Свой путь

      Солнечный свет заливал сверкающее бликами море, пока он плескался в его водах и гонялся за подплывшей слишком близко к нему рыбиной, параллельно пытаясь увернуться от брызг тех, кто веселился рядом с ним. Его смех, напоминающий собачий лай, разносился по округе. Он был счастлив и свободен, пока где-то на периферии не послышался голос, который всегда был предвестником неприятностей.       - Наследник Сириус, – проскрипел домовик. – Наследник Сириус, пора вставать. Хозяйка ждет вас к завтраку через десять минут.       Он пытался спрятаться от навязчивого голоса эльфа, натянув на голову одеяло, и отчаянно хотел снова вернуться на то море, которое ему, увы, только лишь снилось. Нет, где-то год назад он и правда был на море, вот только… Никто и никогда не позволит ему вести себя там так, как он мог только в своих мечтах.       Он – Сириус Блэк. Наследник своего Рода. И ему даже на минуту не позволяли забыть об этом. Даже Кикимер, словно нарочно, повторяет это, как заведенный, при каждом обращении к нему.       - Наследник Сириус, – вот, что и требовалось доказать. – Хозяйка будет крайне разочарована вашим поведением, если вы не спуститесь к завтраку через пять минут или будете выглядеть неподобающе.       Он застонал при мысли о том, чем ему грозит разочарование матери, и начал медленно выбираться из постели. Получать с утра пораньше жалящее не хотелось.       Однако на то, чтобы доползти до ванной, умыться и переодеться уже ушло почти семь минут. На волосы времени уже не оставалось, а потому он лишь едва прошелся по ним расческой и стянул в хвост. На завтрак он спускался, как на эшафот, уже зная, что его сегодня ждет.       Мать сидела в столовой и, когда он вошел, как раз срезала верхушку с вареного яйца, которое стояло в подставке перед ней. В ее взгляде, когда она подняла его на него, не было тепла или любви. Только строгость, достоинство, а еще оценивание. При виде его едва собранных волос она в неудовольствии поджала губы.       - Доброе утро. Что за внешний вид, Сириус? – спросила она, придерживаясь базового этикета даже в раздражении – Ты наследник древнейшего и благороднейшего дома Блэк, а не какой-то выродок грязнокровки или жалкий плебей. Будь любезен соответствовать своему статусу. И почему ты опоздал к завтраку? У тебя было достаточно времени, чтобы привести себя в должный вид и прийти вовремя.       Сириус промолчал, с хмурым видом сев напротив матери и притянув к себе поближе тарелку с овсяной кашей, которую Кикимер поставил перед ним. Он был рад, что его отец и младший брат сегодня были в отъезде. Ему надоело, что ему постоянно ставят Регулуса в пример. Да и кому какое дело, как он выглядит? Тем более рано утром и в собственном доме. Это же не прием в конце концов!       - Сириус, ты язык в спальне забыл? – голос матери начал звучать более недовольно – Отвечай, когда с тобой разговаривают старшие. Почему ты в неподобающем виде, да еще и опоздал к завтраку?       Сириус насупился. Иногда ему казалось, что мать никогда не будет им довольна. Даже если он будет выполнять все ее прихоти и придерживаться дурацких правил. Наверное, когда ему наконец придет письмо из Хогвартса, он будет счастлив уже только потому, что сможет уехать отсюда и жить без этих постоянных придирок. Все же он сомневался в том, что в реальном мире все волшебники, даже аристократы, ведут себя исключительно чопорно, как его мать.       - Я спал, – пробормотал он наконец, жуя кашу. – Этот дурацкий эльф меня разбудил.       Он пожалел о своих словах через пару секунд, когда в него прилетело жалящее от матери. Та не терпела подобного отношения.       - Не смейте говорить во время еды, молодой человек! Так делают только невоспитанные плебеи. И никто не позволит вам спать до обеда.       Сириус потер ужаленное плечо и поморщился. Ему не привыкать к подобному, но это не значило, что он всякий раз был счастлив, получая от матери жалящее заклинание. Иногда ему казалось, что та относится к нему даже жестче, чем к Регулусу. И как же иначе? Наследник же он, а не брат… Эх… Почему ему было обязательно родиться в этой семье, да еще и старшим сыном?

***

      - Позвольте представиться. Сириус Орион Блэк. Сын Ориона Арктуруса Блэка и Вальбурги Друэллы Блэк. Наследник древнейшего и благороднейшего дома Блэк, что ведет свое начало от Ориона Ирвинга Блэка, что пришел на земли Британии в девятом веке. И да будет кровь магов чиста вовек.       Он с трудом отвесил корявый поклон собственному отражению и, не сдержавшись, поморщился. Он занимался этим бесполезным, с его точки зрения, делом уже битых два часа и его тело жгло от жалящих заклинаний матери, которая следила за ним и наказывала за малейшие ошибки.       Оговорился? Жалящее. Забыл указать полные имена всех и каждого? Жалящее. Не назвал полный титул дома Блэков? Жалящее. Ошибся в веке основания Рода? Жалящее. Слишком глубоко поклонился? Жалящее. Не вовремя отвесил поклон? Жалящее. Не упомянул чистоту крови? Жалящее.       В его же собственной голове на повторе крутилась мысль о том, зачем все это. Зачем все эти витиеватости и сложности? Кто это запомнит, если так представляться? Это же совершенно невозможно выучить! Почему нельзя просто сказать – я Сириус Блэк, приятно познакомиться? И все!       Ну, ладно, можно еще упомянуть родителей. На это он еще с натяжкой был согласен. Но полные имена? Основатель рода? Полное наименование Дома? Чистая кровь? Зачем все это? Неужели все и правда так делают?       - Что это еще за подобие поклона? – вот снова мать им недовольна – Ты Блэк или калечная грязнокровка?       Он стиснул руками край рубашки, чтобы не выпустить наружу слезы боли и обиды, когда очередное жалящее попало ему в поясницу. Мать не переносила плача еще с тех самых пор, как он и брат были совсем маленькими. По ее словам, гордый Блэк, тем более наследник, не вправе показывать малейшего намека на слабость или что-то подобное.

***

      Тем вечером он с трудом уселся на подоконник в своей комнате и стер руками все же появившиеся на глазах слезы. Его взгляд остановился на домах на противоположной стороне маггловской площади Гриммо, которую ему было видно из окна.       Эта часть дня, когда его отправляли в постель, была его самой любимой. Наконец-то его мать оставляла свои придирки и постоянные непрекращающиеся нотации. Это был краткий период затишья и нечто наиболее близкое к свободе, что он вообще мог получить в этом доме.       Наверняка, мать думала, что он послушно читает вмененную ему литературу о ритуалистике и темной магии или учит родословные чистокровных родов, но он редко занимался этим, за что часто получал наказание. Ведь он обязан быть идеальным наследником Блэков, будущим Лордом. И не имеет значения, чего он желал бы сам…

***

      Первое сентября стало для него днем больших надежд. Наконец-то настало время для него вырваться из стен темного родового дома и увидеть мир за его стенами. Настоящий мир, а не редкие церемониальные приемы, на которых ему, ребенку, было дико скучно.       Даже тот факт, что Кикимер по приказу матери разбудил его прямо с рассветом не сильно омрачил предвкушение перемен. Он даже стерпел тот факт, что его готовили к отправке в Хогвартс едва ли меньше, чем ко всем этим балам и официальным встречам. Даже мать, в тысячный раз требующая образцового поведения, не вызвала столь же сильного раздражения, как обычно.       Хогвартс-экспресс, стоящий под парами на скрытой от маггловского мира платформе, казался ему чудом, обещающим свободу. Его же переживания и, что греха таить некоторый страх того, что все и правда живут по чопорным правилам его матери, похоже, не оправдывали себя. И, право, какое это было облегчение.       Да, конечно, среди тех, кого он видел обнимающимися с родителями и другими ребятами, наверняка, были и отпрыски магглов, но ведь в Хогвартсе учились не только они, верно? В противном случае, он был уверен, мать бы ни за что не отправила его туда.       - Что ж, сын. Надеюсь, ты не опозоришь имя нашего Рода, – напутственная речь отца была столь же чопорной, как и его внешний вид. – Учись прилежно и веди себя подобающе. Помни, ты наследник благородного и древнейшего дома Блэк, а не какой-то плебей или грязнокровка.       Он вздохнул. Не то, чтобы он ожидал большего от родителя. Да, тот был менее скор на наказание, чем матушка, но и какого-то тепла и проявления чувств от него ждать тоже не стоило. И становиться таким же ему… как-то не хотелось. А потому, быстро попрощавшись со всеми, он забрался в вагон, чтобы найти себе место.

***

      В купе их собралось несколько человек. Причем он не заметил, чтобы остальные торопились представляться по заветам его матери, а потому счел возможным и сам не назваться больше, чем именем. В конце концов, они же не на приеме! Да и ему самому эта церемониальность так на зубах завязла, что он был даже рад отбросить ее.       Ему понравились эти ребята. Общаться с ними было намного легче, чем с тем же Люциусом Малфоем, который был на несколько лет его старше и с которым он несколько раз пересекся по время официальных визитов. Вот уж кто точно вызвал бы одобрение у его матери своими манерами и надменностью. К тому же по слухам дядя Сигнус планировал выдать за него одну из своих дочерей, считая это выгодной партией.       Рядом с ними сидела еще какая-то девочка, но она не принимала участия в их разговоре, а после и вовсе переключилась на какого-то вошедшего в купе мальчишку. При виде последнего у Сириуса непроизвольно поджались губы. Вот на него-то уж точно матушка взглянула со всем возможным презрением, да и ему самому не понравился его внешний вид. Пожалуй, именно так она обычно описывала грязнокровок.       Их разговор не стоил даже грана его внимания, когда один из мальчишек, с которым он общался до этого, выцепил из параллельной беседы знакомое слово.       - В Слизерин?       О, ясно, началось обсуждение факультетов. Честно говоря, для него это было не самой приятной темой, ведь его распределение было уже решено его родителями, да и всей семьей. Было неприятно видеть, как тот мальчишка, с которым ему было так легко и приятно общаться, явно не был рад упоминанию этого факультета.       - Кто это тут хочет в Слизерин? Да я бы сразу из школы ушёл, а ты? – спросил он у Сириуса.       Блэк внутренне поморщился. Признаться, его и самого не привлекал этот факультет. Именно тем, что там были все из его семьи. А значит он так и не сможет обрести в замке даже грана свободы. Пока же, все, что он мог ответить, было:       - Вся моя семья училась в Слизерине, – сказал он и заметил, как помрачнело лицо мальчишки.       - Ёлки-палки! – воскликнул он. – А ты мне показался таким приличным человеком!       Сириус только усмехнулся. Было приятно слышать, что его поведение, за которое его мать уже успела бы не раз его высечь или ужалить, вполне понравилось другому мальчишке. Да и в конце-то концов, на факультеты распределяют не родители, а Шляпа!       - Возможно, я нарушу семейную традицию. А ты куда собираешься, если тебе позволят выбирать?       Было забавно наблюдать, как мальчишка словно поднял невидимый меч. Его ответ был ясен, еще до того, как тот озвучил его вслух.       - Гриффиндор, славный тем, что учатся там храбрецы. Как мой отец.       Сириуса кольнуло то, как сосед упомянул отца. Похоже, что тот действительно любит его и хочет пойти по его стопам. Ему же иногда казалось, что его собственный видит в нем лишь титул наследника, а больше его ничего не интересует.       Фырканье незнакомого мальчишки в ответ на слова Джеймса не особенно понравилось ему. Его бы за подобное точно высекли. Причем не чарами, а прямо розгами. Да еще и зелья потом не дали бы.       - Тебе это не нравится? – тем временем повернулся к нему парень.       - Да нет, почему? – ответил незнакомец, хотя само его фырканье недвусмысленно показало его отношение к ним – Если кто предпочитает быть храбрецом, чем умником…       - А ты-то куда пойдёшь, если ты ни то, ни другое? – спросил Сириус, не желая слышать в очередной раз дрязги между двумя факультетами (ему дома этого хватало), да и поддеть парня захотелось, ишь ярлыки вешать начал, а даже не назвал себя.       Ответа они так и не получили. Видать этого мальчишку действительно никто не воспитывал. Хотя уже только внешний вид явно говорил о том, что тот находится ниже их и даже не пытается встать наравне. Да еще и с девчонкой дружит, слушаясь ее во всем, хотя не вассал. Ну, не позор ли?

***

      Ожидание распределения было для него тяжелым испытанием, ведь по сути во многом предопределяло его судьбу и путь по меньшей мере на ближайшие несколько лет. Что выбрать?       Слизерин? Стать тем послушным и идеальным сыном, которого из него лепят его родители? Наследником Рода, который смотрит на всех свысока и никогда и ни в чем не показывает слабости? Стать по сути статусом и маской, но при этом, возможно, задобрить родителей, которые, может быть, станут относиться к нему теплее, видя, что он принимает их путь?       Или Гриффиндор? Пойти в пику семье? Заявить о том, что он выбирает для себя свободу и собственный путь? И, как бонус, вероятно, оказаться рядом с тем мальчишкой, с которым он, возможно, хотел бы подружиться?       Времени на выбор оставалось все меньше, ведь он уже стоял вместе с остальными в ряду прочих первокурсников, а Шляпа уже пела свою песню. А ведь он Блэк, его вызовут одним из первых… Если вообще не самым первым…       Он оказался вторым. Сразу после Аббота, который после распределения направился к столу барсуков. Пуффендуй он вообще для себя не рассматривал, хотя о Когтевране успел кратко задуматься. Но при мысли о том, чтобы семь лет только и делать, что корпеть над книгами в окружении тех, кто от страниц и носа не поднимает, становилось не по себе. Нет, это явно не его путь даже близко.       Он сел на древний табурет сразу после того, как прозвучала его фамилия. Весь зал скрылся из вида, когда ему на глаза сползла та самая Распределяющая Шляпа, о которой он не раз слышал за эти годы.       - Хм, еще один Блэк, – старческий голос раздался прямо в его голове, обходя все защитные обереги. – И не последний, следует отметить. Из иных семей я встречаю представителей, дай Мерлин, раз лет в тридцать.       Его пальцы сжали края табуретки. Он знал, что их семья довольно многочисленна по меркам магического мира (будь проклят тот день, когда ему велели выучить все их родовое древо на двадцать поколений назад), но он здесь не за этим.       - А ты нетерпелив, – усмехнулась Шляпа в его голове. – Неусидчив. Да и, как я вижу, бунтарства в тебе немало. Хотя и амбиции присутствуют. Значит, хочешь свободы? Права строить себя и свою жизнь по собственным правилам?       Он мысленно кивнул. Ему всегда были чужды чопорные порядки своей семьи, которая существовала в жестких рамках и ни на шаг не была готова отклониться от них. А его детские попытки вырваться или сделать что-то, что выбивалось бы из шаблона, пресекались жалящими, а в особо серьезных случаях и поркой.       - Слизерин подошел бы тебе, – продолжила Шляпа и он непроизвольно скривился. – Не спорь, тебя бы там научили добиваться своих собственных целей куда менее заметно для окружающих. Не так топорно, как ты думаешь. Однако, похоже, что ты уже сам загнал себя в собственные рамки и приемлешь только путь наперекор и вопреки. Что ж… Тогда тебе открыта лишь одна дорога, пусть она и более терниста, и трудна. Смотри, не пожалей на полпути. ГРИФФИНДОР!       В зале раздались звуки удивления, а ему самому захотелось расхохотаться. Да, прямо тут, хотя это пошло бы вразрез со всеми нотациями матери. Съешьте! Он Блэк, и он не на Слизерине! И к Моргане ваши и общественные ожидания!       Ало-золотой факультет, придя в себя от неожиданного поворота событий, яростно зааплодировал ему, и он направился в сторону, противоположную той, где все рассчитывали его увидеть. В ближайшие дни ему придется разбираться с недовольством матери (наверняка, она пришлет громовещатель, как только узнает новости), но прямо сейчас он был неприлично счастлив.       Распределение продолжалось и Сириус вернул ему свое внимание, когда заметил, что из шеренги вышел тот мальчишка, с которым они нашли в поезде общий язык. Это был первый раз, когда он услышал его фамилию, и, признаться, удивился.       Поттер… Да, не из числа священных двадцати восьми и не благороднейшая, но довольно старая и чистокровная семья. Значит, этот мальчишка их наследник. И, если честно, от осознания этого факта стало неприятно на душе.       Нет, не потому, что он выяснил это только сейчас, а потому, как естественнее и ненапыщеннее вел себя Джеймс по сравнению с тем же Малфоем или с тем, как заставляли вести себя его самого. Да и отношения с отцом у него явно куда более теплые и приятные, чем у него с вечно отстраненным и холодным Орионом.       Значит, так можно было? Можно было быть наследником Рода, но при этом любимым, простым в общении и счастливым? Это был сильный удар, но от этого он только сильнее порадовался тому, что в конечном итоге выбрал для себя именно Гриффиндор, а не Слизерин. Это его жизнь. Он проживет ее так, как сочтет нужным. А это только первый шаг.

***

      С тех пор много чего произошло и изменилось. Разумеется, громовещатель не заставил себя долго ждать и прибыл первой же почтой на следующий день. Мать была недовольна, даже пыталась добиться его перевода, поскольку наследник Блэков не может жить в одной гостиной с грязнокровками и плебеями и те будут на него пагубно влиять. Однако, к счастью для него, даже влияния его Рода было недостаточно, чтобы изменить вердикт Распределяющей Шляпы.       Он остался на Гриффиндоре и был счастлив, возможно, как никогда в своей жизни. Теперь он мог иметь настоящих друзей, а не полезные связи, мог играть в квиддич, а не зубрить родовые древа. И многое другое, что ранее было ему недоступно. Он наконец-то мог смеяться! Ведь мать постоянно наказывала его за его отвратительный и неподобающий наследнику Блэков лай.       К лету он практически стал другим человеком, отчасти взяв за пример своего первого друга Джеймса. В конце концов, тот Поттер и тоже наследник чистокровной семьи! Да и расшаркивания и этикет вообще не практиковались в реальной жизни. Даже на Слизерине!       Разумеется, дома был скандал, но он стерпел и остался при своем мнении. В конце концов, еще Шляпа предупреждала его, что его путь к личным целям и контролем над своей жизнью будет непрост.       Он полностью переделал свою комнату, развесив повсюду символику своего факультета, и даже, найдя в библиотеке нужные чары, сменил цвет балдахина над кроватью и штор с зеленого на красный. На требование матери убрать с ее глаз все это гриффиндорское безобразие, он заявил, что это его спальня и она будет такой, какой он хочет ее видеть. А если это кому-то не нравится, то он никого не заставляет в нее заходить.       Конечно, еще несколько лет подряд переделку приходилось устраивать каждое лето, ведь мать, пытаясь вернуть его в рамки семьи, возвращала все в изначальный вид. Но и он постепенно становился более опытным и сильным магом, а потому после четвертого курса добился того, что теперь никто и ничего не поменяет в его спальне без физического уничтожения всех стен.       Он – Сириус Блэк, гриффиндорец. И это его жизненный путь, который он выбрал и построил сам. А те, кому это не нравится, пусть катятся к Моргане.