Если всё идёт не по плану, значит это лучший в своём роде план.

Пэнси проснулась от настойчивого стука в дверь. Открывая её, она не надеялась на приятный повод для пробуждения. На пороге её ждал менеджер отеля, одетый в белоснежную униформу и лаконичный кепи: — Мисс Паркинсон, добрый день, для вас сообщение от Мистера Малфоя. Он просил передать вам, что будет ожидать вас на террасе на верхнем этаже отеля в 3 часа, для завершения интервью.  Его голос звучал бодро, будто он заучивал послание наизусть, боясь перепутать детали. — Благодарю вас за сообщение, — она опустила глаза на бейдж, чтобы назвать бодрого человека по имени, — Брендон.  — Я могу передать Мистеру Малфою, что вы посетите встречу? — Не унимался бодрый человек.  — Да, разумеется. Благодарю.  С мягкой улыбкой она кивнула и прикрыла дверь.  Ну и рань! — Подумала она, ощущая сонливость и давление в висках. Переведя взгляд на часы она удивилась, был уже час дня.  Вчерашний вечер вымотал её настолько, что она проспала все утро и даже обед, восстанавливая моральные и физические силы. А Люциус, видимо, уже с раннего утра планировал новую изощрённую пытку для нее.  Спасибо, что прислал приглашение не к восьми утра.  Она со стоном плюхнулась спиной на мягкий матрац, переводя взгляд в окно.  Что готовит для неё новый день? Какие ещё приключения её ждут на Сен-Барт? С тяжелым сердцем она немигающим взглядом смотрела сквозь окно, куда-то вдаль.  *** Ровно в три часа Люциус поднялся на террасу отеля на верхнем этаже. Руфтоп встретил мужчину прохладным ветерком от симметрично расставленных охладительных систем.  Крупные зонты пастельных оттенков располагались над столиками. Официанты в белых костюмах любезно проводили его в уединенный уголок, предложив мягкий диван и небольшой столик. — Могу вам сразу предложить напитки, сэр? — Вежливый юноша положил меню на стол и мягко улыбался Люциусу.  — Два безалкогольных Беллини, будьте так добры, — Люциус сегодня хоть и был не в настроении, всё же сохранял вежливость и дружелюбие к служащим уже полюбившегося места. Немагический мир открывал лучшие возможности для отдыха, и Люциус в последнее время с большим удовольствием признавал их для себя, не чураясь правил магглов.  Отрицать их любовь к удовольствиям и умению кропотливо относиться к деталям, не было смысла. В то время как маги часто ленились обеспечивать достойный уровень отдыха, разбалованные вседоступностью воплощения любых идей и благ в жизнь, магглы трудились и изобретали упрощающие жизнь вещи с большим рвением. Люциус охотно использовал автомобили, вертолеты, когда того требовал случай.  Пару раз он даже ездил на электричке в Женеву, чтобы не вызывать лишних подозрений о своих перемещениях.  Немагический мир имел свои плюсы, это Люциус понимал совершенно определенно.  Блуждающий в своих размышлениях, он и не заметил, как его спутница на сегодняшний коктейль поднялась на террасу.  Переводя в размышлении взгляд, он увидел её: Бронзовая кожа переливалась на солнце, на лице был нежный румянец и почти отсутствовал макияж.  Она была одета в шелковое платье-комбинацию молочного цвета, и выглядела так непринужденно и свежо, что Люциус не в силах был отвести взгляд. Она шла уверенно и даже слегка скучающе, будто вынужденно участвуя в этой встрече. — Мисс Паркинсон, — он слегка привстал, когда она подходила, и официант помог ей сесть. — Вы выглядите… Вы сегодня особенно прекрасны. — Неловкое приветствие выбило из него прежнюю уверенность. — Добрый день, Мистер Малфой.  Пэнси подняла уголок рта, увидев на столе любимый напиток. — Предпочитаю оставаться в трезвом уме, когда предстоит работать, — она кивнула на фужер. — Но, благодарю за внимание к моим предпочтениям. — Безалкогольный, — просто сказал он, отпив в подтверждение слов освежающий напиток. Неловкость всё ещё висела над их столиком, хотя и на место вчерашнему напряжению пришло обоюдное… спокойствие. Будто обоим надоело выжимать из себя сложные стратегии и эффектные панчи, и сегодня было их негласное перемирие. — Что вы сегодня хотели уточнить о материале, Мистер Малфой? — Открывая блокнот, девушка с интересом пробежала глазами по своим записям.  — Я думал, что это у вас остались ко мне вопросы, а так как я привык сдерживать свои обещания, пригласил вас на деловой коктейль.  Она подняла на него улыбающийся взгляд и вернула глаза в блокнот. — Что ж, это не будет интервью в привычном понимании. Наш диалог будет прерываться на мой рассказ о вас. Мои выводы и мой взгляд на героя материала — то есть вас.  Он смотрел на неё почти нежно: — То есть я у вас в разработке, Пэнси? И какой же у меня психологический портрет? — В его взгляде читался исключительный, живой интерес. Она откинулась на спинку, честно задумавшись.  — Вы сложный человек, Люциус, и думаю, спорить об этом факте вы со мной не станете. Характеризовать вас можно по-разному, в зависимости от контекста общения, — на этой фразе она слегка осеклась, резко оборвав задумчивый взгляд вдаль, и вернув глаза на него. — И всё же не считаю, что вы хамелеон или конъюнктура, вы имеете много разных граней, которыми умело жонглируете.  По всей видимости, это неотъемлемая часть поведения любого успешного человека. Вы очень властны, при этом умеете маскировать поводья под заботу или участливость, когда вам это удобно.  Но, вы привыкли вести. Это ваша роль, определенно. — Закончив размышление, она перевела взгляд на него, интересуясь, как отреагирует он на её честную, хоть и довольно образную оценку. Он слушал ее внимательно и не вмешивался. В конце последних слов Люциус снова отпил Беллини, опустив глаза на бокал и пряча неявную улыбку. — Довольно банально, Мисс Паркинсон, не находите? Похоже, психология не была сильной стороной вашего учебного заведения. — Он улыбался заговорщически, сдерживая отборную сплетню изо всех сил.  — Что вы имеете в виду, при чем тут моё учебное заведение? — Она уже догадывалась, но всё ещё не понимала повод его веселья. — Вчера меня истязал ваш болтливый друг своими назойливыми речами. Пэнси прикрыла глаза. — Он требовал от меня мужского совета, и был ему чертовки рад, и даже назвал меня чуваком. — На этой фразе он прыснул.  Пэнси положила оба локтя на край стола, взявшись за виски и тихонько застонала.  — И что он от вас хотел?  — Помочь с планом завоевания. Она приподняла брови в немом вопросе.  — Вас. — Он окончательно развеселился.  Сказать, что Пэнси была удивлена, не сказать ничего. Это было жутко неловко и её мгновенно бросило в жар. Она взяла свой напиток и сделала пару жадных глотков, все ещё избегая назойливый взгляд Люциуса, который наслаждался её реакцией. Наконец, взглянув на него, она, не выдержав, громко рассмеялась. Они смеялись вместе, не сдерживаясь, до слезинок в уголках глаз, до боли под рёбрами.  Наконец, остановившись, она задала закономерный вопрос: — И что вы ему посоветовали? — Всё ещё откашливаясь, спросила она. — Я порекомендовал ему организовать ужин на яхте.  Люциус наслаждался реакцией девушки. Растягивая реплику до неприличия. — Букеты, много букетов. Розовые лепестки. Пэнси склонила голову в недоверии.  — Надпись на яхте «Моя принцесса». Наконец Пэнси расслабила плечи и парировала: — Люциус, это определённо то, чего я жду от ухаживаний. Вы угадали мой вкус на все сто. — Говоря это, она всё ещё улыбалась, слегка помахав головой, будто слышала лучшую за последнее время шутку. Самую нелепую и глупую, но по-настоящему смешную.  Их беседа плавно вернулась в деловое русло. Они обсуждали его досуг, умение чередовать работу и отдых, когда официант принёс закуски из свежайшей рыбы. При виде тартара из тунца и лосося у Пэнси мгновенно проснулся аппетит. — Прервёмся ненадолго? — Предложил Люциус, взглядом указывая на блюда. — Я дико голодная, — честно призналась она с заговорщической улыбкой, от чего у него на лице появилось непривычное мягкое выражение — то ли умиление, то ли что-то гораздо более нежное. Несколько минут они ели в комфортном молчании. Пэнси наслаждалась едой, а Люциус — тем, как она это делает: без жеманства, с искренним удовольствием. Это было неожиданно приятное зрелище. — Знаете, что самое забавное, — вдруг сказал он, откидываясь на спинку дивана и глядя на неё поверх бокала.  — Вчера я всерьёз злился. А сегодня утром, когда проснулся, понял, что больше не злюсь. Ни на вас, ни на вашего итальянского друга, ни даже на себя. Пэнси подняла на него взгляд, выжидающе приподняв бровь. Люциус продолжал тихо, почти задумчиво: — Я слишком долго жил по чётким правилам. Контроль, дистанция, предсказуемость. А вы… — он слегка усмехнулся, — вы всё это ломаете. И вместо того чтобы раздражать меня, как должно было бы, вы меня… интригуете. Даже когда ведёте себя, как вели вчера.  Пэнси отложила вилку и посмотрела на него внимательно. — Это признание или очередная шахматная фигура? Люциус выдержал её взгляд. На этот раз в его глазах не было привычной холодной игры. — Ни то, ни другое. Просто констатация. Я устал притворяться, что мне всё равно. И устал делать вид, что могу вас контролировать. Он наклонился чуть ближе, но не настолько, чтобы нарушить пространство. — Я не собираюсь вас торопить. Но и играть в бесконечные игры тоже больше не хочу. Если вы готовы — давайте попробуем по-другому. Без спектаклей, без публики. Просто два взрослых человека, которые интересны друг другу. Он замолчал, давая ей время ответить. Ветер мягко трепал края скатерти, а внизу шумело море. — Мы оказались в этой точке не без вашего участия, Люциус, вы же это и сами понимаете? — Она говорила, просто смотря на него. — Думаю, эта игра и стала основной причиной вашего интереса. Он склонил голову, а на лице была мягкая улыбка, которая выглядела слегка натянутой. — Не думаю, Пэнси. Они завершили обсуждение материала для статьи аккуратно споря, какие акценты стоит расставить. Но всё же пришли к единому мнению, согласившись на обоюдные уступки. На столе были недопитые фруктовые коктейли, пару опустошенных кофейных чашек и её блокнот.  Закрывая его, она протянула Люциусу руку для делового рукопожатия: — С вами приятно было работать. Осталось завершить в Лондоне съемку и согласовать итоговый материал.  Он взял её руку нежно, не поддерживая её настрой на светский диалог. Добавив вторую руку и удерживая её ладонь аккуратно, пальцами, он слегка погладил большими её кисть.  Не разрывая зрительного контакта он наклонился и коснулся губами её руки.  Она слегка приоткрыла губы, не зная, как реагировать на внезапную нежность вчерашнего зверя.  — Паркинсон! Ты и этот… этот… — Громко крикнул кто-то со стороны.  Пара резко повернула головы на громкий звук.  Там стоял Пауло Ривелли, злобно смотря на Пэнси, и зажимая кисти в кулаки. На его лице была гримаса, полная отвращения и ужаса. — Значит так ты делаешь карьеру — древнейшим методом?! Злоба плескалась в глазах парня, он выглядел потрепанным после вчерашнего загула и выбитым из колеи от увиденного.  До этой фразы Люциус и Пэнси продолжали сидеть, держась за руки. Но теперь Люциус спокойно скинул салфетку с колен в сторону и медленно встал. Пэнси перевела немигающий взгляд на него, не понимая, что он собирается делать.  Он шёл в сторону парня грациозно и спокойно, казалось, полностью контролируя свои эмоции и ситуацию. А Пауло смотрел на него с нескрываемым гневом и презрением. Раздался глухой звук и щелчок челюсти. Все произошло молниеносно.  И только когда послышался шорох и шум приближающихся людей, Пэнси наконец осознала, что произошло.  Люциус взял её за руку и повел за собой, шагая широким шагом и не оборачиваясь на суматоху.