Что там случилось..?

      Слабый свет костра мягко освещал лагерь. Хотя назвать это лагерем было трудно; так, палатка посреди степи, да костёр. Но нам большего и не надо было. Мой взгляд скользнул вверх. На темном, отливающем синевой, небе появлялись первые звёзды. Было бы неплохо научиться по ним ориентироваться. Слышал я где-то, что опытные моряки по расположению одной лишь звезды на небе могут узнать своё точное местоположение. Жаль, что я не один из них. На самом деле, давно пора было отправляться в палатку, но мысли о прошедшем дне не давали покоя. Уснуть я бы всё равно не смог, а потому и сидел посреди степи, потихоньку подкидывая в костёр хворост, на поиски которого пришлось потратить немало времени.       Полевые травы неприятно кололи ладони. Откуда-то с севера слышались крики ночных птиц. Тихо шуршала степная растительность. То что обычно приносило мне умиротворение, тогда только раздражало. В голову то и дело лезли тревожные мысли о том, что могло бы произойти, если бы я повёл себя иначе, если бы всё не пошло наперекосяк... Всё бы было нормально... Из палатки донёсся шорох. Молния медленно расстегнулась, издавая противный, ужасно громкий на фоне прежней тишины, звук. Из палатки высунулась голова.       – Ну это уже не в какие ворота! – Оглушительно прозвучал, давно ставший родным, голос. – Я уже смирился с тем, что ты мне ничего не расскажешь, но ты же не собираешься здесь всю ночь вот так сидеть?       – В-в костёр нужно х-хворост п-подкидывать. – Мой голос звучал непривычно хрипло и неуверенно. Не помню, чтобы я когда-нибудь до этого заикался... – В-всё в п-порядке, Менелай, н-не волнуйся, я скор-ро л-лягу спать... – Попытался я успокоить друга, но слова, похоже, звучали не очень убедительно.       Менелай окончательно вылез из палатки. Его темные, коротко стриженные волосы забавно растрепались после недолгого сна. На старой потёртой рубашке в клетку появилась пара новых заплаток, за которыми, как я знал, скрывались не только прорехи в ткани, но и следы крови.       – Гектор, на улице тридцатиградусная жара. Нам костёр нужен был только для того, чтобы чай заварить. – Он неодобрительно покачал головой и начал наливать в ковшик воду из бутылки. Через полминуты вода оказалась на костре. Менелай присел рядом со мной и задал вопрос, которого я одновременно очень ждал и очень боялся, – Что там произошло?

***

      Это был далеко не первый наш поход, но нас впервые было всего двое. И на самом деле до определенного момента всё шло хорошо: мы разбили лагерь, нашли немного грибов, посмотрели за странными птицами у пруда. Но эта идиллия оборвалась, когда мы пошли в ближайший перелесок искать хворост.       – Гектор, смотри! Там какой-то сарай! – Раздался взволнованный крик Менелая. Это никогда не предвещало ничего хорошего.       Стояла невыносимая жара. И хотя тени невысоких деревьев спасали от палящего солнца, духота воздуха никуда не делась. Подумать только, и ведь неделю назад мы ходили по улице в куртках и жаловались на холод. Я был бы не против хотя бы мимолётного порыва ветра. Казалось, всё могло самовоспламенениться в любой момент. А вот Менелай, похоже, чувствовал себя прекрасно. Ну вот, как он, чёрт возьми, постоянно это делает?       – Здание посреди леса в чистом поле? Тебе голову не напекло? – Поинтересовался я, подходя к нему. Надо было бы ему температуру померить. А то вдруг перегрелся? Но тогда я и сам заметил среди деревьев небольшую на первый взгляд избушку. – Сарай? Здесь, же не живёт никто... Да и рядом ничего не видно...       – Ну так может это отсюда не видно, – Заговорщический тон в голосе Менелая предвещал беду, но после стольких лет дружбы я потерял надежду на то, что смогу его от чего-то отговорить. До самой глупой мысли в истории человечества оставалось... Три... Два... Один... – Пойдем посмотрим! – Менелай схватил меня за руку и потащил в сторону сарая. Я пытался сопротивляться, но это было бесполезно. Все мои слова о том, что ничем хорошим это не закончится, он пропускал мимо ушей, а вырвать руку из его хватки или уж тем более самостоятельно потащить его в обратную сторону я не мог; Менелай всегда был физически сильнее меня. Что бы я ни делал – он бы в любом случае добился своего. Оставалось только покорно следовать за ним.       То что издалека казалось сараем, вблизи было больше похоже на... Ларёк? Точь в точь, как тот самый ларёк с дешёвым мороженым у дома, только чуть больше и деревянный. Деревья окружали его, как покосившийся забор окружает деревенский домик. Их ветви скрежетали о деревянную крышу. Местами стены покрылись мхом, а доски сгнили. Разглядеть его получше я не успел. Со стороны Менелая донёсся восхищённый вздох. О нет...       – Мене, не смей! Он же развалится прямо над твоей дурной головой! – Попытался я в который раз переубедить друга.       – Не развалится! – Попытался он меня убедить, уже направляясь в сторону ларька. – Я так, – Махнул он рукой – Только одним глазком. Ты можешь даже не заходить. – И ведь не стоило заходить, но тревога за друга пересилила страх за собственную жизнь, и я отправился следом за ним. Странно это всё было. Какая-то часть меня кричала о том, что в этом ларьке кто-то есть, но я бы при всём желании не смог объяснить почему был в этом так уверен.       – Менелай, может не стоит? Там явно кто-то есть, давай не будем его тревожить?       Дверь ларька оказалась незаперта. Ржавые петли скрипнули и изнутри вырвался слабый голубоватый свет. Менелай заглянул туда. Послышался ещё один восхищённый вздох.       – Да никого тут нет. Иди сюда... – Менелай был, явно, рад тому, что там увидел, но это далеко не всегда значило что-то хорошее. – Ну ты глянь, выглядит же, как магазинчик колдуна из какого-то мультика! – Он подтащил меня к двери и я нехотя взглянул внутрь.       Слабый, голубоватый свет шёл от лампы, стоящей на круглом столе посреди комнаты. В её свете любое помещение выглядело бы как магазинчик колдуна. В полумраке едва можно было разглядеть то, что лежало на стеллажах, поставленных у стен. Всё они были сделаны из того же полусгнившего дерева и едва стояли. Наверное, если бы кто-то толкнул один из стеллажей, то он бы развалился. Несколько из них были битком забиты книгами, названия которых было невозможно разобрать. Ещё половина была заставлена всевозможными колбочками и баночками, наполненными неизвестными жидкостями. А один стеллаж был целиком завешан бусами и кулонами. Всё это только больше убеждало меня в том, что нам там не место. Не хотелось встречаться с хозяином этого ларька.       – Посмотрел одним глазком и хватит, Менелай. Пойдём отсюда. – Мои руки мелко задрожали. Разум охватило чувство, будто за нами кто-то следит, но даже обернувшись я никого не увидел.       – Ой, ну пойдём, паникёр. – Разочарованно произнёс Менелай, – Не хватало мне ещё от панички тебя здесь откачивать. Потом один сюда вернусь. – Он направился обратно на поляну. Вряд-ли я смог бы ему помешать, если бы он потом действительно пошёл к этому ларьку в одиночку.       Но не успел я сделать шаг за ним, как что-то схватило меня. На миг показалось, что я забыл, как дышать. Когда я попытался закричать, что-то заткнуло мне рот и потащило в ларёк. Я пытался отбиться, но тому, что тащило меня внутрь, было всё равно. В голову лезла одна настойчивая мысль «я умру».       – Гектор? Ты чего? – оборачиваясь спросил Менелай, его глаза расширились от ужаса – А ну отпусти его! – Закричал он, побежав в мою сторону, но было уже поздно. Дверь ларька закрылась. – Гектор! – Едва слышно донеслось из-за двери. Руки сжали меня сильнее. Кто-то заколотил по двери с обратной стороны. – Я вытащу тебя оттуда!       – Спи, – Раздался из-за спины хриплый, старческий голос. Меня вдруг охватила непреодолимая усталость. Больше не было страшно. Глаза закрылись сами собой. Мозг отказывался работать. Колени подкосились. Я пытался остаться в сознании, но это не увенчалось успехом.       В следующий раз, когда я открыл глаза, я лежал на полусырых досках. Что-то неприятное сдавливало запястья за спиной. Я хотел уже было встать и осмотреться, но когда двинуться, вдруг понял. Я был связан. Лежать связанным, на мокром деревянном полу, непонятно где... Что может быть лучше?       С губ сорвался истеричный смешок. Руки за спиной била крупная дрожь. Что-то сдавило грудь мешая вдохнуть. У меня не было шансов. Меня кто-то похитил. И, явно, не из благих побуждений.       – Не волнуйся ты так, мальчишка. – снова прозвучал тот старческий голос. – Я постараюсь сделать всё быстро и безболезненно.       Что он собирался сделать быстро и безболезненно? Убить меня? Я кинул взгляд в сторону голоса. Там, в углу у одного из стеллажей, стоял миловидный старичок. Так сразу и не скажешь, что людей похищает и, чёрт пойми, что с ними делает. Вот только одет он был как-то странно. Как шаман из детских книжек.       – Я... П-простите, а что именно вы собираетесь делать? – Я едва смог выдавить из себя что-то связное. Язык будто парализовало страхом.       – А ты разве ещё не понял, – Старичок взял с одного из стеллажей баночку с зеленоватой жидкостью и взболтал её. – Для одного ритуала мне нужно принести жертву богам. Чем больше жертва тем яснее боги услышат просьбу. Человек – высшая жертва. – Старик вылил содержимое баночки на что-то лежащее на столе. – А тут как раз ты со своим другом мимо проходил. Я сначала хотел друга твоего забрать, но уж больно он крупный, я не утащил бы. А ты даже почти не сопротивлялся.       За несколько месяцев до своего попадания в лапы старика, я в запой зачитывался мифологией той местности, в которой мы находились, её окрестностей. И нигде не было принято приносить в жертву людей. Это всегда были животные. А значит я попал в лапы старика, который, либо сам придумал себе религию, либо перенял её от кого-то, кто её придумал. Вот так везение...       Старик взял со стола то, на что лил жидкость из баночки. Это оказался кривой ржавый нож... Я запаниковал. Я был ещё слишком молод, чтобы умирать.       Старик медленно направился ко мне. В приступе паники я случайно пнул, стоящий рядом, стеллаж с книгами. Он заскрипел, покачнулся и начал накреняться в сторону старика. Пара книг упала на пол. Старик сделал шаг от стеллажа, не успел. Стеллаж, вместе со всеми книгами повалился прямо на него. Послышались крик и слабое кряхтение. Сначала книги и стеллаж дёргались не поддаваясь попыткам старика выбраться, но вскоре всё затихло. Было слышно только моё частое и тяжёлое дыхание. Он ведь не должен был умереть..?       Раздался оглушительный треск. Сквозь дверь пробился слабый лучик света.       – Гектор! – Я был готов расплакаться от счастья, когда услышал этот голос – Ты живой?       – Д-да! – Едва я смог выдавить из себя ответ. Что-то сново оглушительно ударило по двери. И сново. И сново. Спустя несколько ударов от двери почти ничего не осталось. В образовавшейся дыре показался силуэт Менелая с топором.

***

      К концу рассказа я уже едва сдерживал слёзы. Хотя и сам не понимал, почему так хотелось расплакаться. Не то от пережитого страха, не то от осознания того, что я, похоже, убил человека, не то просто от усталости. А может и от всего сразу...       Мы, обнявшись, лежали на колючей траве. Клетчатая рубашка Менелая уже привычно ощущалась в ладонях. Крепкие руки обхватили меня в ответ. Мерный ритм чужого дыхания умиротворял. Где-то вдалеке до сих пор кричали ночные птицы. Шелестела трава. Пахло летом и, стоящим рядом, недопитым чаем с мелиссой.       – К-как думаешь, он и п-правда умер?       – Не знаю, но давай будем думать, что он остался жив, – Уверенно, но мягко произнес Менелай, – А даже если и умер, то точно не по твоей вине. Это произошло случайно. – Он внимательно посмотрел мне в глаза и продолжил уже твёрже, – Мы никому не будем говорить о том, что сегодня произошло.       – Х-хорошо, – Вряд-ли я смог бы кому-нибудь об этом рассказать, даже если бы захотел. Единственная причина по которой я смог рассказать это Менелаю это то, что мы бы знакомы почти с рождения. У меня не было причин сомневаться в том, что он не станет пользоваться моими словами против меня. Он иногда меня бесил, но никого ближе у меня не было. Никого другого мне и не надо было.       – Пойдём в палатку, – сонно протянул Менелай, – А то комары покусают. Не хочу завтра весь день чесаться. – Он вывернулся из моих объятий и медленно сел. Кружки с недопитым чаем оказались у него в руках, и мне тоже пришлось встать.       Может и не всё было хорошо, может мысли о том старике всё ещё упорно лезли в голову, но, по крайней мере, в ту ночь я был готов забыть о всех проблемах. Хотя бы на пару часов.       А на небе уже несколько часов светили далёкие звезды. Я, хоть и с трудом, смог разобрать среди них созвездие большой и малой медведицы, хотя и не понял, какая из медведиц большая, а какая малая. Как по мне, выглядели они одинаково.