Ты здесь
5 июня 2026 г., 14:41
мы с Арией идем по пустой главной площади. ветер гоняет по мостовой обрывки газет и пыль. витрины магазинов целы, но за ними — темнота и тишина. эпидемия опустошила это место. мы заходим сюда не за красивыми безделушками, а за патронами, ампулами, керосином — чем-то полезным, что могло остаться.
Ария идет впереди, ее красно-черные волосы колышутся за спиной. на ней, как всегда, шутболка, митенки, штаны, колготки и лоферы. она выглядит так, будто только что вышла из своего времени. из того времени, о котором у нас предпочитают не говорить, а даже если и говорят, то вскользь.
— здесь вряд ли будет что-то нужное. людские лекарства нам вряд ли чем-то помогут, — говорю я, осматривая выбитую дверь аптеки.
— не в этом магазине, — она качает головой и указывает на соседний. — но там может быть что-то полезное. ампулы, скажем, керосин. зайдем. всё равно делать нечего.
я киваю. мы заходим. запах пыли и чего-то сладкого, что давно протухло. она методично обыскивает полки за прилавком. я смотрю на нее. на ее сосредоточенное лицо. отец, Джепетто, сказал, что нашел ее эрго в городе. он считает, что она — редкий случай. что ее эрго могло не перенести всего этого.
она никогда сама не начинает об этом разговор. видимо, для нее это тема слишком травматична. Ария лишь вскольз упоминала про какую-то девушку, которая умерла, защищая её; про родителей, которые погибли почти сразу, как только там случилась эпидемия, похожая на ту, что сейчас.
— Ария.
Шарлотта поворачивается ко мне.
— да?
— а что именно произошло в твоем времени? в двадцать пятом веке? почему эта... эпидемия случилась?
она замирает, ее рука застывает на полке. медленно поворачивается. ее глаза, такие живые и острые, смотрят на меня сквозь полумрак магазина.
— зачем спрашиваешь?
— мне интересно. какое оно? будущее.
она вздыхает, коротко, и снова начинает рыться в коробках, но я вижу, что она думает.
— оно... другое. чище. и скучнее, наверное. меньше тайн. насчет эпидемии.. не знаю. — она делает паузу. — но у нас есть легенды.
— легенды? — не понимаю я.
— да. истории, которые передают из поколения в поколение. даже какте-то . про девушку и парня, которые в далеком прошлом, во времена какой-то другой, далекой эпидемии спасли мир. дали ему шанс начать все сначала.
Ария вытаскивает маленькую баночку с каким-то веществом, засовывает в карман.
— их имена в легендах не сохранились. только образы. девушка с огнем и тенью в волосах. и парень с сердцем из эрго и дерева, который искал правду. не все в это верят, но это стало почти как религией. — она оборачивается ко мне, и в углу ее рта играет тень улыбки. — смешно, да?
мне не смешно. у меня внутри что-то щелкает, как шестеренка, встающая на свое место.
— и что с ними стало? в легендах.
— они исчезли, — пожимает плечами Ария. растворились в истории. как и положено героям. чтобы люди могли мечтать и строить новый мир уже без них.
она проходит мимо меня к выходу, касается моего плеча.
— пойдем дальше. вон там, кажется, магазин платьев. вдруг, там тоже что-то есть. — Ария останавливается и задумчиво продолжает: — да и я всегда хотела примерить платье из прошлого. может, мне пойдет.
я следую за ней. магазин платьев огромен и безмолвен. манекены в пышных нарядах смотрят в пустоту стеклянными глазами. Ария не смотрит на платья. она идет к служебной комнате сзади, ищет склад.
я останавливаюсь посреди зала, среди призраков роскоши. и смотрю на ее спину. на девушку из будущего, где о нас с ней слагают легенды. где мы уже стали историей, пока еще даже не закончили писать ее.
— ничего. просто... поторопись.
— уже иду, — доносится ее голос из-за двери. — точнее, почти иду. мне повезло найти неплохое платье. ну, или нам, кто знает.
да, сегодня нам повезло. мы нашли припасы. и я нашел ответ, который даже не знал, что ищу. мы просто идем дальше. два призрака из прошлого и будущего, бродящие по пустому настоящему. и, кажется, этого достаточно.
***
мы вернулись в отель. в подвал палаты гептикуса все так же пахнет маслом, пылью и старой надеждой. ария, не говоря ни слова, пошла в свою комнату — маленькую каморку, которую отец выделил ей. дверь закрылась негромко. поговорив с отцом и поняв, что сегодня больше ничего нет. не придумав ничего лучше, я стучу в дверь комнаты Арии. тихо, два раза. — заходи, — доносится изнутри. открываю. комната маленькая, как все в отеле "Крат". два двухъярусных деревянных кровати, будто для призрачной семьи, стоят по бокам. она сидит на нижней левой кровати, спиной к стене, поджав ноги. единственное окно в комнате — между кроватями, завешено грубой тканью, чтобы не привлекать внимания снаружи. но сейчас сквозь щель пробивается тонкая полоска угасающего света. Ария смотрит на что-то в руках. на тумбочке у окна, как на алтаре, лежат ее вещи. те самые, что не принадлежат этому миру. тонкая плоская коробочка с мерцающим, как масляная пленка, покрытием. она называет это плеером. рядом лежит телефон. небольшой, гладкий, черный прямоугольник, экран — мертвое, темное зеркало. он никогда не включался. не может. здесь нет сетей, нет вышек, нет того, что питает такие вещи. я захожу и прикрываю дверь, отделяя нас от всей шумихи, ламп, светящих в лицо тонким куском дерева. — то платье понравилось Евгении. спросила, можно ли оставить его себе. — хорошо, пусть забирает. — Ария не отрывает глаз от предмета в руках. я подхожу ближе. это маленькая, с ладонь, голограмма-проектор. слабый синий свет вырисовывает в воздухе вращающуюся, сложную схему — то ли здание, то ли механизм. она щелкает, и изображение гаснет. — что это было? — проект музея, — говорит она, кладя проектор на тумбочку рядом с телефоном. — из моего времени. я его делала. вернее, должна была делать. за несколько дней до... всего. она смотрит на темный экран телефона, будто видит в нем что-то. — там у меня все было. фотографии. чертежи. музыка, которую я слушала. переписка... — она обрывает себя и резко отворачивается к окну. — глупости. просто кусок пластика и кремния теперь. я сажусь на противоположную кровать, напротив нее. пружины скрипят подо мной. — не глупости. — а что еще? — ее голос звучит сдавленно. — это мертвый артефакт. как я. эхо, которое не должно было здесь оказаться. Джепетто собрал меня по кусочкам из того, что нашел. но некоторые кусочки... они вот здесь. — она стучит себя пальцем по виску. — и они никуда не деваются. запах дождя на пластмассовых крышах. звук левитационного поезда за окном. вкус синтезированного кофе... а здесь только пар, ржавое железо и пыль. она замолкает. в комнате тихо, только слышно наше дыхание. мое — ровное, механическое. ее — чуть сбивчивое. — а легенды? — спрашиваю я тихо. Ария поднимает на меня взгляд. — что? — те легенды, что ты рассказывала. про девушку и парня. они ведь тоже были эхом. для людей будущего. но они дали надежду. ты сказала. Ария медленно поворачивает ко мне лицо. в полоске света с окна ее глаза кажутся слишком яркими. — это другое. — почему? — я наклоняюсь вперед, локти на коленях. — ты здесь. ты не эхо для меня. ты настоящая. и этот телефон... он не просто кусок чего-то. он доказательство. что то будущее, откуда ты, было реальным. что оно возможно. раз ты здесь. Ария смотрит на меня, потом на телефон. протягивает руку, берет его. холодный, гладкий, бесполезный камень в ее ладони. — иногда я пытаюсь его включить, — признается она шепотом. — просто по привычке. жму на боковую кнопку. и каждый раз, когда экран не загорается... это как маленькое подтверждение. что все это — не сон. что я действительно застряла здесь, в прошлом, которое для меня уже давно стало пыльной историей. — ты не застряла, — говорю я. возможно, слишком резко. — ты путешествуешь. со мной. она поднимает на меня глаза. и на этот раз тень улыбки на ее лице кажется менее горькой. — да. путешествую. по аптекам и пустым магазинам платьев. с парнем из легенды, который вечно ищет патроны и ампулы. — это неплохое путешествие, — говорю я, слегка пожимая плечами. она наконец ставит телефон обратно на тумбочку, рядом с проектором. небрежно, как будто это и правда просто камень. — знаешь что? может, и неплохое. по крайней мере, в учебниках моего времени про поиски патронов и тряпок в пустых городах не писали. пришлось изучать на практике. Ария ложится на кровать, уставившись в потолок, положив руки на живот, скрепив их в замок. — устала. завтра, наверное, пойдем к старой фабрике, да? я киваю. — да. там, может есть что-то. ну, кроме тварей. на последне предложении я слегка улыбаюсь. Ария, вроде бы, тоже. — отлично. — она закрывает глаза. — Пиноккио? — м? — закрой дверь снаружи. и... спасибо. я встаю, тихо выхожу в коридор. перед тем как закрыть дверь, бросаю последний взгляд в комнату. на тумбочке у окна, в сгущающихся сумерках, два предмета из другого времени тихо лежат рядом, отражая последний луч света. как якоря. как доказательство. и я закрываю дверь. тихо, чтобы не потревожить.
