Падение

У зелья приторно-сладкий вкус. Гарри уже привык. Привык к зельям на завтрак-обед-ужин, к препаратам, которые поступают ему в вены круглосуточно, к постоянно преследующей апатии, белой рубашке, мягкому свету и пустым, голым стенам. Больше у Гарри ничего и не было, кроме ярких, болезненных в своей реальности воспоминаний, которые настигали его каждый раз, когда он закрывал глаза или проваливался в полудрему. Они преследовали его постоянно. В этот раз зелье действует не сразу, Гарри успевает подумать о том, что лучше бы он тогда умер, лучше бы его никогда не существовало, определенно лучше, чем состояние, в котором он пребывал сейча…

***

В Большом Зале так много людей, что внутри все невольно сжимается. Гарри слегка трясет от неприятного предчувствия, Тесс успокаивающе гладит большим пальцем тыльную сторону его ладони, но ощущение, что что-то обязательно пойдет не так, преследует его с самого объявления о приеме заявок на участие в Турнире Трех Волшебников. Гарри надеется, что предчувствие его обманывает. Но не в этот раз. – Четвертый участник Турнира – Гарри Поттер! Шумный гул в зале мгновенно стихает. Гарри ловит на себе недоуменные и возмущенные взгляды и лишь две пары глаз – Тесс и Гермионы – смотрят на него обеспокоенно. Рон утыкается взглядом в пол, но алеющие уши выдают в нем злость. В гробовой тишине Гарри поднимается из-за стола, плавно высвобождая руку из руки девушки, и идет в комнату для чемпионов. Все, что он слышит – звук своих шагов и биение сердца, гулкое, частое, будто оно сейчас остановится. Гарри идет в скандал. Очередной скандал, с его именем на первой полосе. Он думает, что ему не привыкать, но легче от этого не становится. Едва за ним закрывается дверь, зал взрывается возмущенными криками. Никто из организаторов Турнира не знает, как такое могло произойти и что теперь делать. Окончательный вердикт выносит Дамблдор: – Так как Кубок заключает с представителями школ магический контракт, по условиям которого они должны участвовать, Гарри придется стать четвертым чемпионом. Этот год будет ничем не лучше предыдущих.

***

В кабинете директора мерно тикают часы и тихо жужжат различные приборы. Сам Дамблдор грустно улыбается. – Садись, мой мальчик, – говорит он, указывая на темно-серое кресло. Гарри не решается начать разговор, и, хотя он понимает, из-за чего оказался здесь, дальнейшее развитие разговора остается для него загадкой, отгадывать которую, по правде говоря, не так уж и хочется. Чего ему действительно хочется – так это хоть один спокойный год в Хогвартсе, без смертельных испытаний, травли и чертовых тайн. – Ты, наверное, понимаешь, почему я тебя позвал, – начинает директор. – Я с достаточно большой долей уверенности могу сказать, что эта диверсия была подстроена Пожирателями Смерти, чтобы втянуть тебя в опасные испытания. Из-за того, что Кубок заключает с каждым чемпионом магический контракт, за неисполнение которого расплачиваются жизнью, тебе придется участвовать. Тебя будет подготавливать профессор Грюм, а я с верными мне аврорами займусь расследованием, чтобы найти того, кто обманул Кубок, чтобы он выбрал тебя. Гарри хочется закричать и сломать что-нибудь, но он держится изо всех сил и спокойно прощается с директором. Выйдя из кабинета, он замечает около окна фигуру Тесс и с облегчением заключает ее в объятия, утыкаясь носом в шею и вдыхая ее запах кофейных зерен.

***

Целыми днями напролет Гарри преследуют неприятности. Не то чтобы он не привык, но все же это порядком раздражает. На завтраке Малфой анонсировал свои значки «Поттер вонючка», на трансфигурации Симус «случайно» пролил чернила на эссе, которое Гарри писал всю предыдущую ночь, на чарах Майкл подставил его перед профессором Флитвиком, подкинув ему перо для списывания на контрольной. Уже к обеду Гарри был зол на половину Хогвартса и думал, что хуже уже некуда, но, к сожалению, сильно заблуждался в этом убеждении. На обед весь фан-клуб имени Гарри Поттера с Колином во главе пришел в злосчастных малфоевских значках. К ужину Гарри был готов выть от бессилия: что бы он ни пытался сказать или сделать, абсолютно каждый студент теперь его ненавидел. Ему в спину летели ругательства на разных языках, скомканные бумажки и противные сглазы. Гарри был глубоко несчастен и одинок, лишь вечера в библиотеке в попытках подготовиться к совершенно неизвестному испытанию в компании Гермионы и вечерние (на самом деле ночные) прогулки и тренировки различных боевых и защитных заклинаний с Тесс не давали ему сдаться окончательно, и Гарри находил в себе силы просыпаться каждое утро и идти на занятия, зная, что впереди еще целый день издевательств.

***

Перед первым испытанием Гарри нервничает, но ровно до тех пор, пока не узнает, что ему придется столкнуться с драконом. После этого Гарри в панике. Тесс шепчет ему на ушко, что у них полно времени, чтобы подготовиться, ее горячее дыхание щекочет кожу, но ничуть не успокаивает. Гермиона штудирует учебники для старших курсов в поисках того, что может помочь, Тесс предлагает неоднозначные с точки зрения этики решения, и Гарри не то чтобы сильно против, но все же не решается принять ни один из них. Буквально за неделю до самого испытания у Гарри появляется план – приманить яйцо манящими чарами, которые они будут изучать через два года, но которыми прекрасно владеет его девушка. Тесс оказывается прекрасным, хотя и строгим учителем, и к выходу на арену Гарри готов приманивать что угодно даже во сне. Его выступление – сплошной наплыв адреналина. За две минуты Гарри успевает прожить целую жизнь и три раза чуть не умирает. Но в конце концов золотое яйцо оказывается у него в руках, и разъяренную хвосторогу уводят с арены. В палатке сразу после осмотра мадам Помфри его встречают объятия Тесс и шепот «Я рада, что ты жив» и возмущенный возглас Гермионы «Ты же мог умереть!». Гарри знает, что на выходе из палатки его ожидают репортеры, недовольный Рон, озлобленные однокурсники и маячащая на горизонте битва с Темной Леди, но здесь и сейчас он счастлив сидеть в объятиях девушки рядом с Гермионой, причитающей об опасных финтах, которые он исполнил буквально пару минут назад. Подруга не стеснялась выражать свои эмоции на этот счет с гриффиндорским размахом, чем вызывала у Гарри искреннюю улыбку. Как жаль, что нельзя провести так целую вечность и рано или поздно придется выйти наружу.

***

На следующий день после испытания к Гарри подходит профессор Макгонагалл и сообщает ему, что он, как чемпион Хогвартса, обязан открывать Святочный бал, который пройдет через месяц, в Рождество. От такой новости Гарри выпадает в осадок, ему кажется, что победить венгерскую хвосторогу в десятки тысяч раз проще, чем танцевать вальс на глазах у сотен студентов и пары десятков профессоров. Ситуацию не упрощает и то, что они с Тесс не афишируют свои отношения, встречаясь, в основном, в библиотеке, где почти никого нет, в Выручай комнате или в коридорах после отбоя, что Тесс, как староста, не очень поощряла, но никогда не могла от этого отказаться. Очевидно, пришло время это менять? По правде говоря, Гарри этого не хотелось, не хотелось никого пускать в этот островок тишины и спокойствия о котором никто не знает. Но как тогда быть? Найдя Тесс поздно вечером в библиотеке, Гарри сначала заминается, что не укрывается от внимательного взгляда его девушки, но, набрав воздуха в грудь все же начинает: – На Рождество устраивают Святочный бал, но я не могу идти туда с тобой, – и, прежде, чем она успевает отреагировать, рассыпается в неловких объяснениях. – Понимаешь, я не хочу идти ни с кем, кроме тебя, но с тобой идти тоже не могу, я хочу, чтобы это осталось только нашими отношениями, я… – Тише, душа моя, – прерывает его Тесс, касаясь указательным пальцем его губ, Гарри задерживает дыхание. – Я понимаю и разделяю твои чувства. Ты можешь… например, открыть бал с кем-нибудь другим, а потом мы сбежим в Выручай комнату, м? Гарри боялся, что девушка не поймет его, что обидится на него за нежелание показываться с ней на публике, но в очередной раз убедился, как ему повезло встретить такую, как она. Такое изящное решение ему бы и в голову не пришло. Немного поразмыслив, на следующий день Гарри решает пригласить Луну, та участливо улыбается и соглашается. Что еще больше его радует, так это то, что она совершенно спокойно относится к тому, что Гарри хочет уйти сразу после открытия бала. От всей души обняв подругу на прощание Гарри счастливый мчится на ЗоТИ.

***

Седьмого декабря три года назад Гарри предложил Тесс всего себя без сдачи. Целиком. И она согласилась, привнеся в его жизнь больше тепла, поддержки, теплоты и умиротворения. Тесс, его душа, была его островком спокойствия в этом безумном мире, который норовил сбить его с ног и сломать, втоптать в грязь и осмеять. Гарри падал, но каждый раз вставал, принимая ее руку, и ощущал ее твердость и исходящую от нее силу, успокаивающую его и настораживающую окружающих. Гарри был уверен в ней едва ли не больше, чем в себе самом. Седьмого декабря два года назад Гарри обнаружил, что может чувствовать то, что чувствует Тесс, и это работает и в обратную сторону. Через неделю поисков, они нашли ответ в древнем фолианте библиотеки Розье, который Тесс смогла достать через однокурсников и скопировать оттуда нужный абзац, с которым, в свою очередь, уже смог ознакомиться Гарри. То, что возникло между ними, называлось узами Фригг, что было крайне редким явлением и заключалось в том, что у влюбленных проявлялась ментальная связь, устойчивость которой пропорциональна силе чувств между ними. После этого он стал изучать окклюменцию, чтобы не перегружать себя, испытывая в два раза больше эмоций, мыслей и ощущений. Сейчас Гарри был уже прекрасным окклюментом и все так же без памяти влюблен, узы стали только прочнее. На это седьмое декабря он намеревается сделать своей девушке подарок, который точно согреет ее сердце и вечно холодные руки – свитер из шерсти единорога, в добавок защищающий от сглазов и несильных проклятий. В свою очередь Тесс дарит ему парные зеркала, одно из которых он сразу оставляет ей, чтобы всегда иметь возможность увидеть любимую. Остаток дня они проводят в Выручай комнате, укутавшись в плед и смотря на падающие за окном хлопья снега.

***

Вплоть до самого Святочного бала, Гарри два раза в неделю страдает на занятиях танцами, цель которых – подготовить их до того уровня, чтобы они могли не ударить в грязь лицом перед иностранными студентами. Вечерами он предпочитает тренироваться в более приятной компании, тем более, что, в силу слизеринских обычаев, Тесс отлично танцует с полдюжины разновидностей бальных танцев и охотно делится опытом. На сам бал Гарри идет уже подготовленный с технической стороны, но не вполне готовый морально. Луна ободряюще ему улыбается, и он берет ее за руку, вставая сразу за Седриком с Чжоу. Двери открываются, и снежное убранство Большого Зала нещадно слепит глаза после полутемного коридора, едва глаза успевают привыкнуть, настает черед танца чемпионов. Гарри держится неплохо, хотя обращенные на него взгляды и всеобщее внимание откровенно напрягают, и он пару раз неловко оступается, но Луна все так же мягко ему улыбается, и Гарри успокаивается, глядя на нее. После открытия бала, Гарри убеждается, что Луна в порядке и все так же согласна танцевать остаток вечера одна, и, пять раз кряду поблагодарив подругу, сбегает из зала. В Выручай комнате уже горит камин, и Тесс читает книгу в кресле у огня. До полуночи Гарри наслаждается объятиями своей девушки и умиротворяющим потрескиванием поленьев, ему кажется, в мире больше никого и ничего нет, и в груди разливается мягкое теплое чувство, которое посещает его только рядом с ней.

***

Гарри долго не может понять, что означают вопли, доносящиеся из яйца, которые, вроде как, должны быть подсказкой для следующего испытания, но вызывают больше вопросов, чем ответов. С помощью десятка разных заклинаний Гарри пробовал прослушивать эту «композицию» замедленно, ускоренно и задом-наперед, но от этого она не обрела смысл, оставаясь лишь невыносимыми для человеческого уха визгами. Однажды вечером Тесс интересуется у него, как обстоят дела с подсказкой для следующего тура, на что Гарри лишь разочарованно разводит руками. Девушка загадочно улыбается и предлагает ему сходить в ванную старост. У Гарри мгновенно краснеют уши и щеки, но Тесс, ехидно ухмыльнувшись, отметив его реакцию, невозмутимо продолжает, после чего оказывается, что, как она узнала, яйцо надо слушать под водой. Гарри, все еще красный от смущения, благодарит ее за подсказку и, переспросив пароль, мчится слушать послание.

***

На следующий день Тесс спрашивает его о содержании сообщения яйца. Гарри понуро сообщает, что у чемпионов заберут нечто важное и спрячут под водой, очевидно, в Черном озере, после чего у них будет час на поиски, иначе оно останется там навсегда. Тесс хмурится. Перспективы вырисовываются далеко не радужные: вряд ли организаторы, додумавшиеся привезти настоящих драконов на первое испытание, ограничатся чем-то безобидным на втором. Ставка будет та же – жизнь. После непродолжительного мозгового штурма, Тесс и Гарри с горечью признают, что «чем-то важным» скорее всего будет человек. После еще менее продолжительного мозгового штурма у них на руках уже предположительный список тех, кого организаторы возьмут в качестве «важной вещи». После этого Гарри ищет способы продержаться по водой час, а Тесс напоминает ему, что в озере живут русалки, гигантский кальмар и сотни различных вредителей вроде гриндилоу, которые вряд ли будут целый час держаться в стороне от участников. Гарри стонет и бьется головой об стол. С каждым мгновением ситуация стремительно ухудшается и, он надеется, хуже уже не будет.

***

Зря надеется. У волшебников на редкость мало способов продержаться час под водой. Самотрансфигурация опасна даже для опытных волшебников, заклятие воздушного пузыря тяжело в исполнении и требует периодического обновления, а жаборосли не растут в их широтах, а потому свежие экземпляры хорошего качества очень сложно достать, в противном случае можно сильно отравиться и… картинки в книгах были такие, что Гарри даже читать не стал, что с ним будет в таком случае. В итоге, после двух недель безуспешных попыток наколдовать воздушный пузырь размером со свою голову, который бы удерживал кислород хотя бы пару минут, он остановился на жаборослях. Тесс откуда-то достала горсть этих растений. – Выглядят они, конечно, не очень, но, главное, чтобы они работали, верно? – сказал тогда Гарри. – Верно, душа моя, – со сдержанной улыбкой ответила ему девушка. Гарри был готов признать Тесс своим личным ангелом-хранителем, но, в испытании она бы ему никак не смогла помочь, так что он продолжал учить защитные и нападающие заклинания широкого профиля и специально для обитателей озера, в придачу к уже выученным чарам для согревания в ледяной февральской воде.

***

В день второго испытания Гарри сам не свой. Не смотря на то, что Тесс точно не могли взять в качестве пленника, иррациональный страх шепчет обратное. Он сильно нервничает и первое, что делает почти сразу после пробуждения – тянется к сквозному зеркалу и облегченно выдыхает, когда видит там хмурое с утра лицо любимой. Тем не менее, тревога не отпускает. Взойдя на помост и глядя в темную пучину вод, Гарри осознает величину взваленной на него организаторами ответственности. Ответственности за жизнь кого-то близкого. Он себя не простит, если не сможет спасти дорогого ему человека. Хотя они с Тесс предполагали, что жертв на дне не оставят, но, имея в виду тот факт, что на первое испытание вывели настоящего, мать его за ногу, дракона, они решили не надеяться на благоразумие организаторов. Звучит судейский свисток, который означает начало обратного отсчета часа, по истечении которого будет поздно кого-либо спасать. Гарри глотает жаборосли, ждет, пока у его вырастят перепонки между пальцев и жабры на шее, и ныряет в воду. Поначалу Гарри плывет в полном одиночестве. Потом ему начинают попадаться мелкие вредители, которых он раскидывает атакующими заклинаниями, и более крупные твари, от которых приходится защищаться. В Черном озере темно и холодно. Гарри приближается к поселению русалок, на главной площади расположены четыре огромных столба, к которым привязаны пленники: Луна, Гермиона, белокурая девочка, маленькая копия Флер, очевидно, ее сестра и Чжоу Чанг. Немного поразмыслив, Гарри приходит к тому, что Гермиона предназначена для Крама, а ему нужно спасать Луну, но решает остаться подольше, чтобы убедиться в том, что спасены будут все. Когда до конца испытания остается пять минут, а Крама еще нет, чтобы спасти Гермиону, Гарри, переругавшись со всеми присутствовавшими русалками и отбиваясь от них заклинаниями, освобождает Луну с Гермионой и устремляется к поверхности. Последние сто метров на Гарри уже не действуют чары согревания, да и жаборосли уже прекратили свое действие, и он гребет, собрав силу воли в кулак, обновить чары не получается – сил на это уже не хватает. Холод пробирает до костей, рука, которой он держит девочек, словно заледенела и Гарри уже ее не чувствует. С опозданием добравшись до судейского помоста, Гарри кутается в полотенце и спрашивает подруг, все ли с ними в порядке. Как только оказывается, что это действительно так, он расслабляется, и легкая улыбка появляется на его губах. Трибуны рукоплещут. За самоотверженность и высокие моральные качества Гарри присуждают высокую оценку, что сравнивает его в общем счете с Седриком. Виктор позже подходит, чтобы пожать руку в знак уважения и убедиться, что с Гермионой все в порядке. Тогда они втроем узнают, что самотрансфигурация Виктора прекратила свое действие на середине пути и обновить ее не получилось, отчего он вынужден был всплыть, что, как оказалось было расценено, как повод к дисквалификации и вернуться назад ему не дали. Потом они с Тесс удивляются тому, какой придурок составлял правила для конкретно этого Турнира и как их вообще утвердили с такими-то испытаниями.

***

Следующие несколько месяцев проходят относительно спокойно. Днем Гарри выборочно посещает занятия и потихоньку готовится к третьему испытанию, вечером сидит с Тесс в библиотеке или Выручай Комнате и ни о чем не думает, весь мир схлопывается до темных глаз напротив и мягких прохладных рук на его плечах. Неплохо подготовленный за такой промежуток времени, Гарри чувствует себя более уверенно, стоя перед огромным лабиринтом на квиддичном поле. Это последний рывок и, выиграй он или проиграй, все будет позади: и смертельный контракт с Кубком и зрелищные способы умереть на потеху толпе. Гарри заходит в лабиринт, напоследок найдя взглядом Тесс, та ободряюще ему улыбается, открывая взгляду очаровательные ямочки на щеках, которые видит только он, только ему и предназначается эта мягкая улыбка. Но тут к ней подходят авроры в штатском и, приложив ее Силенцио и обезоружив, незаметно уводят с трибун. Гарри паникует, забыв о контракте, он хочет отказаться от участия, но вход в лабиринт за ним закрывается. Гарри пытается убедить себя, что это какая-то ошибка, и любимую отпустят, но на душе все равно не спокойно. В лабиринте Гарри идет, воткнувшись рассеянным взглядом в лозы на живой изгороди, а потому не сразу замечает, что что-то не так. Подозрительная тишина плавно сменилась перешептыванием сотни голосов на грани слышимости. Гарри в задумчивости заворачивает за угол и перед его глазами предстает Тварь. У нее множество лиц, среди которых можно узнать его родителей, Гермиону, Рона, Луну, Дамблдора и большинство его однокурсников, Тесс среди них нет. Лица разговаривают между собой и в обрывках десятков разговоров он слышит ругательства и унижения, Гарри чувствует слабость и понимает, что Тварь выпьет его до дна, если он не уйдет от нее как можно скорее. Но путь назад уже закрыла живая изгородь. Единственный выход лежит впереди. Гарри начинает обходить существо, но оно мгновенно реагирует, поворачиваясь к нему всеми своими лицами, и тьма ползет к нему по земле. Гарри понимает, что не успеет убежать. Адское пламя вырывается из его палочки и настигает Тварь, она визжит и извивается в пламени, но вскоре от нее остается лишь кучка пепла, и он, приложив усилие воли, тушит огонь. Гарри не задумывается о своей реакции ни на секунду. Хотя он мог обойтись чем-то попроще, после долгих тренировок арсенала у него хватало, он выбрал то, что подействует наверняка, хотя и является лишь условно разрешенным заклинанием. Спустя двадцать минут блуждания в лабиринте и после уже менее выбивающих из колеи встреч с соплохвостами, которых Гарри просто прикладывает Агуаменти и Ступефаем, и боггартом в форме дементора, которого он побеждает при помощи вовремя всплывшего в памяти после неудачного Патронуса Риддикулуса, он наконец выходит к центру. На пьедестале стоит кубок, сверкая в редких солнечных лучах и мерцая призрачным зеленым светом. Гарри слышит шорох позади себя и подрывается. Он не хочет больше никаких испытаний, с него достаточно, он просто хочет в безопасности обнять Тесс и уткнуться носом ей в волосы. С этой мыслью он хватает кубок и, ощутив знакомое чувство перемещения через портключ, оказывается на поляне перед лабиринтом. Судьи объявляют его победителем и приглашают на торжественную церемонию вручения приза, которая должна пройти на следующее утро. Гарри чествуют как победителя, пока он взволнованно ищет в толпе Тесс, надеясь, что с ней все в порядке. Как только Гарри удается вырваться из шумной толпы, которая его окружала, он замечает подходящую к нему с озабоченным видом Гермиону. Подруга рада видеть его чемпионом, но еще больше она рада видеть его живым. После коротких объятий, Гермиона сообщает ему, что директор Дамблдор желает поговорить с Гарри у себя в кабинете. Гарри надеется, что это поможет ему понять, что происходит с Тесс и, поблагодарив подругу, со всех ног мчится в директорский кабинет.

***

В кабинете грязно. Потолок опален, на полу валяются разбитые приборы и пара склянок с растекшимся неизвестным содержимым, небольшие обломки рам портретов и стен, но основная часть кабинета все же осталась непострадавшей. Гарри интересно узнать, что здесь произошло, но еще больше ему хочется знать, где сейчас Тесс. Директор с мягкой улыбкой приглашает его присесть в очищенное магией кресло и начинает свое повествование. С его слов, в результате расследования, которое должно было выявить ответственного за подбрасывание его имени в Кубок Огня, дало неожиданный результат: они нашли в здесь, в Хогвартсе, саму Темную Леди. Естественно, замаскированную под студентку факультета Слизерин. Следующие слова бьют обухом по голове. Дамблдор утверждает, что его девушка, не понятно, откуда он узнал о ней, видимо от директора ничего не утаишь, что она и есть Темная Леди, желающая очернить его разум и склонить его на свою сторону. Но, к счастью, благодаря тщательно спланированной операции и элементу неожиданности, им удалось арестовать ее и отправить в Азкабан. Гарри все отрицает. Его Тесс не может быть той, кто хладнокровно убил сотни людей, кто убил его родителей. Но Дамблдор настаивает, приводит свои доказательства. Гарри не хочет даже слушать ничего об этом, но доказательства достаточно убедительны. В том числе, никаких уз Фригг в волшебном мире не существует, это просто выдумка, маскирующая, вероятно, умелую легиллименцию. Директор оставляет его в одиночестве, давая возможность подумать об этом. Ему хочется выть от бессилия. Либо Тесс, либо Дамблдор, один из них точно лжет ему, и лучше бы это был директор. Невероятно больно бьет ложь близких людей. Ему даже думать не хочется, что их с Тесс отношения были нужны только для того, чтобы склонить его на сторону зла. Непрошенные мысли не спешат покидать его, гудя в голове рассерженным роем. Даже предположение о том, что Тесс могла его использовать действует хуже пыточных заклятий, и Гарри кричит. Совершенно не думая о последствиях, он разбивает пару склянок и разрушает окно и шкаф с помощью Бомбарды. Боль не утихает. Гарри невероятно несчастен в этот момент. По привычке он тянется к Тесс по узам Фригг, или что там это на самом деле, и ощущает лишь могильный холод, гнетущую пустоту и тянущее чувство, похожее на… тоску? Тогда Гарри задумчивый возвращается в свою комнату и вытаскивает парное зеркало. Отражающая поверхность немного мутнеет и показывает темноту. Видимо, в Азкабане стоят мощные щиты, через которые его зеркало не может пробиться, да и вряд ли оно при ней, скорее всего его конфисковали в таком случае.

***

Через неделю, утомленный долгими бессонными из-за раздумий ночами, Гарри, встретив утром Гермиону, втягивает ее в разговор, в котором пытается убедить ее, что Дамблдор не прав, что его девушка не может быть Темной Леди, что он уверен в ней едва ли не больше, чем в самом себе. Он пытается доказать Гермионе свою правоту, аргументируя ее тем, что Тесс была ему как ангел-хранитель, хотя могла бы просто дождаться, пока он умрет на турнире, но она помогала ему в каждом задании, благодаря ей он одолел дракона, русалок и кошмарных чудовищ в лабиринте, а теперь она в Азкабане. Гермиона сомневается. Разве мог Дамблдор ошибиться в таком важном вопросе, тем более, что он, как она поняла со слов Гарри, знал о том, что Тесс – его девушка, значит, это была крайняя мера, ведь ему незачем лгать Гарри. Она настаивает на том, что все это был прием, чтобы втереться к нему в доверие и склонить на свою сторону, сделав неспособным бороться с ней на поле боя. Гарри трясется и возмущенно шипит. Гермиона вынуждена признать, что он в данный момент выглядит почти помешанным и решает, что об этом обязательно должен узнать директор, они должны что-то сделать, чтобы вернуть прежнего Гарри. В итоге парень психует и уходит, Гермиона задумчиво глядит вслед удаляющемуся Гарри и понимает, что его, возможно, уже не вернуть.

***

В кабинете директора по-прежнему опален потолок. Гарри с горящими глазами доказывает Дамблдору, что тот ошибся в своем расследовании и игнорирует очевидные факты. Директор качает головой и кивает Гермионе. Та открывает камин и через пару секунд к ним на вызов прибывают колдомедики из Мунго. Они кутают Гарри в смирительную рубашку, он истощен и не в силах отбиться, и вскоре перестает вообще хоть как-либо сопротивляться. Гарри левитируют к камину после укола транквилизатора, а Гермиона со слезами на глазах смотрит ему вслед.

***

Гарри просыпается и отмечает, что наступили сумерки. В палате горит тусклый белый свет, раздражающе размеренно тикают часы, руки неприятно трет грубая ткань смирительной рубашки. Ему снова приносят зелья. Гарри откидывается на подушках, ощущая тупую, ноющую боль там, где находится его разбитое вдребезги сердце. Содержимое флакона привычно растекается по языку, вновь отправляя Гарри в небытие, он успевает лишь подумать о том, что у зелья приторно-сладкий вкус.