Охота

На дворе стоял погожий летний вечер, который, как мне казалось, тянулся абсолютно бесконечно. Наверное, это единственное, что мешало наслаждаться рутиной полностью — скука. Как ни крути, а спокойная жизнь может надоедать. Нет, я нисколько не жалел о своём выборе. Меня вполне устраивала жизнь в отшельничестве вместе с Ночным Волком. Я просто не видел смысла возвращаться назад, во дворцовую суматоху, да и, по правде говоря, это было бы настоящим самоубийством. Ну или полным сумасшествием, ведь людей, которые знали о том, что я жив, можно посчитать на пальцах. И меня это полностью устраивало. Как и скучная рутина в огороде и в курятнике. "Ты себя успокаиваешь". Слова волка пронеслись в голове быстро, словно он бросил это случайно, но мы оба знали, что это не так. Вздохнув, я перевёл взгляд с камина, который пытался растопить, но почему-то не выходило, на Ночного Волка. Его взгляд был, как обычно, одновременно наглым и спокойным, к чему я уже давно привык. Волк — это не собака, и даже несмотря на то, что мы связаны, не стоит ожидать от него преданного взгляда. На то он и волк. Дикий, непокорный, самовольный и наглый. Что ж, не могу судить его за то, каким являюсь и сам, да и не то чтобы мне это было нужно. Если кого-то любишь, то любишь его, как бы он ни норовил укусить тебя за руку, когда втираешь мазь в его раны, которые он получил по собственной глупости. Ещё несколько секунд посмотрев на волка, я вновь принялся возиться с камином. Вот только долго это не продлилось, ибо стоило мне приняться за работу, как Ночной Волк сначала принялся мяться на месте, затем принюхиваться, но молчал — значит, никого рядом не было. После же он и вовсе подошёл ко мне и ухватил зубами за штанину. Не сильно. Ночной Волк давно уже не был щенком, как и я не был мальчиком, так что мы оба прекрасно могли рассчитывать свои силы, если дурачились, как по юности. Правда, это жест больше относился к тому, что мой братец заскучал, и стоило бы выбраться на охоту "Может, стоит подождать, пока стемнеет?" Моя рука легла на голову волка, не гладила, просто лежала. "Когда это нам мешало выйти на охоту вечером и вернуться под утро, мой ласковый брат?" "Ты настолько заскучал? Ночной Волк фыркнул, боднул мою руку головой, явно выпрашивая, чтобы его почесали. Волк волком, а иногда он ведёт себя совсем как пёс. Но ему этого знать не обязательно. "Я заскучал ровно настолько же, насколько и ты", — наконец недовольно отозвался мой хвостатый брат. — "Нам обоим это нужно". В этом он был прав. Нам это было нужно. Наверное, потому уже через несколько минут мы шли по следам зайца. В моменты охоты мои чувства слишком сильно смешивались с волчьими, так же как и чувства Ночного Волка становились более человеческими, так что нам обоим сложно было отличить, где начинается и где заканчивается другой. В этом и была прелесть Уита. Мы оба могли забыться в охоте, став одним целым. Лес сегодня был необычайно тихим, так же как и животные в нём. Два зайца и один олень от нас просто-напросто удрали, несмотря на то, что мы потратили достаточно времени, чтобы их догнать. Уже тут можно было дать волю человеческому нутру, раз расстроиться, опустить руки и уйти. Но инстинкты волка во мне не успокоились до того момента, пока мы не выследили ещё одного оленя. Тот был прекрасным, стройным, быстроногим... Но не таким быстрым, как мы. Мне, уже с немалым опытом, потребовалось всего несколько минут, чтобы указать, как лучше напасть Ночному Волку, а ему нужно было ещё меньше времени, чтобы повалить жертву. "Мы ведь не потянем его домой? Это долго. Не для того я его сбивал с ног, чтобы потом тащить и пускать слюни". "Не думаю, что есть смысл. Мы достаточно далеко от дома". Сложно было разделить и мысли. Они сливались воедино, так же как и наши ощущения. Неудивительно, что большую часть времени мы молчали. Наверное, если бы нас кто-то вот так заметил, убежал бы прочь в страхе. Что волчья морда, что моё лицо было в крови нашей добычи. Я не удосужился стереть кровь даже в тот момент, когда смог отличать свои чувства и мысли от чувств и мыслей Ночного Волка. И всё-таки мы давно не охотились так долго, как сегодня. На дворе стояла уже непроглядная тьма, а я чувствовал, как начинали ныть мышцы и слипаться веки. Моё тело безвольно упало на землю, усыпанную прошлогодней листвой, а Ночной Волк лёг рядом, укладывая свою морду мне на ноги. "Такие ночи нравятся мне гораздо больше, чем спокойные у огня, братец". Я потянулся, чтобы погладить волка, но мои движения от усталости больше напоминали попытку нащупать его в темноте. Сон потихоньку брал своё. "Мне тоже, Ночной Волк. Мне тоже". Мне не было смысла отвечать — волк уже спал, а значит, и мне следовало. Я в последний раз взглянул на ночное небо, которое было таким ясным, каким я никогда его не помнил, и закрыл глаза, проваливаясь в волчьи сны.