Танец вслепую

      Плачущий полуостров вечно норовил скрыться от внешнего мира в штормах и приливах. Потоки дождя обрушивались на разрушенную крышу некогда прекрасного храма, что возвышался на холме. В нём всё ещё едва уловимо можно было различить проповеди давно минувших дней. Посреди храма на полу, лежала кучка пепла, которая источала согревающую благодать.       Двери храма распахнулись. Шёпот затих, будто сами каменные стены не ожидали увидеть живого спустя столько лет. Погасший вошёл в святилище. Изнемождённый вечными скитаниями, он наконец нашёл временное убежище. Яркие лучи утерянной благодати подарили ему покой. Погасший опустился на колени перед пеплом и за долгое время впервые позволил себе отдохнуть.       Беспокойный сон длился недолго. Чьё-то незримое присутствие сейчас ощущалось особенно сильно. Погасший открыл глаза и оглядел храм. Помещение оставалось без изменений, только дождь наконец перестал идти, и теперь гнетущая тишина окутала всё. Холодная ладонь опустилась на его плечо. Это был могильный холод, пронизывающий до самых костей. Погасший обернулся. Над ним возвышалась безголовая фигура. Не человек и не мертвец. Дух. Лутель. Как она смогла появится без призыва? Что хочет сказать своим жестом? Вопросов было много, что нельзя сказать об ответах. Внезапно гулким рокотом до долине пронёсся звон могильного колокола. Такой мощный, что древние камни храма едва могли сдержать вибрацию и не разрушиться. Это был бродячий мавзолей, что вечно вынужден скитаться в ожидании воскрешения души полубога. Видимо, именно хотела показать своему хозяину Лутель. В конце концов раньше именно она была тем самым духом обезглавленного рыцаря, руководящего охраной мавзолея. Та самая Лутель, что сейчас является верной соратницей Погасшего на его пути. Та, что не раз спасала его из безвыходных ситуаций. Та, что так ему дорога. И сейчас её рука ощущается особенно материальной, и несмотря на холод дарит странное тепло в груди.       Погасший поднялся с колен. Он смотрел на Лутель не как на воина, не как на духа, а как на дорогую ему. В этот момент ему вдруг захотелось прикоснуться к ней. Погасший снял свои перчатки, плавно поднял свою руку и прикоснулся к окровавленному шарфу, прикрывающему шею, где раньше была голова. В один миг волной его охватила вся тяжесть её ноши. Непостижимая жертва во имя полубога, который никогда не воскреснет. Брошенная на вечное существование в виде беспокойного духа. Что-то далёкое внутри него откликнулось на ощущения. Воспоминания о прошлой жизни. Бытия придворным рыцарем у какого-то мелкого рода. Эти чувства захлестнули его. Поддавшись мышечной памяти рука погасшего сама нашла её ладонь, пока другая опустилась ей под лопатку. Ни думая ни секунды он закрыл свои глаза. Потому, что пожелал увидеть этот момент так, как видит его она. Не зрением, а тактильно, ощущая каждое движение, каждую дрожь и температуру своими руками.       Шаг.       Неловкий и топорный, но полный чувств и смысла. Лутель делает шаг назад. Затем поворот. Её холод уже не такой обжигающий как раньше, а скорее приятный и успокаивающий. Каменные плиты под их ногами отдают по храму гулким стуком от твёрдых сапог. Его ладонь нежно сжимает её пальцы и кажется, едва ощутимо, но она отвечает тем же. Лутель совершенно не сопротивляется, а осторожно и внимательно следует направлению Погасшего. Её рука наконец опускается на его плечо. Мир вокруг них исчезает, и они вдвоём растворяются в моменте. Ещё пара мгновений и танец завершается так же внезапно, как и начался. Но этот маленький жест, маленькое взаимодействие ощущается как громадный шаг. Погасший заключает Лутель в крепкие объятья. И пусть они представители разных миров, их чувства останутся и расцветут несмотря ни на что.