«Любая краска портится со временем, акварель не исклученье»

Любая краска портится со временем, акварель не исклученье.

Даже если вы купите самую дорогую акварель, она испортится. Нужно лишь забыть про неё на несколько лет.

Если акварель становится грязной, если все краски смешиваются в одну коричнего-серую массу, и если её не помыть от этого она быстро прийдёт в негодность.

У акварели есть свои плюсы и минусы. К примеру её можно легко растушевать водой, но если переборщить то она потечёт. Или если акварель оставить мокрую на несколько недель то она благополучно покроется плесенью

*** Дом стоит на окраине города. В месте называемом Расчёской. Длинные многоэтажки здесь выстроены зубчатыми рядами с промежутками квадратно-бетонных домов — предполагаемыми местами для игр молодых «расчёсников». Зубья белые, многоглазные и похожи один на другой. Там, где они ещё не выросли — обнесённые заборами пустыри. Труха снесённых домов, гнездовищя крыс и бродячих собак гораздо интересней молодым «расчёсникам»… чем из собственный двор — интервалы между зубьями. На нейтральной территории между двумя мирами — зубцов и пустырей — стоит Дом. Его называют Серым. Он стар и по возрасту ближе к пустырям — захоронениям его ровесников. Он одинок — другие дома сторонятся его — и не похож на зубец, потому что не тянется в верх. В нем три этажа, фасад смотрит на террасу, у него тоже есть двор — длинный прямоугольник обнесённый сеткой. Когда-то он был белым. Теперь он серый спереди и дгёлтый с внутренней, дворовой стороны. Он щетинится антеннами и проводами, осыпается мелом и плачет трещинами. К нему жмутся гаражи и пристройки, мусорные баки и собачьи будки. Всё это со двора. Фасад гол и мрачен как ему и полагается быть. Серый дом не любят. Никто не скажет об этом в слух, но жители Расчёски предпочли бы не иметь его рядом. Они предпочли бы, чтобы его не было вообще. *** Девочка, возраста, на вид, примерно 14 идём за женой в ярком красном платье, накрашенным лицом, и зализаным пучком. Сама девочка одета ярко — зелёно-красна рубашка, шорты и почтовая зелёная сумка, надетая через плечо. Волосы чуть кудрявят, отливая темно-рыжим на солнце. Руки, да что там руки, ноги и руки были разрисованны чем-то похожим на коричневый и оранжевый фломастеры. Лицо неизвестной было осыпанно почти незаметными веснушками. Они зашли в Дом... Сидя в кресле девчонка чувствовала себя не уютно. Тем более споры её мамы с так называемым детектором делались ей совсем не по душе. —То есть вы отказываетесь брать ребёнка с хранической астмой?! - вопила женщина в красном - это возмутительно! Я не могу её воспитывать в одиночку! —Я ещё раз повторяю, мы не можем взять ребёнка. У нас не осталось мест в женском крыле, что я могу с этим сделать? - отвечал мужчина, устало порврая переносицу - только если её отправить к мальчикам... —Да! - взвизнула дама - пусть вы отправите её у мальчикам! Почему вы сразу не уазали что свободные места всё же есть?! —Потому что это против правил и здравого смысла - ворчал мужчина - только давайте сначала спросим саму девочку, устрои ли её такой вариант. Оба повернулись к ней. Мать смотрела так, что можно было понять — выбора ей не дали от слова совсем. Поэтому ей не оставалось нечего как сказать «Хочу» *** Мужчина шёл в переди, девчонка сзади. В коридорах было на удивление пусто. Спустя некоторое время они остановились около двери, где криво выцарапана цифра 4. Открыв дверь мужчина подтолкнул девочку внутрь, а сам развернулся и поплёлся по коридорам, говоря что-то невразумительное и гневно махая руками. На девочку, как один, посмотрели все. Что делать ей никто не объяснил, поставив в не самую приятную ситуацию. Первым к ней начал подходить какой-то мальчишка, без рук и лысый. На вид он явно старше её. —Ты кто такая? - единственное что он спрашивает, так ещё и таким голосом, будто она специально оторвала его от важных дел. Этот голос был похож на голос её отца. Девочка поморщилась. —Мне сказали что свободных мест нету и отвели к вам - незная как оправдываться роняет она. —Так значит тебя сюда Акула привёл? - голос донёсся где-то позади безрукого. —Акула? - девочка вопросительно наклонила голову. —Ну детектор, тебя суда детектор жить отправил? - снова подсказал голос. —Ну да, директор. Сказал что в женском крыле нет мест - наконец ответила она на вопрос странного голоса - в почему вы его Акулой назвали? —У каждого в этом месте есть свои клички. Проще говоря, вторые имена - снова прорезался голос позади лысого мальчишки, что отошёл в сторону, давая девчонке пройти - можешь называть меня Шакал Табаки, ну или же просто Табаки. Девочка прошла в нутрь и наконец увидела источник голоса. Мальчишка с кудрявыми каштановыми волосами, в джинсовой желетке-безрукавки и шортах. Из волосы него торчало перо чёрного цвета. —Тебе хоть сколько лет? - спросил Табаки, с интересом рассматривая новую знакомую - 13? 14? —Не угадал - хихикнула девочка - 16. —А у тебя есть кличка? - девочка отрецательно помогала головой на новый вопрос - тогда... - Шакал чуть отодвинулся, рассматривая девчонку - будешь Акварель! - радасго завопил мальчик- теперь я твой крёстный, не благодири! —А можно мне поадекватней кличку? - спросила та. —Нет уж, дорогуша. Ты себя видела? Для твоего внешнего вида это идеальная кличка! Девочка пожала плечами, мол «Незнаю». Вокруг неё уже стали собираться другие парни что были в четвёртой. Каждый представлялся по очереди, чтобы было проще запомнить. На каждое имя Акварель кивала. Ей выделили кровать, куда Акварель моментально легла. Был лишь один кто ей не представился... Странный, с длинными чёрными волосами и бесцветными глазами. Он подошёл к ней когда Акварель уже лежала на кровати. —Девочка? - спросил тот, таким тоном будто ему совсем нет дела не неё. Акварель кивнула, но спохватившись того что её оппонент слеп, ответила «Да» —Первый раз такое слышу, чтобы Акула сам отправил девушку в мужское крыло... - более задумчиво произнёс тот, скорее выражая мысли в слух - Зови меня Слепой. На этих словах он ушёл куда-то за пределы комнаты, туда где Акварель ещё не знала путей. —Чем это ты нарисовала? - спросил Шакал, глядя на рыжие рисунки на руках Акварели —Хна. Полезная вещь, хочу сказать. Почти как татуировка, только через пару недель смывается - сказала она, разбирая сумку —А у тебя она есть? - добавил он —Конечно, куда ей деться? —А... - Табаки замялся, так как просить новоприбывшего, нет, новоприбывшею было не очень то удобно - можно? В Табаки полетел длинный золотистый тюбик, треугольной формы. —Осторожнее, хна не отстирывается - предупредила Акварель, рухнув на кровать в наушниках. Она лежала долго, казалось целую вечность. Странное чувство, будто это место она уже знает. Не оспорить было факт того, что что Акварель хорошо знала английский, а песни слушала, вслушиваясь в самые мельчайшие детали. «—If i was the moon, would you still look for the stars? —only if you promise to shine forever. —but what if I can't shine forever?...» На этих строчках мир рушится и попадает в никуда. Акварель банально засыпает в наушниках. Тело окутывает тепло, похоже что кто-то укрыл её. Перед глазами встаёт её старый дом. Акварель подходит ближе к крыльцу — подъезд всё тот же. Все то же серый, с жёлтым пятном возле домафона. Она заходит в него, набрав привычные «1432##». Пахнет чем-то странным, скорее воняет. Поднявшись на третий этаж Акварель зашла в 73 квартиру. Дверь была открыта настежь. В доме мало краской и всё ещё воняло гнилью. Кухня всё также стара и уютна как и была. Детская в прекрасном состоянии. А спальня родителей... Акварель зашла в спальню родителей, теперь едкий запах гнили ударил в пос со всей силы. Силуэт мужчины в деловом костюме был повешан в петле. Табурет валялся внизу, сам мужчина немного подгнил, вися здесь не один день. —Папа... - голос девочки дрогнул, увидев собственного отца повешаным. Тело пробила дрож, а кислорода стало беспощадно мало. Акварель уже не дышали а пыталась побороть паническую атаку, рванно глотая воздух. Акварель вскочила с кровати. Никого не было, лишь Слепой сидел на краю её кровати, не обратив внимание на то что она уже проснулась. Девочка остывала рот подобно рыбе пытаясь вдохнуть, паралельно ищя в сумке ингалятор. Слепой повернул в её сторону голову лишь тогда, когда та с хрипом стала пытаться сделать хоть один вдох. Из сумки она достала ингалятор. Вдох. Снова вдох. И наконец она задышала. Первые вдохи были жадные, потом она успокоилась и посмотрелв на Слепого. Тот просто сидел головою к ней. Молчал. Акварель достала книгу. Любимую книгу. У неё было два варианта этой книги — обычный и шрифтом Брайля. Её младший брат был слеп. Ослеп в 8 лет, от рака, на что Акварель стала в одиночку учить его читать по Брайлю и даже купила копию книги «Если все кошки в мире исчезнут». Акварель посмотрела на Слепого, потом на книгу. —Эй, Слепой! - позвала его девчонка - у меня ту есть одна книга... Она написана шрифтом Брайля, возможно тебе она будет нужнее чем мне Слепой принял протянутый предмет, открыл книгу и стал ходить пальцами между строк. —Откудаона у тебя? - спросил тот —У меня был слепой брат... - та замялась - он скончался от рака когда мне было 14, а ему 10 - Акварель проговорила это так быстро и тихо, буд-то не хотела упоминать. - прости... Я не хотела... —Всё в норме —Прошу, пообещай что не кому не расскажешь - попросила его Акварель —Обещаю *** Ребята вернулись с ужина. Акварели сидела на одной кровати с Табаки и спорила с ним на счёт книг и его каракуль на запястье хной. —За то это мировой бестселлер! Проданно более 2.000.000 экземпляров! - твердила Акварель —За то мои «Рецепты от Шакала»очень популярный в доме! - Табаки твердил своё —Зато твой недо Блюм за пределами Дома никто не знает! - Акварель была полна азарта но их битву двух умов прекратил Слепой, сказав что книга Акварели поинтереснее Шакальего Блюма. Акварель победно взвизгнула и упала на кровать. Она даже не заметила ка Шакал подобрал её упавший ингалятор и стал рассматривать, после приехать его содержимым в воздух. Акварель вскочила с кровати и сталв просить его отдать, Табаки же продолжал баловаться с новой игрушкой и не отдавал. Грудь сдавило, воздух стал тяжелее. —Отдай! Это не шутки! - молила его Акварель. —Про книги тоже были не шутки, так что терпи, дорогуша - победно произнёс тот, не понимая того, сто он сейчас может натворить. Вдохи стали хриплыми, Акверель отошла к своей кровати согнувшись в двое, так что её лица не было видно из-за волос. Воздуха было предельно мало. СЛИШКОМ МАЛО ВОЗДУХА Табаки уже понял что пахнет жаренным. Как итог Чёрным не выдержал извевательства над бедной девчёнкой и выдрал у Шакала ингалятор, вкладывая его в ладонь Акварела. Вдох... Снова вдох... Акварель задышала, всё так же жадно в начале и спокойно в конце. Бедный Шакалёнок аш побледнел от такого представления. Казалось что Акварель его вот вот прикончит. Другие тоже смотрели в сторону девушки. Акварель выдохнула. —Всё нормально, тако часто бывает, я совсем не злюсь! - её улыбка была полна безмятежности, но как? Как она не убила этого ублюдка? Как она так спокойно говорит и улыбается? *** Слепой сидит в Кофейнике и читает заполучиную книгу. Книга о том, что у мужчины 30 лет находят опухоль мозга, но дьявол предлагает сделку за прожлевание его жизни. Теперь каждый день исчезает один предмет. Опухоль... Слепой невольно вспоминает его разговор. Слепой брат, что умер от рака, храническая астма... Ну и поиздевались же жизнь над нею. Все о чём-то шепчутся. Лери влетает в Кофейник и летит ко столу где сидит компания Логов. Она что-то обсуждают, а потом друг за другом выбегают из Кофейника и каждый бежит в свою стаю. Слепой слышет что кто-то у самой двери говорит «Ну и терпила же та девчёнка... На каких седативных надо сид еть чтобы так отреагировать?». Сразу понятно о ком речь. Похоже Акварель уже что-то натворила.