Вечер настольных игр

— Оливер, а ты уверен, что эта штука нас точно не ударит током? — с сомнением протянул Готье, разглядывая повязку от которой шли проводки к устройству, установленному в центре их импровизированного круга. Вся компания расположилась в одном из старых классов. Оливер Брум долго возмущался по поводу того, что не все из их компании попали в Соларус, но быстро остыл, когда в один из дней Оливия не нашла это место. Встретиться всем вместе без лишних косых взглядов они хотели уже давно. — Уверен, — важно кивнул Брум, распределяя датчики так, чтобы у каждого оказалась повязка на голову и небольшая подставка под руку. — И в чём же заключаются правила? — разглядывая подставку, спросил Леон. — Ну, мы надеваем эти датчики на себя и по очереди отвечаем на вопросы на этих карточках, — парень показал на стопку слева от себя. — Если загорается зелёный, — он указал на приборную панель, где были два светодиода, — то засчитывается балл. Если человек сказал неправду, то ничего не засчитывается. — А если, допустим, я не хочу отвечать на вопрос? — с сомнением протянул Лоу, неодобрительно смотрящий на новую игрушку Брума. — Тогда минус балл, — хмыкнул Оливер и надел на голову датчики. Остальные последовали его примеру, и спустя пару минут все наблюдали, как парень включил игру. Приборная панель загорелась, и Оливер, нажав пару раз на какую-то кнопку, деловито сообщил: — Для более точной игры давайте проверим, как всё работает. — И как это сделать? — неуверенно спросил Готье, чувствуя, как ладонь, лежащая на сенсоре, начала предательски потеть. — Ви, ответь ты Оливия Брум? — обратился Брум к сестре. Та на секунду замешкалась, но всё же ответила: — Да. Зелёная лампочка на пару секунд зажглась. — Вот так, — торжественно сообщил всем Оливер, а потом повернулся к Леону. — Тебя зовут Леон Кагер? — Да, — уверенно кивнул Леон. Зелёная лампочка вновь загорелась. У Готье же в это время остановилось сердце. Он мысленно перебирал все способы отступления, но понимал, что если сейчас откажется отвечать даже на такой пустяковый вопрос, то это будет как минимум подозрительно. Особенно он не забывал о том факте, что Скэриэл уже знал о том, что он приёмный. — Скэр, — Оливер уставился на полукровку. — Ты Скэриэл Лоу? — Да, — уверенно заявил тот. Лампочка с красным индикатором загорелась, и машина оповестила их всех неприятным звуком. — Странно, — растерянно протянул Брум, нагнувшись к машине и проверяя, правильно ли подключил все провода. — Может, глюк какой? — Скорее всего, — нервно усмехнулся Скэриэл. Но все, кроме Готье, не придали этому значения. — Ладно, — протянул парень после того, как перепроверил подключение. — Давай тебя, Готье, проверим. Готье, который на секунду позабыл о своей проблеме, снова вытянулся как струна. — Ты Готье Хитклиф? — Д-да. Миг — и красная лампочка снова зажглась. Скэриэл и Готье тревожно переглянулись. Оливер снова озадаченно нахмурился и полез к проводам. Леон и Оливия непонимающе уставились на прибор . — Может, это брак? — предположила девушка. — Думаю, да, — ответил ей брат. — Скэр, соври о чём-нибудь. Посмотрим, как среагируют датчики. — О чём? — озадаченно спросил полукровка. — Ну о чём-то совсем бредовом. Например, ты сын Уильяма Хитклифа ? — Нет, — опешив, ответил полукровка на автомате, сам не до конца осознав, что этим подставляет себя. Лампочка загорелась зелёным. Готье во все глаза уставился на Лоу, который старательно пытался избежать его взгляда. — Ну вот, — заулыбался Оливер. — Так он же соврал, — не до конца поняла радость брата Оливия. — В том-то и дело, — поспешил объяснить парень. — Тут, похоже, брак. Когда Готье и Скэр врут, загорается зелёная лампочка, а когда говорят правду — красная. Немного неудобно, но всё равно можно продолжать играть. Готье и Скэр снова переглянулись. — Давайте начнём, — торжественно объявил Брум. — Оливия, начнём с тебя. Взяв первую карточку, он поспешно спросил у сестры: — Ты когда-нибудь пробовала алкоголь? — Да, — не моргнув глазом, сообщила девушка. Зелёная лампочка загорелась. — Какие-то детские вопросы, — фыркнула она. — Леон, ты когда-нибудь прогуливал школьные занятия? — задал Кагеру вопрос Брум. Тот замялся, но всё же ответил: — Да. Но это было из-за репетиций и выступлений. — Ну это понятно, — махнул рукой Брум, потянувшись за следующей карточкой. — Да они издеваются! — Что там? — с интересом придвинулся к нему Леон. — Вопросы какие-то детские, — недовольно пробурчал тот. — Скэр, ты когда-нибудь убивал человека? — Нет, — поспешно ответил Лоу. На ответ полукровки датчик снова издал противный звук, а лампочка загорелась красным. — Вот я об этом и говорю, — не унимался Оливер. — Вопросы детские. Готье же на недовольство друга совершенно не обращал внимания, сосредоточив всё своё внимание на полукровке, поэтому нервно подпрыгнул, когда обратились уже к нему. — Готье, ты когда-нибудь целовался? — Оливер отложил карточку и с интересом уставился на покрасневшего парня. — Нет, — замялся тот. Прибор снова издал противный звук. Для большинства это означало, что он сказал правду. — Даже так? — удивлённо протянул Брум, уставившись на друга. — Не вижу здесь ничего такого, — покачала головой девушка. — Нам всего по семнадцать. — Ой, да ладно, — закатил глаза Оливер. — Многие уже в нашем возрасте целовались. Я думаю, даже Леон. — Не приплетай сюда Леона. Он, в отличие от тебя, более воспитанный, — фыркнула девушка. — Да ладно, что тут такого? Леон, ты когда-нибудь целовался? — Оливер уставился на Кагера. — Нет, — отрицательно покачал головой тот. Прибор противно запищал, и все уставились на него. На секунду все как-то позабыли, что были подключены к этой машине истины. — Слушайте, я как-то не особо хочу в это играть, — протянул Кагер, снимая с себя датчики. — Мы тоже, — хором сообщили Готье и Скэриэл и тут же уставились друг на друга. — Я согласен, — кивнул Оливер. — Вопросы тут скучные. Думаю, игру нужно доработать. — Только, пожалуйста, без меня, — сообщила ему Оливия и, сбросив датчики, поспешила выйти из кабинета. — Не желаю отвечать на твои пошлые вопросы. — Эй, Ви, постой! — Оливер тут же подорвался за сестрой. — Думаю, мне тоже пора, — скромно сообщил Лоу и Хитклифу Леон и тоже поспешил выйти из кабинета вслед за близнецами. Готье и Скэриэл остались сидеть в кабинете одни, всё ещё подключённые к детектору лжи.