Пробудись

      Тэяна, конечно же, не пустили, и Чеён сделала всё возможное, чтобы скрутить его и заставить сидеть. Ей самой не было тревожно от выходки, что совершила мама Наби, ей было привычно наблюдать за ней, той мамой, которая порвёт каждого за своё дитя. Только дитя тоже вполне в том возрасте, когда может дать сдачи. Только вот кому? Кихо даже не нападал на неё, не проявлял агрессии, наоборот, он был предельно спокоен и вежлив, просто подошёл слишком близко.       А за стеклом царила истерика, потому Чеён не включала связь, чтобы на всякий случай не спровоцировать Тэяна. Удерживать одной вполне себе здорового парня, который волком смотрит на всех, кто ему мешает, - то ещё удовольствие. Ей даже пришлось завалить его на пол и приставить к спине ногу, чтобы он не решил даже рыпнуться. Это хорошо, что Чеён проходила военную подготовку для девушек — редкое явление, но это закалило характер девушки-провидицы, которая лишь хотела уметь защищаться. Чеён как-то предложила подобное мероприятие и Наби, но та смущённо засмеялась и сказала, что у неё ни выдержки, ни дисциплины, и обучить этому — сомнительное удовольствие.       — Я так и знал, что ваша контора лишь людей убивает, отвар даёте, чтобы усыпить бдительность, а потом добиваете всеми предметами, что есть под руками, а обычных людей можете скрутить и заставить молчать, — бормотал Тэян, в то время как Чеён всё сильнее надавливала ступнёй ему на спину. — Так-так, можно со свидетелями полегче? Иначе титул огонь-женщины явно перейдёт к вам, а не останется у матери Наби…       — Я бы с удовольствием тебя бы точно так же оприходовала, только под рукой нет ничего тяжёлого, — вздохнула Чеён и взвела глаза к потолку. — Лежи и терпи. Конечно, это нестандартная ситуация, я занесу в протокол, мама Наби не должна была такого делать, но порой люди выполняют что-то благодаря внутреннему компасу.       — Она будет уволена?       — Да вы чего, она иначе весь офис сожжёт.       — Да уж, вы обе заслуживаете статус огонь-женщин.       Наби в это время обмахивала ладонями Кихо, надеясь, что он таким образом очнётся. Потом послушала его сердцебиение, но ничего не услышала. И вот именно тогда Наби накрыла самая настоящая паника, потому что она не была готова к смерти человека, который ей понравился и который буквально видел несколько раз, как она позорится. Да на таком жениться надо — не страшно при нём посещать туалет и есть далеко не как фея, а как здоровая женщина! И вот теперь мама, видимо, лишила её шанса на счастливое замужество, потому что заново позориться перед кем-то Наби не собиралась.       Может быть, мама похожа в этом на Наби — тоже не вышла замуж уже с ней маленькой на руках, потому что понимала, что уже несолидно позориться и показывать себя как хозяйку — только как человека, бесконечно уставшего от быта.       — Мама, ты мне всю судьбу поломала! — вскричала Наби, прикоснувшись пальцами в футболке на груди Кихо. Она ведь действительно испугалась, как и мама за пять минут до этого, и теперь сидела вся в слезах и без понятия, как дальше разовьются события. Может, он действительно умер — и ладно, в бумагах всё отразить просто, только больно до жути в сердце. — Как так получилось, что у тебя даже к собственной дочери сострадания нет?!       А мама так и стояла с массивной папкой в руках, не зная, что и сказать на душевные возлияния дочери. Ну упал пациент — ну что поделать, он скорее жив, чем мёртв, одно то, что дышит, многого стоит. И чего это создавать из ничего истерику? Видимо, дочь на нервах совсем головой поехала.       — Ну сделай ты ему искусственное дыхание, я тут при чём? — спросила она, и Наби встрепенулась.       Действительно — почему она об этом не подумала? Даже хлопнула себя по лбу, промычала что-то нечленораздельное, а потом опустила руки на грудь Кихо. Она не стеснялась физического контакта с этим человеком, могла его и за руку взять, и даже разорвать при необходимости футболку, но выбрала спасти человека, которого чуть не загубила матушка, — потянулась к губам и накрыла их своими нежно, вдыхая весь кислород, что только что вобрала.       — О Будда, Наби, ну не здесь и не сейчас, я тебя прошу, — проговорила Чеён, нажав кнопку, дающую доступ к микрофону. — Не надо!       — Я должна его спасти, — сказала Наби, повернув голову к стеклу. К сожалению, Чеён её не видела и не слышала. — Должна…       Кихо помаленьку стал приходить в себя, и дело было тут не в живительном кислороде, что в него вдохнула Наби. Губы её он, конечно же, чувствовал, как и то, что она зажимает ему весьма непрофессионально нос. Он, конечно же, сам по себе врачом не был, но слышал, как правильно надо делать искусственное дыхание.       — Неправильно делаешь, — из-за этих слов Кихо даже расслабился, пока не услышал следующее устами матери Наби: — Давай я сделаю это.       — Не надо! — сказал сам, открывая глаза и приподнимаясь.       И увидел достаточно забавную сцену: зарёванная, но теперь уже и до кучи потрясённая Наби сидела перед ним на коленях, а над ней, возвышаясь, стояла её мама. Уже без папки, зато с довольным выражением лица. Видимо, случилось что-то, что её точно вдохновило.       — Ну вот, сам воскрес, даже без лишней помощи, а ты, дурёха, вся извелась, — сказала мама Наби. — А ты, — она смерила взглядом Кихо, что поёжился — она ведь совсем недавно вероломно ударила его со спины, — знай, что на мою дочь покушаться могу только я или же её муж. Так что, либо бери в жёны, либо я уж не знаю…       — Я была уверена, что ты умер, какая же удача, что ты всё же не умер! — всхлипнула Наби и бросилась на шею Кихо, вновь заставляя его упасть на землю.       — Я думал, будет какая-то другая инициация, а не удар по затылку, — проговорил Кихо. Мама Наби в это время включила микрофон и передала Чеён, что Тэяна можно развязывать, потому что никто не умер и никто не хочет быть пострадавшим.       — А какая? На тебя посыпятся четырёхлистные клевера? — мама Наби нахмурилась. — Я действовала согласно своему внутреннему компасу. А теперь уходите вместе с Наби.       Кажется, после этого как раз не женятся, но продолжают знакомство, потому что совместных воспоминаний много, а эмоций — так тем более. Потому Наби и провожала Кихо на междугородний автобус, краснея. Мама выбила ей выходной специально, чтобы она отдохнула. Тэян так и дулся из-за того, что мама Наби не дала ему номер телефона, потому и ушёл садиться первым.       — Ты выглядишь прелестно, Наби, — сказал Кихо, поворачиваясь к девушке. Они успели уже обменяться телефонами, решили продолжать знакомство, тем более Наби сказала, что это для того, чтобы отслеживать динамику, а не просто так. — Оставайся всегда такой. И не забывай отвечать на мои звонки, хорошо?       — Договорились, — и Кихо взял лицо Наби в руки, слегка ущипнул за щёки и улыбнулся. И поцеловал, заставив не только сердце девушки, но и саму её воспарить на метр над асфальтом. — Ох, это было не опасно?       — Ничего страшного, — проговорила Наби, улыбаясь. Ей ну очень понравился этот поцелуй, потому ей хотелось повторить его потом. В будущем. Чеён уже ей сказала, что видит прекрасно их вместе: весёлых, женатых, с двумя собаками и как минимум одним ребёнком, который не будет давать покоя. — Позвони мне, как приедешь, хорошо?       — Хорошо.       И всё же Наби решила, что надо учиться летать. Иначе зачем ей дана именно эта сверхспособность? Чтобы ну очень удачливого парня катать на себе, словно дракониха, и забавляться.