СЛАБАЯ для них.

┄ – ┄ ꒰ ୨ ♡ ୧ ꒱ ┄ – ┄

ГЛАВА 21. ВОЗВРАЩЕНИЕ.

┄ – ┄ ꒰ ୨ ♡ ୧ ꒱ ┄ – ┄

Ан Сухо _________ Кафе пахло кофе и выпечкой. За окном уже темнело, уличные фонари зажигались один за другим, бросая жёлтый свет на мокрый после дождя асфальт. Где-то за стеной гудела кофемашина. В углу сидел старик с газетой — он приходил сюда каждый вечер и никогда ни с кем не разговаривал. Я протирал столы, когда в зал влетела Ён И. — Сухоо! — пропела она, подлетая ко мне. Волосы растрепались от быстрой ходьбы, глаза блестели. Она была вся в движении — как ураган в юбке. — Что? — У меня для тебя три новости. Две хорошие и одна плохая. Конкретно для тебя. — Вот как, — я бросил тряпку в ведро и повернулся к ней. — С какой хочешь? — Ну давай с хороших. Ён И оперлась на стол локтями, залезла в телефон, что-то ища. Я ждал. За окном проехала машина, фары на секунду осветили её лицо. — Помнишь, ты просил узнать кое-что? — сказала она загадочно. — Просил, — кивнул я, не понимая, к чему она клонит. — Про Ха-юн. Я встрепенулся. — И что? Она достала наушники, подключила к телефону и протянула мне один. Я надел. Из динамика раздался голос Ха-юн. Ён И говорила что-то ещё, но я слышал только этот голос. Тот самый разговор — про парней, про типаж. Ён И идеально провернула всё, не вызвав подозрений. Одно ухо было открыто. Я слышал и голос в наушнике, и голос Ён И рядом. — Она в точности описала тебя, — сказала Ён И, и в её голосе была гордость. Я улыбнулся. Не мог сдержать. А потом услышал фразу: «С которым я не буду жить в страхе…» Улыбка сползла с моего лица. Ён И заметила. — Что такое? — спросила она. Я промолчал. В голове крутилось: почему она сказала это? Почему так тихо? Почему так серьёзно? Из-за кого она боится? Перед глазами встало лицо. Не её. Его. Сонджэ. Теперь я знал его, стоило лишь поиграть в агентов с Кронгом, только в реальности и с реальной угрозой. — Похоже, это была не очень хорошая новость, — сказала Ён И, заметив, как я нахмурился. — Нет, всё в порядке, — ответил я. — Вспомнил кое-что. Или кое-кого. — Окей, — Ён И не поверила, но спорить не стала. — Готов к следующей? Я кивнул, возвращая наушник. — Ха-юн через неделю будет выступать с командой, — сказала она. — Мы обязательно придём поддержать её. — Серьёзно? — я удивился. — Она вернулась? Я был рад. Но где-то внутри зашевелилась тревога. С чего вдруг такие перемены? Хочет сбежать от страха? Или столкнуться с ним? — Что-то ты не очень рад, — заметила Ён И. — Что случилось? — Всё в порядке, правда, — я провёл рукой по волосам. — Просто переживаю за неё. — Из-за танцев? Я кивнул. Но кивок вышел неуверенно. Ён И заметила. — Говори, — сказала она твёрдо, сделав шаг ко мне. — Хватит загадок. Я вздохнул. Взял тряпку, начал тереть уже чистый стол — просто чтобы занять руки. — Мне кажется, только Шиын не врёт, — сказала она. — Мы же друзья. Хватит врать друг другу. Вспомни Бом Сока, к чему всё это привело? Она говорила спокойно, но твёрдо. Жестикулировала, сжимала телефон в руке. — Я не понимаю, — сказал я. — Я про то, что вы с Ха-юн что-то скрываете, — выпалила она. — И мне это не нравится. — Ха-юн? — Да. Я была у неё на ночёвке. Утром у неё глаза были красные. Она сказала, что просто так. А я знаю, что это значит. Мои глаза выглядели так же после ночи, полной слёз. Я слушал и не верил. Ён И не останавливалась. — У вас что, общий секрет от нас? — её голос ускорялся, она жестикулировала всё активнее. — Мы же друзья! Хватит! Нужно доверять друг другу! — Стой, — я взял её за плечи, останавливая этот ураган. — А теперь по порядку. Ха-юн плакала? И ты тоже? Ён И выдохнула, опустила руки. Телефон повис в пальцах. — Это было в прошлом, из-за Киль Су, — сказала она. — Сейчас со мной всё хорошо. Но я знаю, как выглядят глаза после слёз. И я уверена — Ха-юн плакала. Я хочу знать, почему. Она моя подруга. У меня внутри всё сжалось. Ён И ждала ответа. Я боялся сказать. Не потому что не хотел — потому что не знал, с чего начать. — Ты узнала, почему она плакала? — спросил я. — Нет, — она покачала головой. — Но ты, похоже, знаешь. Она кивнула, намекая, что ждёт. — Ты уверена, что она плакала? — переспросил я. — Ну либо у неё реально аллергия, — Ён И задумалась. — Тогда на что? Если это мои новые духи, я убью её за то, что не сказала сразу. Я бы не стала ложиться с ней спать, если бы знала. — Чего? — я замер. — Ты спала с ней? — Ну да, — Ён И посмотрела на меня как на дурачка. — То есть… — А-а-а, — она усмехнулась. — Мы подруги, это нормально. Тем более мне не нужно то, что нужно тебе. — А что нужно мне? — спросил я, чувствуя, как краснею. Ён И взяла тряпку из моих рук и принялась оттирать пятно на столе позади меня. — Ну, скажем, её изгибы, — сказала она. — Неужели ты настолько невдуплённыш? Я возмутился: — Я не хочу от неё только это! — Ой, да ладно! — отмахнулась она. — Если заполучишь её, то согреешь в кровати уж точно лучше меня. Перед глазами встал образ. Её лицо близко, ключица, волосы, падающие на меня, её губы у моего виска. Она сверху. Я смотрю в её глаза. Она смотрит в мои. Я завис. Краснел. Дёрнулся, не знаю куда деть руки. Прикрыл рот ладонью. Ён И смотрела на меня и смеялась. — Стой, — сказал я, пытаясь взять себя в руки. — А что насчёт плохой новости? — Плохая — лично для тебя, — сказала она. — Но прежде чем я скажу, ты расскажешь, почему у тебя была странная реакция на мою запись. Я выдохнул. Положил руки на талию. — Согласен. — Прежде чем я скажу, знай — это желание, — начала она. — Желание? — Помнишь, Ха-юн обещала У Ёну всё, что его душе угодно? Край стола врезался в мои пальцы. Я сжал его. — И что там? — спросил я.

┄ – ┄ ꒰ ୨ ♡ ୧ ꒱ ┄ – ┄

Кан У Ён _________ Ванная была ещё влажной после душа. Пар клубился под потолком, оседал на стенах, на зеркале, на хромированных смесителях. Капля воды сорвалась с края раковины и упала на кафельный пол — звук был тихим, но в тишине ванной он прозвучал как выстрел. У Ён стоял перед зеркалом, разглядывая своё расплывчатое отражение в запотевшем стекле. На его талии болталось бежевое полотенце, волосы были влажными — тёмные пряди прилипали к вискам и шее, стекая тонкими струйками воды. Он вышел из душа двадцать минут назад, но всё ещё возился с собой. Достал флакон с маслом для волос — стеклянный, с тёмным содержимым, купленный по совету парикмахера, которого он никогда бы не признался, что слушает. Выдавил несколько капель на ладонь, растёр, начал втирать в волосы — медленно, массируя кожу головы кончиками пальцев. Мышцы на его руках перекатывались под кожей при каждом движении. Широкие плечи, узкие бёдра — он знал, как выглядит. Знал, что на него смотрят. Знал, что нравятся. Но сейчас он смотрел только на своё отражение. И не узнавал его. Телефон издал звук уведомления — резкий, настойчивый. Он бы не прервал свой процесс ради кого попало. Но на экране высветилось: «Ан Сухо». У Ён быстро смыл масло с рук, вытер их о край полотенца и взял телефон. Пальцы оставили влажные следы на экране. Он откинулся на спинку дивана — обивка была прохладной после душа. Экран телефона осветил его лицо в полутьме. > Ан Сухо: Что ты задумал? У Ён усмехнулся. «Всё-таки заметил. И года не прошло.» Он напечатал: > У Ён: Больно долго ты был не в курсе. Доверие гаснет, понимаю. Подумал и добавил: > У Ён: Наверняка тяжело думать о других, пока рядом такой красавчик, как я. > Ан Сухо: Не смеши. > У Ён: Похоже, Ха-юн я нравлюсь. > Ан Сухо: С чего вдруг? У Ён нашёл видео. То самое. Где Ха-юн притянула его за ворот рубашки. Отправил. Он смотрел на него уже раз десять. Может, больше. Каждый раз замечал новую деталь: как её пальцы сжали ткань, как она встала на цыпочки, как их лица оказались в сантиметре друг от друга. Он не знал, зачем пересматривал. Просто не мог остановиться. Тишина. Сухо был в онлайне. Потом — три точки. > Ан Сухо: Воу. > Ан Сухо: Мне тебя жаль. > Ан Сухо: Она лишь играется. У Ён усмехнулся. Не зло. Скорее — с вызовом. > У Ён: Но ты бы всё отдал, будь сейчас на моём месте) > У Ён: Тем более вижу, что ревнуешь. Не написал бы иначе. Или я не прав? > Ан Сухо: Мне нечего врать. Я люблю её. А ты хочешь её. Это разные вещи. У Ён замер на секунду. Телефон повис в руке. Люблю? Он усмехнулся — но уже не так уверенно. > У Ён: У самого-то вставал, небось, тоже. Сухо молчал. Точки не появлялись. Тишина затягивалась. > У Ён: Уже все думают, что она моя девушка. Осталось сделать её моей девушкой. А это гораздо проще. > Ан Сухо: Ха-юн плакала. У Ён перестал улыбаться. Телефон чуть не выпал из рук. > У Ён: Из-за кого? > Ан Сухо: Я думал, из-за тебя. > У Ён: Нет. На этом разговор оборвался. У Ён поднял голову. Посмотрел в зеркало. Пар почти осел, и отражение стало чётче. На него смотрело лицо, полное задумчивости. Без улыбки. Он не узнавал себя. Он не привык думать о ком-то так, чтобы это мешало ему улыбаться. «Кто заставил её плакать?»

┄ – ┄ ꒰ ୨ ♡ ୧ ꒱ ┄ – ┄

Чхве Ха-юн ___________ Телефон завибрировал. Сообщение от неизвестного номера. > #: Жду. Если не придёшь, будет плохо кое-кому. И фото. Они вместе — я, Шиын, Ён И, Кронг, Сухо. Все, кто мне дорог. Я застыла. «Целенаправленно рассматривал мой аккаунт.» Я перечитала сообщение раз десять. Потом выключила экран. Потом включила снова. «У меня нет выбора.» Здание оказалось не в лучшем районе. Улица была узкой, фонари не горели — только редкий свет из окон приземистых домов падал на мокрый асфальт. Стены здания были грязными, окна заколочены фанерой, на железной двери — граффити, которое кто-то давно пытался смыть, но не получилось. Я подошла ко входу, стараясь держаться прямо. Не показывать страх. У дверей стояли люди. Несколько. Все в тёмном, все с нахальными лицами. Они смотрели на меня, не скрываясь. Один сидел на корточках, прислонившись к стене, и ковырял зубочисткой в зубах. Двое курили, пуская дым вверх, в серое небо. Четвёртый стоял чуть поодаль, прислонившись к фонарному столбу, и не сводил с меня глаз. «Значит, они.» Я подошла. Парни уставились на меня. Кто-то усмехнулся. — Милая, ты точно не перепутала? — сказал один из них, поднимаясь с корточек и двигаясь ко мне. За ним поднялись ещё двое. Третий остался у стены, но я чувствовала его взгляд. — Адрес точно этот, — сказала я, сделав шаг назад. Он шагнул вперёд. — Да, точно, — сказал второй и вдруг закинул руку мне на плечо. Пальцы были тяжёлыми, горячими. Я сжалась. — Кажется, молитвы были услышаны, — сказал он, повернувшись ко мне. — Бог послал мне ангела. — Кому ты чешишь? — возмутился третий. — Она ко мне пришла! Они начали ругаться. Голоса повышались. Кто-то схватил кого-то за воротник. Я стояла, не зная, куда смотреть. Четвёртый подошёл ко мне, склонился почти до уровня моего лица. От него пахло табаком и терпким одеколоном. — Ну их, — сказал он, подмигнув. — Что скажешь? Прокачу на мотоцикле. Я тебя быстро успокою. Я открыла рот, но не успела ответить — он получил по лицу от первого. — Не трогай то, что я взял первым, — прорычал тот. — Ты не взял её ещё, — ответил мотоциклист, обведя рукой остальных. — Она открыта для каждого из нас. Они все посмотрели на меня. Кто-то улыбнулся. Кто-то помахал. Я вжала голову в плечи и сжала лямку сумки так, что побелели пальцы. — Я к Гым Сонджэ, — сказала я. Громче, чем хотела. Тишина. Первый медленно подошёл ко мне, аккуратно поправил воротник моей кофты. Его пальцы дрогнули, когда он коснулся ткани. — Ты извини, — сказал он осипшим голосом. — Без обид, лады? Парни обменялись между собой взглядами, полными невысказанных вопросов. — Проводите к нему? — спросила я. — Конечно.

┄ – ┄ ꒰ ୨ ♡ ୧ ꒱ ┄ – ┄

Сонджэ сидел за игровым автоматом в углу комнаты. Вокруг стояли другие — курили, смеялись, переговаривались. Яркий свет экранов освещал их лица снизу, придавая им почти демонический вид. Он что-то недовольно буркнул, проиграв партию. Ударил по кнопке — без злости, скорее раздражённо. — Волк Гым, она к тебе, — сказал мой проводник. Сонджэ резко повернулся. Увидел меня. Улыбнулся — почти радостно. «Волк Гым?» — промелькнуло в голове, но я не успела подумать об этом дальше. — Привет, Ха-юн! — сказал он, вставая. — Рад тебя видеть! Я вздрогнула от неожиданности. Он подошёл, обнял меня за плечи — легко, почти невесомо. Но я чувствовала его пальцы на своём плече. — Расслабься, — сказал он. — Всё хорошо. Пока я рядом. Он вёл меня куда-то. Вокруг смотрели. Кто-то с интересом, кто-то с уважением. Я чувствовала их взгляды на своей спине. — Ты что, язык проглотила? — спросил он. — Нет, — промычала я, сжимая лямку сумки. Он наклонился ко мне — я почувствовала его дыхание на своей щеке. — Понимаю, шок. На третьем месте по реакциям таких, как ты. Что-то дёрнуло меня спросить: — А на первом и втором что? Он усмехнулся — тихо, почти беззвучно. — Боль и ужас. Я напряглась до предела. Плечи закаменели.

┄ – ┄ ꒰ ୨ ♡ ୧ ꒱ ┄ – ┄

Мы зашли в пустое помещение. Он закрыл дверь. Замок щёлкнул — тихо, но в тишине этого шага прозвучало как приговор. — Что тебе нужно от моих друзей? — спросила я. — От кого именно? — он тряхнул волосами, смотря на меня свысока. — Ты знаешь, — сказала я. — Не прикидывайся. Он подошёл ближе. Я сжалась, но не отступила — вжалась спиной в стену, но не отвела взгляд. — Ты тоже не прикидывайся, — сказал он. — Ведь прекрасно всё понимаешь. Его палец коснулся моей щеки. Провёл круг. Поднялся к виску. Замер. — Как ты думаешь? — спросил он. Я сглотнула. Горло сжалось. В комнате было тихо — только наше дыхание. — Зачем тебе это? — спросила я. — Что? — Шантаж, — я посмотрела ему в глаза. — Зачем я тебе? Он усмехнулся. Убрал палец. Отошёл, опустился в кресло. Спинка скрипнула под его весом. Если бы не вся эта атмосфера, он даже был бы похож на психолога. — Занятно читать о тебе, — сказал он. — Мне понравилось. — Не понимаю, — нахмурилась я. Он отвёл взгляд в окно. За ним было темно — ни единого огонька. — Интересно стало, — сказал он. И посмотрел на меня снова. В его глазах не было насмешки. Было что-то другое — холодное, пустое, но внимательное. — Друзья знают о твоей попытке самоубийства? Мир сжался вокруг него. Вокруг его ухмылки. Моё дыхание замерло. Комната поплыла перед глазами.

┄ – ┄ ꒰ ୨ ♡ ୧ ꒱ ┄ – ┄