𓆩евангелие Персефоны𓆪

⊹────⋆⊱.✧.⊰⋆────⊹

Лирен зажмуривается с силой, приказывает себе спать, подтягивая одеяло к самому подбородку. Но стоит сознанию только соскользнуть в дымку сна, как сразу просачивается скользкое, липкое чувство собственного бессилия, от которого сводит желудок. А затем… Большие руки, огромная сила за обманчиво-спокойным поведением. Жар, что не греет, а сжигает. Р-раэль. Она резко переворачивается на бок, утыкаясь лицом в подушку. Сердце колотится о рёбра пойманной птицей. Угроза, он опасен и непредсказуем. Неуправляемый, чего и стоило ожидать, собственно, от наёмника, ещё и с наличием магии в крови. Надо держаться от него подальше. Да, это единственное верное решение. И вроде бы теперь должно быть легче, проще его избегать. Но… откуда тогда это дурацкое, надоедливое чувство вины? Ещё бы ей жалеть о том, что она свою шкуру сберегла! Ну, ладно, пусть он косвенно в этом поучаствовал. Ла-адно, хорошо, это он… поспособствовал немножко и помог освободиться. Но его ведь никто не просил, да? И уж тем более Аверрис и представить не могла, что всё обернётся вот таким образом. Чейз, хоть и редкий пакостный гондон, но даже для него подобная кара слишком жестока. Бесчеловечна. Он виноват не меньше неё. И понесёт наказание. Ну сколько можно-то, а? Пусть бы всё обошлось… Шорох со стороны коридора заставляет её напрячься. Дверь ползёт вверх, впуская полосу тусклого синеватого света. В проёме показываются взъерошенная голова и высоко поднятые плечи — без усилий угадывается Сайлен. Навигатор ступает на цыпочках, однако всё равно умудряется шуметь. Он оглядывается на уже двух спящих техников и между тем направляется прямиком к Лирен. — Не спишь? — шепчет ей, склоняясь над девушкой и наверняка подслеповато щурясь. — Чего тебе? — бурчит она с неприкрытым раздражением, не отрывая головы от подушки. — Все на взводе перед выходом… Мгновением хочется послать его куда подальше — ну, в сторону его койки, в конце концов, им вставать через несколько часов, а сна ни в одном глазу. А потом скребётся сомнением желание принять эту попытку завести разговор. Наверняка ему есть чем поделиться. Сдавшись, Лирен вздыхает, поворачиваясь на спину. Всё равно ведь Сайлен не отцепится. Он, расценивая её реакцию как исключительно положительную, тут же неловко усаживается на кровать, хотя его никто не приглашал, бесцеремонно сдвигая ноги Аверрис в сторону. Лирен, не оставаясь в долгу, вытаскивает ногу из-под одеяла, толкает Сайлена в плечо пяткой, и парень, не разглядев в потёмках угрозы, заваливается набок и врезается в стенку, сдавленно ойкая. — Да хорош там вошкаться, — разрезает их шепотки угрюмый голос одного из техников. Лирен кривится, Сайлен потирает плечо, но на какое-то время действительно они затихают, пока снова не раздаётся двойной мужицкий храп. Им, похоже, безразлично произошедшее. Твердолобые мужланы. — Ну и денёк выдался, — шепчет Сайлен, не способный долго держать рот на замке, — Чейз, конечно, ублюдок, туда ему и дорога. — Он едва не сдох вообще-то, — напоминает ему ворчливо девушка. И тут же настороженно уточняет: — Или всё-таки…? В полутьме картограф торопливо качает головой, отсекая этот вариант. Посерьёзнев, он делится: — У него на шее живого места не было — Раэль его чуть в шкварку не превратил. Прикинь, Карн даже собирался вскрывать неприкосновенный запас регенеративных гелей, а они, сама знаешь, стоят как половина нашей выручки. Но там всё равно бы уже не помогли. — Ну и? — И тут к Чейзу потянулся Раэль. Лирен подскакивает, оказываясь лицом к лицу с Сайленом, уже не тая любопытства спрашивает: — И что? Добил? — Да дослушай ты, — возмущается он, смещаясь в сторону. — Карн обмолвился как-то, что у Раэля ещё дар к исцелению есть — у их вида так бывает: вдобавок к умению проводить магию, они могут обладать ещё другими способностями. — Парень снова ныряет в свои научные штучки, причитая: — При том особенность не закрепляется генетически, хотя это, конечно же, не изучалось толком нашими учёными. Я впервые видел, как это всё происходит, представь только, насколько редкий случай… — Сай, ты от темы уходишь, — надавливает с нетерпением Лирен. — Что он с Чейзом сделал? — В общем, потянулся к нему снова, босс за кобуру уже схватился, собираясь вмешаться, а Раэль положил ладони на шею этому идиоту и ожоги начали затягиваться на глазах. Кожа разгладилась, раны пропали, Чейз дышать нормально начал, пришёл в себя. Он его исцелил. Полностью, представляешь? За секунды. — Лирен не может разобрать выражение лица парня, однако судя по восторженному шёпоту и проскальзывающим ноткам изумления, у Сайлена едва не случился научно-фантастический оргазм в тот момент, когда это происходило. — Это было невероятно, у меня мурашки по коже до сих пор, гляди, — он с увлечением протягивает ей руку, закатав рукав, в доказательство своих слов, однако девушка, естественно, в темноте разобрать ничего не может, да и не то чтобы правда собирается. — Если бы я мог исследовать его потенциал, это решило бы… — Зачем? — перебивает она. — Зачем исцелять того, кого только что пытался убить? Сайлен замолкает на несколько мгновений, потерявшись в собственных восторгах. Потрепав свою блондинистую макушку той самой рукой, он с сомнением предполагает: — Чувство вины? Я не думаю, что Раэль правда хотел его убить. Магия очень нестабильная, а он буквально её носитель, колоссальная нагрузка, учитывая, что Лиссан так-то полукровка. И исправил то, что натворил. — Он фыркает, добавляя: — Но Чейз, как уже заведено, не оценил жеста. — Что он, попытался врезать? Опять меряться яйцами начал? Чейза недооценивать, как оказалось, нельзя, в особенности когда задевают его тонкостенное эго — Лирен уже успела сама удостовериться. — Вряд ли ему духу хватило бы полезть с кулаками на кого-то больше него, уж извини, Лирен. Когда понял, что в норме, он плюнул Раэлю в лицо. Назвал грязным выродком. А Раэль… ну, ничего. — Парень пожимает плечами, вероятно, находя реакцию ремезара недостаточной. Сам-то Сайлен, очевидно, решать проблему кулаками не стал бы, да и не факт, что вообще умел, но наябедничал бы точно. — Повернулся и ушёл обратно на смотровой мостик, дозор досиживать. Крепко задумавшись, Лирен не слушает дальше о чём треплется Сайлен, и только успевает разобрать спустя несколько минут немного наивное: — В общем, ты не виновата. Всё обошлось. На рассвете выход, Карн точно спуску никому не даст. Он зевает в кулак и бредёт к своему месту, где уже через какое-то время спокойно засыпает, выговорившись. А в девичьей груди разливается незнакомое доселе чувство. Противоречие. Сама не понимает, из чего оно состоит. Что теперь должна испытывать. И должна ли вообще?.. По фактам: Раэль спас её. Защитил, едва не совершив непоправимое, а потом… потом вылечил подонка, который оскорбил его, просто… чтобы они могли закончить работу? И получил за это плевок. Сон так и не приходит. До самого рассвета она прислушивается к завыванию метели за стенкой и бормотанию их картографа во сне, а перед её глазами упрямо вырисовывается одинокая фигура ремезара в темноте смотрового мостика среди мерцающих экранов. … В четыре тридцать утра лагерь взрывается дребезжащим сигналом побудки. Стены модуля ледяные на ощупь, аномальный буран снаружи не утихает. Наскоро обмывшись в крошечном отсеке душевой в почти что кипятке, то и дело дергаясь на отзвуки возни за стенками, она с ожесточением затягивает ремни на защитном костюме. Бросив короткий взгляд в мутное зеркало, Лирен привычным жестом собирает в тугой пучок свои полностью седые волосы — очередной изъян, выделяющий её. Руки слегка подрагивают — сказывается бессонная ночь и скудный паёк. Напоследок проверяет рабочие инструменты, прячет самое важное в поясную сумку, а сумку — уже под одежду, для надёжности. Выдыхает. Справится. Обязана со всем справиться. Все собираются у выхода в третьем модуле. Вообще все. Очевидно, поджимают сроки, и начальник не намеревается делать скидку на ночные происшествия. — Чейз, идёшь первый, — распоряжается бесцветным тоном Карн, даже не глядя на штурмовика. Если его и тревожит вчерашнее, то он абсолютно ничем этого не выдаёт. Главное для него, пожалуй, это конечный результат в эквиваленте положенной платы. — Дальше Сайлен и я. — Он скользит взглядом по девушке, не задерживаясь, переходит к Лиссану со словами: — Следом Раэль и Лирен. — Ашриэль обращается к технику, проверяющему крепления на оборудовании: — Замыкающий Винсент. Нил, остаёшься на базе. Следи за давлением в генераторах и держи шлюз прогретым. Если через четыре часа не выйдем на связь — запускай аварийный маяк, — по десятому разу дотошно повторяет Карн второму технику, что остаётся в лагере. — Вопросы? Все дружно дают отрицательный ответ. Нужно за что-то зацепиться, отвлечься от нарастающего мандража. Чейз, завёрнутый в тяжёлую броню, тоже выглядит нервным. Его лицо, пока без шлема, бледное, а на видимом участке шеи Лирен замечает ровный, розоватый след обновленного слоя кожи. Скорее всего, Чейз боится — и вряд ли из-за миссии, ведь обычно его не заткнуть, а сейчас его напускное бахвальство и трёп сходят на нет. Ну и поделом. Лирен, опираясь на столб поддержки модуля в углу, украдкой оглядывается на Раэля. Он стоит ближе к выходу в коридор в противоположной стороне, поодаль от остальных; на нём стандартный чёрный облегающий термокостюм (только размеров на шесть больше, чем у остальных, пожалуй), и в целом он неспешно проверяет герметичность пластин, не выказывая тревоги или недовольства, но что-то в нём… не так. Невооружённым взглядом заметно, что Раэль будто ещё больше в себе, отстранённый и пассивный. А руны, что Лирен вчера видела буквально пылающими — сейчас выглядят блёклыми на тёмной коже, серовато-жёлтыми, как выцветшая краска на старом холсте. Естественно, среди наёмников никто не собирается нянчиться с полукровкой, узнавать, в чём там дело и что у него за проблемы. Всем плевать, и сама Лирен ни разу не осуждает такой подход — каждый думает лишь о своей сохранности. К тому же Раэль нанят в качестве функции, и пока он может стоять на ногах, Карн будет пользоваться им. Всем надо думать о пути, преградах, о том, что может пойти не по плану, об удачном и скорейшем завершении миссии… должно быть безразлично, что там происходит со взрослым дядькой. Лирен отворачивается, кусая щёку изнутри. Сам о себе позаботится. Казаться неблагодарной сукой должно быть куда легче, чем признать, что она до чёртиков напугана. Вон другим дела нет. Все хмурые, сосредоточенные. Они подписались на этот риск, чтобы быстро заработать, а не восстанавливать справедливость. Ну, разве что Сайлен — единственный, кто здесь находится по искреннему желанию, — взволнованно крутится рядом с Карном. Но боссу, по устоявшейся традиции, до задницы чужие переживания, пока они не имеют фактического подтверждения. Почему тогда ей не всё равно? Девушка вновь, как бы невзначай, поворачивается в сторону одинокого коллеги по пути. А Раэль, точно почувствовав её внимание, встречается с ней изучающим взглядом. Только его лиловые глаза кажутся затуманенными, подёрнутыми дымкой. Лирен внутренне сжимается, ожидая уловить хотя бы намёк на злость, обиду или, чего уж там, вполне заслуженный упрёк. А парень лишь слегка кивает ей. И что это, чёрт возьми, значит? Она тут же резко отворачивается, пряча глаза за отросшей светлой чёлкой, и делает вид, что увлечённо проверяет наручный коммуникатор. Щёки обжигает теплом. Когда в следующий раз пытается заглянуть в его сторону — внезапно обнаруживает, что Лиссан уже рядом, ожидает выхода, держа свой шлем в одной руке. И подбирается ведь так тихо. Сердце ощутимо толкается где-то в глотке. Становится невыносимо неловко от того, что она ищет его взглядом. Ищет его взгляда. Зачем? Почему? Решила ведь держаться подальше. Ну, справедливости ради, это он подходит ближе. А ведь и правда — делает ещё шаг вперёд, теперь находясь чуть впереди неё. Скосив на парня глаза, Аверрис случайно цепляется взглядом за оплошность, что выбивается из образа. А ему ещё тащить на тросе снаряжение для экспедиции. — У тебя фиксатор плохо закреплён, болтается слишком свободно, — ворчит она, озвучивая наблюдения. Раэль поворачивается лицом к ней, словно осмысливает услышанное, а после в замешательстве вскидывает тёмные брови и смотрит растерянно вниз. Цокнув, девушка не ждёт ответа, уже делая шаг навстречу к ремезару. — Дай помогу, — деловито произносит, подаваясь ближе, чем требует ситуация. Она может и знает как устранить ошибку — поэтому исправляет. И ничегошеньки за этим не стоит. Просто помощь, да. Он ведь ей тоже помогал… своеобразно. Теперь квиты. Парень без возражений устраивает шлем сбоку на своём бедре, открывая доступ к ремням на груди и животе. Лирен, не задумываясь, заученными сотнями вылазок движениями распускает узел, цепляет карабин заново, прокручивая и закрепляет ремень прямо напротив его груди. Подцепляет ещё один, проверяя его натяжение, хотя в этом уже нет необходимости. Ведёт вниз, прощупывая и натягивая остальные, пожёстче затягивает, на грани с рывком — чтобы точно не соскочило при движении, выискивая, где ощущается ослабление, и от усердия прикусывает кончик языка. А под её руками тело твёрдое, но и податливое, сколько в нём силы, сколько сдержанности. Любопытства ради посмотреть бы на рельеф тех мышц, что сокрыты одеждой, а может и глазком зыркнуть на размеры других частей… вдруг отличаются от человеческих чем-то? Ну, в чисто научных интересах… вот Сайлен бы наверняка оценил. ... какой же он без всего этого? Лирен вдруг замирает, прижавшись подушечками пальцев к торсу парня, осознав, что она вообще делает. Пиздец. Удивление Раэля почти осязаемое. Должно быть, её поведение со стороны очень, очень неожиданно выглядит. И, начиная торопиться, она как-то умудряется запутаться: пальцы несколько раз соскальзывают с колец, задевая давлением кожу, пусть и за слоями термоодежды, однако Лирен ощущает горячность, даже вот так — её прошивает крупной дрожью. Шумно сглотнув, испуганной кошкой она застывает, округляя глаза, стоит ей понять, что Раэль, конечно же, всё заметил. Не мог не. Да-а чтоб тебя. — В-вот, здоровяк, так намного лучше, — тараторит она, отстраняясь слишком неуклюже, буквально отшатываясь в сторону. Неприятно колет воспоминание, что Раэль, вообще-то, её спас, а она даже не извинилась. Не то чтобы, конечно, обязана была. Но всё же. Сама запретила ему притрагиваться к ней. Он — опасный. Тысячу раз себе приходится это повторять. А теперь сама же к нему нагло лезет. Лирен вообще самостоятельная девушка — всё сама, и в задницу попадёт, и наорёт, и обидится, и сама же простит — за двоих. Перекатившись с пятки на носок, она с досадой сжимает пальцами воздух и заводит руки себе за спину. Но Раэлю, похоже, хватает одного её неловкого взгляда, дрогнувшего движения губ, чтобы смягчиться. Он склоняет голову набок, перехватывая её взгляд, и его губы трогает усмешка. Ма-аленькая, такая, что и не рассмотреть, если не приглядываться. — Благодарю, — произносит Раэль неожиданно бархатное, низкое, как если бы погладил по шерсти и сразу за ушком. А Лирен… Лирен ловит себя на том, что не может перестать пялиться. Цепляется взором за его лицо, прыгает к его глазам, но всё равно упрямо спускается к чужому рту. Они так и застывают друг напротив друга на целых три удара сердца, пока не вклинивается Сайлен. — Потом ворковать будете, выходить пора, — позабавленно фыркнув, говорит он, всучивая в руки Лирен подсумок с защищённым наноплёнкой оборудованием. Раэль, словно ничего и не было, надевает свой шлем и проходит дальше к выходу из модуля, наверное, не желающий мешать их разговору. Но Сайлен только ей подмигивает, кивнув на уходящего парня, и быстро удаляется. Аверрис возмущённо давится воздухом, приходя в себя, между тем не успевает взбеситься, так как Карн объявляет приказным тоном: — Выдвигаемся через три минуты. Проверить снаряжение. И тут Чейз неожиданно направляется… к ней, словно по команде. Лирен медлит, закрепляя отданный ей подсумок за карабин к костюму. Когда Чейз подходит ближе, так, что не проигнорировать — обдаёт штурмовика неприязнью, поморщившись, но тот всё равно к ней обращается преувеличенно весёлым, хотя недавно буравил её пристальным взглядом: — Слушай, мы вчера немного повздорили, но на вылазке это ведь сказаться не должно. — Он силится улыбнуться, и получается что-то вроде оскала. Чего ждать от придурка? — Типа, если тебе надо будет покрыть жопу, то я тут как тут. Без обид? Боковым зрением девушка замечает, как высокая фигура Раэля разворачивается к ним. Скосив на ремезара глаза, взломщица коротко мотает головой, предупреждая не вмешиваться. Как будто ещё одной проблемы перед вылазкой им не хватает. Вернувшись к Чейзу, она прощупывает прищуром его напряжение: сомкнутые зубы, подрагивающие вены на шее, сжатые кулаки, что совсем не вяжется с его беззаботным тоном. — Только на время миссии, — всё же произносит она осторожное. Чейз с каким-то облегчением расслабляется, а его крепкая рука внезапно проходится по её лопаткам вниз и вверх с нажимом, будто треплет собаку. Аверрис дёргается, прерывая совершенно неуместный контакт, и Чейз заводит резко ладони себе за спину, отступая назад с ухмылкой. — Конечно, как скажешь, подружка, — роняет он, напоследок смелее мазнув по ней уже знакомо наглым взглядом. — Неисправимый идиот, — бурчит себе под нос Лирен, наконец натянув перчатки, и застёгивает свой шлем, включая на максимум систему защиты. В нос тут же отдаёт запахом нагревающегося пластика. Открывается внутренняя дверь, наёмники в своей очерёдности перемещаются в шлюзовую камеру. — Да поможет нам небо не остаться в этих горах навсегда, — доносится через коммуникатор чей-то шёпот. — Выходим, — командует Карн в общую связь, когда створки закрываются за ними и внешняя дверь с тяжёлым шипением расходится в стороны, тут же впуская рёв аномальной метели и ледяную крошку. Голос начальника потрескивает вместе со статикой в наушниках: — Не забывайте держать дистанцию три метра. Не отставать, без самодеятельности. Чейз устремляется в бушующее белое марево, без оглядки, за ним в снежном полотне исчезает Сайлен, с мигающим интерфейсом карты в визоре. Следующий окунается в стужу Карн, не дрогнув лицом. Затем Раэль, зачем-то обернувшись и секундно поймав сквозь визор встревоженный взгляд Лирен, тоже ступает наружу вместе с тянущимся за ним прицепом. Сделав судорожный вдох, Лирен шагает к выходу предпоследней.