ִ ֹ . ⊹ ִ . ֺ .
***
Сиять в народе каждый рад,
Но, глядя на военный ряд,
Благи ли будут мысли те,
Что ты забудешь в темноте?
И, прячась за чужой спиной,
Ты станешь бегать за судьбой.
Отрады нет в твоих глазах,
Но ты продолжишь делать взмах.
Немало выльется крови:
Неважно: чуждых аль своих.
Бороться будешь продолжать,
Народ пугая, загонять.
Скажи, кто в этом виноват.
Неужто те спокойно спят?
Пока гремят мечи солдат,
Неужто те растят ребят?
Ты думал биться, отбивать,
Но не тебе было решать.
Его рука тебя сильней,
Как будто камни средь ветвей.
Пускай и твой народ был храбр,
Под силою он стал ослабр.
Ты не хотел подобных дел,
Но ждал тебя другой удел.
И в тухлом дыме на цепи,
Ты мог кричать: «Меня крепи», —
Но слово не было слышно,
Был тихим ты уже давно.
Тогда понятно было уж,
Что можно не бояться стуж.
Они, казалось, пустяки,
Не то, что были те толчки.
Могло казаться наконец,
Что много тех тусклых сердец,
Лежать осталось на земле,
Душой даваясь мрачной мгле.
Но духом падать ты не стал,
Спасаясь, уже сунул «нал».
Десятки лет бегут вперёд,
Взрослей становится народ.
Меняет время тех людей.
Кто помер уж, кто молодей:
Беречь не стали времена,
Как тропу смяли пелена.
А ты, как раньше, всё стоишь,
Не смея собирать всю тишь,
Продолжишь помнить те века,
Следя, как тихонько течёт река.
Ты станешь после вспоминать,
Кому сумел солить начать.
Кто стал бы пасть к твоим ногам,
Мечтая быть равным слугам.
Всё будет вечным в голове,
Как зимний след на синеве.
Ты не забудешь никогда,
Что понесла с собой беда.
Любая мысль будто пошла:
Ты землю бьёшь — душа пошла.
И, может, та вернётся вновь —
Хотя бы ты её уловь.
Ты станешь думать и во сне,
Сжимая пальцы в простыне.
Потом ты сядешь на кровать,
Невольно станешь вспоминать.
Картины сменятся мгновенно:
Тепло, покажется, бесценно.
Тогда ты станешь понимать,
Что поздным стало помирать.
И, кажется, что время вечно,
Но в то же время быстротечно.
Прошло ведь, словно пять минут,
А стрелки часа всё не ждут.
Не знают дети, что тогда
Была смертельная беда.
Почти любого занесло,
Не каждый смог сказать: «Прошло».
Зато, открыв свою тетрадь,
Случайный скажет: «Твою...****».
И дале здесь уйдут проблемы,
Как после грома все дилеммы.
Любой историю страны
Сечёт всего со стороны.
Нам неизвестно время то,
И что куда ушла почто.
Но помнить мы всегда должны,
Давайте будем здесь честны:
Не будь бы прошлого того,
Тогда б и нашего всего.
Народ историю хранит,
Как будто ценный та ханит.
Давайте вместе будем чтить
И павших в мыслях хоронить.
Они стояли не за нас:
Не Север даже, не Кавказ.
Они стояли за людей:
За старцев тоже, за детей.
Сдувались с дерева листы:
Не рядом от тебя цветы
Росли тогда, когда и ты,
Сжигая полностью мечты.
И пусть века сменились боем,
Мы встанем за любимым строем,
Чтоб не было той седины,
Чтоб больше не было войны¹.
