Старое фото

— Смена караула заканчивается через четыре минуты. Мы в подвале, но отсюда есть два пути прямо в ангар, где стоит несколько джипов и один грузовик. Один по лестнице, второй — грузовой лифт, это база не ЩИТа, а именно наемников под командованием Батрока. Когда лифт заработает, на него обратят внимание, так что придется отстреливаться на бегу к ближайшей тачке, — у них у всех ключи в замках зажигания. — Сырой план, — шепотом злился Баки, пока они крались по коридору, мало того, что узкому, так еще и заставленному коробками со стертыми маркировками. — Предложите чего получше, я подчиняюсь более опытному диверсанту. Сэр. Баки обернулся, чтобы кинуть на Стива обеспокоенный взгляд. Оба слышали, что сержант дышит тяжело и неглубоко, хотя и старательно держался, вот даже огрызается. В подвале стояла низкая температура, но сержант уже пару раз отер лоб от выступившего пота. «Серьезная кровопотеря, идет на одном упрямстве» — пришли к выводу оба, мельком переглянувшись. Лишь бы не свалился, пока не отойдут подальше от базы. Удачи хватило и на то, чтобы дойти безлюдным коридором до грузового лифта, и на то, чтобы подняться наверх. Наемники совсем расслабились, не ожидая никого, кроме заказчика. В дальней части ангара собрались всего несколько человек, много меньше, чем при нападении, Баки мог в этом поклясться. Один втыкал в телефон, еще трое стояли над открытым капотом внедорожника. Как сержант и предупреждал, шума от движения лифта хватило, чтобы обратить на себя внимание. Секунд десять ничего не происходило. Наемники тупили, полагая, что из подвала поднялись кто-то из своих. Наконец тот, который уделял все внимание телефону, поднял глаза, чтобы посмотреть, кто поднялся. Следом одиночный выстрел выбил ему мозги. Еще один наемник упал, убитый Стивом. Остальные сыпанули в стороны, хватаясь за рации и за оружие. Не прошло и минуты, как количество наемников на площадь ангара выросло до полутора десятков. Стив, Баки и Брок были вынуждены прятаться за машинами, которые в свою очередь могли взлететь на воздух от попадания пули в бензобак. — Говорил же, план сырой! — зашипел Баки, с ненавистью глядя на узнаваемый красно-золотой бронированный костюм, оставленный хозяином посреди ангара. Судя по тому, что оснащенная боеголовками летающая жестянка не торопилась уничтожать все живое вокруг — «мясная начинка» где-то бродила. — Я по дороге к вам троих убил руками и ножом, чтобы шума не поднимать! Вам бы вспомнить, что такое диверсия, сэр! Стив аж обернулся, чтобы посмотреть на вытянувшееся лицо Баки, и на действительного борзого сержанта, и пропустил появление нового лица. В разгар перестрелки в ангаре, со стороны наемников, появился сам Старк. В черном деловом костюме от Армани он словно собирался подняться на сцену, чтобы презентовать очередное убойное изобретение, а не ждал в компании вояк теневого союзника. — Отошел попить плохой кофе, — процедил Старк, швыряя жестяную кружку на пол и шагая к своему бронированному костюму. — Знал же, знал, что вас двоих надо было сразу убивать, но нет же… Мистер Кожаный плащ все знает лучше других! Забавно подпрыгивая от звуков выстрелов, он, удачливый засранец, не получив ни царапины, заскочил в свой бронированный костюм. Как только Железный Человек взлетит и откроет огонь, тут всем придется плохо: и наемникам и суперсолдатам. Понимал это и сержант Рамлоу. — No, ho giurato! — взревел сержант Рамлоу по-итальянски — не успевая добежать до Старка, размахнувшись, он метнул гранату с выдернутой чекой точно в смыкающийся бронированный костюм. Тот закрылся. Последней на место встала лицевая пластина, закрывая перекошенное от гнева и страха лицо Старка. А через секунду внутри брони произошел взрыв. Покачнувшись, броня рухнула спиной назад. Баки ощутил, как от падения титанового костюма подпрыгнул бетонный пол. — Это как так вообще можно было?.. — пробормотал он ошеломленно. Надо, надо присмотреться к этому желтоглазому волчонку! — Нет, Тони! — огорчился Стив, попутно запрыгивая в ближайшую к ним машину — им оказался джип без верха. Придурок, ну какой же придурок. Как только Гидра держится при его припадках пацифизма?! — Он обещал мне разработать новый протез для Солдата, — объяснил свою печаль тот. — Гони, гони, Стив, только сержанта подберем! Наемники еще не поняли, что одна опасность минула, и все еще прятались за своими машинами, не показывая ни носа. Пока Стив изо всей дури давил на газ, лавируя между машин и безжалостно давя попавших под колеса, Баки высунулся из джипа и правой рукой сгреб оседающего без сознания сержанта, следом без нежности закидывая того на заднее сидение. *** Дальше все пошло по алгоритму: экстренная связь, джет и прилет на базу, медчасть для раненого, сбор погибших, разбор полетов. Повторный допрос пленника ЩИТа не состоялся: тот умудрился покончить с собой. Закипел поиск крысы, которая сдала маршрут движения Капитана Гидры. Стив был удивлен и встревожен, получив информацию, что Зимний Солдат находится в медицинской части. Он сам прошел диализ, принял душ и перекусил, после чего был готов к работе. Не поленившись, Стив спустился к медикам. Агенты на его пути тормозили, пока останавливались, отдавали честь, признавались в радости от его возвращения. Стив старался не вздыхать, но был вынужден идти медленней, чтобы коротко, но все же пообщаться с агентами и бойцами. Информация о том, что отряда Бета больше не существует, распространилась по базе в считанные часы. В медчасти Баки не страдал. Он возлежал на кушетке и что-то печатал в планшете. Стив посмотрел сперва на него, а потом на единственного пациента. Опутанный проводами, коротко стриженный сержант спал, восстанавливаясь после ранения, кровопотери и начавшегося воспаления. На медицинской койке, подключенный к аппаратам, казался еще мельче, чем был, едва пройдя норматив по росту. — Многообещающий волчонок, — хмыкнул Баки, вставая при виде своего капитана. — Не пожалел крови для операции по спасению наших душ. — Наших, — повторил Стив. — Он за нами пришел, понимаешь, Бак? В одиночку и истекая кровью. Знаю, он приносил присягу Гидре, но кто еще из бойцов той же Альфы повторил бы за ним? — По протоколу выживший должен был связаться с Базой и вызвать помощь. — Он объяснил, что джет был уничтожен, а рации не дотягивали сигнал. — Вставлю протез в зад отвечавшему за снабжение перед нашей миссией, — пообещал Баки. — К чему ведешь? — Он мог взять карту и уйти в сторону населенного пункта. — И вызвать себе такси до Вашингтона, оплатив его пайком. — Бак. Разумнее было отступить. Когда бы мы не вышли на связь в установленное для миссии время, за нами выдвинулся бы отряд Дельта. — К тому моменту я бы уже перегрыз тебе горло или бы нас втащили в самолет ЩИТа и увезли, бог знает куда. Не злись на мальчишку, я знаю одного такого же придурка, который в одиночку поперся в лагерь военнопленных, хотя впереди были злые фашисты, а позади — военный трибунал. — Ты мой друг и мой брат, Баки. А мы ему — кто? На это Баки нечего было ответить. Ясность мог внести только сержант Рамлоу, но этот вопрос ждал до окончания его больничного. *** — Сегодня Рамлоу выписывают из медчасти, — напомнил Баки лениво, когда Стив уже почти справился с горой документов на проверку и подпись. — Трижды пытался свалить раньше, но на его счет тобой были оставлены строгие указания и никаких поблажек. Лечить до полного восстановления. — Гидра бережет своих солдат, — на автомате откликнулся Стив, а потом включился в беседу, отложив бумаги в сторону. — А Рамлоу заслужил свой продвинутый уровень медстраховки. — Хочешь, прошвырнемся до его комнаты в жилом блоке? У меня на руках универсальная ключ-карта. Стив посмотрел на оставшуюся стопку. — Пожалуй, схожу с тобой, разомнусь. Откладывать не имела смысла. Через полчаса он и Баки осматривали скупо обставленную служебную комнату. До того, как директором стал капитан Роджерс, ни о каком жилом блоке на территории Трискелиона и речи не шло. Максимум, на что могли рассчитывать офицеры — арендованные комнатушки в черте города в спальных районах. Капитан отмел проект казарм и настоял именно на жилом блоке. Пусть с общими душевыми, но у агентов и бойцов, пожелавших воспользоваться жильем или по какой-то причине оставшихся без арендованного, должно быть личное пространство. Казармы оставьте для армейских училищ, Гидра может себе позволить не экономить на своих людях. В жилом блоке постоянно проживал только отряд Альфа, официальная гвардия Капитана Гидра. Сам Рамлоу получил комнату, как не успевший обзавестись личным жильем. По убранству можно было с уверенностью сказать, что Рамлоу неделю назад вошел, кинул сумку с вещами, переночевал и ушел, чтобы не вернуться. Кровать образцово застелена, в платяном шкафу пустые тремпеля и такие же полки, лишь стояли разбитые кроссовки. В тумбе — бульварный роман в мягкой обложке, а на ней — фото в простой деревянной рамке. Двоим широкоплечим суперсолдатам и то трудновато оказалось разминуться в комнате, казавшейся очень пустой и неуютной, несмотря на придверный коврик с эмблемой Гидры и подробную карту штата на стене. — Агит-плакатов под ретро нет, пластиковой реплики щита нет, точно не твой фанат, — резюмировал Баки шутливо. Словом, практически никаких личных вещей и абсолютная необжитость. Останься сержант (к слову, новую ступень в звании он заслужил) навсегда в лесах Канады, никто, кроме отдела кадров и уборщиков, того не заметил. Даже послать благодарственное письмо за смерть на пользу дела Гидры оказалось некому — по несчастливой случайности, Рамлоу стал сиротой в год совершеннолетия. Тем более, странно, что на фото Баки не увидел родных сержанта. Во всяком случае, взрослых. Наполовину выцветшее, очень старое фото, — оно прожило немало лет, прежде чем познакомиться с современным ламинированием. На нем щербато улыбались трое вихрастых мальчишек. Двое были одеты скромно, в перешитые вещи взрослых, третий же паренек, оказавшийся с краю, был одет и обут лучше. Пожалуй, его зажиточная семья могла бы оплатить групповое фотографирование трех детей. Баки показал Стиву найденное фото. — Узнаешь кого-то? — Бак, это же мы. Он узнал и мелкого себя, самого низкорослого из компании, узнал и мальчишку Баки, который обнимал его за плечи. Третьим был какой-то смуглый чернявый ребенок. Стив взял у Баки фото и развернул в поисках подсказки. На обороте нашлась дата «1925г.». и три имени: Стив, Баки, Бобби, начирканные ни много ни мало но перьевой ручкой. — Что за Бобби? Роберт? — недоуменно спросил Стив. Баки пожал плечами. — Ты меня спрашиваешь? Тебе память не стирали. Стив всмотрелся в магазинчик, на фоне которого были запечатлены дети, судя по дате — глубокие старики сейчас. — Место позади нас… это бакалея. В том доме, на втором этаже жили Барнсы. Ребенком ты жалел, что нельзя опустить корзину с монетами вниз, чтобы бакалейщик сам клал в нее чай и сахар, и приходится спускаться самому. Это все, что я могу сходу вспомнить. — Проходите, располагайтесь, здрасьте, — раздалось позади. Только выучка не позволила слишком ушедшим в мысли Стиву и Баки подскочить. *** Брок вернулся в казарму, прошел на опустевший этаж и, немного постояв перед закрытой, но не запертой дверью, вошел, чтобы найти обоих суперсолдат в глубокой задумчивости. Вытянув шею, он рассмотрел, над чем зависли Капитан и Солдат. Кашлянув, Брок поздоровался. Но то ли обезбол был с побочкой, то ли нахлынули эндорфины от запоздалого осознания того, что он остался жив, справился и вернулся в строй, но приветствия по субординации не получилось. Капитан и Солдат напряглись и развернулись к нему. Капитан аккуратно протянул рамку с фото, а Солдат так и источал любопытство, которое не мог скрыть нарочито серьезный вид и сдвинутые брови. — Себя, полагаю, узнали? Капитан и Солдат даже кивнули синхронно. Брок присел на край койки, с тоской покосился на сумку, в которой припрятал пачку сигарет, и продолжил: — Третий пацан на фото мой дед — Роберто Рамлоу. Он иммигрировал с семьей подальше от итальянской мафии и за полгода, которые прожил в Бруклине, завел всего двух друзей. Потом его семья переехала, но свою первую фотокарточку он сохранил. Став старше, дед был очень горд узнать, что в детстве дружил с самим Капитаном Гидра. — А со мной? — У простого владельца бара не могло быть такого уровня доступа, чтобы узнать, что Зимний Солдат это Джеймс Барнс. Вернее, что его друг детства Джеймс прокачался до суперсолдата. О чем я?.. С военной карьерой ни у Роберто «Бобби» Рамлоу, ни у его сына не сложилось — эмигранты первого и второго поколения, о какой службе речь? А вот внучок Брок пробился в Гидру. Дед с меня стряс клятву, что я буду служить и защищать Гидру и дождусь вашего возвращения, а бабушка… бабушка скрепила. — Ну вот, Стиви, все и разрешилось, — с кошачьей усмешкой обратился Зимний Солдат к Капитану Гидра, по-свойски похлопывая того по плечу. — А ты думал, что Рамлоу наблюдает за нами, а потом и впрягся в смертоубийственную операцию по спасению наших душ, потому что хотел от нас обоих странного! Все, сержант, отдыхайте, мы уходим. У Капитана Гидра дернулся глаз. Прикрыв рот рукой, чтобы удержать падающую челюсть, Брок остался сидеть, словно примерз. — Сержант, вы, конечно, не станете распространяться о том, что увидели и услышали? Брок догадался встать и отдать честь. — От меня никто не узнает, что Зимний Солдат на самом деле говорящий и самостоятельно думающий, сэр. Капитан и Солдат переглянулись. — Мелкий и наглый, точно не твой родственник, Стиви? Едва слышно фыркнув, Капитан покинул комнату, все еще удивленный тем, насколько тесен оказался мир. Зимний Солдат еще раз оглядел Брока сверху вниз и тоже вышел за ним, прикрывая спину. А чего Брок ждал? Прижимания к широкой груди и восклицаний: «Как же ты похож на своего дедушку!»? Преисполнившись решимости, Брок вскочил, пока дверь не закрылась. — Мой дед вырос, разбогател и взял в жены вашу младшую сестру! — выпалил он в спину Зимнему Солдату и зажмурился. Дверь скрипнула и ударилась о стену, резко открывшись. — Погодите, Капитан, мы остаемся. fin)