Злодейка крадущая судьбы // Villainess of Stolen Destinies

Лилитра не пошла к нему сразу, а задержалась в тени каменной колонны у внешнего крыла библиотеки, позволяя свету фонаря не освещать её, в то время как прохладный вечерний воздух, несущий запах смолы и старой бумаги, касался её кожи. Молодой человек стоял у ступенек, стараясь выглядеть расслабленным; его поза была вальяжной, словно он владел этим местом, хотя мог владеть разве что ступеньками, у которых стоит. Она мгновенно узнала в нём тип мужчин, считающих, что мир рано или поздно будет принадлежать им. - Высокомерный. Одна рука покоилась на поясе, большой палец зацепился за ремень, а другой рукой он лениво подбрасывал в воздух нефритовый жетон. Его взгляд скользил по каждой проходящей мимо ученице и служанке, без малейшей попытки скрыть медленный, задумчивый взгляд. Служанка, несущая тяжелую стопку свитков, попыталась проскользнуть мимо. Он не просто преградил ей путь; он сократил расстояние, пока ей не пришлось прижать свитки к груди, чтобы не задеть его одежды. Его взгляд не просто скользнул, он задержался, обводя линию ее ключицы, а затем медленно и пристально опустился вниз, отчего воздух загустел. - Осторожнее, - пробормотал он, понизив голос. Он протянул руку, пальцами слегка коснувшись подбородка, чтобы приподнять её лицо. - Девушке с такими нежными чертами лица не следует перенапрягаться. Было бы жаль видеть тебя измотанной ещё до начала вечера. Горничная залилась румянцем. Она отпрянула, затаив дыхание, и, не говоря ни слова, быстрым шагом поспешила прочь. Лилитра наблюдала за происходящим и тихо вздохнула: - Предсказуемо. Незначительный молодой господин. Не могущественный, не опасный. Просто тот, которого Небеса любили осыпать небольшими наградами, словно крошками, чтобы мир казался справедливым. Лилитра сосредоточилась. Синяя нить судьбы, привязанная к нему, посветлела, обретя ясность, и показала то, к чему вела, когда она была ближе. Старая, пыльная и давно забытая книга, такая, которую можно случайно сбросить с полки. Внутри - скрытая техника, не глубокая, не революционная, но идеально подходящая его посредственному таланту. Небольшой прорыв. Достаточно, чтобы поднять его статус. Достаточно, чтобы почувствовать себя избранным. Крошечная искорка удачи, сформированная по воле Небес. Его нить была синей, а не золотой. Она не пылала. Она не притягивала к нему мир, она просто существовала, следуя по узкой тропинке, которой никогда не суждено было достичь величия. Лилитра восприняла всё это без эмоций. Затем на мгновение промелькнуло облегчение. - Это не должно быть сложным. Инстинкты успокоили, как и молчаливое одобрение системы: не последовало никакой негативной реакции, никакой мести, никакого поворота судьбы, готового сорвать планы. Лилитра слегка откинулась назад, задумавшись. Она рассматривала свои инструменты один за другим, как ощущения в теле. Инстинкты суккуба пульсировали под кожей, без усилий отслеживая его эмоциональное состояние: похоть, легкие амбиции, неуверенность, скрытую под ложной уверенностью. От ауры очарования исходило слабое излучение. Она чувствовала его, словно тонкую вуаль вокруг себя, готовую сгуститься или истончиться при концентрации. Достаточное, чтобы отвлечь и ослабить сопротивление. Запах эмоций окрашивал воздух вокруг него в тусклые, очевидные тона - желание вспыхивало при прохождении мимо женщины, раздражение разгоралось при смехе другого молодого господина, и всё это пронизывалось постоянным оттенком самодовольства. А ещё было истощение... Эта мысль пробудила в ней медленно разгорающийся тепло, источник которого она только недавно поняла. Она замерла, когда перед ней четко сформировались два варианта выбора. Первый вариант: воспользоваться моментом. Проскользнуть в библиотеку, забрать книгу, прежде чем он до неё дотронется, перенаправить синюю нить, получить десять очков Судьбы. Чисто, эффективно и безопасно. Второй вариант: использовать истощение, чтобы не просто воспользоваться возможностью, а истощить его судьбу, его ци, его жизненную силу, быстрее укрепиться, а затем всё равно украсть возможность; большая награда, больший риск. Она оставалась неподвижной. Инстинкты суккуба говорила брать всё, без остатка. Разум сопротивлялся. Остатки её прежней жизни отшатывались от интимности задуманного, от преднамеренной манипуляции, и она чувствовала, как напряжение остаётся неразрешённым в её груди, два выбора тянут в противоположные стороны, и ни один из них не побеждает. Она простояла там дольше, чем следовало, понимая, что нерешительность опасна. Затем всплыло воспоминание о её смерти. На коленях. Беспомощной. Весь мир одобрительно смотрел, как опускается лезвие, и её существование сводится к ступеньке под его ногой, достоинство стёрто. Лилитра вдохнула. Выдохнула. Последнее сопротивление ушло вместе с выдохом. - Выживание на первом месте. Она сделала выбор и возьмёт всё - и книгу, и очки судьбы, и ци. Если позволят обстоятельства, она избавится от него позже. Отсутствие угрызений совести её нисколько не удивило. Лилитра оттолкнулась от колонны и двинулась вперёд. Ее шаги были неторопливыми, точными. Она незаметно скорректировала свою ауру, позволив ауре очарования усилиться настолько, чтобы не привлекать к себе внимания. Слуги мельком взглянули на неё, затем снова отвели взгляд, забыв о присутствии. Когда она приблизилась, молодой человек наконец заметил её; его осанка выпрямилась - взгляд стал более острым, страсть вспыхнула так быстро, что его эмоции усилились прежде чем он успел закончить поворачиваться. Он одной рукой поправил волосы, стараясь выглядеть невозмутимым: - Ну и ну... - пробормотал он себе под нос достаточно тихо, чтобы она не услышала, если бы не её родословная, - кто ты? Она встретилась с ним взглядом издалека, ровно настолько, чтобы между ними возник интерес, прежде чем отвела взгляд, словно смутившись. Эффект был мгновенным: любопытство вытеснила уверенность, и когда она прошла мимо, его внимание полностью переключилось на неё. Лилитра почувствовала, как неуклюжая волна интереса коснулась её сознания. Она была липкой, навязчивой, и она подавила желание отшатнуться. Отвращение снова мелькнуло, кратковременно и сдержанно. Синяя нить дрожала, не подозревая, что её вот-вот навернут на палец. Лилитра улыбнулась.