Окалина в его душе. Новая глава.

      В номере было прохладно от работающего на полную мощность кондиционера, но воздух казался густым и сладким от столкновения феромонов. За окном догорал розовый закат, а вдалеке, за крышами прибрежных вилл, застыла темно-синяя полоса океана.       На широкой кровати, утопая в хрустящих белоснежных простынях, два тела – альфа и омега – двигались в едином, неспешном ритме. Омега, молодой, со стройным телом и мягкими каштановыми кудрями, зажмуривался от удовольствия. Его лицо, миловидное и расслабленное, освещалось последними лучами солнца.       Альфа двигался с удивительной, вкрадчивой нежностью. Его большие ладони медленно скользили по бокам омеги, поднимаясь к груди, словно тот был сделан из драгоценного тончайшего фарфора. Омега стоял на коленях, подаваясь назад, навстречу плавным толчкам. Лица альфы не было видно, но было заметно, как он методично покрывает плечи и шею партнера легкими, почти невесомыми поцелуями.       Этот секс был неторопливым процессом дарения удовольствия. Тонкие пальцы омеги судорожно вцепились в мощные предплечья альфы, и на мгновение в свете закатных лучей на правой руке мужчины блеснули старые, едва заметные шрамы от когтей.       – Эй… – голос омеги прозвучал приглушенно, с легкой хрипотцой. – Всё просто нереально… но, послушай.       Альфа не прервался, лишь чуть замедлился, ожидая продолжения.       – Можешь быть со мной… ну, пожестче? – омега обернулся через плечо, его глаза блестели от возбуждения. – Придуши меня немного, заломи руки за спину… Сделай так, чтобы я завтра чувствовал, что мы тут были.       Альфа остановился и наклонился к самому лицу партнера. Длинная прядь светлых волос мазнула по плечу омеги.       – Что за дикость ты предлагаешь? – голос альфы был ровным, но в нем прозвучал холод. Альфа нахмурился, в его глазах было только искреннее непонимание. Омега слегка растерялся от такой прямоты, не ожидавший такой реакции, он немного сник, поправляя сбившиеся простыни:       – Ну… я просто хочу разнообразить процесс. Ты слишком нежный со мной. Слишком аккуратный. Будто я из сахара и рассыплюсь.       – А разве это плохо? – Альфа чуть приподнял бровь. – Если я придушу тебя, тебе будет больно. Твои сосуды лопнут, на коже останутся багровые пятна. Синяки. Зачем причинять боль тому, кто мне симпатичен?       – Ну... это же просто игра! – воскликнул омега. – Многие альфы так делают. Это же инстинкты, доминирование…       – Мои инстинкты говорят мне, что причинять боль – это не удовольствие. Доминировать можно по разному, – альфа легким движением руки прижал омегу к кровати, – Мне нравится мягко и долго. Так, чтобы после ты чувствовал себя живым, а не сломанным. Разве тебе было плохо всё это время?       – Нет, было потрясающе, правда… – омега вздохнул. – Но мне не хватает этой… остроты. Видимо, мы всё-таки не очень совместимы.       – Наверное, – легко согласился альфа. В его облике не было ни обиды, ни уязвленного эго. За двенадцать лет он выстроил внутри себя монолит, который не могли пошатнуть чужие капризы. – В таком случае, нам лучше просто разойтись. Нет смысла притворяться. Ты отличный парень, но я не тот, кто тебе нужен.       – Согласен, – омега невольно улыбнулся, оценив это выдержку альфы. – Но вообще ты классный. И за то, что не стремишься пометить меня зубами при каждом удобном случае – отдельное человеческое спасибо.       Спустя полчаса они вышли из прохладного вестибюля отеля в обволакивающую, бархатную темноту южной ночи. Воздух пах жасмином. Мужчина подбросил парня до дома на своем открытом белом внедорожнике, коротко махнул рукой на прощание и развернул машину в сторону пригорода.       Внутри него не было ни капли грусти. За двенадцать лет он научился главной вещи: не тратить себя на то, что не приносит гармонии. Это был неплохой секс, но их желания разошлись – и мирный разрыв стал самым логичным финалом. Играть в жестокость ему было не просто неинтересно – это вызывало у него какую-то брезгливость. Он нажал на газ, и морской ветер неистово заиграл в его длинных золотистых волосах, выбивая их из-под кожаного шнурка. Машина летела мимо тихих пляжей и спящих вилл в сторону тихого отдаленного пригорода.