Каустическая сода

      Когда можно считать себя самостоятельным в бытовом плане? Когда можешь прибрать квартиру и купить продукты? Нет, тут и школьник справится. Когда смог сам оплатить платёжки от ЖЭКа-Потрошителя? Тоже нет, хотя, больше да. Или когда столкнулся с коммунальными проблемами и решил их? Вот тут можно подумать.       Даня жил уже достаточно долго, и считал, что повидал достаточно, и точно самостоятельный в бытовом плане – в квартире чисто, одежда выглажена, что поесть тоже имеется, коммунальные проблемы его не уж явно беспокоили, были и другие поводы помотать себе нервы. Конечно, прорывы труб, опрессовки по три месяца, плохая уборка снега и прочие прелести жизни в многоквартирном доме, и, вообще, состояние коммунального хозяйства, качество предоставляемых услуг и ремонтных работ, подбешивали, но проблемой не являлось. Многие вопросы решались без его особого участия, иногда хватало просто позвонить, сначала, в ЖЭК, пока они существовали, а теперь управляющей компании, а иногда и по своим связям. Но вот, уже был второй день отпуска, и он до сих пор был в лёгком ступоре от бытовухи.       Даня сам не понял, как у него засрались трубы в квартире, не конкретно трубы, а сливы или сифоны. Он шарил в экономике и праве, а не в сантехнике. Инженер из него был посредственный, это мягко сказано, а по честному вообще никакой. Поэтому без разницы, что именно не так, но вода у него уходила очень медленно, как склеротик эстонец. При этом, что на кухне долго, что в ванной. Грязным он не ходил, у него была ещё душевая кабина без поддона, и там слив забит не был. Но вот в ванной полежать уже не удавалось, и из отверстия слива даже попахивало. Но пока не настал отпуск, он на это внимание не обращал, а тут отоспавшись, всё же решил хоть как-то разобраться и решить насущное.       Ванна понятно как засралась. У него была Москва река, и он её мыл пару раз (пару десятков раз), а то поганка, или веселушка, или воплощённая в реале, а может вдохновляющий прообраз, кошки Дуси из рассказав Трахтенберга, только под другим именем и другой раскраски, жила у него почти пять месяцев. И почти каждую неделю она во что ни будь вляпывалась, в промежутках между крушением квартиры. А ещё была весна, сезонная линька, и купал он её ещё, чтобы закрепить эффект вычёсывания и снять у неё стресс, так как плавать та любила, а когти стричь - нет.       И погода стояла хорошая, и они с Москвой ходили погулять в парк, и даже в лесопарковую зону, пусть и расположенную достаточно далеко от его дома, но на машине двадцать и даже сорок минут для него совсем не существенное время. Кошке нравилось сидеть у него на руках или на сидении рядом и ловить лапой проезжающие мимо машины. Но кроме романтики поездки в обнимку с кошкой, был ещё и головняк, потому что, будучи кошкой, она вела себя как собака, но выгуливать себя на шлейке или поводке не позволяла.       Она либо не шла, либо выбиралась из надетого и убегала по своим делам: искать лужи, лазать везде, ловить птиц, разорять гнёзда, гонять других животных. Несмотря на такое несносное поведение, всегда крутилась около Химок, даже если не в пределах видимости одного из своих любимых хозяев (по честному второму после Москвы). Сделав свои непонятные, иногда, по большей части, криминальные, дела, всегда возвращалась, так как смысла жить на улице не видела, там её никто икрой кормить не будет. Хотя она дама довольно всеядная.       А вот Даня, ценил преданность в любви, но не ценил принесённых синиц и голубей, но ладно они, но когда белая кошка становилась землистой… Он старался смотреть на небо, не замечая прах бытия и игнорируя хлопоты по отмыванию всего чего коснётся мягкая лапа.       Именно из-за непредсказуемости Москвы-реки, кучи работы, ему было совсем пофиг на свою квартиру.       Перед самым отпуском, благополучно сбагрив её на остаток лета и далее на сколько терпения хватит Королёву, смог понять, что разрытые горшки с геранью, осколки разлетевшихся ваз, стёкла от фоторамок, и шерсть везде - это не все воспоминания, которые она о себе оставила. Забитые сливы тоже напоминание о ней, так как шерсть и земля точно были с неё.       Но как засралась кухонная раковина? Кофейный жмых? Он же почти не готовит. Не могла же Москва чего-нибудь туда натолкать. Может от давности пользования. Из советов в интернете, пока изучал, как избавиться от засоров, почерпнул знание о том, что система должна промываться, а у него кран работает минуту утром, три вечером и всё. Хотя это немного утрировано.       Но многие бы спросили: «В чём проблема?» Решается всё по звонку. Но дело то в гордости. Даня не считал себя мастером на все руки, но вызывать сантехника не хотел. Почему-то считая это довольно постыдным. Ведь взрослый парень не смог справиться с элементарным засором.       У него уже была проблема с капающим краном, которую он решил одним звонком. И он ещё помнит, как ему показывал сантехник, как буксу менять и, подмигнув, говорил запоминать, так как девушки рукастых парней любят, и прочие премудрости.       И теперь даже не хотелось знать, какой совет дадут, так как буксу меняли пару минут, а тут, скорее всего, работы на более длительный срок. Поэтому как сильный и молодой, самостоятельный город, решил своими силами справляться и просто купил химии от самой дешёвой, в виде «Крота», до более новомодных в ярких упаковках.       С раковиной на кухне, первый, пусть и воняя более-менее справился, а вот в ванной. Он и лил средства, оставлял на указанный срок и дольше, выливал ковшики кипятка, а потом кран горячий на максимум оставлял. Ни фига не сдвинулось, если только слегка.       Химию он пробовал в течение пары дней, и вот в очередной раз наблюдая, как слив ванной булькает и воняет химикатами отвлёкся на телефонный звонок. Это, наверное, самое приятное событие в этой трёхдневной всей суете.       —Привет, Серёж. — Даня вздохнул, снимая вторую перчатку, в которой и работал с химикатами.       —Привет, принцесса, ждёшь меня? Голос у тебя какой-то безрадостный. Чахнешь или наоборот печалишься моему скорому приезду?       Дане было приятно от бодрого с лёгкой хрипотцой голоса. Его парень либо курил, либо опять с кем-то ругался до звонка ему. Мотивация то плохо работает на людях (на некоторых городах тоже), стимуляция справляется лучше, особенно ректальная – пистон в задницу и шуруй работать. Он рассмеялся, на что услышал довольный хмык из динамика.       —Нет, я рад и жду тебя. Даже кошку сбагрил брату. Но у меня тут домашние хлопоты. Даже не знаю, где они хуже на работе или здесь. Вообще не отдыхается. — Даня устало потёр шею, но улыбнулся и, посмотрев на мучительные порывы химиката, включил кран на полную и ушёл, пусть как хочет, так и убывает вода. Она ведь сильная, даже камень точит, вот пусть и работает.       —Что случилось? Соседи, потоп, голуби подоконник засрали? Гад какой-то объявился? Могу морду, набить твоим обидчикам, принцесса.       —Своим обидчикам я и сам морду набью. — Даня плюхнулся на диван, посмеиваясь со списка предполагаемых проблем и чужого хорохоринья, и улыбнулся со слов своего парня, решив поделиться своим бытом; — Нет, всё прозаичней. У меня трубы засорились.       Воцарилась тишина на пару секунд по обе стороны «провода», а потом Магнитогорск заржал.       —Татищев, ты там чего тронулся теремком, надышался выбросами со своих заводов? — Химки выгнул бровь, притягивая к себе колено и обнимая его, наблюдая затем, как отлетает тюль от порывов ветерка, и улыбнулся с приятных тёплых волн, доходящих до него, так расслабляет, и смех родной этому только способствовал.       —Нет, не ожидал, что мне так намекнут, что секса не будет.       Даня недовольно вздохнул больше на звук щёлканья зажигалкой, но чужие смешки больше интересовали височные доли мозга.       —Дурак! — Даня запыхтел, как ёж не иначе, он проблемами делится, а тут всё на одно свели, и кто из них озабоченный; — Реально, у меня слив засорился из-за кошачьей шерсти.       —Ааа. То есть у нас всё по плану?       Голос стал довольным, несмотря даже на возмущённый ответ. А вот Химкам уже хотелось поехидничать.       —Серый, будешь подъёбывать и доёбываться реально проведёшь время со своей правой рукой на помойке или в Химкинском лесу. У меня проблема, вода в ванной уходит еле-еле.       —Так вызови сантехника. — прямо и логично, как и у всех людей с прямолинейным, не творческим, мышлением и без загонов.       —Не хочу. Они начнут учить и давать советы как девушкам понравится. — Даня съехал по дивану, закидывая ногу на спинку, размышляя как лучше вернуться к себе обычно-культурному или остаться в режиме злословной бэд-бичь.       —Ааа. Точно-точно, ты ведь у нас по мальчикам. Ясно с тобой всё. Мудрость поколений тебе ни к чему.       —Я живу дольше этих «поколений». И ты вообще-то тоже не по девочкам. Или я что-то не знаю?— Химки фыркнул и свёл брови, готовя разнос по полной кое-кому.       —Нет. Я только по тебе, моя принцесса. Ладно, помогу, потерпи ещё два дня и будет у тебя прекрасная ванная.       Даня набрал воздух в лёгкие и задумался, как ответить лучше. А потом поступил, как папа Саша, раз кто-то взялся решать проблему за него, тем более если самостоятельное решение энергозатратно для тебя, то пусть кто вызвался тот и ебётся, а он в театр.       —Ага, надеюсь после твоей помощи не придётся делать ремонт во всей квартире. – но образ то нужно держать, добавить соли, всё по примеру того же папы.       —Не придётся. Доверься мне, Данечка.       —Ой, блин. Ладно. Жду. Не справишься, реально секса не увидишь.       —Я может секс пощупать хочу, а не смотреть. Хах-ха-ха. Я слово своё держу, ты меня знаешь, принцесса.       В извращённости и любви к словесным провокациям они иногда друг другу не уступали, хотя оба уступали обоим Романовым (Александру и Денису) и Московскому старшему, но оба остались довольны своим разговором.       —Угу. Знаю. Жду.       Даня завершил звонок и отложил погасший телефон. Неохотно поднявшись с дивана, поплёлся в осточертелую за три дня ванную, так как надо уже воду перекрывать, а то ссоры с соседями ему для полноты красок жизни не хватало.       

***

      А Серёжа призадумался. Нет, у него тоже забивались сливы, особенно когда он жил с Юрой, всё из-за Катькиных длинных волос, хватало пружинки, вытащить этот комок, и пустить кипяток дабы промылось то, что не вытянулось, а просто сковырялось. И вопля, то есть вуаля, всё как не давненько поставленное. Но раз Даня не смог справится химикатами. Нужно что-то такое, чтобы наверняка всё пробило, но при этом оставило сантехнику в живых. Задачка оказалась интересной, скорее всего из-за того кто её задал.       Погуглив состав средств для очистки, понял, что всего лишь нужна щёлочь. При этом не сода пищевая, а поядрёней. А самая хорошая, сильная, едкая и при этом доступная щёлочь - каустическая сода. Кстати, она и используется в большинстве средств только в смеси с павами. Нахрена только они, и так щёлочь плюс жир равно мыло. Зачем его ещё добавлять сверху? Для красивой пены? Ладно, это проблемы производителей. А он то умный, он чистую щёлочь возьмёт. А где? Это не проблема. В промышленном городе, её можно найти запросто, и он знает даже на каком заводе.       Потом и кровью он добивался свободной недельки, чтобы не тратить отпуск (дядя Костя разрешил), и во время последней запланированной им, но внеплановой для людей проверки на один из заводов, попросил ведёрко каустической соды. Люди конечно удивились и стали расспрашивать. Но Серёжа отмахнулся, сказав, что у подружки засор в ванной.       Больше вопросов не было, поделились без «б», только мужики поржали, так как у всех проблема эта есть - забитый волосами слив в ванной комнате, при этом хорошо, когда только одна жена, а вот когда женщин в доме больше, чистишь чуть ли не каждую неделю. Серёга слушал и кивал, поддерживая беседу. И кто-то посмеялся, что проще использовать термит или уж не жениться.       Термит вещь прекрасная, особенно для сварки, но Магнитогорск же не хочет делать Дане внеплановый ремонт, поэтому едкого натрия, который растворяет жиры и волосы, и алюминий с цинком, будет достаточно. Но шутку оценил.       Проверка последняя прошла без эксцессов, на прощание сверх ведёрка щёлочи, ещё дали пузырёк с кислотой, которая тоже может взять жир и волосы, но напомнили, что мешать их не стоит. И теперь Серёга беспокоился, как бы довести химикаты в Химки, как бы созвучно и забавно не звучало, но ему было вовсе не до ха-ха.       

***

      Даня уже с утра готовился к приезду своего парня, проверяя повторно чистоту квартиры, хотя знал, что Магнитке наплевать на пыль и на не заправленную кровать и прочие мелочи, но всё же почти вылизал квартиру. Но радостный звонок раздался раньше, чем он думал. Поспешил к входной двери, посмотрел на экран у домофона. Улыбнулся и, поправив волосы, открыл.       Но вместо привычного «привет» было «держи». Даня удивился всунутому майонезному ведру в пакете, там же лежала сантехническая пружинка в упаковке, это всё могло подождать, но было всунуто прямо на пороге вместо приветствия. А стоило ему отступить от двери, вдогонку уже было ещё более радостное также более-менее не общепринятое приветствие:       —Принцесса, встречай своего спасателя. Сейчас мы прочистим твои сливные отверстия. — Серёга зашёл в квартиру, закрывая дверь, оставляя лишь эхо в подъезде.       —Ага. — Даня слегка порозовел, так как не стоит орать такое на весь этаж, но вроде сейчас мало кто дома, июнь же на дворе, и день за окном; — Это что? — он потряс банку, стоя у стены не мешая Серёге, уставшему и пыльному, ещё и мокрому от пота.       —Подручные вспомогательные средства. И это тоже тебе. Только не перепутай что для тебя, а что для сантехники.       Даня перехватил красный бумажный блестящий пакет, в котором обычно приносят подарки, вытащенный из рюкзака, который тяжело был бухнут на пол. Там и был подарок, но похоже, который больше понравится самому Серёже, потому что там какая-то красная тряпка с лямочками, с наибольшей вероятностью фартук, две упаковки презервативов и пузырёк с оральной смазкой со вкусом клубничного мохито.       —А ты прямо самонадеянный, я погляжу. — Химки фыркнул, но больше был удивлён тому, что Серёжа выбрал довольно дорогую и редкую фирму лубриканта, да ещё с анестетиком.       —Ну, услуги сантехника в фильмах подобным образом оплачиваются. Но везде домохозяйки, а ты на них не очень похож. — Серёга поставил более аккуратно, чем рюкзак, свою небольшую спортивную сумку, доставая из неё коробку в двух целлофановых пакетах, внутри которой слегка покачивалась бутылочка с кислотой, которая тоже в нескольких пакетах, и потом скинул шлёпки, наслаждаясь прохладой деревянного пола в «не грязной зоны».       —Хах. Может ещё бигуди накрутить для полноты картины, и борщ поставить на стол? — Даня закатил глаза, не став перехватывать пакеты в одну руку, кто знает, как это химия себя ведёт; — И секс будет, только если всё пройдёт удачно, и мне не придётся делать ремонт. А то это ты мне будешь должен за некачественно проделанную работу. — он нахмурился, он доверял Магнитогорску, но всё же делать ремонт он не хотел в ближайшие лет двадцать, ему ещё не надоел его новый интерьер, который с такой тщательностью он подбирал в течение нескольких лет.       —Бигуди не нужны, суп –пойдёт любой, можешь чулки добавить. — Серёжа подошёл почти в плотную и сдул чёлку с чужих глаз, заставляя забавно поморщиться и улыбнулся, его не обижало поведение буки; — Даже минетика жалко? И чё так сразу и категорично – не получится. А утешить, меня при таком раскладе, похвалить хотя бы за старание. И я не против тебя приласкать прямо сейчас, только уберём щёлочь и кислоту в место тёмное, прохладное и более-менее вентилируемое.       —Хах. Озабоченный. Сам себя утешай.       Даня в лёгких открытых тапочках с пробковой подошвой пошёл к встроенным шкафам, которые заменяли ему кладовку, и поставил ведёрко в уголок, на пустующую полку.       —Жестокий. — Серёжа вздохнул и пошёл следом, ставя на расстоянии от ведра свою ношу.       —Ага.       Только закрыв дверцу, выдохнули, они как будто реально урановые стержни меняли, а не так просто относительно бытовую химию убирали. Взглянув друг на друг по-нормальному без напряга, улыбнулись. Расслабляясь в полутьме коридора, обнялись, так как не видели друг друга долго, по ощущениям влюблённых, а так с собрания перед майскими праздниками.       —Как доехал? — Даня положил подбородок на плечо Серёже, пусть и пришлось приподняться на цыпочки, красный пакет оставив на полу.       —Как, как. Жопа квадратная, а терпению йоги индийские позавидуют. — Магнитогорск тоже уткнулся носом в плечо парня, чуть привалившись к стене и прижимая к себе любимого.       —Хах, ты точно мой Татищев? — Даня посмотрел на парня, который не бывает утомлён поездками в общественном транспорте и чувствует себя в нём как рыба в воде, и возмущается на предложение даже относительно длительную поездку на метро или автобусе заменить комфортабельной машиной.       —Твой, твой, Московский. Просто беспокоился, не хотелось дяде Косте проблемы создавать. — Серёжа потёрся носом об Данину шею, целуя, а потом смотрел только в голубые глаза; — Представь заголовок. «Подросток из Магнитогорска ехал в Химки и отравил всех парами едкого натрия смешанных с кислотой, из-за неудачной амортизации после того как водитель-долбоёб снова чуть не врезался, в движущийся по соседней полосе, попутный транспорт». Мне твой отец тоже бы взбучку устроил. Оно нам надо? Нет. Вот и переживал, я то выживу при любом раскладе.       —Таракан ты мой. — Химки рассмеялся, так как самые живучие именно эти рыжие твари, но его Серёжа не такой, он красивый, но живучий – это факт; —Не, хмурься, я любя. Сам же знаешь, при ядерном апокалипсисе выживут только тараканы.       —Михаил Юрьевич опять красной кнопкой размахивал? — Серёга вздохнул, он не обижался, или очень редко на свою московскую сучечку, а вот Даня если узнает это прозвище, точно не простит.       —Слава богу, нет. Просто документалка вчера по телику была.       —Не смотри эту хуйню с рэн-тв.       Химки фыркнул и погладил парня и понял, что его пальцы липнут к чужим открытым лопаткам и даже парфюм, который он же и дарил, уже не справляется и вовсе не дарит аромат свежести коже.       —Так всё. Иди мойся, я суп подогрею и поспишь, ты сутки ехал, ещё и пахал, пахарь ты мой, на своих заводах.       —Мм. Данечка. Любовь моя. — Серёжа совсем не хотел расцеплять пальцы, которые так удобно были сцеплены под чужими ягодицами, и пофигу на сарказмы вылетающие из чужого рта, ему сейчас было хорошо.       —Всё иди мяться, воняешь же. — Химки упёрся в плечи Магнитогорска, старясь отстраниться, но не особо грубо.       —Вот и ты вонять будешь.       Серёга крепче обнял Даню, уже хватая за талию крепче прижимаясь к горячо любимому, специально потираясь об него. Пусть не сразу, но Даня подался, перестав сопротивляться, хотя хомяк лапками и то активней машет, чем он пытается любимого отстранить.       Обниматься со свои парнем - тоже наслаждение. Даня кайфовал от того, как об него потираются носом и целуют в шею и ключицу, и пусть от этого было щекотно и хотелось поднять плечо, но зато руки на спине и чуть ниже были как раз кстати, и он сам гладил по плечу и спине целуя в липкую и солёную щёку и шею. Они соскучились Серёга тоже был рад воссоединению, но реально устал и, оставив ещё один маленький засос, отстранился от находящегося на грани между «слегка завёлся» и «конкретный стояк» Дани. А вот сам будет успокаиваться уже под душем.       —Я в душ.       —Ты…       —Кто?       —Голодный будешь. — Даня, который даже стал настраиваться на иной лад, возмутился облому, хотя изначально и не планировал ничего такого.       —Хах-хах. Ладно, ладно. Я уже шавуху умял, пока к тебе с вокзала ехал.       Серёга улыбнулся, Даня в его глазах был самым милым и даже его всплески грубости и посылы вызывали больше умиление, особенно когда щёки чуть красные и губы припухшие от поцелуев, и даже жест, когда тот закрывался одной рукой или двумя, больше кокетства придавал. И не дожидаясь пока в него найдут, чем кинуть или что сказать, скрылся в ванной.       Противореча своим словам, Химки все же подогрел картофельный суп, но до еле тёплого состояния, и так жарко, а ещё достал сыр, колбасу и майонез, а хлеб всегда стоял у него на столе. И когда Серёга вышедший свежий и как будто заново родившейся, был полон доброты, которая выразилась в очередных объятьях и поцелуе в шею, не оттолкнул, а позволил себе понежиться с минуту и только потом дал по рёбрам. Серёга понял и отошёл, принимая чужие границы, тактильность у Дани как звуковая синусоидальная волна.       —Хозяюшка моя. — суп пах очень приятно, бульон золотистый, Магнитогорск облизнулся, делая себе бутерброд из колбасы и сыра на чёрный хлебушек.       —Ну, время было, вот и приготовил, да и суп варится просто. Отец вот часто борщ готовит или белые щи. Как время находит.       —Вкусные?       —Очень. Но так редко. Хоть сторожи. А он ведь и не говорит, когда приготовит, знает, что мы любим его суп.       —Вот падла.       —Не говори так.       —Да, да, Дань. А вот Юра только макароны варит и пюре делает. Супы у него не часто получаются вкусными, только если все вмести готовим.       —Из макарон суп или из пельменей?       —Когда как.       Оба посмеялись, так как Константин Петрович и Александр Петрович готовят лучше всех, хотя Даня может сказать, что Камалия тоже готовит вкусно, даже лучше всех его знакомых, включая вышеназванных. Просто если сказать иначе, получишь нагоняй на татарском и половником.       —Дань, я там глянул у тебя пластиковые трубы. Не помнишь какие? — Серёга между сглатыванием пережёванной пищи и наблюдением за, всё ещё что-то готовящим Даней, таскающим с тарелки нарезанную сырокопчёную колбасу, поинтересовался.       —Пластик, но очень плотный, может даже, то ли армированные, то ли… Мудрёный просто. — Химки стал думать, слегка морща носик, это выглядело со стороны забавно       —Ууу. Хорошо.       —А зачем тебе?       —Просто кипятком проливать будем засор, нужно чтобы не распаялись они. Я просто, перед тем как помыться посмотрел, что у тебя там. Реально плохо уходит.       —Ну, хоть не воняет как раньше. — Даня вздохнул, выставляя жестяную коробку с печеньем и вазочку с конфетами.       —Угу.       —Пей чай и иди спи, Серёж, ты устал. Завтра утром и разберёмся с …       —Дань. — Серёжа положил уже пустую тарелку в раковину и обнял за талию наводящего чай парня; — А, может, внесёшь предоплату?       —Иди ты в пень, Татищев. Выпил и пошёл спать, мне не хочется, чтобы ты на мене отрубался. — Даня свёл свои выразительные тёмные брови.       —Ааа. Понятно. Но…       —Никакой предоплаты, знаю я, как потом всё будет, ещё и не вернёшь её. — Химки отстранился, наливая себе уже зелёный чай, прохладный и освежающий.       —Вот ведь юридически подкованная сучка. — Серёжа забрал свою чашку и осушил половину за пару глотков и вздохнул довольно, его любимый чёрный.       —Хах, технарь иди уже. — Даня расслабленно вздохнул, разворачивая конфету и откусив, вторую часть отдал парню.       —Буду ждать в спальне. — Серёжа чмокнул кончики пальцев и проглотил конфету, почти не жуя, после чего закашлялся и резво стал запивать; — Уф. Жив.       —Таракан ведь. И ты ещё предоплату просишь, вот помрёшь, что я делать буду? Кто мне оплату с процентами вернёт? Юрий Иванович?       —Не, точно не отец, но прочистить трубы может и он, если попросишь. Дань, я реально тебя буду ждать. Я не засну без тебя так рано.       —Иди, Татищев. Закончу с делами, приду.       Серёжа ждал, честно. Но шторы блэк-аут и прохлада Даниной спальни после почти бессонных суток в душном автобусе, общая усталость, сказались, просто насильно отключая его.       Даня внутренне умилился, прямо детский каприз «один спать не буду». Какая-то особенная нежность была в их отношениях. И пусть разговоры часто сводились на секс, но они просто шутили. А когда реально хотели им заняться, то в обсуждении шуток почти не было. Магнитогорск внимательно относился к его чувствам и времени, понимая, когда можно просто руками, а когда больше и глубже. И Химки понимал, что вечно динамить своего парня нельзя, и старался его радовать и планировать совместное время, так чтобы перекрывало потребности каждого.       Но дела всё же были и это не отмаз. Но их список был безжалостно сокращён. Даня сходил только до ближайшего магазина, чтобы продуктов и вкусностей хватило на более длительный срок, и можно было не париться и пожить тюленями.       И даже не стал открывать ноутбук после прихода и разбора покупок. Перекусив снежком и приняв прохладный душ, оставив окно только на кухне, включил в прихожей и гостиной комнате кондиционеры, которые опустили температуру до прохладных 17 градусов, приятными волнами, расходящимися по всем помещениям, включая его спальню. В летнюю жару, если спать при такой температуре, можно простыть, но он же не один спит, и кондиционер не в спальне включен, поэтому будет нормально.       Стоило лечь и, пусть раньше, чем он обычно ложится на целых три часа, только стоило бледной руке притянуть его к такому же бледному больше жилистому, чем мускулистому телу, сон мягкими волнам накатил. Все проблемы отступили и работа, и засоры, и почти тридцатиградусная жара.       

***

      Их форма химзащиты была как у двух придурков: в респираторах и масках аквалангистов, в шортах и майках, резиновых перчатках и сланцах. Вот так два химика, технарь и гуманитарий, пошли прочищать едким натрием сливы. Уже звучит как начало анекдота. Важно было не загреметь в травматологию и не устроить потоп.       —А он не рванёт?       —Если у тебя нет тут алюминия, не должен. Он просто греется до 60 градусов. Но надеюсь, эмаль не испортит.       —Пф. Ванну заменить не сложно, главное чтобы не пришлось вообще всё менять, а то придётся вскрывать и пол и стены.       —Да всё пучком. Так. — Серёга все же выкрутил ситечко ванной и подставил горлышко обрезанной пятилитровой бутылки служащее как воронка, чтобы мимо натрием не накрошить; — Дань не снимай, а помогай. Нам надо его пролить будет, чтобы он растворяться и реагировать стал. Вода должна быть 90 градусов.       —Я ей пять минут назад с плиты снял. Тут все 100       Серёга засыпал две горсти и убрал пластиковую «воронку» . Даня держа одной рукой телефон другой взял ковшик и зачерпнув воды из кастрюли влил в слив. И как запенилось, полезла и муть непонятная, и пена, и сразу запахло химией. Хорошо, что они открыли все окна и включили вытяжку. А пена всё шла и шла. Они минут десять смотрели на этот «вулкан».       —Лей ещё. Он остыть не должен, а то закаменеет.       —Круть. Так ни одно средство не пенилось. О, ещё идёт реакция.       —Давай ещё посыпем. Не всё взяло, скорее всего.       Серёга подставил бутылку и вновь зачерпнул горсть каустической соды и всыпал в пенистую дыру, и Даня, как только Серёга отошёл, влил ещё воды. Пенилось не так активно, и что-то забулькало глубже.       —Теперь прольём.       Чистой рукой Серёга схватил ручку кастрюли. А Даня всё же отложил телефон и тоже взялся за другую и, подняв, вылили оставшуюся воду. Уже не пенилось, и вода уходила сразу.       —Всё засор ушёл.       —Ага.       Серёга наклонился, стоило поставить кастрюлю на керамогранит, и заглянул под ванну.       —Трубы на месте. Промоем и окей. Пускай воду из крана. Горячую. Уходит?       —Ура! Серёга ты молодец. — Даня обнял своего парня со спины, так и стоящего на коленях полусогнувшись и заглядывая под ванну.       —Когда прочистим все остальные сливы, ими будем, но первую битву выиграли. Переходим к следующей. — Татищев улыбнулся, жмурься довольно на поцелуй в лоб.       Даня вновь натянул респиратор, так как воняло в воздухе, несмотря на то, что уже химикат стёк по трубам дальше. И пошёл вновь кипятить кастрюлю, в этот раз поставив две.       Оба были счастливы тому, что их эксперимент удался. В порыве энтузиазма, прочистили все сливы, даже шутя над тем, что, наверное, по всему стояку канализацию едким натрием прочистили.       —Ну что принцесса. — Серёжа уже без резиновых перчаток и маски с респиратором обнял Даню; — Я выполнил свою часть, как самый настоящий сантехник.       Московский хихикнул и поцеловал парня в щёку, обнимая и поглаживая по затылку.       —Конечно, конечно. Но сначала вам нужно как то убрать щёлочь, чтобы на нас не было ожогов.       —Химию ты знаешь, значит. — Серёга хмыкнул, поглаживая Даню по бокам, наслаждаясь его довольно счастливым лицом и искорками в глазах, точно черти празднуют что-то.       —Хм. Я знаю про ожги. Вот приберёшься, а после я тебя отблагодарю в лучших традициях фильмов соответствующей тематики. — Химки слегка облизнул уголок губ и отстранился.       —Про костюмчик не забудь.       Серёга мог пошутить про ожоги, и что знаниями о них не удивишь, Химки же сын первопрестольного, который не раз горел, но не стал. Это болезненная тема, и лишние печали им не нужны. Поэтому вздохнул и, поцеловав в губы как аванс, шлёпнув по попе, пошёл мыть всё, за него же его работу никто не сделает, он же мужик в этой паре, услышь это Даня, точно бы надулся, хотя мог и воспользоваться. Первым делом на кухню, так как его любимый хотел приготовить что-то вкусное и прямо сейчас.       

***

      Даня не считал себя мастером в готовке, но у них в семье кулинарных кретинов не было, более-менее готовить умели все и все основные блюда: четыре супа, каши, элементарные десерты - это всё база которой отец их научил, и это не беря в расчёт приготовление гречи, макарон и картофеля, варку сосисок и полуфабрикатов в виде готовых котлет и прочего - это совсем элементарно. Так что они готовили, если было время и настроение, или потребность, просто кто-то лучше справлялся, кто-то хуже, но съедобно было у всех. У кого-то готовка даже стала хобби.       А взялся он за неё сейчас, чтобы и вознаградить, и побаловать себя и любимого. Конечно, как и обещал, он отблагодарит Серёжу в лучших традициях порно про сантехника и домохозяйку, но хотелось, несмотря на то, что жарко на улице, немного помаяться у плиты.       Разливая заготовленное с вечера тесто по сковороде, которое за ночь и утро в холодильнике дошло до нужной консистенции, и процесс диффузии завершился, пёк не то блинчики, не то оладушки. Для оладий большие и тонковатые, для блинов слишком кривые и немного толстоваты. Не то, не сё, но на вкус вкусно, даже не по сути.       Старая чугунная сковородка, от которой давно потерялась ручка, равномерно распределяла жар, а вот растекать тесто на ней было не так удобно, держа сковороду прихватками за края, особенно это неудобно на газу. Но сноровка есть сноровка, он уже привык так делать.       «Блины» снимались легко. Сбрызгивая с периодичностью поверхность растительным маслом, из теста на пол-литровой коробочке кефира, он сделал довольно ощутимую стопку. И отставил на стол, прикрыв парой бумажных полотенец, чтобы не отсырели сильно и не спалились раньше времени.       Серёжу он помимо чистки ванны целиком, включая кабину и раковину, ещё припахал к мытью обуви и плитки (грязной зоны) в прихожей, так как песок всё равно в дом тащился, несмотря на лето и отсутствие жидкой грязи. Тот не доволен был, но согласился.       Поэтому пользуясь запасом времени пёк, и даже успел помыть посуду, оставив только сковороду остывать, потом помоет, ещё и всё для игры подготовил.       Переодевшись в заранее припрятанные вещи, посмотрелся в относительно пригодное зеркало в виде холодильника. Домашние тонкие шорты до колен заменил на короткие и белые, свободные, которые больше походили на нижнее бельё, чем на шорты, но у белья нет контрастных полосок на бёдрах со светоотражающим элементом и шнурков и кармана на попе. Майка свободная белая. Подаренный Серёжей фартук, скрыл своим обычным, чтобы не палиться сразу. Поправив волосы, облизнул губы.       Раскручивать кран он не стал, но помаялся, и наладил так, чтобы вода не текла, а капала. Усмехнувшись, вздохнул и постарался собраться с духом, чтобы не выдать себя раньше времени. Провернул защёлку в ручке, отпирая кухню, позвал.       —Серёж! Занят!?       —А что? — откуда-то из глубины квартиры.       —Помощь нужна!       —Банку вскрыть не можешь? — с лёгкой вредностью в голосе.       —Не совсем. Иди на кухню.       —Дань, ты мне падлу сделать хочешь? — уже серьёзней и как-то мученически.       —Я что Денис? Нет. У меня кран капает.       —Да, блядь! Ваши московские сантехники вообще не могут правильно всё установить, а? Или ты такой особенный, и тебе попадается такая неправильная сантехника.       Пусть и бурча только развалившийся на диване Серёжа, поднял свою уставшую тушку, благо после мытья всего, он и сам принял прохладный душ, так как был весь липкий и в парах химикатов. И только развалился в маленькой гостиной и наслаждался запахом блинчиков неизвестно откуда взявшемуся, его опять дёргают.       —Букса потекла? — он посмотрел на капающий кран, не понятно кому задавая вопрос, может домовому, а может Дане, хотя оба точно не понимают ничего в сантехнике из-за древности видно.       —Я то откуда знаю, ты у нас сантехник. — Даня облокотился об край стола.       В чёрном фартуке выглядел вполне эротично, но Серому хотелось его увидеть в своём подарке, но он немного подзавис на виде своего парня. Но Даня, скрестивший руки, кашлянул и указал взглядом на очередную проблему.       Вздохнув, Магнитогорск упёрся руками в края раковины, не обращая внимание на шуршание за спиной. Но прикрыл глаза и втянул воздух вокруг.       —Что вкусного готовил? — чисто в надежде, что блинчики это Данина задумка поинтересовался он.       Но последовал облом.       —Овощи мыл.       —А чё закрылся то? Эх, а кто-то блинчики делает в такую то жару.       —Соседи наверное, кто-то из них. По привычке закрываюсь, Москва любит забираться на гарнитур и таскать и сырое, и готовое, ещё может в кастрюлю залезть или в холодильник.       —Я бы тоже не отказался от перекуса. И тоже бы в холодильнике полежал. Дань, а ты кран не пробыл закрывать. — Магнитогорск, долго рассматривающий кран, решил сначала просто его покрутить и проблема решилась; — Оу, Данечка.       —Сергей Юрьевич, так сколько с меня за ваши услуги?       Даня, сверкнув глазами, провёл от плеча до резинки домашних шорт, специально задевая аккуратным блестящим ноготком каждою складку на серой майке своего парня, задерживаясь на ней, давая рассмотреть себя. Он успел снять и верхний фартук и майку и теперь блистал красным фартучком слишком коротком, как у горничной в порнофильмах и почти обнажённым торсом, так как этот маленький нагрудник фартука не прикрывал ничего, оставляя соски всем на обозрение.       —Даже не знаю, Данила Михайлович. — Серёжа сглотнул, ловя кайф, поймал его за руку и провёл тот же путь от плеча до пояса всей ладонью парня, и уводя ниже, спуская на ширинку, под которой уже чувствовался вполне себе окрепший член; — Не знаю как в Москве, но у нас на Урале…       —Тогда я оплачу, как в Москве принято. Расслабьтесь, Сергей Юрьевич. — прервал чужую речь не только словами, но и жестом, чуть ощутимее прихватив и став потирать сквозь одежду член.       Даня старался оставаться серьёзным, но жар прокатывался и по его телу тоже. Не шибко то напряжённая ролевая игра, которую даже игрой то не назовёшь, так элементы, его и смущала, и изводила. Прикусив губу, он шагнул чуть ближе, упираясь в край раковины свободной рукой, поглядывая на своего «сантехника», наклонил голову, открывая вид на красивую длинную шею, самую красивую в их семье, он в этом уверен, да и Серёже нравится целовать её. Демонстрируя светлую, словно слоновья кость, кожу, с лёгким начинающим проступать золотистым загаром.       Атмосфера на кухне жаркая и не только из-за того что работала недавно плита, и сейчас разгар дня и солнце с южной стороны и на седьмом этаже жарит нещадно, а от настроения, и их с Серёжей настроя. И Татищеву сейчас очень хотел дотронуться языком до этого бархатистого светлого холста (так провокационно подставляемого), вновь покрыть собственническими метками. А Даня только дразнил, массируя сквозь ткань член, кидая взгляды из под длинных и золотистых ресниц, заставляя свет играть, переминаясь с ноги на ногу, и красный фартук смещал, задевал им напрягшиеся розовые соски.       Серёжа сглотнул и облизал пересыхающие губы. Он понимал, что его кроет, и неизвестно от чего. То ли официальный тон на него так подействовал, то ли реально красный фартук, как тряпка для быка на корриде, а может вид почти голого Дани, которого он видел в последний раз так близко в мае месяце на корпоративе, и то они пообщались мельком из-за наличия вокруг всей Московской области. А скорее всего, от всего вместе и от того что его любимый парень согласился негласно на игру, которая даже не была обязательной, а просто так для шутки была предложена. И сейчас сердце билось сильно-сильно.       Даня тоже облизнулся, неосознанно копируя своего парня, а потом опустился на колени, держась рукой за край раковины и старясь не прерывать зрительного контакта, параллельно приспустить шорты и бельё. Уверенно встав на колени, потянулся к ящику и на ощупь вытянул заранее положенный туда пузырёк. Он мог делать минет и без смазки, но сегодня хотелось порадовать своего Серёжу, более глубокими ласками.       —Ого. Так вы опытны в таком способе оплаты. — Магнитогорск был бы не собой, если бы не шутил к месту и не к месту.       —Предпочитаю платить деньгами, знаете, вы, это исключение. — фыркнули в ответ.       Даня спустил шорты и трусы, оставляя их висеть чуть выше колен, ему они не мешают, а Серёжа потерпит.       —Хах, я вижу, вы, уже готовы к принятию оплаты, или это рабочее? Вы этим прочищали трубы? — вернул шутку.       —У меня не настолько грустная половая жизнь, чтобы трахать сантехнические трубы, предпочитаю прочищать дымоход и выбивать глупые мысли и загоны своего парня. — Серёга чуть-чуть сместился, расставляя ноги и облокачиваясь на гарнитур, сжимая пальца на краю столешницы.       —Ему повезло. — Даня слегка царапнул, мстя, бедро своими ноготками впиваясь, а пальцами другой еле-еле касался уже поднявшийся от поглаживаний член; — Надеюсь, вы ему верны?       —Ещё бы… Ммм. Пф. Ммм. — Серёжа закусил губу, не хотелось прерывать своими звуками, пока еле уловимые причмокивания.       Облизав губы Даня лизнул головку члена, его не воротило от вкуса предэякулята, да и Серёжа оказывается помылся, так что всё было очень даже комфортно для него. Хотя раньше он всеми силами старался не делать минет, но своего парня любил, да и тот ему в такой же ласке не отказывал, и в глотку долбить не пытался.       Вздохнув, перестал поглаживать кончиками пальцев член, перехватил, взяв у основания, большим пальцем нажимая между стволом и яичками, пока обсасывал головку, словно крупный чупа-чупс. То на недолго возьмёт в рот, потрёт языком, смочит со всех сторон, потом с чмокающим звуком отпустит и оближет слюну с предэякулятом также со всех сторон.       Серёжа наблюдал, придерживая одной рукой свою майку сейчас реально слишком длинную и растянутую и закрывающую обзор, а второй поглаживая пальцы Дани, сжимающиеся на его бедре. Московский поднял на него взгляд и облизнул губы, на которых скапливалась смесь слюны и естественной смазки. Улыбнувшись, Химки подмигнул ему и высвободил руку, открывая пузырёк. Параллельно оглаживая весь член, он стал выдавливать по не многу геля вязкого, пахнущего достаточно приторно клубникой с ноткой мяты, равномерно распространяя, а потом довольно густую каплю на головку. Закрыв пузырёк, зажав между собственных бёдер, присоединил к процессу обе руки.       Проводя кольцом из пальцев сначала левой, потом правой, снова левой, создавал почти беспрерывное движение. Вобрав головку в рот, стал вырисовывать на ней спираль или что-то похожее, постепенно вбирая глубже, а потом подниматься, оставляя только кончик языка на уретре, и вновь, пока медленно привыкая к синхронной работе рук и головы.       Серёжа сжал края столешницы по обе стороны от раковины. Это было по новому, так ему ещё не отсасывали. Всё же ему тоже придётся посидеть немного в интернете и почитать о техниках минета, чтобы не отставать от своего московского парня, а то только он как деревенщина просто водит кулачком и облизывает головку, просто пропуская её в рот и посасывая. Хотя в Данином исполнении для него любая ласка прекрасна, так как тот сам по себе красивый и самый лучший.       А Даня, привыкнув, приноровился даже не двигать головой, а просто рисовать спирали активно двигать руками. Он слышал, как приглушённо стонет его парень, придерживая зубами футболку, костяшки пальцев аж побелели на краю гарнитура.       Обхватив плотненько пальцами согнал смазку со ствола, чуть наклонив голову пропустил член за щеку и поднял взгляд вверх, начиная ритмично нажимать между яичками и членом, слегка прижимая и массируя основание, интенсивно лаская языком всё до чего мог дотянуться, рисуя кружочки и просто дотрагиваясь.       Сержа застонал отпустив майку и положил руку с вечно холодными пальцами на чужой затылок. Даня чуть вздрогнул, но под поглаживаниями успокоился. Серёжа второй рукой погладил щёку, чувствуя за нежной покрытой ярким румянцем кожей свой член, и не только пальцем.       —Класс. Ммм. Данечка.       Московский, если бы мог, улыбнулся, его радовал чужая реакция. Отпустив член, поцеловал в головку, интенсивно проведя руками, пропустил член за другую щёку. Потом выпустил вновь и кое-как, открыв скользкими пальцами смазку, выдавил на них и на головку.       —Кхм, кхм. Не двигайся. — Даня вздохнул и обильно смазав, стал насаживаться, подняв глаза.       Стоило члену дойти до корня языка, как его выворачивало, несмотря на сладость и лёгкий эффект анестетика. Серёжа гладил его по затылку, задевая большим пальцем ухо и за ним, но не направлял, только задерживал иногда дыхание в восторге и наблюдал, поддерживал и хвалил без слов, взгляда и ласки хватало.       Даня начинал злиться на то что не получается сглотнуть, он же лучший у него должно получаться всё что он хочет. Вновь обильно смазанными руками потерев весь член, особенно головку, по новой насадился, и, несмотря на все позывы организма и брызнувшие слёзы, сглотнул не до конца, но пропуская в горло.       И так до этого напряжённый и пульсирующий член дёрнулся. Оргазм сдерживали всеми усилиями воли.       —Даня. Отстранись!       Серёжа сжал пальцы на руках, так как очень хотелось кончить в рот, но он не договаривался об этом и… Даня открыл мокрые, от выступивших слёз, глаза и качнул ещё раз головой, активно массируя всё, что не вобрал, пальцами и позволил, кончить в рот. И получив последнюю каплю, отстранился. Он находился в лёгкой прострации, так как у него получилось гораздо лучше, чем раньше, но было к чему стремиться. А вид своего сурового уральского парня на пике своего блаженства ещё пару минут держался в голове, так же как ладони, оглаживающие по контуру его лицо и затылок.       Серёжа тут же схватил бумажные полотенца не особ аккуратно, так что они слетели и покатились по полу, но оторвал два и протянул любимому, самостоятельно накрывая его губы. Даня выпустил сперму и откашлялся. Всё равно немного проглотилось.       Серёжа кинул использованные бумажки в раковину и потянул Даню, который уже ног не чувствовал, но сам заметил это только сейчас, когда пошатнулся. Придерживая его, поцеловал в губы. Собственный вкус и клубника с мятой необычное сочетание, но не особо вкусное. Даня, по мнению Серёжи, из-за отсутствия такого большого количества вредных привычек был гораздо вкуснее него по воспоминаниям. Вытянув между ляшек так и зажатый пузырёк, поставил на столешницу и поменял их местами.       —Оплата прошла Данила Михайлович. Получите сдачу.       Серёжа развязал аккуратный бантик тонких лямочек на спине и отодвинул в сторону красную тряпку, которая добавляла пикантности, но не могла соперничать с минетом от любимого. Белые шорты вроде свободные сейчас были невероятно узкими и обрисовывали контуры тоже уже стоящего члена. Он бы повосхищался чужой задницей и почти полностью открытыми ногами, но это потом. Радовала чужая эрекция, хоть не ему одному было приятно.       Даня вцепился в плечи Сережи, постанывая от поцелуев в шею и стараясь не покашливать очень явно. Вновь поцеловал в губы, обрисовывая языком по контуру, и проведя пальцами от сосков до бедренных костей, подцепил резинку, потянул вниз, снимая узкие шорты, надетые без белья.       —Серёж, я не…       —Я рукой.       Обняв крепко за талию, и не давая думать своими поцелуями, вылил смазку на руку и обхватил, уже просто разрывающийся, скорее всего, от желания, член. Московский выгнулся в его руках и чуть отстранившись, выбрался из петли фартука, который сполз на пол и подался рукам парня. Запрокидывая голову и постанывая, открыв свою шею, которую целовали и целовали.       Двух с половиной минут уверенных движений хватило, чтобы довести его до разрядки, так как терпение и так было на исходе. Серёжа придержал его и, поцеловав в лоб, попробовал смесь, получившуюся у себя на руке.       —Ты реально вкуснее.       —Просто не кури перед минетом.       —Так противно?       —Ну, так. Меня с тобой всё устраивает. — немного неопределённо ответил Химки, потираясь носом об ключицу Магнитогорска, упираясь иногда в плечо лбом, приходя в себя.       —Балуете вы меня, Данила Михайлович.       —Ах, хах. Ну, а вы, Сергей Юрьевич, будете моим персональным сантехником? — Даня заглянул в серые тёмные глаза, улыбаясь довольно и сыто.       —И электриком, и механиком и даже комнатной собачкой, всё что захочешь Дань, можешь положиться на меня. — Серёжа крепче обнял, готовый держать вес их обоих, но Даня уже навалился на гарнитур.       —Я кошек, вообще то, люблю.       —А я тебя.       Даня крепче притянул к себе за шею любимого и уткнулся носом ему куда-то под челюстью, вдыхая знакомый аромат. Он просто растекался лужицей счастья в чужих руках, ему было приятно от любых комплиментов и слов произнесённых ему.       Серёжа вздохнул и, открыв кран, вымыл руки, тихо матерясь через пару секунд, когда водой задело салфетки, о которых благополучно забыл.       —Бля, опять засориться. — но он выключил кран и пальцем отодвинул комок к краю, подальше от слива, но отлипать от любимого совершенно не хотелось, даже если так менее сподручно.       Даня оторвался и дёрнул один из ящиков, открывая отделение с мусорным ведром, куда Татищев и отправил влажное полотенце, которое намокло, но не развалилось. Перекрыв воду. Серёжа двинулся к стульям и плюхнулся на них полуголым задом, сажая Даню на себя.       —Понравилось?       —Да. Мне есть к чему стремиться. — Даня облизал губы, уже чувствуя, где именно они начнут шелушиться.       —Мне тоже есть куда. — Серёжа поцеловал уже не такие яркие, но красные всё же щёки, не сомневаясь, что и сам выглядит как лихорадочный; — В душ и заказать еды? Может твои любимые ролы?       —Душ – да. Я оладье испёк. В холодильнике сгущёнка к ним и сметана, на выбор.       —Ммм. Как я тебя люблю, буду кем угодно рядом с тобой.       —Будь лучше собой. Потому что я тебя люблю.       —Данечка.       —Секса в ванной не будет. — серьёзно, даже чуть по приказному.       Серёжа рассмеялся и, помаявшись, подтянул нижнюю часть одежды, а вот с Дани наоборот стянул всё и понёс в ванную комнату, как принцессу. Освежиться им не мешает, особенно остыть в некоторых местах.