. Иначе придётся идти на поклон к директору. Не до конца уверен, остатки это от Томми или моё собственное ощущение, но я не особо доверяю Альбусу Дамблдору. Хотя, если подумать, а кому я вообще доверяю?***
На взлом запретной секции у меня ушло меньше минуты. И это не я такой крутой, а защита необычная. Сама дверь в запретную секцию была защищена всего лишь парочкой запирающих заклинаний — да и то скорее для вида. А настоящая защита была в другом месте. На дверной проём были наложены чары, схожие с сигналкой, что я поставил в своём закутке. Стоит кому-нибудь зайти в запретную секцию, как наложившему чары — неважно директор это или мадам Пинс — придёт уведомление о проникновении и слепок ауры преступника, чтобы тот точно не отвертелся. Хорошая вещь. Надо будет себе такую потом поставить. Пройти мимо проблем не составило. Моих навыков контроля ауры вполне хватило, чтобы не оставлять следов. А сигналку я обманул скрывающими чарами. Запретная секция пахла пылью и… тайными знаниями? Не уверен, я особо не принюхивался — меня интересовали другие вещи. Сама секция была не очень большой — всего несколько шкафов и пара полок, битком набитые книгами. Большая часть книг были самыми обычными. Наверняка из запрещённого Министерством магии. А вот другие были куда интереснее: на обложке одной были кровавые пятна, у другой — настоящий глаз, подмигнувший мне, когда я посмотрел в его сторону, а обложка третьей вообще была из человеческой кожи. Прикольно. Хотелось забрать всё с собой для дальнейшего изучения — да, я человек высокой культуры и вообще любитель почитать всякое — но мешали «Ситуация» и наложенные на книги чары. Если вынести любой томик за пределы секции, поднимется такой вой — причём буквально вой — что весь замок прибежит его заткнуть. Снять такие чары возможно — не существует неснимаемых чар — однако это потребует много времени, которого у меня нет. Всё-таки чары накладывал не кто-то из моих однокурсников, а один довольно толковый старик. Да, я уверен, что «Белая борода» приложил свою руку к этим чарам. Больно они мудрённые. Что? Никто не мешает мне проверить, чтобы к следующему визиту быть готовым. Книги по ментальной магии стояли стройным рядком на одной из полок. Забрать или скопировать их всё тем же «джеминио» я не мог из-за наложенных чар. Оставался только один выход — читать. И надеяться, что я найду решение до того, как станет слишком поздно.***
Ночное дежурство никогда не приносило удовольствие Северусу Снейпу. Он всегда считал, что это время лучше потратить с пользой для себя. Выспаться например. Но кто его слушал? Ночь ничем не отличалась от любой другой. Коридоры были пусты. Лишь иногда профессор натыкался на патрулирующего Филча и его кошку. А в редких случаях — на малолетних идиотов, решивших побродить ночью. Да, именно идиотов — умные сидят по гостиным или умеют скрываться от посторонних взглядов. Так, проверяя коридор за коридором, Снейп вышел к библиотеке и наткнулся на пугающую картину. Посреди коридора был очерчен круг радиусом около пяти метров. Одна его половина горела чарующим изумрудным пламенем, а вторая была покрыта такого же цвета льдом. В центре этой композиции стояла особенно большая ледяная глыба, внутри которой угадывался мальчишеский силуэт в обрывках школьной формы. Проведя несколько секунд в оцепенении, профессор направился прямо к студенту, на ходу посылая свою патронус-лань с сообщением в больничное крыло и к директору. Осторожно вытащив ученика изо льда, Снейп узнал в пострадавшем Поттера-младшего, сына его школьного врага и любимой женщины. Мальчик был в весьма плачевном состоянии: по всему телу виднелись следы ожогов вперемешку с обморожением, и вдобавок его периодически потряхивало. Ужаснувшись состоянию мальчика, Северус бросил на него диагностические чары и ужаснулся по новой. Чары показали сильнейшее магическое истощение, мелкие дырочки в ауре, сильное напряжение магических каналов, а также многочисленные повреждения тела. Наложив на ребёнка чары стазиса, профессор спешно отлевитировал его в больничное крыло. Там его уже ожидали мадам Помфри и Альбус Дамблдор. Первым делом профессор положил мальчика на кровать, после чего рассказал двум присутствующим всё, что он успел увидеть и узнать. Медиведьма начала работу над пострадавшим, а Снейп и Дамблдор отошли в сторонку и начали тихий разговор, наблюдая за действиями дипломированного колдомедика. — Как думаешь, Северус, что же произошло с мальчиком? — произнёс директор, поглаживая бороду. Он частенько так делал, когда погружался в размышления. — Сложно сказать, слишком много всего сразу. Я бы предположил, что это нестандартный детский выброс, — бросил зельевар оценивающий взгляд на мальчика. — Может быть, — задумчиво протянул Альбус. Пару минут прошло в тишине, не считая творимое колдовство и звон флаконов со стороны Мадам Помфри. — Возможно, что-то вызвало в юном Гарри очень сильные эмоции. Где, говоришь ты его нашёл, Северус? — Возле библиотеки. — Хм… В этот момент медиведьма закончила колдовать над пациентом и подошла к нашей колоритной парочке. — Как он, Поппи? — обеспокоенно поинтересовался директор. — Всё не так страшно, как кажется. Пару дней у меня полежит и вернётся к занятиям. Хотя от магии на несколько дней ему придётся воздержаться. Небольшое повреждение магических каналов и сильное магическое истощение. С таким не шутят, — ответила мадам Помфри. — Вот как. Спасибо за твой труд, Поппи. Мы с Северусом сейчас пойдем изучать место происшествия. Составишь компанию? — Лучше прослежу за мальчиком на всякий случай, — вежливо отказалась она. — Мне пришлось дать ему несколько зелий и я не могу гарантировать отсутствие побочных эффектов. В конце концов мистер Поттер попал ко мне в первый раз. «И вряд ли последний», — мысленно хмыкнул Снейп. — Тогда мы не будем тебе мешать. Пойдём, Северус, — директор поманил зельевара за собой и направился к выходу, на ходу доставая свою волшебную палочку. — «Экспекто Патронум». Минерва, Филиус, Помона, случилось неприятное происшествие. Прошу вас срочно прибыть в коридор возле библиотеки, — продиктовал он серебристому фениксу. Выслушав сообщение директора, призванное существо улетело к адресатам.***
Стихийный круг из смеси изумрудных льда и пламени произвёл на Альбуса Дамблдора сильное впечатление. Вооружившись палочкой, директор Хогвартса принялся изучать необычные магические следы, что-то бубня себе под нос. Северус Снейп молча опёрся о стену и лениво наблюдал за действиями директора. Ситуация больше не требовала его личного участия, да и под профиль не подходила. Так что зельевару приходилось здесь находится скорее ради галочки. Но Северус не был особо против. Всяко лучше, чем бесцельно бродить по пустым коридорам. Дежурство ведь никто не отменял. Так, не особо тщательно осматриваясь по сторонам, Снейп заметил неподалёку от себя подозрительный предмет. Подойдя ближе, он обнаружил, что это была всего лишь поясная сумка, на обратной стороне которой было написано «Гарри Поттер» с кривой буквой «о». Хмыкнув, профессор поднял сумку, решив чуть позже занести её в больничное крыло. — Что-то необычное? — поинтересовался Дамблдор, заметив телодвижения школьного зельевара. — Всего-лишь поясная сумка мистера Поттера, — сухо ответил Снейп. Директор подошёл к Снейпу и внимательно осмотрел сумку. — Интересно… — только и произнёс он. В этот момент подоспели остальные деканы. На профессоре МакГонагалл была надета пижама шотландка, а на макушке Флитфика покачивал помпоном синий ночной колпак. — Что здесь произошло, Альбус? — первым делом поинтересовалась МакГонагалл, обратив внимание на изменение интерьера. — Это мы и пытаемся понять, Минерва. Около получаса назад Северус обнаружил эту занятную композицию, внутри которой находился мистер Гарри Поттер. — С ним всё в порядке? — сразу всполошилась Спраут, из глаз которой пропала вся сонливость. — Не совсем, но Поппи уже подлатала его, — успокоил Дамблдор женщину. — Она сказала, что ему придётся пару дней провести в больничном крыле и на некоторое время воздержаться от магии. Чуть позже можешь спросить у нее всё в подробностях. На слова директора Помона Спраут сдержано кивнула. — Есть предположение, что здесь произошло? — проявил интерес Флитвик. Его маленькие глазки смотрели на стихийный круг с энтузиастом исследователя. — Поскольку у мальчика было сильное магическое истощение, Северус предположил, что это мог быть некий нестандартный детский выброс. Я немного осмотрел место и склоняюсь к тому же выводу. И ещё могу добавить, что, по-видимому, выброс сопровождался взрывом. Северус, — Дамблдор повернулся к Снейпу. — Вы не слышали ничего похожего во время патруля? — Нет, Альбус, — покачал головой зельевар. — Возможно, я в момент взрыва был в другой части замка. — Понимаю. — Вы считаете это — выброс? — с сомнением спросила МакГонагалл, указав на глыбы льда — Вполне может быть, — ответил ей Флитвик. — У мистера Поттера, похоже, явно выраженная предрасположенность к огню и льду, что является весьма любопытным сочетанием. Да ещё и такого необычного цвета… Немного подумав, маленький профессор подошёл к кругу и сделал пару пассов палочкой. В тот же миг глаза полугоблина расширились от удивления. — Что там, Филиус? — заметил изменения в его мимике Дамблдор. Флитвик с серьёзным лицом повернулся к директору и деканам. — От них веет энергией смерти, — тихо произнёс он. — Даже так — Дамблдор нахмурился и бросил ещё один взгляд на изумрудные стихии. — О, Мерлин, — пробормотала Макгонагалл. Снейп ругнулся, а Спраут приложила руки ко рту. Погипнотизировав конструкцию еще некоторое время, Дамблдор вместе с Флитвиком привели коридор в привычное для него состояние. — Что же, теперь остаётся только ждать, когда мистер Поттер придёт в себя, чтобы узнать у него, что же здесь всё-таки произошло. А вообще, — Дамблдор посмотрел на деканов, — давайте пройдём в мой кабинет. Здесь нам больше нечего делать. К тому же мне сегодня пришла коробка новых сладостей к чаю… Директор направился в свою башню и деканы потянулись за ним. Замыкающий шествие Снейп устало вздохнул, размышляя над тем, под каким предлогом он сможет сбежать с импровизированного собрания. Учителя ушли и коридор перед библиотекой вновь стал таким же, каким он был последние десять лет. И только мельчайшие крупинки некроэнергии, оставленные изумрудной стихией в воздухе и вызывающие мурашки у всех мимо проходящих всю следующую неделю, намекали на то, что здесь вообще что-то произошло.***
Примечания:
Здесь могла бы быть ваша реклама
