Лифт

      – И я тысячу раз обрывал провода… – напевал себе под нос Картнер, проходя по коридору. Все же ему сегодня в больнице нужно было оставаться на ночь, а так как он уже придумал себе занятие, то настроение было хорошим.              – Не знал, что ты знаешь русский, – с легкой раздраженностью произнес Грегори, пока они с Уилсоном направлялись к лифту. Все же Хауса уже достаточно достал этот день. Особенно попытки Картнера спалить больницу еще раз. Возможно, было не лучшим решением оставлять этого человека одного в больнице на ночь, черт знает, что он может утворить.              – Я и не знаю, просто песню услышал, и она показалась мне классной, – проговорил Лоренс, ни капли не смутившись.              – В твоих способностях я и не сомневался, – буркнул Грегори, чуть толкнув Уилсона в бок, явно намекая, чтобы тот что-то сказал. Онколог лишь покачал головой четко показывая, что не собирается в этом участвовать. – Следи за пациентом и не смей спалить больницу, пока меня не будет! у меня на нее еще планы! – прокомандовал Хаус и зашел в лифт вместе с Джеймсом. Двери за ними закрылись достаточно быстро, поэтому Грегори не был удостоен взгляда Картнера.              – Почему ты так его не любишь? – Джеймс повернул голову к Хаусу, смотря на него с некоторым интересом. Или любопытством.              – Я не люблю всех людей, – буркнул Грегори, смотря прямо перед собой. Кажется, его уже ничего не волновало, он просто хотел поскорее сесть на мотоцикл и на большой скорости умчатся домой. Чтобы ветер бил в лицо, и все казалось под контролем. Под его контролем.              – Спорно, – усмехнувшись ответил Уилсон. На мгновение ему показалось, что свет моргнул, отчего онколог поднял голову, посмотрев на источник освещения. Кажется, все в порядке.              – Никакого порно, – Грегори на мгновение усмехнулся. Все же о его времяпровождении Джеймс ничего не хотел знать.              Кабину тряхнуло. Свет погас.              – А вот это больше похоже на порно, – раздался в темноте голос Грегори с небольшой усмешкой. И тут же хлопнул Джеймса по бедру. Онколог ойкнул.              – Грегори! – тут же возмутился Уилсон, сделав шаг в сторону. Такое даже для Хауса было чем-то странным. Нет комментарии, конечно, проскакивали или другие непотребства, но так Грегори руки еще не распускал. – Ты даже пьяный себе такого не позволял!              – Да ладно, как будто тебе этого не хотелось, – почему-то Джеймсу показалось, что Хаус закатил глаза, по крайней мере его надменный тон говорил именно об этом.              – Не хотелось! – Уилсон был возмущен, даже если в глубине и знал, что иногда такие мысли у него проскакивают. Но не здесь и не сейчас же!              – Ладно, – голос Грегори тут же стал разочарованным. – Вообще-то, – Джеймс понял, что диагност нажал кнопку вызова помощи. – Лифт уже как сорок семь секунд не работает!              – Ничего Хаус, – Джеймс узнал голос инженера. – С тебя не убудет, если ты посидишь там еще полтора часика, пока я пообедаю!              – Я буду жаловать Кадди!              – Жалуйся! – и связь прервалась. Но хоть какое-то освещение в кабинете все же появилось. Теперь можно было заметить как Джеймс уселся на пол, поглядывая за Грегори.              – Мы тут на долго? – спросил Джеймс усевшись поудобнее. Сейчас его уже не волновало, что пол не особо чистый и он может запачкать свой всегда-идеальный-пиджак и брюки.              – Учитывая его недовольный тон и конец рабочего дня, а он почему-то обедает, – Грегори последовал примеру друга и уселся напротив. – То до следующего утра, когда Кадди понадобится или твоя или моя помощь. А учитывая, что твои пациенты стабильны, а какой-то «невероятно интересный случай» Кадди будет пытаться найти всеми силами, из—за того, что в клинику я не хожу… То искать скорее будут меня, тем более этот алкаш знает где я, да и лифт точно кому-то понадобиться утром.              – Ты невыносим, – Джеймс пытался разглядеть фигуру Грегори, однако это было довольно проблематично, отчего онколог решил просто подождать. В целом, никаких неудобств сидение в лифте с Хаусом ему не доставляло. Не хотелось ни есть, ни в уборную, так что можно было даже наслаждаться почти тишиной.              – За это ты меня и любишь, – надменно послышалось напротив.              – С чего ты это взял? – монотонно и почти недовольно спросил Джеймс. Ему искренне была непонятна причина почему Хаус эту тему начал именно сейчас.              – С того, что сейчас тебе не куда бежать, – Джеймс отчетливо слышал как трость Хауса легла на пол. А сам Грегори? В тишине лифта отчетливо можно было различить шорох чужой одежды. В голове Уилсона невольно проскользнуло, что он искренне надеется, что Грегори не начал раздеваться.              – И я знаю, что ты получаешь удовольствие от того, что я рядом, – пронеслось над самым ухом у Джеймса, отчего он невольно дернулся и слегка отодвинулся.              – Может ты прекратишь?! – возмутился онколог, хотя не мог отрицать, что от этого шепота по телу прошли мурашки. Слишком интимного шепота. Слишком очевидно чего добивается Хаус. Вопрос только: зачем? Чтобы потом издеваться по этому поводу? Так он мог это делать и гораздо раньше, прикрепляя это к причинам почему от Уилсона уходят жены. Он с кем-то поспорил?              – Нет, пока не докопаюсь до правды, – судя по голосу Грегори снова пододвинулся к Джеймсу на четвереньках. – Просто признай, что любишь меня. Что любил все это время. И только поэтому и оставался мне другом.              – Хватит искать везде тайный смысл, – Джеймс успел смириться, что бежать ему особо некуда, поэтому, когда Хаус вновь наклонился, обжигая теплым дыханием ухо, не отодвинулся.              – Все улики на лицо. Ты терпишь меня и прощаешь мне все мои выходки, чаще всего ты на моей стороне в спорах, дружишь со мной и… – Грегори на мгновение замолк, давая Джеймсу «передышку», – а еще у тебя встал, – и рука диагноста нагло легла на чужой пах, отчего онколог чуть вскрикнул.              – Ты сволочь, – процедил Джеймс, положив свою руку поверх чужой, намереваясь убрать.              – Но ты любишь меня?              – Да, я люблю тебя. Ты доволен? Может теперь уберешь руку?              – Теперь, когда все вопросы решены я имею права ее не убирать, – однако руку все же убрал и не прошло и пары мгновений как Грегори буквально внаглую уселся на его ногах. – Разве ты не мечтал о сексе в лифте?              – Боже, – было очевидно, что попытка как-то столкнуть Хауса будет тщетной, поэтому Джеймс попытался усесться по крайней мере поудобнее.              – Не богохульствуй, – ладони диагноста легли на щеки Джеймса. – Хотя меня это возбуждает, – когда Джеймс расположил руки на плечах Хауса, второй чуть наклонился и едва коснулся чужих губ.              Свет в кабине включился резко и неожиданно.              – С каких пор лифтер чинит лифты? – недовольно пробубнил Хаус, не убирая руки со щек. Лишь повернул голову в сторону открывающейся двери.              – Мне сказали… – только взгляд Катнера скользнул по открывшейся картине, как он замолк.              – Если хоть кто-то об этом узнает я расскажу Кадди о том, что на самом деле ты пиромант.