Глава третья - Боевое крещение
15 июня 2026 г., 17:57
19 Февраля 3076 года. Техноград. Штурмовой комплекс №4
После окончания недельных выходных в честь дня рождения Республики граждане вновь вернулись на свои рабочие места. Работа в столице всегда имелась: от ремонта тостеров до производства военной техники. Пролетарии военного завода всегда задавались вопросом, что же скрывается за закрытым шлюзом. И сегодня они получили ответ. Зайдя внутрь, они увидели прораба и стоящего рядом с ним дрона в чёрной броне, которую впервые видели. Эмблема штурмового корпуса на фуражке командора — красная шестерня, пронзённая мечом того же цвета — поблёскивала при свете двух лун сквозь открытое потолочное окно. Тут же, как только они зашли, окуляры командора чуть зажглись и сразу погасли. — Гражданские юниты, — безжизненным, механическим голосом сквозь маску прохрипел офицер, — отныне этот завод переходит под юрисдикцию штурмового корпуса и на его нужды. Все инструкции переданы вашему прорабу. Удачной смены. Не успев ничего сказать, пролетарии узрели, как штурмовик взмыл вверх с помощью реактивного ранца за спиной, а его плащ прижало под действием давления струи. В немой тишине, в темноте на фоне лун, был виден чёрный силуэт, с каждой секундой отдаляющийся от завода. — Кхм, кхм, — специально прокашлявшись, прораб стал объяснять: — В общем, сегодня работаем как обычно. А завтра переходим на новый план. Главное командование уже всё подготовило, все вы будете отправлены на квалификацию и переобучение. Новые пропуска и номера получите на вахте. Все, за работу. Услышав приказ прораба, пролетарии устремились туда, где кто работал. Несколько электриков спустились вниз для проверки и технического обслуживания трансформаторов. Над ними послышался звук работы сборочного аппарата в самой дальней части завода, в сборочном цеху. Манипуляторы быстро собирали башню и корпус зенитки воедино. Завод ожил. К моменту когда производство достигло своего пика, командор сближался с аэролинкором «Молот» — огромной махиной, прятавшейся за облаками. Его серый прямоугольный корпус, состоял из титано-вольфрамового сплава. На обоих боках, у самых краёв — по одному в носовой части и по одному на корме — были установлены мощные реактивные двигатели. А грави-ядро позволяло, почти не тратя топливо корабля, бесшумно зависнуть в воздухе. Снизу, на днище, располагались орудия: ракетницы, тяжёлые пулемёты, эми пушки, а также ангарный шлюз, откуда вылетала штурмовая авиация для поддержки с воздуха. На передней части находился капитанский мостик — именно туда командор и держал курс. Командор подлетел и спустился чуть ниже мостика, войдя в слабо заметный отсек. Через него он пошёл по узкому коридору прямо к Верховному Главнокомандующему. Поднявшись наверх, он встретил уборщика, который чуть не упал от грубо вошедшего штурмовика. Офицер не обратил на него внимания и пошёл к дверям мостика. Как только он подошёл к гермодверям, они, с характерным лязганьем, открылись. Командор, так же грубо войдя на мостик, встретил Владимира, который в своей манере сидел в кресле, закинув ногу на ногу. — Товарищ Верховный Главком, — произнёс он ледяным голосом. — Последний спящий штурмовой комплекс запущен. Владимир, сняв шлем-маску, произнёс своим настоящим голосом: — Чтож, отличная новость! — Отпив свежего масла, Главком продолжил: — Скоро Матвейчук завершит "штурмовизацию", хех. Видел, как его ядро дрыгалось при переносе сознания в новое ядро. Фридрих сказал, что это должно быть очень больно. — Наконец он выпил всё масло и вновь заговорил: — Но зато! Штурмовики неуязвимы к влиянию вычислителя, и отчасти угроза того, что нас сожрёт своя же армия устранена. А в случае, если нас всё таки всех пожрут, Матвейчук возьмёт власть в свои руки. Командор, услышав о падении власти, вмиг активировал протокол проверки верности высшего эшелона власти и его окуляры зажглись красным. — Вы не верите в то, что Республика устоит? Владимир усмехнулся и с улыбкой на лице ответил: — Мда, Олегу нужно ещё доработать ваш самостоятельный интеллект, а то вы так всех генералов перебьёте. Надеюсь, к моменту, когда Матвейчук закончит процедуру, финальный патч будет готов. Командор, услышав это, деактивировал протокол, и его окуляры погасли. — Протокол проверки высшего эшелона власти деактивирован. Каковы будут ваши приказания? Владимир, выдохнув, лениво сказал: — Займись чем угодно. И это... не пугай никого, а то аптечки почти кончились. Штурмовик, отдав честь, отчеканил: — Так точно. Штурмовик повернулся на месте и вышел из мостика. Дальше он отправился в гибернацию на нижних ярусах корабля, ожидая приказа. На приборной панели высветилась прямая линия связи: Владимиру пришёл приказ от председателя о возвращении в док. — Хорошо Олег, я понял, уже возвращаюсь! Как там, кстати, Матвейчук? — На пределе. Но не умрёт, как остальные. — Хорошо. Ты же ведь успеешь доделать патч? — Да. Увидимся. — Ага. Владимир нажал на панель прямой связи с бортовым ИИ корабля: — Бортовой ИИ, слушать мою команду: ход на максимум, держим курс на авиабазу двадцать три города Дронска. Бортовой ИИ благородным голосом подтвердил: — Принято. Курс взят, двигатели запущены. Расстояние: шестьсот пятьдесят километров. Примерное время полёта: пятьдесят пять минут. Корабль чуть наклонило вперёд: двигатели пустили мощные реактивные струи, а их сопла начали тяжело разворачивать гиганта в сторону Дронска.Двадцать третья авиабаза. Город Дронск. Три минуты до посадки.
За панорамой мостика виднелись огни П-образных доков, а также окружающий их горный массив. На их тёмно-серые стены падал белый свет от раскинутых на всю длину световых магистралей, а магнитные фиксаторы выезжали из открывшихся заслонок для стыковки корабля. Эта форма была специально спроектирована под корпуса типа «Молот». Также база служила стоянкой и ремонтной станцией для более мелкого летательного транспорта — например, для той же штурмовой авиации. «Молот», разогревая воздух вокруг себя, снизился для посадки. При снижении все и без того обгоревшие остатки деревьев стали пеплом окончательно. Бортовой ИИ дал команду о подготовке грави-ядра и уменьшении хода для более плавной фиксации. Корабль с каждой секундой выпрямлялся. На панели связи с Владимиром связался диспетчер: — Буревестник-3, мы наблюдаем вас в поле зрения, подтвердите готовность к посадке. Фиксаторы выставлены. Персонал готов вас встретить. — Подтверждаю. За 30 метров до вхождения корабля в док каждую его часть — от нижних палуб до верхних систем ПВО — сотряс оглушительный рёв и мощная вибрация, создаваемые двигателями «Молота». Абсолютно любой работник мог ощущать вибрацию на себе. Но конструкция базы была рассчитана на монструозные нагрузки, поэтому все, кроме совсем уж новеньких, не обратили на гул и тряску внимания, а стали готовить специнструменты и бригады для обслуживания корабля. Магнитные фиксаторы сработали на всю мощь: между магнитом и корпусом промелькнули электрические искры, а в следующую секунду произошёл громкий металлический лязг соприкосновения. Все четыре магнита полностью зафиксировали объект, а гул с вибрацией постепенно стал стихать, сменившись шумом рабочих и звуками работы подвесного конвейера. Бортовой ИИ стал задвигать двигатели обратно в корпус для будущего осмотра. «Молот» наконец зафиксирован и пришвартован. В самой нижней части носового борта развернулся трап, по которому ожидавший этого Владимир начал спускаться. Главком, обратно надев свою маску, вышел наружу. Когда он ступил на палубу, из дверей техпомещения, таща за собой инструментарий, выбежали ремонтные бригады. По пути они поприветствовали Верховного и скрылись в коридорах корабля. Тут же, из этих же дверей, вышел адмирал воздушного флота. — Вован! — хмельным голосом окликнул он Владимира. — Ну что? Как тебе обновлённая система распределения топлива? Владимир, через свой мягкий и спокойный вокодер ответил: — Это чудо, Алексей! Я пять дней летал без дозаправки, и этот колосс ещё дня два будет спокойно летать! Алексей, незаметно для камер, достал чекушку из под мундира и предложил: — Не хочешь ли зайти ко мне? Там Петрович привёз целый ящик, с нами ещё и Михалыч будет. Владимир разочарованно разъяснил: — Не, не могу. Мне по приказу нашего лидера нужно ехать к штурмовикам. — А разве это не Матвейчуку надо? — В том то и дело, надо, но он не может. Он проходит "штурмовизацию". Я думал ты знаешь. Неловко почесав голову, Адмирал со стыдом в голосе ответил: — Да я пил тогда... Юбилей же, шестьдесят лет. — Ну с прошедшим тогда. Ладно, я пое... — не успел договорить Владимир. — Подожди. Я хочу показать те штуку, на ней ты и поедешь. Пошли за мной. Они прошли вглубь техпомещения к дальней стене с панелью для вызова лифта. Адмирал нажал на кнопку самого нижнего этажа — гаражного отсека, который выходил прямо на улицу. Спустившись, Алексей провёл Владимира к одиночно стоящему транспорту обёрнутому в белую ткань. Адмирал скинул её и представил технику: — Вот! Он единственный в своём роде на этой планете. Владимир несколько секунд обрабатывал увиденное и восторженно воскликнул сквозь вокодер: — Д.. Да э-это же ховерцикл какого то бывшего корпоратского богатея! Где ты его откопал? — Не я, а Фридрих. Он просил передать: Когда доедешь, оставь ховерцикл снаружи. А после дозорные перегонят его в транспортник и он полетит в Металлургск, чтобы разобрать э-э-э... ну точнее вытащить плазменный движок, а остальное на переплавку. Главком, раздосадованный этой новостью, тихо отозвался: — Ладно. А ведь такой... красивый. Перед отправкой в утиль Владимир решил запечатлеть всю красоту уникальной техники. Он обошёл его со всех сторон. Его белый корпус с гравировкой «JCJenson» говорил о его качественной сборке, что даже спустя тридцать шесть лет с момента взрыва ядра байк выглядел отлично. Все системы работали без нареканий, не было никаких задержек в управлении. Были лишь мелкие потёртости. Сам силуэт ховерцикла напоминал каплю, в хвостовой части был тот самый плазменный двигатель. Вся эта информация отражалась в интерфейсе маски Главкома, и от неё становилось ещё грустнее. Ключи уже были в зажигании. Поэтому, не теряя времени, Владимир сел в элегантное кресло и завёл ховерцикл. Транспорт завёлся практически бесшумно, и Владимир, попрощавшись с Алексеем, плавно полетел вперёд, паря над полом отсека: — Пока! Увидимся ещё. Алексей, маша рукой, ответил: — Ага. Удачи! Отъехав на безопасное расстояние от гаражного сектора, Владимир включил «драйв». Двигатель завыл как гоночный болид и машина резко начала ускоряться. Выехав за границу Республики, оптический сенсор маски зафиксировал заброшенные здания людей — где то там, на верхних этажах, снайперы охраняли периметр. Оставив их позади, Главком без каких либо проблем понёсся на максимальной скорости.Через два часа. КПП аванпоста штурмовиков.
Перед воротами, с утихающим гулом работы плазменного двигателя, завис ховерцикл. Владимир слез с него и пошёл к КПП. Дозорные, проходившие мимо для погрузки машины и её дальнейшей транспортировки, отдали честь. Главком прошёл без проверок, ведь начальство было предупреждено. Пройдя во внутренний двор аванпоста, он зашёл внутрь здания, где искал Высшего командора. Высший под номером семь стоял неподвижно, уже ожидая Главкома. — Опа! А вот и ты! Ну как, всё готово? — радостно, в предвкушении будущей зачистки, воскликнул Владимир. Командор медленно перевёл взгляд на него и отрапортовал: — Так точно. Три взвода Штурмового корпуса уже готовы к активации. — Он наклонил голову и спросил: — Но разве зачистка не должна быть в марте? Патч ещё не готов. — Председатель сказал, что отсутствие патча не помешает. — Устало сев за стол, где лежал планшет с картой сектора, Владимир продолжил: — Конечно, жаль, что товарищ Матвейчук не сможет принять участие, хотя он должен был быть куратором. Но ничего, записи, думаю, он посмотрит с удовольствием. Если он вообще что то будет чувствовать. Главком взял сверкающий синими точками вражеских позиций планшет в руки и посмотрел на карте точное месторасположение противника. Всё было готово. — Высший командор, начинайте через пять минут. Я пока пошлю птичку в небо, хочу понаблюдать сверху. Седьмой номер дал команду выстроиться для атаки с воздуха. Штурмовики встали в ряд, их тактический интерфейс быстро просчитал траекторию полёта, а реактивные ранцы уже были готовы взмыть в небеса. — Полная аннигиляция, в плен никого из дефективных юнитов не брать... В бой! — скомандовал Командор. Из открывшихся люков на крыше здания один за другим вылетели вороны смерти. Именно так в недалёком будущем враги Республики будут называть весь штурмовой корпус, параноидально боясь, что именно по их ядра прилетят красноглазые и безмолвные чудища. На весь квартал разносился единый гул из трёх десятков двигателей ранцев. А где то над штурмовиками летел самый обыкновенный БПЛА, транслировавший всё происходящее Владимиру прямо в шлем-маску. На горизонте показались смотровые вышки вражеской базы. Командор отряда под номером один по рации приказал зависнуть и начал давать указания: — Стоп. Двадцатый и Десятый, со своими группами отправляйтесь вниз к воротам. А я с остальными начну штурм их командного штаба. Выполнять! Двадцатый и Десятый одновременно отчеканили: — Так точно. Приступаем. Командор и ещё девять штурмовых юнитов со свистом обрушились на головы врагов. Один из штурмовиков приземлился с такой силой, что рядом стоявшего бандита отбросило на добрые три метра. Тот поднял свою искрящуюся голову на тёмную фигуру и застыл в немом ужасе. Перед ним стояла знакомая фигура, с виду похожая на рядового солдата Республики. Но этот был массивнее и выше дрона рабочего. Его шлем маска выглядела обычно: такая же каска, тот же съёмный лицевой щиток с вокодером — сама маска — и те же окуляры. Но сама форма была вытянута, а с первого взгляда обычные стеклянные окуляры горели красным цветом, что означало лишь то, что штурмовик фиксировал каждого противника вокруг себя. Из дота по элитному юниту Республики прогремели десятки пулемётов. В этот же миг один из штурмовиков с помощью своей реактивной винтовки «Ураган» начал уничтожать пулемётные позиции одну за другой. Те пули, что успели долететь, звонко отлетали или расплющивались, так и не пробив броню. Грудная пластина была спроектирована так, чтобы она поглощала девяносто процентов повреждений от осколков, а также ближнего и свинцового оружия без вреда для дрона штурмовика. На ней были еле заметные рикошетные углы, а также несколько слоёв из неизвестного материала, о котором знал только создатель штурмовиков, Олег. Пули звонко бились о наплечники штурмовика, пока он шёл к раненому бандиту. Он быстро, чуть ли не прыгая, приблизился к раненому и резко, мощной хваткой вытащил ядро и сдавил его. Бросив труп в ближайшего стрелка, штурмовик достал пистолет гранатомёт и выстрелил в двери командного штаба. Сидевших внутри бойцов расплющила вылетевшая стальная дверь. Стоящий рядом главарь изумлённо смотрел на это. — Что это?! Сначала таинственная пропажа всех групп ищеек, Надзор сюда сувался, а теперь ещё и это?! Сверху послышались тяжёлые шаги, это был Командор. Он наставил на голову главаря револьвер и сказал: — Это правосудие и ваш вердикт, дефект. Это лишение права существовать. Выстрел. Все суставы главаря зыстыли и его тело повалилось вперёд, а из отверстия в голове потекло масло. Сразу же в помещение зашли Десятый и Двадцатый и добили оставшихся там бойцов. Они подошли к Командору и отчитались: — Внешний периметр чист, — отрапортовал Двадцатый. — Все дефективные юниты вокруг штаба уничтожены, — закончил Десятый. — Ожидайте снаружи, — приказал командующий. Суб-командоры покинули помещение и подозвали к себе остальных. Командор поднялся обратно, двое из его солдат, с которыми он облетел всю базу, уже закончили взламывать базы данных преступников. — Командор, все карты, ключи и список их главарей в этой области переданы лично Верховному Главнокомандующему. Можем улетать обратно. Командор связался со всеми и отдал приказ: — Всем трём взводам. Возвращаемся назад. Три штурмовых взвода полетели обратно и за всем этим наблюдал Главком. Послав беспилотник на базу и отключившись от него, он радостно усмехнулся: — Седьмой! А ты хорошо всё продумал! — остановившись на секунду, дальше продолжил полушёпотом, скрестив руки: — Страшно для врагов представить, какими вы будете в своей доделанной форме. — Это наша работа, — отчеканил Высший командор. Владимир услышал гул за окном. Он встал и увидел, как шаттл с раритетом внутри взлетает и с мощным импульсом уносится в сторону Металлургска. — Эх, Фридрих, жестокий ты дрон. Такую красоту... на переплавку.В то же время у Фридриха. Киберград.
Фридрих сидел неподвижно, и пил своё, лично созданное пиво. Он никому его не давал. Вдруг ему пришло сообщение от Владимира. > Дебич жадный и не ценящий ничего, кроме своих бумажек. Шаттл улетел туда, куда ты и просил. Пока. Фридрих посмотрел на сообщение и хмыкнул: — Имбецил. Фридрих продолжил пить и невольно перевёл взгляд на старое фото. Оно стояло в рамке на столе. Там были он и Олег, они стояли вместе с другими четырьмя дронами и какими-то людьми. Фридрих начал проворачивать те события, с которых начался весь тот ужас, что поглотил галактику.
