иссохшие кости [пустошь]

Куртка Гу Сяньцин уже давно сгорела в башне. Слегка опустив веки, она осталась в одной красной рубашке и без каких-либо колебаний явила всем свое истинное лицо. Чужая кровь, разлетевшаяся по ее щекам, делала ее опасной и пленительной. Судорожный глоток Ан Хэ был слишком очевидным, и рука, державшая ее за лицо, тоже качнулась вслед за этим движением. Ан Хэ почувствовала, что Гу Сяньцин провела ее вокруг пальца. В свое время выяснить уязвимое место Лоры было для Гу Сяньцин парой пустяков. Но теперь она требовала от Ан Хэ вернуть долг в десятикратном размере. Хотя и говорят, что за малую каплю добра платят бурным фонтаном благодарности, это правило обычно используют для самобичевания. Ан Хэ впервые видела, чтобы кто-то требовал этого с такой непоколебимой уверенностью. Ей что, подсунули ссуду под дикие проценты? Сколько еще собственного имущества и жизней придется вложить в это дело в будущем? — И это все твое требование? Зачем идти в черный туман? — спросила Ан Хэ. Гу Сяньцин выложила заранее заготовленное оправдание: — Сама посмотри, черный туман продолжает двигаться, божество не мертво. Стоять на месте и ждать смерти — далеко не лучший выбор. Ан Хэ взглянула поверх плеча Гу Сяньцин на далекое небо. В пределах видимости стояла непроглядная темень, и человек, оказавшийся внутри, уже не мог разобрать, замер туман или продолжает наползать. Однако черные и желтые частицы в воздухе по-прежнему кружили, словно никогда не собирались останавливаться. Заметив копошение в отдалении, Гу Сяньцин обернулась и произнесла: — Не веришь — можешь спросить у Асыты. Рука, державшая ее за лицо, наконец отпустилась. Ан Хэ, опершись о землю, оглянулась и обнаружила, что Хайди возится с тем самым приемником, громко что-то выкрикивая. — Учитель, — позвала Ан Хэ Асыту. Обе, услышав голос, направились к ним. — Как дела в Девятой цитадели? — Во время прошлого сеанса связи Ан Хэ предупреждала Идэ, чтобы та следила за перемещением тумана, но саму суть спросить еще не успела. — Черный туман у границ цитадели сдвинулся? Лицо Асыты было предельно суровым: — Когда мы уходили, еще нет. — Но теперь сдвинулся, — добавила Хайди. — Я связалась с командиром, она говорит, что туман медленно дрейфует. Благодаря твоему прошлому предупреждению мы уже перевели людей в шахтные выработки. К счастью, в нашей цитадели нет этих жутких тварей, так что пока воздух фильтруется, там вполне безопасно. Хайди указала на один из трупов. Под жуткими тварями она имела в виду паразитов, зараженных божественной кровью. Но черный туман продолжал разрастаться. Прятаться — никогда не было решением проблемы. Гу Сяньцин неторопливо поднялась на ноги: — Так что, Ан Хэ, тебе стоит согласиться. Я отведу вас к новому месту обитания. — Ее взгляд несколько раз переместился между Асытой и Хайди, после чего она снова заговорила: — К слову, я бы хотела, чтобы Асыту и Хайди ты тоже забрала с собой. Асыта наконец прямо и открыто смерила Гу Сяньцин оценивающим взглядом. Она видела эту женщину впервые. Эта особа была в непростых отношениях с Ан Хэ, но Асыте она не понравилась. Действия Гу Сяньцин были слишком легкомысленными; Асыта видела, что эта женщина ведет Ан Хэ за собой, демонстрируя абсолютную уверенность в своем триумфе. Не виделись несколько месяцев, а Ан Хэ уже успела связаться на стороне с какой-то сомнительной девицей? Асыта положила руку на железный тесак, крепко сжав рукоять: — Ты кто такая? Гу Сяньцин сипло вздохнула. Похоже, ни учитель Ан Хэ, ни ее робот-воспитатель не питали к ней особой симпатии. Натянутая до предела атмосфера привлекла внимание окружающих, и несколько человек начали стягиваться к ним. Быстрее всех подскочила Сяобудянь. Холстина полностью укутывала ее тело, оборачиваясь вокруг шеи наподобие плаща. Сяобудянь заслонила собой Гу Сяньцин, уперев шипованную бейсбольную биту прямо в железный тесак Асыты: — Ты чего удумала?! Драки захотела? Я тебе так скажу, верзила, не смей задирать наших, думая, что за нас некому заступиться! Асыта опустила голову. Сяобудянь едва доставала ей до пояса, но вовсю голосила здесь. Поистине, новорожденный теленок тигра не боится. Лора и Лайтси тоже подошли ближе. Заметившая движение Минь Хэ тоже постепенно приблизилась. Многие из них не знали друг друга. Когда колоссальная битва завершилась, личные счеты всплыли на поверхность, и люди вокруг невольно разбились на несколько обособленных групп, сохраняя взаимную настороженность. Асыта враждебно косилась на Лору, поглядывала на Минь Хэ, но в итоге ее взгляд снова замер на Гу Сяньцин. Минь Хэ, стиснув челюсти, тоже со сложным выражением лица смотрела на Гу Сяньцин. Прошлые события завязались в ее голове в тугой узел, в котором невозможно было разобраться. Вокруг воцарилась минутная тишина. И именно в этот момент сидевшая на земле в окружении толпы Ан Хэ нарушила молчание: — Послушайте... Все опустили головы, сфокусировав взгляды на Ан Хэ. Каждая из присутствующих здесь была тесно связана с ней; казалось, бесчисленные нити сходились в кулаке Ан Хэ. Ан Хэ сделала медленный, глубокий вдох. Первая фраза, которую она произнесла, была обращена исключительно к Гу Сяньцин: — Я хочу спросить лишь об одном: ядро божества находится в черном тумане? Гу Сяньцин промолчала. Молчание означало согласие. — Что ж, тогда я согласна, — Ан Хэ взяла себя в руки. — Расскажи мне, куда мы направляемся? — В Оазис. Два коротких слова заставили лица всех присутствующих измениться. — Оазис действительно существует? — без промедления спросила Хайди. — Действительно существует. Это прекрасное место, я сама родом из Оазиса, — Гу Сяньцин выдержала небольшую паузу. — Если хотите выслушать мои подробные разъяснения, опустите оружие. Пусть и крайне неохотно, но один за другим послышались щелчки убираемых стволов. Гу Сяньцин принялась счищать грязь с рукавов, с самым благодушным видом глядя вдаль: — Технологии Оазиса куда более развиты, чем в городе Ивэньэнь. Полис полностью сохранен, разрушений нет — это прекрасная, чистая земля. Правда, есть одна крошечная неприятность. Если вы способны зачистить обосновавшихся там монстров, это место станет идеальным домом для жизни. Гу Сяньцин мимоходом приукрасила опасность. Крошечная неприятность — то есть самое логово зараженных объектов. Ан Хэ обвела взглядом окружение. Все, кто сумели выжить, обладали колоссальными навыками выживания. Ан Хэ наконец сквозь эту подернутую сахаром нежность разглядела истинную цель, ради которой Гу Сяньцин приблизилась к ней. Святейшая владыка говорила, что Гу Сяньцин когда-то пыталась одолжить армию Первой цитадели, но потерпела неудачу. И лишь после этого наткнулась на нее. Значит, с самого начала целью Гу Сяньцин было увести элиту в Оазис. Ан Хэ не верила, что упомянутая Гу Сяньцин неприятность была мелкой, но та недвусмысленно намекала, что ядро божества находится в Оазисе. Чтобы в корне уничтожить заразу, Ан Хэ в любом случае придется совершить этот поход. — Оазис — в каком направлении? — спросила Ан Хэ. — На север, затем на вест. Нам придется обогнуть океан по суше. — Это далеко? — Очень далеко. Взгляд Ан Хэ стал нечитаемым, она понизила голос: — Значит, ты проделала столь долгий путь, чтобы прийти на Пустошь? Гу Сяньцин опустила веки, уходя от ответа. Она протянула руку к Ан Хэ: — Поднимайся. Не переживай, я знаю дорогу. Новое прибежище, чистая земля, куда более процветающая, чем Первая цитадель — для людей, чье существование каждый день висело на волоске, этот соблазн был слишком велик. Окружающие на короткое время позабыли о настороженности, их мысли были полностью заняты брошенной Гу Сяньцин бомбой. Они смотрели на Ан Хэ, ожидая ее вердикта. Никто не собирался нагло подавать голос; судя по неприкрытому фаворитизму Гу Сяньцин, право выбора принадлежало исключительно Ан Хэ. После глубоких размышлений Ан Хэ перехватила руку Гу Сяньцин и с ее помощью поднялась на ноги: — Хорошо. Ответив коротко, Ан Хэ тем не менее затаила обиду: Гу Сяньцин не жалея сил крутилась возле нее, входила в контакт, переманивала на свою сторону различные фракции, а когда Ан Хэ собрала вокруг себя столько людей, Гу Сяньцин оставалось лишь приструнить ее одну, чтобы прибрать все эти человеческие ресурсы к своим рукам. Какая хитрая, в доску испорченная особа. Так думала Ан Хэ. И все же она без малейших колебаний попалась на удочку Гу Сяньцин. Какое проклятие. Ан Хэ сдержала разочарование в душе и разжала руку Гу Сяньцин. Ощутив, как тепло покидает ее пальцы, Гу Сяньцин с отсутствующим видом сунула руки в карманы. Ан Хэ окинула взглядом соратников, коллег и тех, с кем ей когда-то доводилось обманывать друг друга: — Мне необходимо найти ядро божества. Если вы готовы отправиться на поиски нового дома, тогда выдвигаемся вместе со мной. Солдатам Первой цитадели не требовалось дополнительных уговоров. Их дома больше не существовало, на Пустоши их никто не ждал, к тому же в спину дышал черный туман. Разумнее было выступить на поиски нового лагеря. О команде Нового оазиса и говорить не приходилось. Оставались лишь Асыта и Хайди, которые еще не дали согласия. Ан Хэ не очень хотелось, чтобы они шли вместе с ними — риск был слишком велик. Но если судить по личным пристрастиям, Ан Хэ безумно желала их компании. В месте, где рядом были соратники, любые трудности казались преодолимыми. В конечном счете Ан Хэ предоставила выбор им самим, позволив принять решение. Кто бы мог подумать, что Хайди воспримет это с диким восторгом: — Я могу пойти! Я хочу в Оазис! — Она словно вообще не понимала, в чем кроется опасность, или, быть может, понимала, но ни капли не боялась. Людям с легким сердцем можно лишь позавидовать. Так с досадой подумала Ан Хэ. Гу Сяньцин вовремя вставила реплику: — Раз уж мы идем вместе, всем придется сотрудничать. Никакого оружия друг против друга. — Она многозначительно покосилась на тяжелый тесак Асыты. Асыта придержала Хайди за воротник, так и не дав четкого ответа: — Мне нужно запросить инструкции у командира Идэ. — Как угодно, — бросила Гу Сяньцин. Что удивило Ан Хэ — помимо Асыты, Гу Сяньцин, похоже, ни во что не ставила военные силы Девятой цитадели. Вероятно, она считала этих людей слишком мягкотелыми, слишком пекущимися о благе ближних, к тому же внутри цитадели оставалась огромная масса мирного населения без боевых навыков, которая совершенно не подходила для ее целей. По этой причине Гу Сяньцин никогда не вела переговоров с Девятой цитаделью. И правда, выбирает людей строго по вкусу. Остальные устроились на привал. Солдаты, у которых еще оставались силы, прочесывали руины в поисках уцелевшего оружия и припасов. Ан Хэ спросила у Гу Сяньцин: — Как использовать этот экстракт, о котором ты говорила? — Достаточно делать инъекцию раз в месяц. Я прихватила с собой кое-какие запасы. — Гу Сяньцин добавила: — В черном тумане полно радиационных тварей, так что насчет пополнения запасов можно не переживать. — А шкуры зверей у вас на мотоциклах зачем? Гу Сяньцин едва заметно улыбнулась: — Опасности внутри черного тумана в сотни раз выше, чем снаружи. На тех землях человечество давно вытеснено из экосистемы. Чтобы беспрепятственно продвигаться, необходима маскировка. Вот оно что. Гу Сяньцин подготовилась по полной программе; она досконально знала экосистему внутри черного тумана и, судя по всему, планировала взять на себя роль проводника. — Наших припасов маловато, — заметила Ан Хэ. Уцелевших сил было предостаточно, выжили сплошь мастера по борьбе за жизнь, вот только большая часть ресурсов Первой цитадели взлетела на воздух, что было весьма досадно. — Ничего страшного. Кое-что я успела спасти. — Гу Сяньцин высматривала кого-то в толпе. Заметив Янь Цюн за спиной Лоры, она с улыбкой поманила ее рукой. Ан Хэ взглянула на Янь Цюн и обнаружила, что рюкзак, который Гу Сяньцин передала той, раздулся вдвое. Мало того, в руках она тащила две сетки из сплава, которые явно принадлежали Первой цитадели. У Ан Хэ дернулся уголок глаза: — Спасла или разграбила? Откуда эти вещи? — Из зоны обороны первого уровня. Перед тем как Вавилонская башня взлетела на воздух, бабушка Янь заскочила туда на минутку. — Гу Сяньцин с самым будничным видом перехватила рюкзак, проверяя содержимое. — Я ведь взяла ее с собой не ради участия в клубе для пожилых. Во время генерального сражения никто не обратил внимания на действия Янь Цюн. Ан Хэ полагала, что та все время бежала вместе с выжившими, но оказалось, что это не так. Янь Цюн в какой-то момент отделилась от отряда и проникла в зону обороны первого уровня. Какая невероятная смелость. — Как ей это удалось? — спросила Ан Хэ. Герметичные заслонки на каждом этаже были наглухо закрыты; как отбившаяся от группы Янь Цюн успела набрать припасов? Разглядывая старушку, Ан Хэ заметила, что на ее одежде полно земли, а в волосах застряла каменная крошка. Янь Цюн весело улыбалась. Сгорбив спину и опираясь на длинное копьё, она беззаботно ответила: — Сквозь землю прошла, это мой талант. У Янь Цюн тоже был талант. Ан Хэ всматривалась в Янь Цюн. Она видела ее всего дважды; пожилая женщина всегда укутывалась в холстину с ног до головы, оставляя открытым лишь лицо. Ан Хэ подумала: неужели Янь Цюн, как и Гу Сяньцин, тоже является посланницей божества? Не может же быть так много посланниц? Ан Хэ вполголоса спросила у Гу Сяньцин: — В каких вы отношениях с бабушкой Янь? Гу Сяньцин немного подумала: — Мы делим одну судьбу на двоих. — Только Янь Цюн сопровождала ее на выходе из Оазиса, прошла сквозь черный туман и неизменно оставалась рядом. — Значит, вы землячки? Обе из Оазиса? — спросила Ан Хэ. — Ты используешь слишком деревенское слово, — выказала недовольство Гу Сяньцин. Среди вещей, спасенных Янь Цюн, было множество квадратных накопителей, черных как куски железа — на них содержался огромный массив медицинской и технологической информации. Помимо этого, там обнаружились военные девайсы вроде механических пчел и взламывающих перстней, а также небольшое количество медикаментов. Оставшихся солдат было менее двухсот, командир погибла в бою, а остальные представляли собой бандитские группировки из Нижнего района. Ан Хэ занялась организацией карантина. Убедившись, что в течение трех часов ни у кого не проявились симптомы заражения, она собрала людей вместе. Они раздобыли несколько уцелевших машин, большую часть которых составляли тяжелые грузовики транспортных отрядов — туда могло поместиться много народа. — Когда мы выступаем? — спросила Ан Хэ. — Прямо сейчас. Впрочем, сначала мы двинемся на север. Если хочешь заскочить в Девятую цитадель, я могу тебя подождать. Заметив, что на лице Гу Сяньцин отразилось выражение милосердия, Ан Хэ сыронизировала: — Ты что, хочешь, чтобы я поблагодарила тебя за доброту? — А разве не должна? — Гу Сяньцин вскинула брови. Ан Хэ отвернулась. Она решительно не знала, как классифицировать Гу Сяньцин; надо же, у них еще оставался запал вести здесь столь пустые разговоры. Ни к чему не обязывающие, бьющие мимо цели. Спустя четыре часа после уничтожения Первой цитадели выжившие покинули эти земли. Обугленная пустошь лишилась признаков жизни. Ветер продолжал выть. В груде камней, которую на скорую руку соорудила Минь Хэ, был зажат плащ Сайхэмэйтэ. В воздухе над Пустошью черных частиц заметно прибавилось. На безлюдных землях по-прежнему бродили костееды; колонна машин по возможности обходила их стороной, экономя силы и избегая новых стычек. Миновав северную часть Пустоши, они припарковали машины у края песчаной дюны в ожидании. Гу Сяньцин действительно проявила величайшее милосердие, выделив время для прощания Ан Хэ. Та собиралась вместе с Асытой и Хайди вернуться для доклада. В пути укутанная до самых глаз Хэли все же была опознана Хайди. Сейчас им было трудно копаться в былых обидах и выяснять, кто прав, а кто виноват; с текущей точки зрения исчезновение Хэли казалось сущим пустяком. Хайди предложила Хэли вернуться и посмотреть на Девятую цитадель, но та ответила отказом. Задрав рукав, она с улыбкой произнесла: — Я все еще больна, так что не пойду. Боюсь заразить остальных, это будет нехорошо. Сяобудянь тихонько подобралась к Хэли и потянула ее рукав обратно вниз. Те, кто принадлежал к Девятой цитадели, не желали возвращаться, но те, кто не имел к ней отношения, напротив, горели этим желанием. Лора долго вела внутреннюю борьбу, но в итоге с каменным выражением лица спросила: — Ан Хэ, я могу пойти с вами, чтобы повидаться с профессором Су? — И поспешно добавила: — Я буду стоять исключительно в углу, она меня даже не заметит. Ан Хэ с досадой посмотрела на Лору, но в итоге все же заступилась за нее перед Асытой: — Учитель, ради меня, пусть идет следом. Греющая уши Минь Хэ вклинилась в их кружок: — Я тоже хочу пойти. Она никогда не бывала в других цитаделях, и это дальнее путешествие стало ее первым выходом на северную Пустошь. Ей хотелось своими глазами увидеть, как устроена Девятая цитадель. Однако в пять голосов прозвучал решительный отказ: — Исключено! Асыта, Хайди, Ан Хэ, Хэли и даже Лора отрезали ей этот путь. Минь Хэ сморщила нос, оскалив клыки: с какой стати Лоре можно, а ей нельзя? Пусть она не знала Лору близко, но во время генерального сражения успела понять, что та — боец общества героических душ. Откуда такое предвзятое отношение? В какой момент все пошло наперекосяк? Не дав ей возможности высказать возражения, Ан Хэ уже ушла далеко вперед. Железные стены Девятой цитадели не могли сдержать черный туман, и видимость внутри немного упала. Людей уже эвакуировали вглубь горного массива, маски не снимались ни на секунду, а в густом мареве даже днем зажигали оранжевые фонари. Ан Хэ нашла Идэ в кабинете, оборудованном прямо в толще скалы. Всю дорогу Ан Хэ размышляла, стоит ли раскрывать карты полностью, как объяснить свое сложное прошлое и туманное будущее, и как Идэ отнесется к ее истинной сути. Однако когда они наконец воссоединились и Идэ узнала о ее происхождении, она не стала устраивать допрос с пристрастием. Она лишь мягко погладила ее по голове, а профессор Су заключила ее в объятия. Лишних слов не потребовалось; Идэ не стала развивать эту тему, обронив лишь, что Ан Хэ — вовсе не «Вэйвэйань» Сайхэмэйтэ, она по-прежнему остается бойцом Тернового Маяка. Ан Хэ счастливо улыбнулась. Следующие полчаса Ан Хэ посвятила тому, что изложила Идэ метод борьбы с черным туманом, предложенный Гу Сяньцин. Принимая во внимание всю опасность этой особы, Ан Хэ настоятельно попросила профессору Су детально изучить побочные эффекты этого экстракта перед внедрением. В то же время, чтобы предотвратить появление аналогичной инфекции божественной крови в Девятой цитадели, Ан Хэ синхронизировала огромный массив добытых данных, включая исследования Вэнь Евань по зараженным, саму сущность божественной крови и материалы из базы данных А Чэнь. Коснувшись хода боевых действий, Ан Хэ отдельно упомянула для Су Лин историю с сайлокаином. Пусть состав, разработанный Вэнь Евань, не смог окончательно купировать заразу, в Девятой цитадели хватало медиков и исследователей, и у них еще оставалось время для дальнейших изысканий. Оценив перспективы, Идэ одобрила перевод Хайди в экспедицию к Оазису. Асыта, тщательно все взвесив, тоже дала согласие сопровождать Ан Хэ. Они отправлялись с новой миссией — едва обнаружив безопасные земли, они тут же организуют эвакуацию Девятой цитадели в новый лагерь. Идэ и Су Лин останутся удерживать цитадель, ожидая от них добрых вестей. Пока Ан Хэ вела доклад, все взгляды были прикованы исключительно к ней, и никто не обратил внимания на Лору в углу. Лора задействовала свой талант, абсолютно лишившись присутствия, и стояла, прижавшись к стене в густой тени, куда не добивал свет ламп. В какой-то миг Лоре показалось, что взгляд Су Лин на секунду задержался на ее позиции, но это вполне могло быть иллюзией. Поэтому Лора не проронила ни слова и не сделала ни одного движения. Текущее состояние Су Лин было превосходным, былые тяжелые травмы полностью затянулись, она оставалась все той же мягкой и сильной профессор Су. Для Лоры этого было вполне достаточно. В отличие от уютной атмосферы в Девятой цитадели, на Пустоши обстановка была накалена до предела. После ухода Ан Хэ Минь Хэ сидела в расположении отряда общества героических душ, и чем больше она думала, тем сильнее в ней закипало подозрение. Она решительно подошла к Гу Сяньцин, сжимая в руке автомат: — С самого начала и до конца ты подыгрывала Вэйвэйань, верно? О, теперь ее зовут не Вэйвэйань, а Ан Хэ. Минь Хэ была вне себя от ярости. Ее логика не дала сбоя, она была абсолютно права с первых дней, но эти двое устроили совместный спектакль, водили ее за нос столько времени, да еще и едва не лишили жизни. На лбу Минь Хэ вздулись вены, она была полностью готова к бою. Гу Сяньцин отдыхала, сидя на земле. Ощутив враждебность Минь Хэ, она лишь слегка приподняла голову, бросив равнодушный взгляд: — И что? Собираешься меня прикончить? У тебя силенок не хватит. Тон Гу Сяньцин был невероятно уязвляющим, что сработало как масло в огонь. Минь Хэ уже призвала свой тотем, и дикая собака оскалила зубы, готовая к броску. — Ты вполне можешь попробовать, даже со своими подчиненными в придачу, — Гу Сяньцин покосилась на стоящих поодаль солдат. — Вот только когда Ан Хэ вернется, она безжалостно отсеет тех, кто вредит отряду. Власти у нее побольше твоего, да и силой бог не обидел. Если у тебя есть желание остаться на Пустоши бездомной шавкой и бесполезным балластом — валяй, пускай в ход ножи прямо сейчас. Гу Сяньцин прищурилась, с явным удовольствием провоцируя оппонентку: — Мне аж самой интересно глянуть, примет маленький ягненок твою сторону или же ей станет жаль меня. — Ты... бесстыжая тварь, — выплюнула Минь Хэ. — Но ты ведь этого не хочешь, верно? Ты рождена для системы, и только внутри системы от тебя есть толк. — Гу Сяньцин подняла глаза, ее рука скользнула к автомату за спиной, и в то же мгновение ее аура разительно переменилась, став леденяще-жесткой. Минь Хэ отступила на полшага. Она прекрасно знала, на что способна Гу Сяньцин; Сайхэмэйтэ вовсю расписывала опасность этой женщины, к тому же им доводилось сталкиваться в бою, и Минь Хэ ни разу не вышла победительницей. — Так что сядь, — Гу Сяньцин уставилась прямо в глаза ее тотему, голос прозвучал негромко. Однако у дикой собаки подле Минь Хэ подогнулись задние лапы, и она действительно вознамерилась припасть к земле. Минь Хэ едва не раскрошила зубы от злости. Взвесив все за и против, она в итоге шумно фыркнула, отозвала тотем и покорно уселась обратно в расположение отряда. Когда та отошла на безопасное расстояние, Гу Сяньцин убрала руку от ствола оружия. Она незаметно активировала смарт-часы, по-прежнему сидевшие на ее запястье. Вызванный световой экран едва заметно подергивался — сигнал был крайне нестабильным, балансируя на самой кромке зоны действия сети. — Шарик, передай Ан Хэ, чтобы не тянула кота за хвост и поторапливалась назад, — Гу Сяньцин краем глаза зацепила позицию Минь Хэ и добавила: — Живее. ~~~~~ рыдаю, они все такие хорошенькие