Night visions

— Вить… Голос ударил из темноты. Вяземцев вздрогнул и резко обернулся. Коридор утопал в вечерних сумерках, казалось, здесь не может быть ни души, кроме него самого. Но в дальнем конце стоял тот, кого он надеялся никогда больше не увидеть. — Иван? — Тяжело, когда никого нет рядом, правда? Виктор моргнул, и силуэт бывшего друга оказался в шаге от него. Знакомая до омерзения ухмылка, ледяной взгляд. Таким Иван был в их последнюю встречу, когда ложью и завистью Вяземцев похоронил всё, что было между ними. — Ты… как ты сюда попал? — Ты жалеешь? — Иван склонил голову. — Скучаешь по ним? По жене? По команде? По сыну, которого спихнул на няню? Ты виноват, Вить. Ты не считал их друзьями. Ты скрыл правду о их смертях. Всё на твоей совести. Виктор с размаха ударил вперёд. Кулак прошёл сквозь призрака, и тот даже не моргнул. — Жизнь тебя ничему не учит, — Иван цокнул языком и сложил руки за спиной. Жест, который глава сам перенял у него много лет назад. — Нет бы извиниться. Но главе "Технофайта" извиняться не подобает, верно? — Вы сами во всём виноваты. — Ах да, конечно, твоя любимая песенка. Мы с Ольгой продали код. Мы с Ольгой убили команду. Мы с Ольгой отмазались от тюрьмы. А Виктор Борисович белая и пушистая жертва обстоятельств. Иван исчез. И тут же ледяные пальцы сомкнулись на шее. — Ты сам всё разрушил, — прошептал тот в самое ухо. — Вы сами разрушили презентацию диплома, Вяземцев! — голос преподавателя обрушился как пощёчина. — Жду на пересдаче. Студент вылетел из аудитории, сжимая кулаки. — Вить! Подожди, Витя! — Что?! — Виктор резко повернулся, случайно задев рукой плечо Титова. — Тц... Прости. — Пустяки. Не злись. Этот дед совсем не понимает твоего таланта. Как по мне, ты выступил идеально. — тот приобнял его, дружески похлопав по плечу — я даже пробовать не стал. Не хочу сдавать без тебя. — Какой же ты идиот. Тебе могли поставить автомат, а ты... — Отозвался Вяземцев, но скидывать руки друга не стал. На самом деле Иван давно был для него не просто лучшим другом. Беда в том, что Виктор испытывал к нему самые преданные и настоящие юношеские чувства, можно сказать, первую любовь. Невинный, вечно улыбающийся, креативный Ваня, готовый подать руку помощи в любой ситуации. Он видел его лицо каждую ночь, просыпался от не слишком приличных снов, возвращался в их совместные моменты, чтобы мысленно прожить их ещё раз. Но рассказывать о своих чувствах не собирался. — Да зачем мне этот автомат? Я смогу сдать. Скучно только будет. Тебе помочь с репетицией? — Если это означает, что ты опять придёшь ко мне в гости, я не против. ——— Особняк встретил Титова полумраком и запахом дорогого дерева. Господин и Госпожа Вяземцевы вечно были в разъездах, оставляя сына одного с прислугой и кредиткой (и то прислугу тот гнал после пяти вечера по домам). Иван бывал здесь всего пару раз, и каждый раз чувствовал себя лишним. Слишком богато, чисто, пусто было в этом месте. Никакой атмосферы семьи, никакого уюта, только мрачная обстановка богачей. — Я сказал главной распустить всех, так что мы сегодня одни — Виктор повесил пиджак, спустил галстук и расстегнул первые пуговицы рубашки. Портфель полетел куда-то далеко вместе с рюкзаком Ивана. — Никто не помешает. — Ты в порядке? — парень проследил глазами за тем, как его друг схватил два тумблера, бутылку виски и плюхнулся в кресло, отставляя посуду на столик. — Конечно. Всего лишь моя семья считает меня разочарованием, научный руководитель валит и жизнь идёт под откос. — первая стопка улетела незаметно. Затем вторая. Иван заставил того пересеть на диван ради удобства. — Не много ли тебе? — В самый раз. Давай отложим зубрёжку на потом. Пять минут молчания... — Слушай, — Виктор вдруг подался вперёд, разместив локти на коленях — а почему ты со мной возишься? — Ты мой друг. — бодро отозвался собеседник — Друг — он усмехнулся — Дурак ты, Титов. Друзей таких не бывает. — Каких? — Которые готовы на всё ради тебя. Которым не жалко времени на жалкое подобие человека. Которые... — Вяземцев запнулся, уставился в пол. — Которые смотрят так, будто ты чего-то стоишь. Иван замер. — Вить, ты пьян. — Ага. — Тебе надо лечь. — Не хочу. — Виктор поднял голову, и в его взгляде было что-то такое, от чего у Титова заныло под ложечкой. — Я хочу сказать. Всю жизнь молчу... — он сглотнул. — Ты красивый, Иван. Ты знаешь? — Вить, прекрати. — Почему? — Вяземцев встал на колени. Пошатнулся. Ухватился за спинку дивана. — Почему я должен молчать? Почему я должен делать вид, что мне не... — голос сорвался на хрип. — Что мне не больно смотреть, как ты с этими девчонками болтаешь. Как улыбаешься им. Как флиртуешь с Ольгой? Иван хотел отступить, но некуда. Вяземцев быстро оказался рядом, схватил его за плечи, нависая над ним. Пальцы дрожали. — Ты в себе? — Титов попытался отодвинуться, но друг держал крепко. — Нет. И поцеловал. Рвано, неумело, с привеусом виски во рту. Иван окаменел на секунду, а потом всё внутри собралось в один пазл. Он медленно положил ладонь на затылок парня и притянул ближе, вливаясь в поток страсти. Для него это не было первым опытом, поэтому очень быстро тот взял инициативу на себя, прикусывая губы, углубляясь, исследуя рот с помощью языка. Момент за моментом и вот Виктор сидит на коленях, на полу, меж разведёнными ногами гостя, алкоголь нещадно туманил разум, блокируя всякий здравый смысл. — Позволь мне тебе отсосать, — дрожащим от нахлынувшего возбуждения голосом говорит он, почти скуля, нетерпеливо расстёгивая ремень, ширинку, сбросывая джинсы вместе с боксерами и подтяговая к себе тело, укладывая его в полулежачую позу. — Он идеален, такой, каким я его себе представлял. Я позабочусь о тебе. Можешь не сдерживаться. Никто не услышит твои стоны, если, конечно, ты их будешь издавать, — Виктор хмыкнул, припав губами к нежной коже внутренней стороны бедра, целуя её, медленно выстраивая дорожку до паха. У самого основания он внезапно остановился, прикрыв глаза и горячо выдохнув. — Хочу доставлять тебе удовольствие... Только тебе... Его рот оказался там, где это нужно было, сразу прервав слова, которые он хотел сказать. Мягкие губы сомкнулись вокруг головки, осторожно, но и одновременно уверенно, будто он чётко знал, какое движение будет следующим. Язык прошёлся снизу вверх, останавливаясь у уздечки, где уже мог собраться предэякулят, который тут же был слизан и проглочен. И когда тело Ивана непроизвольно дёрнулось, Вяземцев лишь перехватил его под бёдра и настойчиво прижал к дивану, перекрывая любые попытки к бегству. Он взял глубже, член упёрся в нёбо, язык давил снизу, создавая своеобразную ловушку. Снова движение. Тот взял член полностью, упираясь носом в пах, и Титов мог почувствовать, как головка проталкивается в горло — туго, горячо и почти что больно. Виктор двигался ритмично, глубоко, насаживаясь до упора. Парень не выдержал, ухватился за идеальную прическу друга, напрочь испортив её , чтобы не начать двигаться самому. Соблазн был слишком велик, но его перекрывала забота о том, кто сейчас сидел меж его ног. Мысли спутывались в один комок и было не ясно, что происходит в их отношениях. В то время Виктор казался слишком одержимым своим одногруппником... ——— Вяземцев стоял на коленях, прижимая ладони к горлу. Никаких рук там уже не было. Только липкий холод воспоминаний о том самом дне. — Ты чего расклеился? — голос Ивана раздался откуда-то сверху. Тот поднял голову. Бывший друг стоял в трёх шагах и смотрел почти с любопытством. — Убирайся. — Не получится. Я теперь с тобой навечно, как ты и хотел, помнишь? — Иван улыбнулся, и в этой улыбке не было ни капли тепла. ——— — Ты всё помнишь? — Да... И знаешь, Вить, я был бы рад, если бы мы остались друзьями. Понимаешь... Неправильно всё это. — парень осматривал своё тело, покрытое красными пятнами. Этим утром он проснулся в одной постели с, как ему казалось, другом. Он не понимал, как вообще позволил этому случиться, был ли это просто интерес или тот реально отличался от других мужчин ориентацией. Его сложившиеся традиционные устои трескались как хрупкое стекло под весом чувств Виктора. — Ты обязательно найдёшь себе кого-нибудь лучше меня. Да? ——— — Боишься, — констатировал Иван. — Правильно. Ведь карма за твои поступки преследует тебя и по сей день. И скоро ты окажешься в таком отчаянии, что будешь вынужден объединиться с моей дочерью. И тогда мы снова увидимся, только в этот раз по-настоящему. Посмотрим, опустишься ли ты до того, чтобы попросить о помощи того, кто "продал лучшего друга". Силуэт отступил в темноту и растворился. На этот раз окончательно. Вяземцев остался один в коридоре. За окном всё также расстилалась глубокая тёмная ночь. На часах, висящих над выходом горели красные цифры. 3 часа... Виктор сделал шаги к лифту, и ноги перестали слушаться. Просто отключились. Он ухватился за стену, сполз по ней, не в силах удержать собственное тело. — Чёрт… — выдохнул мужчина сквозь зубы. Дышать стало трудно. Он попытался вдохнуть глубже, но грудную клетку сковало стальным обручем. Сердце забилось как бешеное, по вискам потек холодный пот. Перед глазами всё плыло, очки сплзли по носу вниз. — Только не сейчас, — прошептал Вяземцев, вжимаясь затылком в холодную стену. — Пожалуйста. Не сейчас. — Коридор растянулся, сузился, превратился в тоннель. В конце тоннеля горел свет. Или это были просто галлюцинации — Встань, — приказал он себе вслух. — Вставай сейчас же! Его пробило дрожью, ведь прямо за его спиной снова повеяло холодом. И в этот момент кто-то тронул его за плечо. Он обернулся. Никого. Конечно, никого. Но пальцы, холодные, длинные скользнули по шее. Успокаивающе и почти нежно. — Не трогай меня, — прохрипел Виктор — Уйди. Уйди! В голове образовывался шум, превращаясь в отчётливые слова, в нежный голос Ольги. "Виктор, вы с Иваном поссорились?" "Виктор, что не так? Скажи?" "Мы не крали код, ты что-то путаешь..." "Как ты мог?!" — Замолчи! — мужчина зажал уши руками, только вот это не помогало. Перед глазами уже виднелась картина того дня, когда он сдал их полиции, обвинив в киберпреступлении. Ради выгоды. Всё было ради выгоды. — Чёрт бы вас побрал. Обоих! Домой Виктор вернулся только под утро, когда одна из сотрудниц нашла его около лифта без сознания. Вызвали скорую, подписка о отказе от госпитализации... И отпуск. Закрыть одну вину нужно было, а именно наладить отношения с сыном...