Хорошие вести

— Ни за что! — некогда всегда нежное и спокойное лицо наполнилось чистой злостью и неприглядно искривилось. Глаза были полны жгучей ненависти и чистейшей ярости. Женщина не замечала, что с каждым криком из её рта вылетает слюна, а руки хаотично рассекают воздух. Дорогой пиджак был брезгливо брошен на пол. Рубашка мягкого кремового оттенка вся измялась, а брошь держалась из последних сил. Сарада никогда не видела маму в таком состоянии. Даже волосы, которые та постоянно держала в порядке, сейчас хаотично были раскиданы по плечам. — Успокойся! — отец брезгливо морщился, крепко стискивая зубы при взгляде на жену. — У нас больше нет выбора. Ситуация наихудшая, и кроме него нет никого, кто бы мог её защитить! Мать высоко закричала, топая ногами. — Ни за что! Ни за что! Ни за что! — глубокий вдох. — Я не позволю своей дочери отправиться к этому бандиту! Она не пойдёт! Утратив всякий здравый смысл, её мать бросилась на отца, впиваясь в его лицо ногтями. — Это ты во всём виноват! Из-за тебя мы в таком положении! И теперь ты хочешь избавиться от моей дочери! — Отцепись, больная! — скинув её с себя и бросив на пол, мужчина, тяжело дыша, повернулся к дочери. — Собирай свои вещи, Сарада. Тебе нужно срочно переехать. Подойдя к ней ближе, он нежно положил руку ей на плечо и повёл к выходу. А за спиной слышался звериный крик её матери, сопровождавшийся жутким грохотом. Именно таким было последнее воспоминание Саради о родителях. С тех пор прошло два дня, оба из которых она провела в дороге. На вопросы её сопровождение ничего не отвечало, лишь мило улыбаясь. Они покупали ей всё, на чём только останавливался её взгляд. Постоянно находились рядом и следили за всем вокруг. Но не давали ни с кем говорить. Никому приближаться. Они окружили её, став живой стеной от окружающего мира. И это пугало Сараду сильнее всего.

***

Выйдя из самолёта уже в который раз, девочка подняла глаза на небо, которое невероятным синим цветом утешало её за всё время путешествия. Она даже не могла сбежать, ведь не знала, где находилась. Что же она будет делать неизвестно где одна? Но на этот раз всё ощущалось по-другому. Садясь в машину, Сарада чувствовала, что всё наконец закончится. Она ощущала это каждым волоском на теле, каждым вдохом. И это придало ей сил. Пейзаж за окном машины сменялся буквально за секунды. Мгновение — и то огромное здание закончилось, дав начало следующему. Девочка удивлённо наблюдала за всем этим, прижавшись к окну, ведь никогда не видела такой оживлённости. Столько людей. Домов. Магазинов. Это всё было для неё в новинку. Но, к сожалению, её мягко прервали чужие руки, аккуратно отстранив от стекла. Встретившись лишь с улыбкой, Сарада уже даже не спрашивала, зная, что не получит ответа. — Значит, это ты та самая? — перед Сарадой стоял невероятно высокий и широкоплечий мужчина, самый красивый из всех, ранее встреченных ею. Его холодные черты лица, глубокие чёрные глаза и блестящие волосы казались ей чем-то по-настоящему неземным. Истинно, диявольски красивыми. — Меня зовут Саске. Я твой дядя, с которым ты будешь жить некоторое время. Мужчина достал сигарету и, не обратив совершенно никакого внимания на осуждающие взгляды людей рядом с девочкой, глубоко вдохнул сигаретный дым. — Надеюсь, как и пообещал твой отец, ты не доставишь мне никаких хлопот. Это была первая встреча с её единственным родственником по папиной линии. Её родным дядей в пятилетнем возрасте. Саске Учихой.

***

— Аккуратнее! Это не мешок картошки, идиот! — глаза Саске люто сверкали, и единственное, что останавливало его от кровопролития, — занятые руки. Паренёк из службы доставки испуганно дёрнулся, стараясь как можно более аккуратно продолжать нести свою ношу на второй этаж здания. Казалось, Учиха следил даже за его дыханием, недовольно хмурясь на слишком глубокие вздохи. — Если хоть что-нибудь пострадает, я лично лишу тебя самого дорогого, чем ты только располагаешь. Именно из-за таких угроз все и считали Саске Учиху бандитом. Они любили называть его мафиози, настоящим убийцей и психом, позволяя сплетням лишь разрастаться. Сарада глубоко вздохнула. Держа в руках очередную коробку с вещами, девушка быстро поднялась по лестнице, проворно огибая до смерти испуганного парнишку. Прекрасная, широкая дубовая лестница свободно позволяла маневрировать на ней, занимая очень много пространства прихожей. Невероятные стены с деревянными рамами картин привлекали внимание и вызывали лишь восхищение. В этот пасмурный первый день весны единственным хорошим было убранство их нового дома. — Я же сказал, аккуратнее! — парнишка на лестнице таки споткнулся, благополучно растянувшись на недавней ноше. Саске, видя это, начал в прямом смысле плеваться огнём. — Да я тебя, придурка, прямо здесь достоинства лишу! Только подожди, коробки на место поставлю! Дядя выглядел по-настоящему злым. Оно и не удивительно. В этих коробках были его прекрасные растения, которые он с невероятным упоением выращивал. Не желая, чтобы на них попали пыль и грязь улиц, он принял решение спрятать их в коробки. И чем же это закончилось? А ведь Сарада предупреждала. Ну, что бы кто ни говорил о её родственнике — что тот злой, ужасный, жестокий и неуравновешенный, — всё это действительно было правдой. Саске Учиха имел просто отвратительный характер, полный не только злобы, но и высокомерия. Но при этом он располагал и невероятной внешностью, которая поражала воображение. Дьявольски красивый, её дядя был просто невыносим даже для неё. «Ну, сосредоточимся на приятном». Последним же делом было обустройство новой комнаты. Пока что перед ней предстали голые стены, но ничего, она уже знала, куда и что положит. Кровать уже занимала главное место у окна. Осталось лишь дождаться остальной мебели. «Ах, возможно, стоит разместить шкаф в другом уголке, а здесь прикупить подвесной стул?» Задумавшись, Сарада спустилась вниз, обойдя всё ещё кричавшего дядю с бедным парнем. Что ж, последнему повезло, что тот не кинулся на него с кулаками. На улице было оживлённо и свежо. Недавний дождь оставил после себя бодрящую влажность и прохладу, вкупе с небольшими лужами и серым небом. В Лондоне всегда было пасмурно. Вот что первое приходит на ум, когда думаешь об этом городе. Глубоко вдохнув полной грудью, Сарада медленно выдохнула. Крики дяди были отчётливо слышны даже на улице. Внезапно её внимание привлекла фигура, которая вышла из книжной лавки напротив. Это был высокий парень с яркими блондинистыми волосами и глубокими голубыми глазами. Невинная внешность вкупе со свободным изумрудным свитером делала незнакомца невероятно уязвимым и беззащитным. Сарада замерла, забыв на мгновение, как дышать, стоило их взглядам встретиться. Юноша нахмурился, смерил её высокомерным взглядом, одними губами бросив небрежное «чего вылупилась», а после тихо фыркнул, направившись вниз по улице. Сарада поражённо провела его глазами. Такого нахальства, кроме как у дяди, она более ни у кого не встречала. «Надо же, есть люди с таким же ужасным характером, как и у тебя, дядя». Что ж душой кривить, этот юноша также не уступал в красоте её дяде. Пусть последний и имел грешную привлекательность, незнакомец, наоборот, пока не откроет рот, напоминал ангела. Сарада покачала головой. Красивые мужчины не наделены хорошими манерами — это знают все. Пусть и стереотип, но никогда ещё не был нарушен. «Ох, дождь вновь начинается». Тяжёлая капля холодной воды распласталась точно у девушки на макушке. Недовольно нахмурившись, она подняла взгляд на небо, сразу после этого услышав тихое ворчание небес. Лёгкий ветер, прохладный, но пока не слишком сильный, забрался под шоколадное пальто, подаренное дядей на восемнадцатилетие. Обгибая бока и плечи, поток пробирался точно к её щекам, ласково поднимая волосы. Её отец касался её точно так же нежно. — Иди отсюда и больше не попадайся мне на глаза! — практически шипя, Саске буквально выставил несчастного парнишку из дома, прерывая идиллию тишины города. Его бледные щёки побагровели, покрывшись красными пятнами. Очередной раз глаза окрасились в устрашающий красный оттенок, будто у зверя, а зрачки настолько сузились, что стали практически вертикальными. Вены на шее выступали, страшно пульсируя, спускаясь к оголённым предплечьям и напряжённым мускулам. Пусть на первый взгляд могло показаться, будто Саске Учиха худой и вредный, на самом деле он состоял на 90% из тестостерона. Когда дядя злился, когда он был действительно в ярости, все его мускулы показывали себя свету во всей красе. То есть он был накачанным и вредным. — Простите, пожалуйста! — истерически прокричав извинения, мальчишка запрыгнул в автомобиль, как можно скорее пытаясь скрыться. Сарада провела его спокойным взглядом. Метнув взгляд на лестницу, девушка не заметила там следов «убийства» дядиных вазонов, лишь качнула головой, заметив у последнего в руках метлу. Да, он хозяйничает по дому лишь тогда, когда дело касается его любимых растений. — Зачем мы переехали на этот раз? — задав мужчине вопрос, Сарада вновь перевела взгляд на книжный напротив. Эта лавка была невероятно красивой, ведь единственная на этой оживлённой улице сохраняла тот старинный, увлекательный вид. От подобной красоты прямо напротив у девушки замирало дыхание при каждом взгляде на неё. — Будто бы ты не знаешь, — огрызнулся Саске. Его взгляд тоже в один момент перевёлся на строение напротив, но Сараде совсем не казалось, что он видит его впервые. — Из-за дел, что натворили твои дорогие родители, мне приходится ставить под удар все мои прекрасные виллы! Я не могу так продолжать. Уже Агнесса, Марья и Левентина были сожжены, кто дальше?! Может, Агапья?! Ни за что. Мои прекрасные девочки должны оставаться в безопасности. Сарада искренне не понимала своего родственника. За те тринадцать лет, что они провели вместе, она не заметила в нём ничего хорошего, прекрасно понимая свою мать, когда та так сопротивлялась её поездке к нему. Этот мужчина был самым ужасным из всех, кого девушка только знала. У него действительно было лишь лицо хорошее, а в остальном он оставался настоящим... демоном. Саске Учиха был неприлично богат. Иногда даже казалось, что деньги у него нескончаемые. Девушка никогда не знала источника его денег и с его характером не удивилась бы, если бы тот оказался незаконным. Он чувствовал опасность кончиком своего носа. Не сосчитать тех моментов, когда Сарада просыпалась у него на руках посреди ночи под его злое пыхтение. О да, учитывая, сколько раз она была в опасности, слова отца также были полностью точны. Лишь Саске Учиха мог её защитить. Другой бы умер в первое же покушение. — Почему ты защищаешь меня? — Сарада, погрузившись в свои мысли и не переводя взгляда от лавки напротив, впервые за тринадцать лет задала дяде этот вопрос. Ведь она действительно не понимала, как такой ленивый, злой, эгоистичный и высокомерный человек может делать что-то настолько утомительное так долго. Её родители давно мертвы, она точно знает. И в деньгах дело тоже быть не может: у её родителей пусть и были финансы, но точно не в том количестве, чтобы соблазнить этого змея. Тогда почему? Дело в родстве? Да бросьте, подобное невозможно, этот человек до сих пор не может запомнить её имя. Почему? — Почему? — Саске достал из кармана сигарету, делая глубокий вдох. Точно так же, как при их первой встрече. Лениво осмотрев прекрасное здание напротив, он меланхолично взглянул на девушку, выдыхая серый дым — Потому что так было бы правильно. А я, как человек, который ненавидит поступать правильно, должен был заставить одного ублюдка молчать. Саске опасно оскалился, оголяя белоснежные зубы. — Теперь он заткнулся навеки, — пропев последние слоги, мужчина скрылся в доме, оставив молчаливую племянницу на улице одну. Вот как. Всё оказалось до смешного просто.