Вода и небо

Вокруг простиралась бескрайняя зелень, сияло солнце, колыхалась вода. Амарин склонил голову, и кончики его волос защекотали шею Лололошки. Бедро к бедру, плечом к плечу — они ощущали то обжигающее тепло, которого им так не хватало в долгой разлуке на этом новом, полном испытаний этапе. — Когда я здесь оказался, то не мог как следует разглядеть истинную красоту этого места. Да и, буду честен… мне было так страшно. Я не знал, что делать с внезапно изменившейся судьбой. Впервые на моей памяти Илиар оказался неправ. Амарин припал лбом к плечу друга. И тут же в утешение на его белые, кристально чистые волосы, переливающиеся в солнечном свете, легла ладонь, и пальцы принялись перебирать пряди. — Мой первоначальный мир совершенно другой, — отозвался Лололошка. Солнце ласково грело его, заставляя сравнивать этот свет с нещадным жаром родных земель. — Вокруг высокие стены из песка, злые песчаные создания… — Он недовольно всплеснул руками, потревожив прижавшегося к нему Амарина. — И вообще везде очень много… — Песка? — Песка. Амарин усмехнулся. — Звучит тяжело. Волны лёгкими движениями сновали к берегу, нежно облизывая влажный песок. Где-то вдали слышались всплески — рыбы били хвостами о поверхность воды. — А пойдём поплаваем? — Амарин оторвался от чужого тела и заглянул Лололошке в лицо. Тот замялся, судорожно сглотнув. Толща воды пугала своей темнотой. Чем дольше он смотрел, тем больше вспоминал: как при каждом вдохе рот заполонялся водой, раздирая горло; как беспомощно, придавленные тяжестью, формики тянут его к свету; как неприятная глубь не выпускает, удерживая на самом дне. — Нет. Я… — Амарин смотрел на него в ожидании, и на его лице играла сияющая улыбка. — Я не умею плавать. Заострённые уши друга чуть дрогнули, но он не смутился. Напротив, в его глазах мелькнула искра. — Тогда я научу тебя. Не забывай, — он коснулся рукой собственной груди, — я, как член «Тайного знания», буду очень рад обучить и наставить тебя в столь нелёгком деле. На щеках Амарина проступил румянец. На бледной коже он сиял двумя огоньками. Эльф слегка отвёл взгляд. — Если ты, конечно, не против. Золотистый браслет соприкоснулся с водой, ярко поблёскивая и не давая отвести от себя взгляда. Лололошка посмотрел на протянутую руку. Верхняя одежда осталась лежать на берегу, и теперь на нем был только синий шарф, с которым он не желал расставаться ни дня. Он позволил утянуть себя в воду. Штаны сразу отяжелели, но он не обратил на это внимания, крепко сжимая чужую ладонь. — Вот ты и в воде. Как ощущения? Лололошка поводил ступнёй по дну, ощущая шероховатую поверхность. Песок скользил меж пальцев, напоминая скользкую грязь. — Мокро. Веки Амарина дрогнули, сузившись, и на его устах застыла улыбка. — Ощущение — наш первый опыт познания окружения. Око любил об этом говорить. — Его нет рядом, но я всё ещё слышу его нравоучения. Дышать стало тяжело, как только вода достигла груди. Лололошка ощутил холодок, а вместе с ним и липкий страх, сжавший горло. — Плавать легко. Для начала начнём с рук. Ладонь исчезла, и Лололошка едва сдержал порыв схватиться за неё вновь. Амарин поднял руку и его пальцы рассекли поверхность плавным движением, от которого волны мягко разбежались в стороны. — Вот так. Руки, выныривая, тяжелели, но Лололошка продолжал повторять за ним. Столь простое движение, а позволяет держаться. И этого он так боялся? — И это всё? Я думал, будет сложнее. — Спешишь. Мы только начали. — Амарин загадочно улыбнулся. — Тогда чуть усложним, раз уж ты так просишь. Теперь ноги. — Как мне? Амарин перехватил ладони Лололошки и положил их на свои плечи. — Держись за меня. И потянул за собой. Пальцы ног соскользнули с опоры. Лололошка прижался к его груди, обвивая руками шею. Он ещё ощущал дно кончиками больших пальцев, но вскоре тело поплыло по прохладному воздуху — в контрасте с горячим телом и ладонями, удерживающими его за талию. — Амарин… — Ноги, Ло, двигай ногами. Я поддержу. И Лололошка двигал. Вот только… увлечён он был не этим. Глаза напротив смотрели с нежностью, и он не помнил, чтобы кто-то хоть раз смотрел на него так же. Красивые, голубые — в них хотелось глядеть часами. — У тебя глаза водного цвета. — Да? — смутился Амарин, дрогнув ушами, и на его устах застыла улыбка. — Если у меня — воды, то у тебя — неба. К щекам Лололошки прилил жар. — Если я отпущу, сможешь сам? — Амарин склонил голову, дожидаясь ответа. Лололошка хотел попробовать. Побороть терзающий его страх. Но он не боялся. Не сейчас. — Нет, — выдохнул он в чужое плечо. — Можно ещё немного… так? — Хорошо, — дыхание Амарина опалило порозовевшее ухо. — Остановимся на ногах.