Улыбайся или умри

Лисица крепко сжала тонкое запястье Кошки. Пальцы в черной перчатке были ледяными, но рука готической актрисы даже не дрогнула.  Тяжелые, бьющие по нервам басы Прокофьева нарастали, требуя крови. Чат на экранах буквально взрывался: «Она держит её руку!», «Сейчас будет драка!», «Кошка, корми её насильно!» Но вместо того чтобы оттолкнуть ложку, Лисица придвинулась ближе к столу. Она поймала взгляд темных глаз за кошачьей маской. В этих глазах не было желания убить. Там было что-то другое — холодный, расчетливый блеск режиссера, который начинает свой лучший спектакль. — Ты права, Кошка, — внезапно запела Лисица. Её чистый, сильный вокал идеально лег на зловещую мелодию Прокофьева, перекрывая гул динамиков. Она импровизировала на ходу, превращая правила Волка в оперное либретто. — Твой десерт слишком сладок, чтобы умирать в одиночку... Давай разделим эту ночь на двоих? Кошка мгновенно подхватила игру. Из её горла вырвался низкий, безумный театральный смех, от которого у зрителей по ту сторону экранов поползли мурашки. Она резко вырвала запястье, но не для того, чтобы отступить. Кошка зачерпнула ложкой верхний, воздушный слой клубничного мусса из своей тарелки и... сама отправила его себе в рот. Чат замер. Волк в режиссерской ложе подался вперед. — М-м-м, божественно, — прошептала Кошка, запрокинув голову, словно пьянея от вкуса. Её смоляные волосы эффектно рассыпались по плечам. — А теперь — твоя очередь, моя дорогая Лиса. Попробуй мой яд. Или это я пью твой? Она снова зачерпнула десерт — ровно столько, чтобы не коснуться дна пиалы, где могла лежать капсула. И Лисица поняла её гениальный, безумный план. Они не будут отказываться. Они превратят это в шоу «взаимного отравления», скармливая друг другу верхний, безопасный слой мусса под видом смертельной игры. Чат решит, что они играют в «русскую рулетку», добровольно рискуя жизнью ради рейтинга. Лисица подалась вперед и аккуратно губами сняла мусс с ложки Кошки. Розовый крем оказался приторно-сладким, с металлическим привкусом страха. Затем Лисица взяла свою ложку, зачерпнула верхний слой из своей тарелки и с поклоном протянула Кошке. Кошка приняла угощение, изящно прогнувшись в такт финальному, громоподобному аккорду Прокофьева. Они кормили друг друга из потенциально смертельных тарелок, двигаясь синхронно, словно в жутком танце. Зрители в комментариях сошли с ума: донаты полетели миллионами, шкала популярности их пары пробила верхний предел. «Это искусство!», «Они безумны!», «Они любят друг друга или ненавидят?!», «Лучший раунд в истории!» — Время вышло! — рявкнул Волк. Его голос больше не был довольным. Девушки переиграли его систему, не нарушив ни одного правила. — Датчики зафиксировали: обе участницы употребили десерт. Капсула... осталась нетронутой. Вы обе продожаете игру. Стеклянные перегородки с шипением поехали вниз. Лисица тяжело дышала, чувствуя, как адреналин выжигает вены. Они сделали это. Они обманули смерть. Но радоваться было рано. Из соседней зоны послышался дикий, раздирающий душу крик. Лисица резко обернулась. За соседним столом Собака в золотом пальто стояла на коленях, её золотисто-русые волосы упали на пол, а руки судорожно сжимали горло. Напротив неё сидела абсолютно бледная Енот с серо-черными волосами. В руках Енота была пустая тарелка. Хитрая девчонка не стала играть в театр — она просто обманом или силой заставила добрую Собаку съесть яд, чтобы спасти собственную шкуру. — Прощай, Собачка! — равнодушно бросил Волк. — Осталось 6 участников. А теперь, девочки, внимание на главный экран. Нам пора распределить комнаты на ночь. И поскольку пара Лисицы и Черной Кошки набрала самый высокий рейтинг за этот раунд... Волк приготовил для вас особый приз. Экран вспыхнул, и Лисица похолодела. На картинке была изображена одна единственная, общая комната с огромной кроватью, на которой лежали... наручники. — Вы проведете эти восемь часов сна, прикованные друг к другу, — зловеще произнес Волк. — Посмотрим, как долго продлится ваш «дуэт», когда ключ будет только у одной из вас.