Мой любимый коллега по съёмкам ❤️

В больнице. {Двери реанимационного отделения с грохотом захлонулись прямо перед носом Саши. Яркий люминесцентный свет больничного коридора больно резал глаза, контрастируя с ночной темнотой поселка.} А: [Бессильно прислонился спиной к холодной стене и медленно сполз по ней на кафельный пол] {Он всё еще был в той самой промокшей, испачканной в саже футболке. От него за версту пахло дымом и гарью, а с мокрых волос на плитку глухо падали капли грязной воды.} Врач-травматолог: [Подошел к Саше и присел рядом на корточки, осматривая его руки] Молодой человек, вам нужно срочно в процедурный. У вас серьезные ожоги ладоней, их необходимо обработать и наложить повязки. Пойдемте. А: [Резко отдернул руки назад, прижав их к груди, несмотря на то, что каждое движение отзывалось дикой, пульсирующей болью] Нет! Я никуда не пойду! Я буду сидеть здесь, пока он не придет в себя! [Упрямо посмотрел на врача воспаленными от дыма глазами] Врач-травматолог: [Вздохнул и покачал head] Послушайте, вашему другу сейчас оказывают помощь лучшие реаниматологи. Он под кислородом. А вот если вы занесете инфекцию в свои раны, лучше никому не станет. Давайте мы сделаем вам укол обезболивающего, перевяжем руки, и вы вернетесь сюда. Идет? А: [Почувствовал, как нижняя челюсть задрожала от нервного перенапряжения, а к горлу снова подкатил ком] *Он прав... Я должен быть в порядке, чтобы помочь Ромке, когда он очнется. Но уйти отсюда сейчас — это выше моих сил.* [Тяжело сглотнул] А: "Только быстро... Пожалуйста. Сделайте всё прямо здесь, на лавочке. Я не уйду от этой двери". [Сдался Саша, протягивая врачу дрожащие, покрытые черной гарью и волдырями ладони] {Медсестра быстро принесла лоток с медикаментами. Саше вкололи сильное обезболивающее, от которого в голове приятно поплыло, а боль в руках начала постепенно тупеть.} А: [Смотрел, как белые бинты слой за слоем скрывают его покалеченные пальцы, но его мысли были совсем не здесь] *Ромка... Ну как ты там? Пожалуйста, дыши. Просто дыши...* {Спустя полчаса процедура была окончена. Саша остался сидеть на кушетке в пустом коридоре, уставившись мертвым взглядом в закрытую дверь реанимации.} {Вдруг ручка двери дернулась, и из палаты вышел уставший реаниматолог, снимая на ходу медицинскую маску.} {Реаниматолог подошел к Саше тяжелой походкой, на его лице читалась крайняя степень усталости. Он держал в руках медицинскую карту Ромы.} А: [Мгновенно вскочил с кушетки, зашипев от боли, когда случайно сжал забинтованную ладонь] Доктор! Ну что?! Пожалуйста, не молчите, что с ним?! [С ужасом вглядывался в лицо врача, ловя каждое движение] Врач-реаниматолог: [Тяжело вздохнул и посмотрел Саше прямо в глаза] Молодой человек, врать не буду — ситуация крайне тяжелая. У вашего друга серьезное отравление продуктами горения. Он наглотался токсичного дыма от пластика, легкие сильно пострадали. Плюс ко всему, у него обширный ожог спины второй степени. Сейчас мы ввели его в состояние искусственной комы и подключили к аппарату ИВЛ. Ближайшие трое суток будут критическими. А: [Почувствовал, как в комнате резко стало не хватать воздуха, а стены больницы будто начали сужаться] Искусственная кома... Аппарат ИВЛ... Господи, Ромка... [Бессильно опустил голову, чувствуя, как по щекам покатились горячие слезы] Врач-реаниматолог: [Положил руку на плечо Саши] Но есть и одна хорошая новость. Вы успели вовремя. А: [Слабо поднял глаза, полные слез и непонимания] "В каком смысле... вовремя? Ему же так плохо..." Врач-реаниматолог: Если бы вы не сбили пламя с его кофты и не вытащили его из эпицентра в те самые секунды — спасать сейчас было бы просто некого. Огонь не успел добраться до жизненно важных артерий на шее, а лицо и дыхательные пути не обгорели снаружи. Вы буквально вырвали его с того света. Мозг не пострадал от нехватки кислорода, а это значит, что у его организма есть все шансы выкарабкаться. Он сильный парень. А: [Схватился забинтованной рукой за край кушетки, чтобы не упасть, и прерывисто выдохнул] *Живой... Шансы есть. Он справится, он обязательно справится, я знаю его...* Врач-реаниматолог: Пускать к нему сейчас категорически нельзя. Идите домой, вам самому нужно поспать и обработать ожоги. А: [Упрямо мотнул головой, вытирая слезы рукавом куртки] Нет. Я не уеду. Я буду здесь. [Сел обратно на жесткую кушетку, уставившись на белую дверь палаты] {На часах было три часа ночи. В больничном коридоре окончательно смолкли все звуки, лишь за окном всё так же монотонно шумел непрекращающийся осенний ливень. Саша сидел на кушетке, сжавшись в комок и уткнувшись лбом в свои забинтованные колени.} А: [Прикрыл воспаленные глаза, проваливаясь в тяжелую, тревожную полудрему] Ромка... Кузница... Горящая шерсть... Саня, помоги... [Судорожно дернулся во сне] {Внезапно эту зловещую тишину безжалостно разрезал резкий, непрерывный и оглушительный писк медицинского оборудования, донесшийся прямо из-за закрытой двери реанимационной палаты.} А: [Мгновенно распахнул глаза и подорвался с места, тяжело и панически дыша] Что?! Что происходит?! {В ту же секунду по коридору раздался топот тяжелых шагов — дежурный врач и две медсестры на ходу влетели в палату Ромы, с грохотом распахнув двери.} А: [Подбежал к приоткрытой двери и в ужасе заглянул внутрь, вцепившись забинтованными руками в косяк] "Рома... Пожалуйста, нет..." [Голос сорвался на беззвучный шепот, а сердце заколотилось в груди как бешеное] {На мониторе над кроватью Ромы кривая пульса стремительно падала вниз, превращаясь в ровную, непрерывно пищащую линию. Приборы сходили с ума, сигнализируя об остановке сердца.} Медсестра 1: Давление падает! Пульс нитевидный! Остановка! [Крикнула она, сдергивая простыню с груди Ромы] Врач-реаниматолог: Заряжай дефибриллятор! Двести сорок! Живо адреналин в кубиках внутривенно! [Скомандовал врач, наваливаясь всем телом на грудную клетку Ромы и начиная делать непрямой массаж сердца] А: [Почувствовал, как в этот момент внутри него будто что-то окончательно сломалось. Ноги стали ватными, а к горлу подступила дикая тошнота от нахлынувшего ужаса] *Нет... Ты не можешь меня оставить... Не смей, слышишь?! Ромка, борись!* [Слезы градом покатились по испачканному сажей лицу Саши] Медсестра 2: [Заметила Сашу в дверях и резко подскочила, пытаясь вытолкнуть его наружу] Молодой человек, выйдите отсюда! Вам сюда нельзя! Закройте дверь с той стороны! А: [Даже не шевельнулся, застыв как каменное изваяние и не сводя глаз с бледного, безжизненного лица лучшего друга] "Рома... Ты обещал, что мы допишем этот ролик..." [Прохрипел Саша, чувствуя, как весь мир вокруг него рушится в полную темноту] Врач-реаниматолог: Разряд! [Громко крикнул доктор в палате] {Тело Ромы на больничной койке неестественно выгнулось от мощного электрического разряда и бессильно упало обратно на матрас.} Врач-реаниматолог: [Быстро глянул на монитор] Еще разряд! Заряжай триста! Куда вы смотрите, выведите парня из коридора! {Следующие две минуты превратились для Саши в бесконечный, разрывающий душу ад. Громкий, монотонный и непрерывный писк монитора бил по барабанным перепонкам, заполняя собой всё пространство больничного крыла.} А: [Медленно опустился на колени прямо в дверном проеме, судорожно вцепившись забинтованными пальцами в свои волосы] *Пожалуйста... Пожалуйста, кто-нибудь, остановите это... Боже, пусть это окажется просто страшным сном...* {Врачи работали как отлаженный, но глубоко уставший механизм. По палате разносились резкие команды, треск перезаряжаемого дефибриллятора и тяжелое дыхание доктора, который без остановки качал грудную клетку Ромы.} Врач-реаниматолог: Разряд! Триста шестьдесят! {Тело Ромы снова содрогнулось на койке. Писк на мониторе даже не изменил тональности — прямая, безжалостная зеленая линия продолжала резать экран.} Врач-реаниматолог: [Тяжело выдохнул, остановился и бессильно опустил руки] Адреналин не помогает. Прошло уже слишком много времени... Мозг... мозг может не выдержать. [Посмотрел на медсестру] Записывай время... Медсестра 1: [Сглотнула подступившие слезы и посмотрела на настенные часы] Три часа и восемь минут... А: [Почувствовал, как в эту секунду внутри него будто умерло абсолютно всё. Мир вокруг потерял все краски, превратившись в глухую, ледяную пустоту] *Нет... Нет-нет-нет, это не может быть концом. Ромка... Как же так?..* [Из глаз беззвучно хлынули слезы, капая на грязный кафельный пол] А: "Ром... Ты же обещал... Мы же... мы же Деревню №13 не достроили..." [Из последних сил, срывая сожженные связки, хрипло прокричал Саша в глубину палаты] {И в этот самый момент, когда дежурный врач уже собирался отключить приборы, а надежда окончательно испарилась, аппарат ИВЛ внезапно издал тяжелый, свистящий вдох.} {В ту же секунду монотонный писк оборвался. Монитор коротко пикнул. Потом еще раз. И еще.} {Зеленая линия на экране судорожно дернулась вверх, ломаясь и превращаясь в неровные, слабые, но такие долгожданные зубцы пульса.} Медсестра 2: [Вскрикнула, округлив глаза от шока] Пульс! Пульс пошел! Сорок два... сорок пять! Синусовый ритм восстанавливается! Врач-реаниматолог: [Мгновенно подскочил к монитору, не веря собственным глазам] Невероятно... Настоящее чудо. Быстро, маску плотнее, добавляйте дозировку стабилизирующих! Он вернулся! А: [Услышав этот прерывистый, живой писк приборов, бессильно уткнулся лбом в пол, громко и навзрыд разрыдавшись от безумного, нахлынувшего облегчения] Живой... Живой, придурок... Ты выжил... [Обожженные руки Саши крупно задрожали, но теперь это были слезы счастья] {Врач-реаниматолог вышел из палаты спустя еще полчаса, когда приборы окончательно стабилизировались, показывая ровный и уверенный ритм сердца Ромы. Доктор выглядел так, словно сам только что пробежал марафон, на его лбу блестели капли пота.} А: [Медленно поднял голову с пола, шмыгая носом и глядя на врача снизу вверх уставшими, покрасневшими глазами] Врач-реаниматолог: [Тяжело выдохнул и устало улыбнулся углами губ] Ну и упрямый же у тебя друг, парень. Два раза его с того света за одну ночь вытаскивали. Но теперь точно всё. Криз миновал, показатели пришли в норму. Он спит. А: [Прерывисто вздохнул, чувствуя, как с плеч свалилась огромная, давящая скала] "Спасибо вам... Спасибо огромное..." [Прошептал Саша, пытаясь подняться, но колени всё еще слабо дрожали] Врач-реаниматолог: [Посмотрел на испачканного в саже, промокшего и измотанного Сашу, а затем на его белоснежные больничные бинты на руках] Так, герой. По инструкции я должен выгнать тебя из отделения прямо сейчас. Но я вижу, что ты всё равно останешься караулить под дверью и окончательно подорвешь себе здоровье. А: [Упрямо кивнул, подтверждая слова доктора] «Я никуда не уйду. Даже не думайте.* Врач-реаниматолог: Ладно, сделаю для тебя исключение. В палате у окна стоит мягкое кресло для дежурного персонала. Зайдешь туда, сядешь и будешь спать. Тихо, как мышка. Если устроишь мне там истерику — вылетишь вместе с креслом на улицу. Договорились? А: [Быстро-быстро закивал головой, на секунду даже забыв про боль в обожженных ладонях] Да, да, конечно! Спасибо вам! Честное слово, я буду сидеть тихо! {Врач приоткрыл дверь, пропускаю Сашу внутрь реанимационного бокса.} {В палате было тихо, лишь аппарат ИВЛ мерно и тихо шипел, помогая Роме дышать, да монитор привычно и спокойно отстукивал ровный ритм: пик... пик... пик...} А: [На цыпочках подошел к больничной койке и аккуратно, стараясь не задеть капельницы, посмотрел на друга] Бледный какой... Но главное — живой. Дышит. [Почувствовал, как на душе наконец-то воцарился покой] А: [Осторожно опустился в глубокое больничное кресло прямо у постели Ромы, вытянул уставшие ноги и откинул голову на спинку]{Тепло больничной палаты и дикая, накопившаяся за ночь усталость мгновенно навалились на Сашу. Его веки начали неудержимо слипаться.} А: [Медленно опустил свою забинтованную руку на край кровати, положив ее рядом с ладонью Ромы] "Я тут, Ромка... Я рядом. Отдыхай". [Едва слышно прошептал Саша, закрывая глаза] {Тепло больничной палаты и дикая, накопившаяся за ночь усталость мгновенно навалились на Сашу. Его веки начали неудержимо слипаться под мерный, успокаивающий ритм приборов: пик... пик... пик...}А: [Медленно опустил свою забинтованную руку на край кровати, положив ее рядом с ладонью Ромы] "Я тут, Ромка... Я рядом. Отдыхай". [Едва слышно прошептал Саша, закрывая глаза] {Прошло около часа. Саша спал чутким, тревожным сном, полностью обессилев после пережитого кошмара.} {Внезапно ровный и спокойный стук монитора начал ускоряться. Короткие звуки становились всё чаще, превращаясь в паническую, рваную дробь.} {В ту же секунду аппарат ИВЛ, помогавший Роме дышать, издал громкий, пронзительный предупреждающий сигнал, который эхом разнесся по безмолвной палате.} А: [Мгновенно распахнул глаза и подорвался с кресла, сбрасывая остатки сна] Что?! Опять?! [С ужасом уставился на экран прибора] {Цифры пульса на мониторе стремительно менялись, окрашиваясь в тревожный ярко-красный цвет: 120... 140... 160... Кривая линия ритма ломалась и хаотично дрожала, превращаясь в безумный зигзаг.} А: [Посмотрел на Рому и похолодел: лицо друга начало синеть, а грудная клетка судорожно и часто дергалась, словно ему не хватало воздуха] "Доктор!! Помогите!! Ему плохо!!" [Во весь голос закричал Саша, бросаясь к двери] {В эту же секунду главный экран монитора жизнеобеспечения резко мигнул, на мгновение полностью погас, а затем выдал системную ошибку. Звук приборов сменился на один сплошной, оглушительный, непрерывный вой.} {Рома на койке резко выгнулся всем телом, его пальцы судорожно скрючились, а из-под закрытых век покатилась одинокая слеза, смешиваясь с сажей на щеке.} А: [Застыл в дверях, хватаясь забинтованными руками за голову, пока в палату на полной скорости снова влетал реанимационный расчет] Нет... Нет, пожалуйста, только не это!!! Рома-а-а!!! {Врач на ходу сорвал с пояса фонарик, заглянул в зрачки Ромы и в ужасе обернулся к медсестре.} Врач-реаниматолог: Тромбоэмболия легочной артерии?! Отек легких! Срочно дефибриллятор, у нас отказ системы! Мы его теряем, окончательно теряем!!