Вне расписания

В студии 3RACHA, как обычно, пахло перегоревшим кофе, энергетиками и легким безумием. Хан Джисон сидел на диване, уткнувшись в экран телефона, и отчаянно пытался подобрать рифму к новому треку. В голове была полная каша. Текст не шел, спина затекла, а глаза нещадно резало от неонового света монитора. Двор тихо скрипнула. Джисон даже не поднял головы, думая, что это Чан вернулся за забытой флешкой. Но на его плечи опустилось что-то мягкое и очень теплое. Джисон вздрогнул и поднял глаза. Перед ним стоял Минхо. В своей безразмерной толстовке, с растрепанными после репетиции волосами и абсолютно непроницаемым лицом. В руках он держал бумажный стаканчик с горячим шоколадом. — Хён? Ты почему не в общежитии? — Джисон моргнул, пытаясь сфокусировать взгляд. — Мимо проходил, — буркнул Минхо, бесцеремонно садясь рядом и забирая у Джисона телефон. — Ты сидишь тут уже шесть часов. Чан сказал, что ты скоро превратишься в диван. — Я занят, хён. Мне нужно дописать куплет... — Твой куплет подождет, пока ты не выпьешь это, — Минхо ткнул стаканчик прямо Джисону в нос. — И не съешь это. Из кармана толстовки Ли Ноу извлек слегка помятый круассан. Джисон тихо фыркнул, но спорить не стал — с Минхо это было бесполезно. Хан сделал глоток — шоколад был идеальной температуры, сладкий и с капелькой ванили. Именно такой, как он любил. — Спасибо, — тихо сказал Джисон, чувствуя, как внутри разливается приятное тепло. Минхо ничего не ответил. Он просто протянул руку, мягко схватил Джисона за затылок и притянул к себе, заставляя положить голову ему на плечо. Его пальцы начали аккуратно перебирать отросшие волосы Хана, массируя кожу головы. Все тревоги и дедлайны вдруг показались такими далекими. — Минхо-я... — позвал Джисон, поворачивая голову и заглядывая старшему в глаза. Они были слишком близко. В полумраке студии глаза Минхо казались огромными и глубокими. Джисон скользнул взглядом по его губам, и Минхо, заметив этот жест, едва заметно улыбнулся. Старший отставил стаканчик на журнальный столик, перехватил Джисона за подбородок и мягко, но уверенно притянул к себе. Поцелуй получился неторопливым, со вкусом сладкого шоколада и ванили. Минхо целовал бережно, словно согревая Джисона после долгого и тяжелого дня, а его ладонь переместилась на талию Хана, прижимая ближе. Джисон замер на секунду, полностью отдаваясь этому ощущению, и запустил свободную руку в волосы Минхо, мягко отвечая на движение его губ. В этот самый момент дверь студии с грохотом распахнулась. — Джисон-а, я вспомнил, какую строчку можно... О БОЖЕ, МОИ ГЛАЗА! — Бан Чан замер на пороге с блокнотом в руках. Минхо и Джисон мгновенно отпрянули друг от друга. Джисон густо покраснел до самых кончиков ушей и едва не поперхнулся воздухом, а Минхо лишь медленно повернул голову к лидеру. Его взгляд в этот момент мог бы колоть лед. — Чан-хён, — ледяным тоном произнес Минхо, сузив глаза. — Тебя не учили стучать? — Я... я просто... — Чан, который повидал в этой жизни многое, на секунду растерялся, переводя взгляд с растрепанного и пунцового Джисона на абсолютно недовольного Ли Ноу. — Я пойду. Меня здесь нет. Продолжайте... то есть, нет, не продолжайте! Предохраняйтесь! Ой, боже, пока. Лидер пулей выскочил из студии, с силой захлопнув за собой дверь. В коридоре раздался его удаляющийся торопливый шаг и невнятное бормотание под нос. В студии повисла тишина. Джисон спрятал лицо в ладонях, тихо стоня от смущения: — Хён, я теперь никогда не смогу смотреть ему в глаза на записи трека... Минхо лишь тихо хмыкнул, убрал руки Джисона от лица и снова притянул его к себе за талию. — Забей. Зато теперь он точно не вернется до утра. На чем мы остановились? — улыбнулся Ли Ноу и снова наклонился к губам Джисона.