«Тишина на двоих»

Прошёл месяц. Они нашли старый охотничий домик на границе леса — далеко от особняка, близко к трассе. Слендермен их почти не доставал — только редкие помехи, только слабый белый шум по ночам. Лазари научилась глушить его диктофоном. Рэй привык. Перестал спать с заточкой в руке. Начал улыбаться — редко, криво, но искренне. Лазари таскала его с собой за грибами, учила различать съедобные от поганок. Тоби почти оттаял. Даже перестал огрызаться на Рэя. Однажды утром просто похлопал его по плечу и сказал: «Нормальный ты, парень». Лиор молчал. Часто. И это молчание становилось тяжелее с каждым днём. • Лазари (тихо, Тоби, когда Лиор вышел на улицу): — С ним что-то не так. • Тоби (помрачнел, отложил топор): — Знаю. Он почти не ест. Спит по три часа. Глаза… мутные какие-то. • Лазари (коснулась виска, её ладонь слабо засветилась фиолетовым): — В его голове шум. Не такой, как от Хозяина. Другой. Он сам себя съедает, Тоби. • Тоби (сжал кулаки): — Я поговорю с ним. • Лазари (покачала головой): — Не поможет. Он должен сам. Ночь. Лиор сидит на пороге домика, смотрит в лес. Тоби подходит, садится рядом. Молчат несколько минут. •Тоби (тихо): — Ты как, кукла? •Лиор (не поворачивая головы, голос глухой, безжизненный): — Устал, Тоби. Устал быть тем, кто всех спасает. • Тоби (кладет руку ему на плечо): — А кто тебя просил спасать всех? Мы сами, блять, не маленькие. •Лиор (криво усмехнулся — но усмешка вышла страшной, надломленной): — Я должен. Если я не буду — кто тогда? • Тоби (сжал пальцы сильнее): — Я. Мы. Ты не один, понял? Лиор не ответил. Только смотрел в темноту, где между деревьев, ему казалось, мелькали тени. Знакомые тени. Те, кого он убил. Те, кого не спас. На следующий день Лиор пропал. Утром Лазари нашла его кровать пустой — одеяло смято, топорика нет, куртки нет. •Лазари (вбегает в комнату Тоби, голос срывается): — Его нет! Он ушёл в лес! • Тоби (вскакивает, хватает топоры, его шею сводит злой тик): — Куда, блять?! • Лазари (зажмурилась, ладони вспыхнули фиолетовым): — Северный сектор. Там охотники. Много. •Рэй (стоит в дверях, бледный): — Он пойдёт убивать. Один. •Тоби (зло, отчаянно): — Тогда мы успеем к нему раньше, чем он сам себя угробит. Собирайтесь, бегом! Лиор шёл через лес как машина. Белый свет в его глазах горел ровно, страшно, — не тот, которым его заражал Слендермен, а его собственный, больной, выжженный изнутри. Он не прятался. Он искал. Первый лагерь охотников — шесть человек. Лиор вырезал их за три минуты. Топор работал как продолжение руки. Кровь брызгала на лицо, но он не вытирался. Второй лагерь — восемь. Один успел выстрелить — пуля царапнула плечо, но Лиор не почувствовал. Анальгегия. Он добил того в последнюю очередь — долго, жестоко, не замечая криков. Он не считал. Ему было плевать. В голове — гул. Голоса. Те, кого он не спас. Те, кого убил сам. «Ты чудовище». «Ты должен был защитить их». «Ты никого не спасаешь, ты просто носишь смерть». • Лиор (хрипит, вытирая лицо рукавом, говорит в пустоту): — Заткнитесь. Заткнитесь, блять! Я знаю, кто я. Я — это оружие. И я умею только убивать. Тоби нашёл его у третьего лагеря. Лиор стоял посреди двенадцати трупов, тяжело дыша, опустив топор. Куртка пропитана кровью — чужой и своей. На лице — не лицо, а маска безумия. • Тоби (кричит, подбегая): — Лиор! Остановись, блять! Ты нас убьёшь! •Лиор (поворачивается, в глазах — белый огонь, не узнаёт): — Ещё один? Иди сюда, сука. Я вас всех. Он заносит топор. Тоби не уклоняется — бьёт его рукоятью в лицо, сбивает с ног. • Тоби (наваливается сверху, кричит в лицо): — Очнись, кукла! Это я, Тоби! Твоя семья, блять! Не смей! Маски вышел из леса неожиданно. В руке — пистолет, за спиной — ещё двое прокси. Он смотрел на резню, потом на Лиора, который бился в истерике под Тоби. • Маски (холодно, сквозь исказитель): — Вот ты где, мальчик. Хозяин недоволен. Ты истребляешь его охотников, а должен быть нашим псом. • Лиор (вырывается из рук Тоби, вскакивает, бросается на Маски): — Я не пёс, ублюдок! Я — смерть! Он успевает полоснуть Маски по руке — тот роняет пистолет. Прокси за спиной бросаются на Лиора. Драка — короткая, жестокая. Лиор ломает одному руку, второму — челюсть, но сам падает на колено — нож вошёл в бедро. Маски отполз в сторону, прижимая к груди окровавленную руку. Лиор стоял на колене, тяжело дыша, белый свет в глазах моргал — тускнел, разгорался, тускнел. Тоби подбежал к нему, схватил за лицо, заставил смотреть в глаза. •Тоби (кричит, в его голосе — паника и ярость): — Лиор! Слышишь меня, кукла? Если ты сейчас не очнёшься — я вытащу тебя силой! А потом ты будешь должен мне, понял?! Глаза Лиора на секунду стали человеческими. Он посмотрел на Тоби — невидяще, потерянно, но узнавая. •Лиор (голос срывается, хрипит, почти не слышно): — Вытащишь... если вытащишь меня из этой хуйни... я дам тебе... одну ночь... блять... Тоби замер. Лиор потерял сознание, обмяк в его руках. Белый свет в глазах погас. Маски поднялся, держась за раненую руку. Посмотрел на Тоби, на бессознательного Лиора, на трупы своих людей. • Маски (тихо, зло): — Ты не вытащишь его. Он слишком глубоко в дерьме. Оставь, пока сам не сгнил. • Тоби (прижимая Лиора к себе, смотрит на Маски с ненавистью): — Пошёл нахуй. Он мой. И я его вытащу, даже если придётся сжечь этот лес дотла. Маски усмехнулся под маской. Развернулся и ушёл в туман. Тоби взвалил Лиора на плечо, пошёл к выходу из леса. На полпути его встретили Лазари и Рэй — выбежали из кустов, бледные, заплаканные. • Лазари (смотрит на Лиора, в ужасе): — Он жив? • Тоби (хрипит, не останавливаясь): — Жив. Но если мы не доберёмся до дома — будет труба. Помогайте тащить. Рэй молча взял Лиора за вторую руку. Лазари шла впереди, освещая путь фиолетовым светом. Они добрались до домика под утро. Тоби уложил Лиора на кровать, стянул окровавленную куртку, начал перевязывать раны. Лазари держала диктофон — белый шум заглушал помехи Леса. Рэй сидел в углу, сжимая заточку, и смотрел на брата. • Рэй (тихо, не глядя на Тоби): — Он выживет? • Тоби (не оборачиваясь, затягивая бинт): — Должен, блять. Он обещал мне кое-что. Лазари посмотрела на него с удивлением. • Лазари: — Что? •Тоби (криво усмехнулся, но глаза оставались мокрыми): — Не твоего ума дела, мелкая.