День рождения наследного принца

С каждым рассветом, приближавшим меня к восемнадцатилетию, настроение неумолимо портилось. Я становился мрачнее и раздражительнее. Это мало походило на предпраздничную суету, привычную для детей других чистокровных семей, — скорее на грозовую тучу, которая день за днём неотвратимо надвигалась на особняк Хитклифов. Дом постепенно погружался в уныние и тоску, хоть это и пытались скрыть. Отец всё чаще задерживался в банке. Гедеон разносил гостиную вдребезги куда регулярнее обычного — хотя раньше он срывался, только когда чаша терпения переполнялась, и вымещал злость исключительно на казённом имуществе. Габриэла притихла: больше не разбрасывала игрушки и не устраивала чаепитий на кухне. Даже прислуга старалась передвигаться на цыпочках. В мой день рождения умерла мама. В этот самый день Грейс Хитклиф покинула мир, оставив после себя накрахмаленные салфетки, расшитые вручную, картины собственного авторства и гору вещей, которые сразу после её смерти перекочевали на чердак и лишь недавно были разобраны. Как можно праздновать, если для всей семьи этот день — траурный? Я правда пытался не грубить и не раздражаться по пустякам, но сдерживаться получалось всё хуже. В итоге доставалось любому, кто рисковал переступить порог моей комнаты. Давящее чувство внутри не отпускало. Теперь, когда в академии начались каникулы и мы с Гедеоном вернулись домой, мне казалось, будто я переместился в прошлое — в первые два года после её ухода. Такая же звенящая, мёртвая тишина. Последний из благородного легиона 4:23 С днём рождения, Киллиан Резкое жужжание заставило меня вздрогнуть. Я тут же приподнялся на локтях, выискивая взглядом смартфон. До этого я несколько часов неподвижно лежал, гипнотизируя идеально чистый, лишённый изъянов потолок, и думал обо всём и ни о чём одновременно. Экран уже успел погаснуть, пока я пребывал в оцепенении. Я взял его, активировал дисплей, скользнул глазами по всплывшему уведомлению и быстро набрал ответ прямо с заблокированного экрана: Солнцеликий 4:27 — Ты, кажется, ошибся датой... Ответ прилетел мгновенно. Поняв, что отделаться парой фраз не удастся, я нехотя развернул чат. Последний из благородного легиона —Я поздравляю Киллиана Париса Берко — наследного принца, единственного из императорской семьи. А завтра я поздравлю Готье Хитклифа — младшего брата Гедеона, сына банкира. Солнцеликий — Это мой день рождения? 2 ноября? Последний из благородного легиона —Да. Это день рождения Киллиана. И в этот день я хочу кое-куда тебя отвезти. Ты ведь не против? Меня одолело смутное предчувствие. Сейчас четыре утра. Зная Люмьера, он вполне мог вытащить меня на улицу ни свет ни заря. Мне совсем не хотелось вымещать на нём свой негатив, да ещё и чувствовать себя при этом сонной мухой. Будто вдогонку моим мыслям на экране вспыхнуло новое сообщение: Последний из благородного легиона «Выспись. Завтра я заеду за тобой в... 15:20, сойдёт?» Я посомневался, но согласился на это время. Хотя уверенности в том, что я вообще смогу уснуть, не было никакой — Люмьер подбросил слишком много пищи для размышлений. Пожелав ему доброго предрассветья, я откинул телефон в сторону и поглубже зарылся в одеяло, только сейчас заметив, как сильно замёрзли пальцы ног и всё тело. Выходит, я родился на день раньше, чем привык считать. Но почему мой настоящий день рождения скрывали, сместив празднование на сутки позже? Как ни странно, это известие принесло покой. Удивительное, непривычное умиротворение, которого я не чувствовал всю последнюю неделю — да и многие месяцы до неё. Значит, мой день рождения больше не выпадал на день смерти мамы... Правда, об этом знали только Люмьер и я. Ну и отец,знал ли это Гедеон? возможно, тоже.