Что такое "не везёт" и как с этим жить...

      Что такое не везёт и как с этим жить?       Мне тоже это интересно. А ещё я хотел бы знать, где так провинился или кто меня так проклял, что по жизни я насобирал столько дичи, сколько не в каждом кино может случиться с одним человеком. Зовут меня Анхель Найт. И нет, это имя мне дала не романтично настроенная мама — но, об этом чуть позже, — а директриса приюта, куда меня доставили, обнаружив в каком-то подвале. Мне было два, и нас таких, на разный возраст, там было человек десять. Потом мне сказали, что доблестные полицейские накрыли банду, торгующую детьми.       Мне повезло, потому что, судя по слухам, там через некоторое время планировалась крупная продажа каким-то сектантам, которые уже отметились в жертвоприношениях. Ну знаете, все эти «свидетели» непонятно чего и во имя кого…       К тому моменту я болтался у тех ребят почти полгода, сменил несколько «передержек», был истощён, слегка побит — хотя много ли надо маленькому ребёнку? — и настолько травмирован психически, что не говорил. Тот период жизни я помню весьма смутно, и даже много лет спустя не мог сказать, была ли у меня семья до этого.       Директриса приюта Святого Петра, миссис Доменика Кортес Коскобраво, была женщиной в возрасте, с чудинкой, принципами и искренней верой, что как корабль назовёшь, так он и поплывёт. А ещё верующей, но без заскоков. И как-то призналась, что раз уж я не помнил своего настоящего имени, хотела назвать вначале меня Майклом, в честь святого Михаила. Но потом передумала, назвав просто «ангелочком» — мне подходило, даже в тот момент, только выписавшийся из больницы, я походил на маленького херувимчика с открытки — голубоглазый, блондинистый, с кудряшками.       …вот честно, почитывая в школе всякие религиозные тексты, с описанием тех самых ангелов, я задавался вопросом, кто вообще додумался представлять тех хтоней с глазами и горящими колёсами, в виде людей?..       В общем, мой внешний вид определил мне имя, а задержавшиеся в пробке полицейские, привезшие меня и ещё пяток ребятишек в приют, фамилию. Остальная малышня была постарше и свои имена либо помнила, либо получила что-то в том же духе.       Специфическое начало, правда?       Впрочем, я не жалуюсь. Здесь мне повезло. Видимо, вероятное жертвоприношение вычерпало лимит неприятностей на несколько лет вперёд.       С приютом мне повезло. Несмотря на название и директрису, водившую всех воспитанников в ближайшую приходскую церковь каждое воскресенье, атмосфера у нас царила не столь ударенная в религию, как в иных местах. Хочешь верь, хочешь нет. И вообще, может, ты атеист или неформал? Свобода вероисповедания и двадцать первый век!       …помню девочку, которая была дочерью беженцев с Балкан, погибших в аварии, она вообще славянской язычницей была, и мы все с удовольствием слушали по вечерам ее истории о разных богах. И никто ее не запирал, не порол и на принудительное крещение и причастие не тащил, и демонов не изгонял.       Это было хорошее время. И приют у меня был хороший.       Нас хорошо спонсировала местная администрация, парочка толстосумов и некоторое количество благотворителей, приезжающих на праздники с подарками и не требующие за них «услуг сверху». Никаких педофилов, сутенеров и прочих нехороших личностей. У нас всегда было вдоволь еды, одежды и крепкая крыша над головой.       Я рос здоровым, крепким, хоть и несколько худым. Мозгами природа тоже не обделила. Да так, что сдав экзамены, поступил на бюджетное место по ай-ти специальности. Подрабатывал то грузчиком, то официантом, то разнорабочим и к двадцати трём, окончив учёбу, мог претендовать на хорошо оплачиваемую работу…       Тут вы, наверное, спросите, ну и где твое невезение? Иные и с родителями на такое рассчитывать не могут! И вы будете правы. Я сам с этим соглашусь.       Ибо все мои неприятности начались после двадцать четвёртого дня рождения.       Надо сказать, что несмотря на то, что учёба давалась мне легко, а здоровье позволяло участвовать в разных спортивных мероприятиях, с людьми я сходился плохо. Я был относительно дружелюбным, готовым поддержать разговор, но близких друзей не заимел. Девушки не завёл, к парням был равнодушен — это так, если кто-то подумал, что я по этой теме. Мне в общем-то было плевать на эту сторону жизни. Утреннюю проблему решал с помощью руки или душа, особых фантазий, кроме смутного томления, не испытывал. О том, что до сих пор девственник, не переживал.       (Хотя, возможно, стоило бы, может быть, потрахайся я с кем-нибудь в свое время, половина моих проблем просто не появилась).       В тот летний день у меня был выходной, и в дверь моей скромной съемной квартирки постучали люди в полицейской форме. Я открыл. Посмотрев документы, разрешил войти.       Оказалось, они расследовали дело и хотели задать мне несколько вопросов, неожиданно показав фотографию одной моей однокурсницы с параллельного факультета. Эффектная брюнетка в яркой, модной одежде. Мы несколько раз пересекались, даже обсуждали какой-то фильм. Честно сказать, я и не помнил, что именно это был за фильм. Даже полное имя, не скажи его офицеры, не назвал бы.       Зря.       К своему удивлению, выяснил, что девица считала, что я ее парень. Более того, парень, который ее бросил. Представляете, какое у меня было выражение лица?       - Да я разговаривал-то с ней раз шесть, от силы! - выдал я.       Нет, то, что многие люди были не против со мной потусить, я знал, внешность моя, с детского возраста не слишком изменилась, разве что кудряшек поменьше стало. То, что мне не интересно или я занят, большинство моих знакомых понимали быстро и так же быстро отваливали. Не обижались и не выгрызали мне мозг.       С Анжеликой вышло иначе — помимо того, что я в принципе не знал, что она ко мне что-то испытывает, — она умудрилась пережить депрессию, крах мира, бросить институт и, сменив деятельность, сделаться прекрасным парикмахером и визажистом. Настолько, что к ней в очередь выстраивались люди из очень обеспеченных кругов.       И вот на одном сеансе к ней пришла пара, готовящаяся к свадьбе. Невеста пришла с женихом, и вот те на, жених оказался на одно лицо со мной. Имя у него было другое, но Анжелика с чего-то решила, что это я над ней так издеваюсь. У нее случилась истерика и припадок, в результате которого она располосовала жениху лицо ножницами, воткнула в него несколько приспособлений визажиста и плеснула невесте в лицо какой-то едкой жижи. На этом ее утихомирили и связали.       Ныне эта истеричка сидела в изоляторе в смирительной рубашке и с удовольствием рассказывала всем желающим слушать, какая я бесчувственная скотина.       Понятно, что с головой у девушки не всё в порядке.       Суть проблемы в другом.       Изуродованный парень оказался моим братом близнецом.       Так я познакомился со своей семьёй.       В семье бизнесмена-миллионера Майкла и модели Ригель Мунди, почти четверть века назад родились близнецы Алан и Натан. Одного из них (Натана), выкрали во время прогулки с нянечкой по парку. Ребёнка искали, но не нашли. Учитывая, что в те годы отец мой уже сколотил свое состояние, то ли плохо искали, то ли похитители хорошие попались.       В любом случае, экспресс-тест на ДНК подтвердил наше родство, и у меня внезапно появилась семья.       Вы думаете, мне обрадовались? Ха. Нет, местами, обрадовались. Прикладными.       Дело в том, что Анжелика ранила брата достаточно сильно, настолько, что тому срочно потребовалась пересадка сердца. И кто, как не брат-близнец подойдёт для этого лучше? Спрашивать моего мнения, конечно, никто не собирался.       - Тебя мы тебя давно похоронили, а Алан умирает сейчас.       Меня, не успевшего и вякнуть, скрутили и уже собирались распотрошить, как в клинике скакнуло напряжение. Офтопом — понятно, каким влиянием обладали мои несостоявшиеся родители, чтобы больнице, пусть и частной, где лежал мой близнец и куда привезли меня для теста ДНК, не спросили, есть ли согласие пациента?       Вылетевший свет меня спас. Я дал по зубам громиле, который меня держал, выскочил из операционной в одних штанах и сиганул в открытое окно. Благо только второй этаж, да и дерево там росло.       Вылетев за ограду, я припустил на всех парах, даже не думая, куда я бегу. Люди на меня оглядывали, кажется окликали, но я никого не слышал. И закономерно на кого-то налетел, сбил с ног, что-то разбил, пролетел кубарем, чуть не попал под машину и побежал дальше.       Охуительный денёк.       Сидя в каком-то подвале, стащив с бельевой верёвке чью-то джинсовку, я затихарился и думал, что же мне делать дальше. Были у меня подозрения, что полиция мне не поможет. Ночь я провёл на ящиках, и это была паршивая ночь. Ещё и температура поднялась, то ли от нервов, то ли ещё от чего. Ближе к утру я забылся нервным сном и проснулся ближе к закату.       Такая ночёвка, понятное дело, здоровья мне не прибавила. Всё тело болело, будто его долго били ногами.       К сожалению, мне не к кому было обратиться за помощью, все мои знакомые, как и те, с кем я рос в приюте, вряд ли могли потягаться с богачами, у которых ум за разум зашёл на фоне состояния любимой кровиночки. Чего стоят мифические кровные узы мне было уже понятно.       И всё же я рискнул пробраться к себе на квартиру и попробовать забрать хотя бы деньги, документы и ноутбук — опционально. Всё же, я был айтишником и, во-первых, неплохо разбирался в своей сфере, а во-вторых, мне было банально жалко ноут, на который я копил два года. Это был мой личный, выстраданный, заработанный компьютер!       Да, жадность сгубила не мало людей. Но хотя бы деньги мне были нужны.       Я вылез из подвала и перебежками пошёл домой.       Не дошёл.       На полпути ко мне пристали какие-то странные типы. Каюсь, сначала решил, что они меня ограбить хотят.       - У меня ничего нет!       По глазам видел, не поверили. Пришлось снова драпать со всех ног.       В этот раз мои преследователи оказались настырнее и не отстали, даже когда я вылетел на оживлённую улицу. Я влетел в знакомый торговый центр, промчался по переходам, залетел в туалет, зная что там есть небольшое окно, через которое можно выбраться на крышу пристройки и уже с неё, дворами… да, соображал я туго и не поручусь, что делал правильно хоть что-то.       И всё же я выбрался. Выскочил в закуток между запасным выходом проулком… где меня ждали эти странные личности с ножами. Самое стрёмное, что они молчали.       «Ну, всё. Каюк мне», - успел подумать я, дыша загнанной лошадью. - «Добегался».       И тут на наш междусобойчик завернули чёрные машины, из которых выскочили люди в деловых костюмах.       - Руки вверх! Особый оборонный отдел! - заорал мужик с квадратным подбородком.       Мои преследователи, не размениваясь на слова бросились на них, как дикие псы. И их закономерно перестреляли, как курей.       - Вы арестованы, - сказали мне, съезжающему на землю по стене.       И долбанули шокером. Было больно.       В себя из беспросветной тьмы, я пришёл на узкой койке, в помещении обитом мягкими матами и в смирительной рубашке.       «Так это была белая горячка!» - с облегчением подумал я тогда.       Такое объяснение было куда лучше, чем внезапно свалившихся на голову родителей, перспективы сдохнуть на столе хирурга, странных воров и спецслужб непонятного назначения.       Но если вы сейчас хотите посмеяться и сказать «меньше пить надо и не употреблять всякое разное!», то я вас разочарую. Всё было бы слишком просто, если бы кончилось именно так.       Потому что через некоторое время в палату для буйных зашёл давешний мужик в строгом костюме и квадратным подбородком. Сел на стул рядом со мной и, представившись майором Абрамсом, поведал мне «изумительную» новость. Нет, события последних двух дней мне не приснились и не привиделись.       Особенно мне не привиделись «воры», решившие меня порешить. И были это не воры, а маги.       Да, в нашем мире существует магия. И я, когда удирал от добрых родителей, решивших использовать меня в качестве донора, сбил с ног какого-то великого архимага, переносившего древний артефакт, который я разбил.       В этом артефакте хранилась то ли великая сила, то ли душа древнего мага, то ли ещё какая-то хрень, которая впиталась в меня, сделав полноценным хозяином.       - И теперь вы будете служить родному государству, мистер Найт, - обрадовал меня мистер Абрамс. - Ну, или вас убьют и найдут этой силе более достойного владельца. К вашему сожалению, ее можно забрать только после смерти предыдущего владельца.       Вот так. Кратко и по делу. Охуительно, правда?       Моего согласия, разумеется, не спрашивали. Правда, обрадовали, что мой близнец за это время успел умереть, и теперь участь мешка с органами мне не грозит, хотя расстроившаяся чета Мунди уже заказала меня киллеру, и работа на госструктуры – мой единственный шанс остаться в живых.       Выбора не было, поэтому я согласился. Не верил в магию, но вы же понимаете, что когда обкладывают со всех сторон, деваться в принципе некуда.       И меня начали гонять по программе экспресс освоения магии — она, оказывается, действительно существовала, и я теперь мог швыряться фаерболами – параллельно проверяя на всякие штуки и реакции. Этакий гибрид супер-солдата и лабораторной мышки, потому что током меня били довольно часто, как и обкалывали всякими экспериментальными составчиками.       Было больно. Почти всё время страшно. И доброты, понимания и сочувствия к окружающим меня людям не добавляло ни на грош. Как я их всех ненавидел, не передать словами. Потому что человеком меня больше не считали. Маги, в понимании местных эскулапов, вообще человеками не были. Я же в их глазах, являлся кем-то средним, между полезным роботом и бешеной псиной. Потому носил электронный ошейник с шокером. Одно неверное движение и «ай-яй-яй, нельзя быть таким непослушным».       Не знаю, почему никому не пришло в голову со мной просто договориться, хотя бы в самом начале, но озверел я довольно быстро.       Я мечтал от них сбежать и всех перебить к чертям собачьим. Но бежать было некуда. Как я быстро выяснил, подпольные структуры на государственном контроле, изучающие мистические и сверхъестественные вещи, были везде и везде к магии было такое вот потребительское отношение.       Но и на этом моё невезение не закончилось.       Года через два, когда я уже умел и проклятия накладывать, и щиты поднимать, и стрелять из всего, что стреляет, потому что моя подготовка включала не только магическую, но и военную, на нашу бренную планетку свалился космический корабль с пассажирами. Коих притащили в центр, в котором я проживал.       Честно скажу, к тому моменту я уже всякого навидал, но гибрид паука и лебедя, подогнанного под относительно человекоподобную форму, заставил меня содрогнуться. А уж когда эта тварь посмотрела на меня своими восемью абсолютно-чёрными глазами, и мне в голову как тараном потекли его «радость-счастье-собственничество-жажда-триумф», я захотел оказаться от нее как можно дальше.       Раса Варнавитас являлась высокоинтеллектуальной расой телепатов, поэтому, собственно, Ришелос — пилот той посудины, что приземлилась в нашем мирке, довольно быстро освободился, как и его напарник. Попросту промыв всем мозги и послав со своего корабля сигнал SOS. В скором времени нас ждала полноценная экспансия и интеграция в Великую Сеть — так они называли свою космическую империю. Паучьи черты мне не привиделись.       А я же оказался партнёром этого Решелоса, что-то вроде соулмейта, как описывают это в книгах. Типа лучший друг, любовник и самое понимающее существо. Мол, по их верованиям, моя душа просто родилась не в том народе. Это даже можно было исправить, проведя меня через мутацию. Что и произойдёт, как только я улечу в его родной мир. А пока он будет меня любить и так.       …чудо, что эта хрень не пыталась меня трахать, а «любить» ограничивалось только обнимашками…       Потом эта срань додумалась снять с охреневшего меня ошейник с шокером, и понеслась душа по кочкам. Я даже думать себе не позволял, просто сжег и его, и его паутину, и его напарника. Персонал базы с промытыми мозгами даже не среагировал.       Не знаю, почему Решелос не подумал о том, что я могу его просто убить или не прочёл в моем разуме мыслей, что я вот вообще не рад такому развитию ситуации. Может быть потому, что в их народе не существует даже мысли, что кто-то может быть не рад «плетущему с тобой паутину»… А может, потому что на магов не действует ментальное внушение?       В общем, я порадовался, что окружающие меня люди превратились в болванчиков, собрал всё, что посчитал возможным унести, не привлекая внимание, и покинул это «доброе, светлое и ласковое» место, угнав одну из боевых машинок, предварительно выдрав из нее все жучки.       И вот теперь я сижу в горах Тибета, куда добирался сам, не знаю как, в аномальной зоне древнего магического анклава, и смотрю, как за защитными барьерами, скрывающими магическое место, с небес спускаются огромные корабли-ульи, радикально красного цвета. А вокруг меня отбивают поклоны давешние маньяки из Ордена Единой магии, заявляя, что я оказывается Избранный.       И только я могу возглавить армию магов для спасения мира…       Вот и что мне теперь делать?