Закатное солнце

Следующее утро началось непривычно поздно. Солнечные лучи пробивались сквозь плотные шторы армянской квартиры, заливая комнату мягким светом. Армен проснулся первым, но не спешил вставать. Он просто лежал, слушая мерное дыхание Эда рядом, и лениво перелистывал ленту новостей на телефоне. Вчерашний стрим уже стал легендарным. Фан-паблики «Наркоманов Петровичей» разрывались от сотен артов, эдитов под красивую музыку и теплых комментариев. Самое главное — хейта, которого они так боялись, практически не было. Аудитория приняла их правду с огромной любовью и уважением к их смелости. — М-м-м, ты чего так рано подорвался? — раздался сонный, хриплый голос Эда. Он потянулся, закидывая руку Армену на талию и притягивая его ближе к себе. — Уже час дня, соня, — улыбнулся Армен, откладывая телефон и поворачиваясь к нему. — Там в сети такое творится... Нас, кажется, официально благословил весь интернет. — Ну еще бы, — Эд довольно зажмурился. — После того, как ты у меня на коленях устроился, у них просто не осталось выбора. Ладно, пора вставать. У нас сегодня по плану запись нового ролика, и на этот раз — никакого Дискорда на расстоянии. Съемки нового видео для канала Эда проходили в совершенно новой, легкой атмосфере. Они поставили два игровых кресла рядом, настроили одну веб-камеру на двоих и запустили запись майнкрафта. Больше не нужно было контролировать интонации, отсаживаться подальше или делать вид, что они просто коллеги по команде. Во время игры Эд мог спокойно, совершенно естественно приобнять Армена за плечи, когда тот удачно отбивался от мобов, или отобрать у него мышку, чтобы в шутку подразнить. Армен больше не замыкался в себе — он много смеялся, подкалывал Эда в ответ и светился от абсолютного, искреннего счастья. Когда к созвону подключились Ярик и Вита, чтобы узнать, как дела у Марти, они только понимающе заулыбались, глядя на парней через вебку. Это был первый ролик, где они были полностью самими собой — без масок, без страха чужого осуждения и без давящих километров. Контент получался невероятно живым, теплым и домашним, а парни наконец-то чувствовали, что занимаются любимым делом, находясь именно там, где они и должны быть — рядом друг с другом.