Коты сближают?

             Шинсо возвращается домой поздно. Позднее, чем обычно. Их кот Злюка (читайте Ублюдок, просто Эри не должна знать таких плохих слов, и кот сменил имя) внимательно обнюхивал ногу своего любимого человека и двинулся на кухню.       – Я дома, – произнёс парень, заходя в глубь квартиры.       – Ты поздно, – отмечает Айзава, поднимая на него глаза от работ своих учеников.       – Я был в гостях, – Шинсо пожал плечами.       – Хитоши, ты весь в шерсти, – отмечает Хизаши, выглянув из кухни.       – Меня облюбовал Шигараки, – отзывается парень, заставляя двух про-героев замереть в ужасе.       – Что он сделал?!? – вскрикнул Хизаши. Айзава же, нервно сжал кулаки.       – Не тот Шигараки! – нервно ответил Шинсо.       – Их несколько? – уточнил Шота в ответ. Поведение сына его несколько настораживало.       – У моего нового друга одного из котов зовут Шигараки. Это он меня облюбовал, – объясняет юноша своим отцам. Напряжение в лицах героев исчезает.       – О-о-о, – тянет Хизаши теперь садясь на диван к своему мужу, – кто твой новый друг?       Родители знали, что заводить друзей Шинсо не умел, и социализация давалась ему с трудом. Поэтому услышать о его новом друге было неожиданно, но приятно.       – Мидория, – отвечает Шинсо, почесывая свою шею. В ответ он слышит тяжелый вздох Айзавы.             *Несколькими часами раннее*       – За-а-дрот! – громкий криг Бакуго заставляет Шинсо нахмурится. Парню было интересно, умел ли его одноклассник вообще разговаривать тихо.       Бакуго быстрыми шагами, чуть не переходя на бег, мчал к какому-то парню. Шинсо не видел его здесь раньше.       – Привет, Каччан, – просто улыбается собеседник в ответ. Он не выглядит напуганным криком и грозным лицом Взрывчатки (это то, как Шинсо называл парня в своих мыслях).       Бакуго подлетает к нему и внимательно осматривает лицо так называемого Задрота.       Перед классом 1-А стоял невысокий парень с густыми зелёными волосами, что были утянуты в кривой пучок, а те прядки, что выбивались заворачивались в маленькие кудряшки. На его лице, шее и плечах, которые любезно открывала его майка, с остроумной надписью "Школьная форма", была целая россыпь веснушек. Глаза парня ярко-зелёные, словно свежескошенная трава, и нет Хитоши не поэт и не романтик, но другой ассоциации на данный цвет он не придумал; зрачок в них совсем узкий, сжатый до минимума.       – Ты зайдёшь к нам? – неожиданно голос Бакуго звучит почти ласково, заставляя одноклассников, столпившихся рядом словно зевак, разинуть рты. За всë время совместного обучения никто не слышал от Кацуки такого тона.       – Не-а, – отзывается парень, – передай тёте Мицуки, что я прийду завтра и принесу пирожные, – его губы расплываются в ещё более теплую улыбку, чем была до этого на его лице.       Бакуго ещё раз осмотрел его, а потом стянул рюкзак с плеча и вытащил оттуда коробку с едой.       – Карга просила передать тебе. Боится, что ты небось голодом целыми днями сидишь, – он отдал её с таким пренебрежением, словно вместо еды там помои. Но зелёный незнакомец ловко взял её в руки и опустил вторую ладонь на голову Взрывчатки.       – Спасибо, Каччан, – он аккуратно провëл по пшеничным волосам, – я знаю, что ты волнуешься.       – Да что ты...?! – начал возмущаться Бакуго, но резко замолчал.       Его одноклассники продолжали удивлено смотреть на картину, что открылась их глазам. Кто-то даже вытащил телефон и сделал фотографию, кажется этот человек бессмертен.       Вспышка отрезвила Бакуго и он отпрыгнул от своего, кажется, друга и зло фыркнул на него.       – Не смей сдохнуть с голода, иначе Карга будет страдать, – прошипел он, а затем быстро направился на выход.       – Спасибо, Каччан, – прикрикнул зелёный вслед, а затем снял с плеча сумку, кладя свой обед внутрь.       – Они мягкие на ощупь? – неожиданно подал голос Серо, обращаясь к парню.       – А?       – Волосы Бакуго, – уточнил черноволосый парень.       – Да, но слегка колючие, – легко подтвердил юноша.       – Ты - привилегированный, – подметила Мина.       – Мы просто друзья детства, – пожимает плечами парень.       – Баку-бро и раньше был таким грубым? – подал голос Киришима. Казалось этот тип готов был дружить с кем угодно.       – Он не такой уж и грубый, – пожал плечами парень вновь. Неужели это его любимый жест?       Друзья Бакуго, по крайней мере они причислили себя к таковым, переглянулись между собой, а затем поспешили догнать первого, кинув скорое прощание странному юноше.       Теперь Хитоши понял, что остался с ним наедине. Он уже хотел уйти, когда голос зелёного остановил:       – Ты ведь тот парень со Спортивного фестиваля?       – Должно быть, – почесал шею Хитоши. Разговаривать с незнакомцами он не очень то и любил.       – Твоя причуда заставляет людей подчиняться твоей воле, так? – парень слегка заëрзал на месте.       – Допустим, – кивнул Шинсо. Он ожидал, что сейчас его причуды испугаются или наговорят ему гадостей, и нет ему не казался этот парень грубым, просто это была обычная реакция людей, но вместо этого, его ладонь сжали тëплые и слегка мозолистые пальцы, а собеседник оказался к нему почти впритык.       – Меня зовут Изуку Мидория и я хочу знать о твоей причуде всë!! – быстро проговорил Изуку на одном дыхании, – Ну по крайней мере, что ты сможешь мне рассказать, – он почти подпрыгивал на месте от нетерпения.       – Хитоши Шинсо, – огласил он своë имя, слегка смущаясь такому вниманию к себе. Тут же его потянули в стороны выхода из школы.       – Приятно познакомиться, Хитоши Шинсо, – кивает Мидория, – приглашаю тебя в гости и отказы не принимаются!       Так Шинсо и оказался у порога дома Мидории. Конечно он мог отказать и просто пойти домой, послав нахала очень далеко, но то, как парень сжимал его ладонь, иногда подскакивал, сопровождая это бренчанием множества карманов на его штанах, и щебетал, словно птичка, заставило Хитоши идти с ним. Даже если это было бы запланированное злодеями похищение, он не смог отказать.       – Смотри под ноги, – предупредил его Изуку, отпирая дверь в свою квартиру. Шинсо не совсем понял, что имел ввиду, пока из дверного проёма не начали звучать мяуканья разными голосами. Изуку быстро протолкнул его в дверь и зашёл сам, запирая за собой. На пороге их встречала целая толпа кошек. Неужели Хитоши попал в рай?       – Это .... всë твои кошки? – спросил он, теряя дар речи.       – Ну да, – пожимает Изуку плечами, немного сконфужено.       Хитоши приседает, оказываясь в плотной толпе пушистых созданий - это первая давка, что приходится ему по душе. Его внимательно обнюхивают и несколько из зверьков начинают тереться о него мордочками.       – Я завидую тебе, – дублирует он свои мысли вслух.       – Тебе нравится? – уточняет Изуку, – Я совсем забыл спросить нет ли у тебя аллергии или что-то в этом роде, извини.       – Я в восторге, – отвечает Шинсо, – у меня дома есть 2 кота, но сколько их тут?       – Вроде бы 13, – пожимает плечами Изуку, снимая обувь, – считать их проблематично.       – 13? – удивленно спрашивает Шинсо.       – Ну.. да? – смущённо отвечает его собеседник.       – Это правда здорово, – кивает Хитоши, – я бы хотел так жить.       – Если хочешь, я могу дать тебе дубликат ключей, чтобы ты смог приходить и играть с ними, когда захочешь.       – Ты серьезно?       – Ну да?       – Ты предлагаешь человеку, которого знаешь от силы 2 часа ключи от своего дома? У тебя есть инстинкт самосохранения? – хмурится Шинсо.       – Я уверен, что ты хороший парень, Хитоши, – пожимает плечами Изуку исчезая в квартире. Хитоши просто идёт следом.       До позднего вечера они сидят на кухне, смежной с гостиной в квартире Изуку: он делает какие-то пирожные, а Шинсо сидит на диване, гладит кота Шигараки и рассказывает о своей причуде. Потом конечно их диалог переходит в более личную стезю, где Мидория рассказывает о своих ныне покойных родителях, о тёте Мицуки, матери Бакуго, что дружила с его мамой и взяла над ним опеку, про появление своих котов, про самого Бакуго и их дружбу, ему даже почти удалось убедить Шинсо, что Кацуки не такой мудак, каким кажется, рассказывает про свою подругу Мэй и её изобретения, а также, что он - ученик класса поддержки.       Шинсо же в ответ, упоминает о своей семье и жизни в средней школе, хотя всё остальное время предпочитает слушать. У Изуку правильно поставленная речь и успокаивающий голос.       Уходит от нового друга он всë же с ключом от двери, с коробочкой паровых булочек с клубникой и с полным удовлетворением от вечера.

                  

*Настоящее время.*

      – Из всех людей в UA , ты решил подружиться с одним из двух главных заноз в заднице Погрузчика? – спрашивает Айзава глядя на сына.       – Правильнее сказать, он со мной подружился, – отвечает Шинсо.       Эри, до этого рисовавшая в своей комнате, вышла, услышав знакомое имя.       – Изу-тян? – спрашивает она, усаживаясь у Айзавы под боком.       – А, как я мог забыть, – качает головой мужчина, – это ведь тот самый парень, что вместе с Мирио бросился спасать Эри и потом убегал с ней на руках от Восстановителя, пока на подмогу не пришли мы. Ты вообще уверен, Шинсо, что дружба с таким человеком безопасна?       – Изу-тян хороший, – вступилась за любимого друга Эри.       – Не отрицаю, милая, но он несколько безрассуден.       – А ещё он дал мне ключи от своей квартиры, – усмехнулся Шинсо.       – Что?! – снова прикрикнул Мик, молчавший долгое время.       – У него много кошек и он разрешил мне приходить и играть с ними, когда я только пожелаю, – пожимает плечами Шинсо, – 13 котиков в одной квартире.       Эта информация несколько смягчила мнение об Изуку у Шоты, который котов любил не меньше сына.       – А его родители не будут против? – спросил Хизаши, глядя на сына с волнением.       – Он сирота, а его опекун живëт в другом доме, – отвечает Шинсо, но под строгим взглядом Айзавы продолжает, – он под опекой у матери Бакуго, а у еë мужа аллергия на кошек, поэтому он остался жить в родном доме.       – Оу, – вздыхает Мик, – бедный слушатель, ему наверное так одиноко.       – Я думаю, нам стоит пойти и проверить всë ли у него в порядке, – кивает Шота под взглядом мужа и волнением дочери, после паузы. Конечно кошки тоже повлияли на это.       На этом и порешали.       Уже следующим вечером, они решили навестить дом Изуку. Конечно с поддачки Эри, которой не терпелось снова увидеть своего друга №1. Хизаши специально для этого купил большой и вкусный торт, ведь идти в гости без угощения невежественно.       Стоя перед дверью, сначала они пытались постучать, но никто не открыл. Шинсо вытащил из кармана ключ и легко отворил дверь. Сейчас кошки не толпились у входа, точно зная, что их хозяин дома, но несколько наблюдали за гостями.       – Есть кто? – спросил Шинсо на пробу, но не услышал ответ. На кухне горел свет, а в квартире был слышен лёгкий шум воды.       – Кажется маленький слушатель сейчас в ванной, – озвучивает мысль Хизаши и разувается. Он не в геройском костюме, а в простой футболке и брюках, – Хитоши, где тут кухня?       Пока Шинсо и Мик проходят на кухню, Айзава помогает Эри разуться и тоже идёт на кухню, осматривая квартиру в это время.       Они успевают сесть за стол и согреть чайник, Мик взволнованно пооткрывал ящики в поисках заварки, но так её и не нашёл, поэтому они сели ждать ребёнка. Несколько кошек пришли скоротать их скуку, а Шигараки, белый слегка облезлый кот с умными серыми глазами, что и правда чем-то походил на злодея, снова улегся на Шинсо.       Через 5 минут дверь в ванную открылась и оттуда выскользнул подросток, напевая под нос, какую-то незамысловатую мелодию, расчёсывая мокрые волосы.       На Изуку была глупая розовая пижама с Хэлоу Китти, что придавало его образу минимум серьёзности. Шинсо даже усмехнулся, думая откуда она у парня.       – Добрый вечер, Айзава-сенсей, Ямада-сенсей, Хитоши и Эри, – здоровается он с гостями, даже не глядя в их сторону, – прошу прощения, что заставил ждать.       Он бросает расчёску на полку в коридоре и заходит на кухню, мастерски открывая один из ящиков и вытаскивает оттуда чайничек и заварку.       – Приветики, слушатель, – отвечает Мик, не ожидавший, что его узнают в таком виде, – ничего, это мы пришли без приглашения.       Эри тут же оказалась около Изуку. Поставив заварник он подхватил девочку на руки.       – Не переживайте, вход сюда открыт без приглашений, – легко кивает он в ответ.       – У тебя здесь уютно, – отмечает Айзава, внимательно оглядывающий комнату.       – Благодарю. Я не менял ничего, после их ухода, – парень говорит спокойно. Изуку тянется к ручке холодильника, открывая его.       По коридору тут же доносится топот и в комнату вбегает рыжий кот с белой мордой, он выжидающе смотрит на хозяина. Изуку достаëт из холодильника всë, что он мог бы предложить гостям к чаю, а затем закрывает дверку. Тут же по всей квартире раздается истошное мяуканье на одной ноте прибежавшего кота. Он кричит громко и долго, заставляя гостей поморщится.       – Я уже кормил тебя Мик, имей совесть, – спокойно откликается Изуку, игнорируя шум от зверька, – извините, он так всегда.       – Его зовут Мик? – усмехается Айзава.       – Да, это - Сущий Мик, – кивает Мидория на животное, что шло за ним по пятам, – мама назвала его так в честь причуды про-героя с таким же именем.       Хизаши заливается громким хохотом.       – Что ж, имя ему явно подходит, – подтверждает он, вызывая на губах Изуку мягкую улыбку, – приятно знать, что есть люди, которым нравится моя причуда.       – Мама нашла его на улице и, когда решила покормить, он закричал. Поэтому он живёт с нами, – парень пожимает плечами, а затем ловко вытаскивает чашки, успев посавить Эри на землю, расставляя их по столу и наливая в них чай, – а ещё сказала, чтобы я больше не покупал фигурки с Сущим Миком, ведь у меня есть свой дома.       – Тебе он нравится?       – Конечно, – пожимает парень плечами, – Вы всегда очень интересно ведёте шоу, это не скучно. И причуда у Вас классная. Я был рад, что вы будете учителем в моей школе.       Хизаши издал восторженный звук, рывком подскочил на ноги и ухватил Мидорию в свои объятия.       – О-о-о, слушатель, – ласково воркует он, – ты такой милый малыш!       Первые несколько секунд Мидория выглядит дезориентированным, но быстро привыкает.       Айзава хочет одëрнуть мужа, напомнив, что перед ними чужой ребёнок, но замечает, что Изуку выглядит вполне довольным в объятиях, и оставляет это при себе. Шинсо усмехается над этой картиной, а Эри радостно хихикает. Хизаши в их семье был самым тактильным и обычно ему не хватало прикосновений, но остальные не очень желали касаться так много: Шота позволял иногда обнимать себя и держать за руку, Хитоши поддавался объятиям только утром, после сна, и вечером, перед ним, а Эри несколько пугал шумный и яркий мужчина и тянулась она больше к Айзаве, но все относились к этому с пониманием.       Изуку сам обвил руки вокруг шеи Ямады, хихикнув чему-то своему. Теперь он практически повис на более высоком мужчине.       – Изу-тян теперь папин любимчик, – улыбается Эри, поглаживая кошку, что сидела перед ней на столе. У зверька чёрная шертска и совсем белый хвост.       Хизаши усмехается в ответ:       – Хотя бы кто-то не пытается сбежать из моих объятий, – слегка фыркает он, шагая с парнем в крепком захвате, – ты хорошо питаешься, слушатель? Ты очень лёгкий.       – Вполне, – спокойно отзывается парень, хотя Шинсо готов поспорить, что не разу не видел, как тот что-то ел.       Оба взрослых с волнением оглядывают парня, но ничего не говорят. Хизаши усаживает ребёнка за стол и открывает торт. Под непринужденной беседой они пьют чай, обсуждать положение Изуку взрослые не очень хотели при Эри, которая ещё слишком маленькая для таких переживаний. И слишком впечатлительная.       Перед уходом Ямада записывает свой и Айзавы номера в телефон мальчика, прося в случае чего звонить. Контактный список у него совсем небольшой: дядя Масару, Каччан, Мэй, тётя Мицуки и Хитоши. Хизаши помечает себя, как Ямада, а Шоту, как Айзава, а затем возвращает телефон ребенку. Он ещё раз обнимает мальчика на прощание и тоже выходит из квартиры. За ними слышится щелчок замка.       – Твой новый друг достаточно добрый, – сказал Айзава, когда они отошли на приличное расстояние от дома Изуку, – но немного странный.       – Мне жаль, что он живёт совсем один, – жалуется Мик. Он держит Эри за руку, пока идёт к машине.       – Ну насколько я понял Бакуго и Мэй часто бывают у него дома, – слегка утешает родителя Хитоши.       – Мэй из класса поддержки? – уточняет Хизаши. Шинсо неопределено пожимает плечами - Мэй он не знал, – Как этот дом ещё не рухнул? Они опасны наедине!       Хизаши уже успел оценить на своём уроке этот разрушительный дуэт. Точнее в место своего урока. Погрузчик отпросил этих двоих в прошлый раз с занятия, ведь они успели, что-то натворить и их учитель собирался отругать их. В итоге, пока все остальные дети класса поддержки были на его уроке и писали текст про своë лето, прогремел взрыв. Позже Ямада узнал, что это взлетело что-то у этих горе изобретателей и чуть не сменило причёску их бедному классному руководителю.       Погрузчик сказал, что это не первый раз, и теперь Хизаши опасался за жизни детей и их соседей.       Они доходят до машины и садятся в неё, а потом ещё раз заглядывают в окно на 6 этаже, свет там больше не горит.       На обеденном перерыве Шинсо снова пришёл, когда все столы уже были заняты: он оставался в классе, чтобы поговорить с отцом и теперь не знает куда бы сесть.       Он замечает стол в углу, где сидит Изуку в компании Бакуго и розоволосой девушки, видимо это и есть Мэй. Четвëртый стул за их столом занят рюкзаком Бакуго.       Словно почувствовав его взгляд, Изуку приветливо машет и приглашает сесть к ним. Хитоши не собирается отказывать.       – Ты собираешь себе в компанию только фриков, Задрот? – спрашивает Бакуго, глядя на Шинсо. Не то, чтобы сам Хитоши сильно ему рад.       – Ты первый в этой компании, Тучка, поэтому помалкивал бы, – отвечает Мэй, поедая свой сендвич. Изуку смеëтся и все будующие споры забываются, теперь они все смотрят на парня с ласковыми выражениями лиц, когда Хитоши попал под это влияние, он и сам не помнил.       Хитоши садится рядом с Мэй и достаёт свой обед, приготовленный Миком и явно ярко украшенный, из сумки.       – Даже твой новый друг носит с собой еду, – укоризненно смотрит Кацуки на друга, протирая его лицо от соуса. Данный жест не выглядит смущающе или унизительно.       – Ты готовишь так вкусно, что я просто не могу заставить себя отказаться, – отвечает Изуку с милой улыбкой. Бакуго хмыкает.       – Вы слышали, что все снова переезжают в общежития уже на следующей неделе? – спрашивает Мэй.       – Оу, – удивленно отозвался Изуку, – я не знал.       – Ты всегда узнаешь всë последним, Изузу, – качает головой девушка.       – Тогда мне нужно будет позвонить господину Тошинори и попросить его присматривать за моими кошками... снова, – кивает парень, отрываясь от еды и ища свой телефон.       – Тошинори? – уточняет Шинсо.       – Ну да? Это друг моего отца, он присматривал за моими кошками в прошлый раз, – кивает Изуку.       – Хисаши дружил со Всемогущим?? – удивлённо восклицает Кацуки.       – Причëм здесь Всемогущий? – недоумевает Изуку. Тут оба ученика А класса вспомнили, что Яги ведёт занятия только у героев и ученики класса поддержки не могут знать его личность.       – Тошинори Яги - гражданское имя Всемогущего, – поясняет Шинсо.       – О...., – удивленно открывает рот Мидория, – он мне этого не говорил...       Парень аккуратно поднимается из-за стола и выходит из кафетерия, на прощание помахав им рукой. Он прикладывает телефон к уху незадолго до выхода из помещения.       – Всемогущему крышка, – отметил Бакуго, собирая свои контейнеры со стола.       После переезда в общежитие общаться с друзьями получалось намного чаще. Шинсо со временем даже смог поладить с Бакуго, чему очень удивлялись Айзава и Мик, ведь дети совсем не сходились характерами, разве Изуку не творит чудеса?       Бакуго всегда вставал рано утром, исчезая на пробежке с Изуку ещё до 6 утра, а потом возвращался и шёл готовить им обед.       Иногда Мидория тоже оказывался в общежитии класса А и многие из их одноклассников уже привыкли к его присутствию. Он даже смог поладить с Тодороки и Токоями, которые до этого не ладили ни с кем. Удивительный человек.       Айзава-сенсей написал ему письменное разрешение на посещение чужого общежития. Не то, чтобы изначально он или кто-то из педагогического состава был против, но эта формальность, и её нужно было исполнить. Так что теперь у зелёного развязаны руки.       Именно поэтому Мидория стал чаще появляться в их общежитие, в основном находясь с Бакуго или Шинсо. Но первый всегда встречал и провожал друга отсюда, словно тот мог заблудиться.       Мэй такого разрешения не получала, к счастью класса А, и потому часто воровала Изуку у них, чтобы снова экспериментировать. Их эксперименты часто заканчивались травмами или пьющим Погрузчиком в учительской. О втором Шинсо рассказал папа Заши.       Мэй пусть и была гением своего дела, что подтверждали все, кто в этом хоть что-то понимал, была опасным гением. Мидория же был за любой движ, поэтому во все проблемы лез вместе с подругой. Пусть они и выходили сухими из воды и практически без травм довольно таки часто, но не убавляли седых волос у учителей. Исцеляющая девочка, вообще грозилась убить обоих, приди они снова.       – Изузу! – послышалось из-за двери в общую комнату в общежитии А класса, – Я доделала! Пойдём протестируем?       Мидория тут же отвлёкся от игры в уно с Миной, Денки и Серо.       – Да, иду, – кивнул он, аккуратно убрав карты в колоду и извинившись перед остальными.       – А что вы будете тестировать? – спросил у него Шинсо, что сидел рядом на диване.       – Взлëтный ранец, – ответили ему с энтузиазмом, – прошлый взорвался из-за отсутствия доп. предохранителя и мы немного изменили чертëж, теперь он не должен взорваться, – глаза парня метнулись к подруге.       – Да всë будет окей, – подтвердила Мэй, всё ещё стоя у двери. Ей не очень хотелось попасть под гнев Сотриголовы.       – Можно я пойду с вами?       Хитоши не был уверен, что оставлять этих было безопасно.       – О? Конечно, – улыбнулся в ответ Изуку.       Все трое направились подальше от общежитий, по словам Мэй, чтобы не напугать никого если вдруг. Это "вдруг" и пугало Шинсо больше всего. На всякий случай, Хитоши написал Ямапапе о их своеобразной прогулке, ведь скажи он об этом Айзапапе и их очень быстро бы поймали и вернули в общежития с громким шипением. И полной конфискацией потенциально опасного имущества, конечно же. В этом вопросе Ямапапа был чуть более спокойным.       Хитоши нервно поглядывал то на Мэй, то на Изуку, что настраивали ранец перед запуском. От просмотра за друзьями его отвлекло сообщение папы: "задержи их. я скоро прийду."       Кажется не только Шинсо считал это опасной идеей.       – Всë в порядке, Тоши, – как гром среди ясного неба ответил Изуку. Из них двоих бормотать имел привычку только он, но как парень определил, что Шинсо переживает? – мы очень аккуратно.       – Ямада-сенсей попросил подождать его, – сдался Хитоши под внимательным взглядом двух учëных.       – Та у нас всë под контролем! – весело ответила Мэй и запустила прибор. Он правда поднялся в воздух и слушался нажатий на пульт управления, – Вот видишь? – самодовольно сказала она. И в этот же момент, что-то в рюкзаке задымило. – Ой!       – Ауч, – прикрыл нос Изу от резкого запаха, – ты не забыла поставить предохранитель?       В ответ была долгая пауза, пока ранец беспорядочно летал из стороны в сторону и дымил.       – Возможно я забыла, – качнула головой Мэй. Тут то Хитоши и понял в какой они, все втроëм, заднице.       Изуку выхватил пульт из рук девушки и попытался насильно приземлить предмет на землю, но толку от этого было никакого. Он обречено вздохнул и бросил пульт на землю.       Ранец тащило из стороны в сторону, а дым поднимался всë более и более тëмный.       – Мне кажется он сейчас взорвётся, – отметил Изуку вслух.       – Ложись! – крикнула Мэй, хватаясь за фиолетовые и зелёные волосы и прижимая обоих парней к земле.       Ранец взорвался с громким хлопком.       – Дети! – послышался запыхавшийся тон Ямады, – Вы в порядке?       – Могло быть лучше, – отозвался Шинсо, садясь на траву.       – Не в первой, – хихикнула Мэй, глядя на свой прибор, – мы снова облажались.       – В следующий раз я буду делать плату, – отозвался Мидория, что продолжал лежать лицом в землю.       – Никакого следующего раза! – прикрикнул на них Хизаши, – Вы чуть себя не угробили? А если бы он прямо в вас прилетел? – Ямапапа выглядел очень злым. Пусть параноиком он был меньшим, чем Айзапапа, но тем не менее он был, – Вы сейчас же идёте к Исцеляющей девочке!       Мэй и Изуку переглянулись.       – Может не надо? – попытала удачу девушка.       – Надо, – отозвался Хизаши, скрестив руки на груди. Жест не приемлющий споров.       Оба учëных тяжело вздохнули и Мэй потянула Изуку, дыба поставить на ноги. Весь путь до кабинета медсестры она пыталась уговорить Мика передумать, ведя Изуку за руку. Но Мик был непреклонен.       Отправив девушку первой в кабинет, Ямада остался с сыном и его другом у входа, дабы не было соблазна сбежать.       – Ты боишься врачей? – спросил он уже более мягким тоном у парня, что сидел на скамье и перебирал пальцы.       – С чего вы взяли? – поднял на него глаза Изуку.       – Хацумэ всю дорогу вела тебя за руку, вот я и подумал, – пожал плечами Мик.       – Может это Мэй боится врачей? – улыбнулся в ответ Изуку.       – Эта девочка ничего не боится, – отметил Шинсо, за что получил одобрительный кивок от папы.       – Неправда, она боится насекомых, – пожимает плечами Мидория.       – Как их можно не бояться? – усмехается в ответ Хизаши.       Вместо ответа от парня из кабинета вылетает Мэй, словно вихрь.       – Меня опять наругали, – жалуется она зелёному, – теперь твоя очередь, – и быстро уходит по коридору, дабы оказаться подальше от медсестры.       Исцеляющая девочка внимательно смотрит на оставшихся гостей и приглашает их внутрь. Ямада подталкивает обоих детей в помещение.       – Я пожалуюсь на вас директору, – устало вздыхает Чиë, явно обращаясь ко второму учёному.       Изуку не говорит ничего в ответ, стоя в самом углу.       – Не стоит так радикально, Чиë, – говорит Ямада пожилой медсестре и подталкивает к ней Шинсо поближе, чтобы она осмотрела сначала его.       После нескольких минут, женщина качает головой:       – С ним всë в порядке, просто небольшой испуг. Можешь угоститься конфеткой, дорогой, – обращается она уже к Хитоши.       Затем она переводит цепкий взгляд на второго школьника. По молчаливой команде Изуку подходит ближе к ней. Его осмотр начинается тут же с голову.       – Опять повредили слух, – вздыхает она, глядя на парня, – ты должен понимать, что тебе без слуха никак.       – Я знаю, – кивает Мидория, выглядя словно нашкодивший щенок, которого ругают.       – Я напишу тебе освобождение от занятий на завтра. Вечером прийдешь ко мне и если лучше не станет я оставлю тебя здесь, – говорит старушка школьнику.       – Неужели всë настолько плохо? – напугано спрашивает Ямада. Он то знал, как плохо без слуха, но чтобы отменять занятия.       Чиë поглядывает на парня, словно спрашивая разрешения у того. Изуку немного мнëтся, но кивает. Странный беззвучный диалог.       – У мальчика нарушение зрения, – отвечает Исцеляющая девочка Мику.       Он издаёт напуганный звук.       – Насколько сильное? – переводит он взгляд с Чиë на Мидорию.       – Ну..., – парень слегка почëсывает руку. Так, по наблюдениям Шинсо, он делал каждый раз, когда нервничал, – возможно я слеп на оба глаза?       Хитоши не знает чья челюсть отвисла сильнее: его или отцовская.       – Again?       – Я не вижу совсем, – более просто повторил парень.       – Почему я как учитель узнаю об этом только сейчас? – Хизаши побледнел. Он сам сталкивался с отдачей от своей причуды, нося слуховые аппараты, но чтобы ничего не видеть..., – Почему ты участвуешь в таких опасных экспериментах?!       – Я тоже задаюсь этим вопросом, – подтвердила Чиë.       Шинсо стоял молча, обрабатывая информацию. Теперь поведение Бакуго, что то вытирал лицо друга, то провожал и встречал его, то таскал за собой, держа за локоть - всë обрело смысл. Ещё при первой их встрече Хитоши смутили очень узкие зрачки парня, но он решил, что это какая-то мутация или что-то в этом роде.       – Ну... я не смог бы поступить на геройский курс, а тут я тоже могу помогать, – улыбнулся Изуку взрослым.       – А как ты слышишь, что тебе говорят, если Исцеляющая девочка только что сказала, что ты повредил уши? – спросил Шинсо.       – О, – издал вздох Мик. Он совсем забыл об этом. Сегодня слишком трудный день.       – Чисто гипотетически.., – начал Изуку, аккуратно сдвигаясь к двери, пока его глаза бегали, – может быть я слышу ваши мысли, – сказав это, он мило улыбнулся, поклонился на прощание и умчал вслед за Мэй.       – Я точно пожалуюсь Незу, – вздохнула Чиë.       Директора же вся эта ситуация ужасно насмешила:       – За почти год учебы здесь мальчик смог скрыть свою причуду и своë заболевание ото всех, – продолжал смеятся Незу, – разве это не чудесно?       Айзава, которого они встретили по пути сюда и посвятили в произошедшее, тяжело вздохнул:       – Вы считаете это весёлым, Незу?       – Это достаточно интересная ситуация.       – Но Вы также считаете её веселой? – продолжал настаивать Айзава.       – Не могу отрицать, – качает головой зверь.       Тут Ямапапа вспомнил, что мальчик, слепой мальчик, живëт совсем один:       – А что насчëт его одинокой жизни? – спросил он у директора, которого уже посвятили в эту историю.       – Разве все сейчас не живут в общежитиях?       – Живут, но скоро каникулы и все дети покинут общежития, – подтвердил Шота.       – Айзава, Мик, – позвал директор, – вы всех детей собираете к себе?       – Нет.       – Но это вопиюще неприемлемо, что слепой ребёнок живёт совсем один! О чëм только думают его опекуны? – Хизаши расхаживает из угла в угол, раздумывая об этом.       – Тошинори обращался к миссис Бакуго по этому вопросу и предлогал взять мальчика под опеку, но она отказала ему, – пожимает плечами Незу.       – Яги, который сам может забыть поесть хотел забрать к себе беспомощного ребенка? – уточнила, ранее молчавшая, Чиë.       – Не думаю, что Изуку-кун беспомощный, но да.       – А если учесть, что главная цель Лиги Злодеев - это Всемогущий, то Мидории с ним будет ещё опаснее, – согласился Шота.       – Мицуки Бакуго всë ещё не собирается отдавать никому опеку над ребëнком, – качнул головой Незу, – поэтому вы рано делите его.       – Мне кажется, – подал голос Хитоши, о котором все кажется уже забыли, – сам Изуку никуда не пойдëт. Он редкий альтруист, он не захочет нас беспокоить.       Шота и Хизаши посмотрели друг на друга, а потом на директора:       – А если мы попробуем взять над ним опеку? – спросил Хизаши, – договориться с миссис Бакуго.       – В теории вы можете, – кивнул зверь, – но она имеет право и отказать вам.       – Я позвоню ей, – согласился Шота, выходя из помещения.       – Ты же не против, Хитоши? – неожиданно спросил Хизаши у сына, – Мы как-то даже не спросили твоего мнения на этот счëт.       – Думаю это хорошая идея, – кивает Шинсо, – так будет безопаснее.       Директор снова залился смехом.       – Кажется у нас есть шанс, – сказал Шота, возвращаясь в кабинет директора несколько минут спустя. Все взгляды сразу оказались на нём, – ну по крайней мере она согласилась на встречу и на то, что Мидории не стоит жить одному.       Хизаши радостно воскликнул от этой новости, а Шинсо слегка улыбнулся. Парень уже начал представлять, какова жизнь с его будущим братом.       Изуку они решили не предупреждать заранее, хотя стоило догадаться, что ему и не нужно слов:       – Тоши, – позвал он парня по имени, – я..       – Если ты хочешь сказать что-то против идеи отцов, то нет, – спокойно прервал его Шинсо, – если Магомед не идëт к горе, тогда гора идëт к Магомеду сама. И с ними бесполезно спорить, коль они уже решили.       – Разве им не хватает тебя, Эри и двух котов?       – Нет, – просто пожимает плечами Хитоши.       В ответ он слышит только тяжёлый вздох, а потом Изуку утыкается в свой телефон.       – Как ты вообще пользуешься им? – неожиданно спрашивает Шинсо.       – У меня есть специальное приложение, что читает мне всë, что есть на экране, все сообщения и звонки, – Изуку кивает и отодвигает чëлку, показывая свой наушник, – чтобы не мешать людям вокруг у меня есть это.       – Хитро.       Изуку усмехается в ответ.       Через пару минут молчания он поднимает взгляд на Шинсо:       – Тебя очень радует мысль, что мы будем родственниками или ты специально так делаешь? – парень слегка наклоняет голову, прислушиваясь к собеседнику.       – Теперь у Айзапапы есть конкурент в распознавании лжи, – фыркает в ответ Хитоши.       – Или помощник.       – Или помощник.       С Мицуки Бакуго они решили встретиться в кафе в субботу. Хизаши надел свои самые крутые джинсы и любимую лимонную рубашку, а на Шоту натянул деловой костюм: пусть хоть кто-то из них выглядит серьезно. Для подстраховки они прихватили с собой Хитоши и Эри. Кому бы не понравилась Эри?       Женщина тоже пришла не одна, а с сыном и мужем.       – Добрый день, миссис Бакуго, – поздоровался Шота, садясь за столик, который семья успела занять.       – Ого, Айзава-сенсей, Мик-сенсей, – приподнял бровь Кацуки, – вы тоже решили попробовать стать опекунами Изуку? Вы уже третие кандидаты.       В такой атмосфере Бакуго казался менее агрессивным, чем в школе.       – Кто-то, помимо Яги ещë пытался? – удивился Хизаши.       – Была ещё какая-то темноволосая дама, которая не называла своего имени, – покачала головой Мицуки, – Так, и почему же вы решили, что наша опека недостаточна и предлагаете передать еë вам? – не церемонясь спросила она.       – Мы не считаем вашу опеку плохой, – отозвался Шота, – но вы не можете себе позволить присматривать за ним круглосуточно, а мы можем. У нас дома четыре человека: это гарантирует, что за мальчиком всегда будет кому присмотреть.       – Задрот достаточно самостоятельный, – отозвался Кацуки, за что получил нагоняй от матери.       – Разве для Изуку не опасна его причуда? – спросил Хитоши, что тоже решил подать голос. Все за столиком посмотрели на него, – Телепатия вещь полезная и наверняка привлекает внимание не только хороших людей.       – Да, – согласился Масару.       – Именно поэтому Инко и Хисаши прятали причуду своего сына, – соглашается женщина.       – В таком случае, – подал голос Хизаши, – не будет ли ему безопаснее с нами? Я и Шота профессиональные герои.       – Я знаю, – подтверждает Мицуки, – именно поэтому я и согласилась на встречу с вами.       – Но Вы отказали Яги. Почему? Он тоже про-герой.       – Его персона слишком яркая, – неоднозначно отвечает опекун Изуку.       – Вы про его геройскую личность?       – Именно про неё, – отвечает она – Герой №1, пусть уже и в отставке, не очень подходящая компания для Изуку. Мистер Яги привлекает слишком много внимания, и рано или поздно кто-то то и обратил бы внимание на причуду его подопечного, – покачала женщина головой, прикрывая глаза. Было видно, что судьба ребëнка еë явно волновала, – а это очень опасно. Я не имею ничего против самого Всемогущего, но внимание к нему всë равно повышенное.       – Причуда Изу-тяна такая опасная? – спросила Эри, с непониманием глядя на задумчивых взрослых.       – Она не полностью контролируема, – ответила женщина, – Изуку не может точно знать говорят с ним или он просто читает мысли. Иногда это сливается воедино и он часто раскрывает себя.       – А что вообще случилось с мистером и миссис Мидория и почему их сын слеп? – спросил Хизаши.       – Инко с мужем попали в ДТП, когда мой сын учился в третьем классе младшей школы.       – А от глаз задрот сам отказался, – подал голос Бакуго, за что мать тут же шикнула на него.       – Что ты имеешь ввиду?       – Насколько нам известно, – начал говорить Масару, – с появлением причуды зрение Изуку начало слабеть. Чем больше он развивал причуду, тем хуже видел. Хисаши упоминал, что врачи предупреждали, что нужно прекратить испытывать причуду, чтобы осталось хоть какое-то зрение, но Изуку принял решение ничего не видеть, но развить Телепатию на максимум. Он упоминал и что смог развить какую-то ветку своей силы, что не является прямой телепатией.       – Родители не пытались его остановить? – спросил Шота, поражённый новыми знаниями.       – А его ещё останови, – усмехнулся младший Бакуго, – он от своих целей почти не отступает.       С этим высказыванием всем пришлось молча согласиться: Мидория зачастую в своих решениях был непоколебим.       – Я и Хизаши находимся достаточно низко в рейтинге и внимания в повседневной жизни привлекаем меньше, но в то же время сможем обеспечить безопасность и надзор Изуку, – вновь вернулся к теме Айзава.       – Тут Вы правы, но я переживаю не запретите ли Вы мальчику общаться с нами? – спрашивает несколько скромно Масару.       – Конечно нет! – прикрикнул Хизаши, заставив детей рядом поежится, – Как вы могли о таком подумать?!       Со стороны Бакуго послышался вздох облегчения.       – Хорошо, – кивнула Мицуки, – я готова отдать опеку вам.       С другой стороны стола движение полностью остановилось. Даже малышка Эри замерла, глядя на женщину своими большими глазами.       После передачи опеки вся толпа, завалилась в дом Мидории, дабы рассказать ему о произошедшем. Парень сидел на диване вверх тормашками и о чëм-то щебетал телефону. На его животе лежала Груша, худая серая и синеглазая кошка с очень пышным хвостом, а на спинке дивана, поверх ног парня спал Шекспир. С ним Хитоши был знаком лучше всего: этот кот всегда был первым, кто встречал Изуку и кто следовал за ним везде и всюду, ложась на него, как только парень садился куда-либо. Это чëрный гладкий кот с белой грудкой.       – Сколько гостей, – приветливо помахал им Изуку, не меняя положения.       – Думаю знакомить тебя с новой семьëй нет смысла, – отзывается Мицуки, ласково погладив парня по волосам и уходя на кухню. Мик, зная, кто эта женщина идëт за ней.       Изуку просто кивает головой, явно прочитав в их головах, всë, что считает нужным.       – Изуку, ты опять сидишь голодом?! – послышалось недовольное от холодильника, – У тебя тут тихий ужас!       – Я не сижу, – отшучивается он, но, чувствуя укоризну тёти, вздыхает, – я просто был не голоден.       Айзава подкрадывается к холодильнику и заглядывает туда через плечо женщины. Сам холодильник практически пуст: на одной полке лежит яблоко и надкусанное моти, ниже закрытый йогурт с киви и два сваренных яйца в миске, а рядом два ломтика сыра. Внизу стоит полу пустая бутыль молочного коктейля с клубничным вкусом и маленький абрикосовый джем в одноразовой коробочке.       – Не густо, – вздыхает он. Ребёнка хочется отчитать за такой образ жизни, но по ощущениям это далеко не первый раз, когда у него такая картина на кухне, поэтому и смысла в ругани нет никакого.       – Это ещё как раз таки густо, – качает головой женщина, – иногда у него холодильник даже в розетку не включен.       – Я экономлю электричество?       – Ты гниешь в одиночестве в надежде не проснуться утром, – фыркает Кацуки, беря на руки своего пушистого тëзку. Ответом ему становится молчание.       Роли в переезде распределяются быстро: Хизаши, Шинсо, Изуку и младший Бакуго направляются собирать вещи зеленоволосого, Масару отправляется в магазин за продуктами, а Айзава, Эри и Мицуки остаются на кухне, вытирая пыль со стола и посуды, которую давно никто не использовал.       Комната Изуку была совсем без света, поэтому он открыл занавески, которые ему почему-то запретили залезть и снять. Тут была небольшая кровать с постельным бельем со Всемогущим, явно детская, на ней лежали плюшевые игрушки в виде героя и Бакуго младшего, возле кровати была тумба на которой лежала старая недочитаная до конца книга с закладкой в виде пера, а внутри тумбы была старая фотография, где зеленоволосая женщина стояла рядом с светловолосым, почти беловолосым, мужчиной, что держал на руках маленького мальчика в костюме Всемогущего.       – Это твоя семья, маленький слушатель? – аккуратно спросил Хизаши, что заглянул Шинсо через плечо.       – Да, это мой пятый день рождения, – пожимает плечами парень, что аккуратно складывал свою одежду из шкафа в сумку.       – Ты очень похож на свою маму, – улыбнулся мужчина. На лице парня мелькнула грусть, которую он мгновенно скрыл за улыбкой, но Хизаши заметил еë. Он за два шага оказался около мальчика и подкинул его в свои объятия, – Ты можешь грустить, дорогой, это нормально.       Кацуки, что аккуратно упаковывал фигурки со Всемогущим, Ястребом, Сотриголовой и самим Миком усмехнулся:       – Теперь я могу предупредить вас, что он может очень хорошо прятать свои эмоции, всë же он телепат, а потом вы найдëте его висящим в петле.       – Эй, это было всего один раз! – вяло запротестовал Изуку, пока Шинсо и Ямада замерли.       – Да, один, – согласился блондин, – а ещё было три раза, когда я приходил к тебе и заставал тебя с ножом у рук.       Изуку на это просто спрятал лицо в плече Хизаши.       – О боги..., – мужчина прижал ребенка к себе покрепче, – мой маленький слушатель.       Хитоши никогда бы не подумал, что его уже брат мог пытаться убить себя. Изуку казался самым солнечным человеком на планете, а теперь выясняется, что он совсем не хотел жить дальше.       – Я обещал Каччану, что больше не попытаюсь убить себя, – вздыхает Мидория, – и я правда пытаюсь сдержать это обещание. Просто мне больно возвращаться в дом, где когда-то мы были счастливы втроëм, теперь тут совсем пусто.       Изуку неожиданно всхлипывает:       – Они ушли так внезапно. Казалось, что звонок из полиции просто шутка и вот-вот они зайдут в дом, рассказывая как прошла их годовщина. Но они так и не приходили. А я продолжал возвращаться домой и сидеть часами у двери, ждать их. Я так скучаю по маминым объятиям, по еë готовке, по тому, что она читала мне книги после работы. Я скучаю по папиным урокам английского, как он звонил каждый день в 21:34 после работы и рассказывал о своëм дне. Как мы вместе ходили в кафе с Фо Бо неподалёку, хотя они не любили эту лапшу, – парень утыкается в шею мужчины, продолжая плакать.       Кацуки сжимает губы, слыша эти слова уже не впервые, но каждый раз они режут, как в первый.       Хизаши жалобно скулит своему, уже своему, ребёнку в волосы. Сам он никогда не был привязан к родителям, но мальчик их явно обожал, и его горе можно было понять и ощутить.       – Малыш, – тихо зовёт блондин.       – М?       – Мы не сможем заменить твоих любимых родителей, но мы хотели бы стать для тебя такими же любящими, – шепчет ему в ухо Ямада, слегка раскачиваясь. Бакуго и Шинсо продолжали собирать вещи, стараясь не смущать их.       Изуку прижимается к Хизаши что-то шепча ему на ухо, что заставляет Мика хихикнуть. Затем он отстраняется и слегка улыбается мужчине:       – Спасибо, папа.       В тот день крик Хизаши, не защищеный от стирания, услышали все.