Утро, автобус и неловкость на миллион

      Утро началось так, как обычно начинаются утра в большом городе: будильник зазвонил на пять минут позже, чем нужно, завтрак превратился в судорожное глотание бутерброда на бегу, а мысль «может, сегодня прогулять?» была безжалостно задавлена чувством долга и страхом получить выговор от строгой классной руководительницы.       Аня, десятиклассница с портфелем, набитым учебниками (и парой тайных комиксов между ними), влетела в автобус так стремительно, будто за ней гналась стая разъярённых гусей. Автобус, в свою очередь, уже был набит пассажирами до состояния консервной банки с сардинами — и сардины, похоже, были недовольны.       «Простите… извините… ой, ногу отдавила, простите!» — бормотала Аня, проталкиваясь вглубь салона. Свободного места, разумеется, не было. Даже стоять нормально не получалось: со всех сторон её подпирали сумки, локти и какие‑то загадочные твёрдые предметы, явно не предназначенные для дружеских объятий.       Она вцепилась в поручень, пытаясь хоть как‑то сохранить равновесие. Но автобус резко затормозил на повороте — и Аня, потеряв опору, нечаянно упёрлась бедром… в область, которую приличные люди в общественном транспорте стараются не задевать.       «Ой!» — пискнула она, пытаясь отстраниться. Но пространство вокруг было таким плотным, что любое движение лишь усугубляло ситуацию. Аня замерла, краснея так, что, кажется, её щёки могли осветить весь салон вместо тусклых ламп.       Незнакомец напротив молчал. По крайней мере, вслух. Но по едва заметному изменению его позы Аня с ужасом поняла: он всё почувствовал. И, кажется, не остался равнодушен.       Паника накрыла её с головой. «Сейчас он начнёт возмущаться, или ещё хуже — сделает вид, что это я специально!» — пронеслось в голове. Аня судорожно заёрзала, пытаясь отодвинуться, но только добилась того, что ситуация стала ещё более неловкой.       К счастью, автобус остановился. Аня, наплевав на то, что это была не её остановка, рванулась к дверям, расталкивая пассажиров с энергией олимпийского спринтера. Выскочив на улицу, она глубоко вздохнула — впервые за последние десять минут — и прислонилась к фонарному столбу, пытаясь унять бешено колотящееся сердце.

***

      В школе всё шло своим чередом: первый урок — математика, второй — литература. На перемене Аня зашла в столовую, взяла булочку и, задумавшись о чём‑то своём, врезалась в кого‑то у прилавка.       — Ой, опять «ой», — раздался знакомый голос.       Аня подняла глаза и увидела высокого парня из параллельного класса — кажется, его звали Максим. Он улыбался, и в его глазах плясали чёртики.       — Мы уже встречались сегодня, — добавил он. — В автобусе. Ты так стремительно исчезла, что я даже не успел сказать «привет». Аня почувствовала, как её щёки снова заливает краска.       — Я… я не специально! — выдавила она.       — Да я понял, — рассмеялся Максим. — Зато теперь у нас есть повод познакомиться поближе. Булочку, кстати, не урони.       Он подмигнул и отошёл к своим друзьям, оставив Аню стоять с булкой в руке и мыслью: «Может, это утро не такое уж и неудачное?»