Неоднозначные сигналы

Джон стоит в коридоре перед громко захлопнувшейся дверью в спальню отца, слыша, как щёлкает замок. Солдатик заперся изнутри. Джон стоит так целую минуту, пытается осмыслить. Он бы сейчас всё отдал за одну только способность видеть сквозь предметы. Увидеть выражение лица своего папы, как он двигается, что он делает сейчас... Проходит целая персональная вечность, прежде чем он поднимает руку и робко стучит. Тишина. Он стучит ещё раз. - Спать иди! Хоумлендер подчиняется. * * * * Впервые за несколько месяцев Джон лишён привычной возможности поедать глазами роскошный мускулистый торс своего отца, потому что впервые за всё время Солдатик готовит им завтрак, заморочившись натянуть на себя футболку. При чём, даже не обтягивающую... Глаза Джона испытывают огромное разочарование. Пока Бенджамин колдует над сковородкой, вбивая в яичницу овощи, сосиски и бекон, Хоумлендер пытается осмыслить, пытается понять... За последние несколько месяцев их отношения стали теплее, чем когда-либо прежде. Солдатик его вытащил из Штатов, забрал с собой в Канаду, полностью обеспечивает и заботится о нём. Все эти прикосновения, тёплые взгляды... Несколько раз они даже целовались. Неужели всё это ничего не значит? Джон понял не верно? Напрасно вчера полез в отцовскую спальню? Зря опустился на колени? Он... всё испортил? Напряжение копится и копится, и выплёскивается вопросом, когда перед ним опускается аппетитная тарелка с горячей яичницей и стакан апельсинового фрэша. Он спрашивает прямо, что сделал не так. - Я видел. - отвечает Солдатик. Тон у него похоронный. Он даже вилку откладывает, передумав есть. - Что...? - Твоё предложение Бутчеру. Крутили по всем каналам месяц назад. Мне такое предлагать не надо. Я тебя спас, потому что ты - мой. А не ради того, что ты там предлагал... - Но я хочу этого! - ? - Я хочу этого! Пожалуйста. Давно. Не потому что ты меня спас, а потому что ты мой па... Солдатик хмурится, перебивает: - Лучше не продолжай. Джон подчиняется и этим утром привычный сладковатый апельсиновый сок кажется Джону лимонным, кислым-кислым. * * * * Вечером, вернувшись с работы, Солдатик прижимает его к стенке и целует до трясущихся от возбуждения коленок. И когда Джон уже растаял в его объятиях, уже рассчитывает на большее, возбуждён и жаждуще засасывает губами мочку отцовского уха, от него вдруг резко отстраняются, чмокают в макушку и этот подлый сексуальный агрессор, в очередной раз его соблазнивший и оставивший без сладкого продолжения, как ни в чём ни бывало идёт готовить им ужин. Хоумлендер, возбуждённый и растрёпанный, сползает по стене в тёмном коридоре прихожей, потому что ноги не держат его ослабшее от похоти тело.