Песнь сирены

-Хаджи ага, прикажи приготовить карету-попросила Кёсем Султан, торопливо собираясь куда-то. -Куда вы хотите ехать в такое время? Султанша бросила на слугу суровый взгляд, и тот сразу пошел исполнять приказ, чтобы не навлекать на себя гнев Валиде. После ухода аги госпожа подошла к зеркалу, расправляя несуществующие складки на платье. Ей предстояла важная встреча, от которой могла решиться её судьба, но этой встречи она боялась, ведь много лет назад уже ходила к этой женщине. Тогда плата за её помощь была огромна, поэтому она поклялась больше никогда не просить её помощи. -Я лишь узнаю, что меня ждет-прошептала, успокаивая себя. Глубоко вздохнув, отправилась к выходу из дворца. Поедет султанша одна, без слуг. То что скажет ей провидица, должна знать только она сама, ведь это касается грешных, неправильных чувств. Карета ехала медленно, будто давая возможность передумать. И султанша думала. Думала вернуться во дворец, не узнавать судьбу, ведь это может не понравится, не ехать к женщине, которая вновь возьмет плату не монетами, а болью и гибелью. Госпожа уже хотела отдать приказ о возвращении, испугавшись, но вдали показался старый полуразрушенный дом. Отступать было некуда. Выйдя из кареты, обнаружила, что руки мелко подрагивают, а ноги стали словно ватными, и она не может даже одного шага сделать. Мысленно поругав себя за слабость, султанша заставила себя идти. Ноги были будто налиты свинцом, отчего каждый шаг давался с трудом. Несколько раз пыталась постучать, но в последний момент убирала руку. Дверь открылась сама, и перед Кёсем появилась провидица. Она отошла в сторону, пропуская госпожу вперед. В комнате было темно, лишь пару свечей, стоящих на небольшом столике, позволяли хоть что-то увидеть. На столе лежали какие-то травы, и несколько пучков трав были прикреплены на нить, подвешенную к стене. Сердце при виде этой картины пропустило несколько ударов. Захотелось бежать отсюда, не оглядываясь. -Я знаю, зачем вы здесь, султанша, садитесь. Госпожа присела, пытаясь не показывать своё волнение. Ведунья обошла её, глубоко вдыхая воздух рядом. -Калика Хатун, что ты делаешь?-со страхом спросила Кёсем, отшатываясь в сторону. -Вы не просто человек. Я чувствую особый запах. Султанша застыла на месте, не в силах хоть что-то сказать. Она долго скрывала тайну своего происхождения, а тут какая-то Хатун всё узнала за пару минут. -Я полусирена. Причинить человеку вред я не могу, а вот заставить желать себя при помощи песни могу. -Я почувствовала от вас что-то странное ещё в прошлый раз, но не придала этому значения. -Я не за этим пришла к тебе-грубо оборвала госпожа -Я знаю, зачем вы пришли. Вы влюблены, но считаете это грехом, хотя это не так. Повелитель влюблен в вас. -Это моё влияние? -Нет, госпожа, султан Мурад полюбил вас по-настоящему. Он ваша судьба. Ваши дочери ведь не сирены? -Нет, они не полусирены. -Всё из-за того что муж не был вашей судьбой. Вам нужно лишь показать повелителю всю свою женственность и красоту. -Что нас ждет дальше? -Вы будете счастливы. Первыми у вас родятся дочери-близняшки. Красивые девочки, полусирены. -Спасибо, Калика. Какова цена за твою помощь? -Я не буду ничего с вас брать. Госпожа, ещё кое-что, если хотите быстрее осчастливить падишаха, то спойте ему песню сирен. Только тихо, чтобы только он услышал. Госпожа уже знала, как привлечь внимание Мурада. Она не будет с самого начала использовать песню. Это не нужно. Достаточно будет показать ему свою красоту и желание быть рядом. Со встречи с Каликой прошло несколько недель. На следующий день после приезда из дома провидидицы султанша заказала несколько платьев. Эти платья подчеркивали её фигуру, особенно выделяя пышную грудь. И вот наконец эти платья были у неё. С того момента она начала аккуратно, постепенно приближаться к Мураду. Приходила к нему в тех самых платьях, из которых грудь чуть ли не вываливалась. Он просто не мог не смотреть. Кёсем легко даже невинно касалась его, теперь их разговоры часто были тихими. Она буквально шептала ему на ухо, прижимаясь всем телом, а пару раз приподнималась так, что грудь оказывалась на уровне его глаз. Всё чаще они стали разговаривать. В такие дни она выбирала ещё более откровенные наряды. -Мурад, почему ты так на меня смотришь?-заинтересованно спросила госпожа, накручивая прядь волос на палец. Сегодня она впервые за много лет пришла к нему с распущенными волосами, в которых поблескивал золотой гребень с красными камнями. -Ты красива, Валиде. Тебе идут распущенные волосы. -Я нравлюсь тебе?-прямо спросила, приподнимаясь со своего кресла. Наклонилась к нему, и грудь буквально воткнулась в его лицо. -Ты хороша-прошептал на ухо, пробравшись пальцами в декольте красного пышного платья со спущенными плечами и аккуратной элегантной вышивкой, которая добавляла платью шарма-Достойна только лучшего. -Тебя? -Именно. Ты ведь специально всё это делаешь?-заискивающе произнес, огладив её щеки. -Может быть выйдем на балкон? Здесь душно-предложила госпожа, положив руку на брошь, которая была застежкой платья. Одним неловким движением она могла сорвать её, и ему открылась бы будоражащая картина. Падишах взял её за руку, выводя на балкон. Госпожа хотела уйти, но Мурад не позволил. Он резким движением усадил её на свои колени. -Я не смогу остаться с тобой надолго. Мне нужно в вакф. Повелитель склонился к ней, вцепившись горячим неистовым даже немного терзающим поцелуем в губы. Кёсем млела от его прикосновений, всё тело горело, сердце сначала замирало, а потом билось ещё быстрее. -В таком виде ты никуда не пойдешь-собственнически сказал, обвивая её талию. -В таком виде я лишь к тебе хожу, переоденусь. Госпожа ушла, но уже с нетерпением ожидала вечера. Кёсем Султан вернулась во дворец лишь вечером, но всё же пошла в хамам, а когда вернулась, на столе стоял букет алых роз, а под ним лежала записка. -Хаджи ага, передай повелителю, что я сильно устала, поэтому если он хочет меня увидеть, пусть приходит сам. Ага вышел, а султанша самодовольно улыбнулась. Она не собиралась подчиняться Мураду. Пока Хаджи передавал слова падишаху, у Кёсем было время на подготовку. Одела нежное и легкое ночное платье из голубого шелка. Цвет напоминал цвет ночного неба, только звезд и не хватало. Сверху одела такой же халат, затягивая пояс так, что верхняя его часть была свободна. Так была видна грудь, которую прикрывало лишь тонкое кружево. Волосы остались распущены, лишь немного накрутила концы. Приведя себя в порядок, села на тахту, ожидая падишаха. Была уверена, что Мурад раздражен её отказом, но она знает, как его успокоить. Дверь распахнулась, ударившись о стену так, что госпожа вздрогнула. -Повелитель, что-то случилось?-спросила, едва сдерживая смех-Не сердись-подошла, зазывающе спуская халат. Мурад прижал её к себе одним резким движением, развязывая поясок халата и жадно вдыхая любимый аромат. -Ну нет, не так быстро-произнесла султанша, отходя от него на пару шагов и забирая пояс от халата. Неожиданно для него спустила халат, позволяя ему упасть на пол уже ненужной тряпкой. Подошла, впиваясь в губы горячим поцелуем. Мурад с тем же жаром отвечал на поцелуй, чуть прикусывая губы. Отстранившись, султанша приподнялась на носках. Её мелодичный нежный голос наполнил комнату, забираясь в сознание падишаха. Сейчас он мог слышать лишь её чарующий голос. Как только госпожа закончила петь, Мурад нетерпеливо подхватил на руки, относя на второй этаж. Совсем скоро по покоям начали разноситься женские вскрики, которые могли бы с легкостью услышать слуги, если бы стояли у покоев. Лишь через пару часов крики сменились сбитым дыханием. Кёсем лежала в его объятиях, до сих пор чувствуя, как горит тело от его жадных и неистовых поцелуев и рук, которые сжимали её с особой властностью. На запястьях медленно проступали синяки от его хватки. -Мурад, я есть хочу-жалобно протянула султанша. Голос был хриплым. Она сорвала его. Пока повелитель ходил вниз, чтобы найти что нибудь из еды, султанша раздумывала. Она даже предположить не могла, что песня может вызвать такой всплеск страсти. Мурад был похож на зверя, который берет, то что принадлежит ему, доказывая принадлежность. Ей это нравилось, но проживать это постоянно просто не хватит сил. Из раздумий её вырвало возвращение повелителя. Теперь он обнял её нежно, без тени властности, тепло поцеловав в лоб. С особым трепетом кормил её фруктами, позволяя отдохнуть. Так доказывал, что может быть не только страстным любовником, но и нежным мужчиной, который любит свою женщину и заботится о ней. Кёсем мечтательно улыбнулась, положив голову ему на плечо. Она уже знала, что всё будет хорошо.