«Hollow»-пустота

Весь организм был под сплошным состоянием отрицания всего происходящего. Сейру вели два незнакомых человека: мужчина, более худой, чем Стив, девушка, чуть выше Морганы. Оба в медицинских масках, белых халатах. По их взгляду можно было подумать, что они перетаскивают хлам, или пришли за какими-то бумагами. Но с этим безразличием и отрешенностью они и довели под мышки Сейру, предварительно сковав её руки в обычные наручники. Пройдя снова через холод коридора и слушая монотонное звучание ламп, девушка оказалась в небольшом, но свободном помещении. Ближе к правой стене от двери стоял… стул. На это железное, не аккуратно сваренное, с какими-то большими и маленькими болтами и кожаными ремнями нечто её и посадили. Вырваться из такого кажется невозможным просто при взгляде на него, а когда сел, осталась только безысходность и огромное нежелание узнать то, что будет дальше. Ожидание не было долгим, очень скоро в «палату» вошел Стив, в белом халате. Он слегка улыбнулся, даже не поворачивая головы к Сейре, может быть, это было приветствие. Его внимание уже было обращено к голубому, с отколупливающейся белой краской, достаточно большому шкафчику. Открыв дверцы, Стив начал искать то, что ему было нужно. В комнате также было два стола, на одном - немного бумаг и канцелярские предметы, на другом - кейсы с неизвестным содержимым, черные такие, без всяких замков, пластмассовые, не большие. Была еще вешалка, железная, высокая. Прозрачный шкаф с большой вытяжкой. Еще шкаф у двери, полка с кружкой, искусственное маленькое растение, покрытое толстым слоем пыли и слегка желтоватое, хотя, может так свет падает. Освещение тут было гораздо лучше, чем в коридоре и тем более, чем в помещении с камерами. Стив вытащил какие-то большие ампулы с маркировкой маркером. Потом, подойдя к другому шкафчику, достал разноцветную небольшую коробку и взял оттуда шприц. Тошнота поднялась резко, вместе с головной болью под руку. Сейра не хотела, не могла тут находится, она мечтала вырубиться и желательно не просыпаться пока это все не кончиться. Но может как раз это сейчас с ней и сделают, не просто так он же шприц достал с какой-то хренью… Девушка сделала вдох, когда Стив начал приближаться. Это, естественно не осталось не замеченным, но полностью проигнорировано. - имела связь с веществами? - спросил Стив ровным тоном, склонив голову набок. Он любил повторять действия своей матери, хотя абсолютно не переносил её, но со временем ненависть сменилась безразличием. Она часто говорила спокойно, убивая только своим присутствием, спрашивала, будто невзначай, о его проступках, будь то прогул в школе или порванные джинсы. Она никогда не кричала на него, но частенько раздражалась, когда Стиви приходил не вовремя домой. Это «не вовремя» - тот момент, когда мать отмывала пол в коридоре. Огромный след, отпечатки рук даже на стенах, на входной двери, словно кто-то полз, но, естественно, уйти ему никто не дал. Она говорил: «не раньше, не позже. Марш в комнату!»- строго, твердо, не поднимая взгляда на сына. Такое случалось часто, и до десяти лет Стив был уверен, что все нормально. Но малая дружба с другими детьми и их рассказы о своих семьях показали ему, что нет. Почти ежедневная кровь на полу - только у него. Только у него тебя могут кормить с утра огромными бутербродами с красной и черной икрой, креветками, мидиями, каким-то деликатесами, а уже после школы едва не продать какому-то культу, бандитам, или просто не сдать в детский дом. Соц опеку не сильно волновало, отец щедро платил всем, когда мог, когда не мог - «не раньше не позже. Что встал? Иди в комнату!» со звуком отжима тряпки слова из уст матери сыпались снова и снова. А потом, он забил, потому что устал, хотя больше, потому что привык. Не было объятий, был свист чайника по утрам, «одно слово - с тобой будет также» с серым взглядом отца, сплетни одноклассников, кровать. А потом и сам начал убивать. И это все, что он умел. Это не интересовало его, как и ничто другое. Но, когда он совершал акт насилия - все его чувства выстраивались в четкую структуру, в мыслях был идеальный выверенный план, движения - ровные. Одним словом - благодать. Высшая степень спокойствия и понимания себя. Гармония. Именно это Стив и ощущал, произнося свой вопрос, он с нежным трепетом предвкушал момент укола. - не. Нет. Нет - голоса не было, пришлось повторяться, чтобы звуки начали извергаться хотя бы с хрипом. - алкоголь? Сигареты? - подняв бровь продолжил Стив - никогда-никогда? - но, увидев отрицательный кивок, наконец-то полностью отдался моменту. Мышцы в теле девушки напряглись, она судорожно следила за его действиями, за тем, как он походит еще ближе, останавливаясь у её правой руки. То щурясь, то кусая губы, в животе застыло ощущение, будто она летит с самой высокой точки Американских горок вниз. Стив протирает ей руку, наверное, спиртом и спокойно опускает поблескивающую иглу с мутновато-голубоватой жидкостью на бледную кожу прямо к тонкой синей вене, пока сердце Сейры уже сбилось с ритма чечетки. Боль. Ввод. Давление на поршень. Расползание средства по вене куда-то вверх и немного вниз. Сейра с широко раскрытыми глазами, полностью замерев, наблюдает за этими. Игла выскальзывает и Стив кидает шприц в ведро. Девушка смотрит то на струйку, то на «врача». Стив почти сразу возвращается к ней с ваткой и бинтом, делая тугую повязку на сгиб локтя. В каждом его движении чувствуется почти эйфория, на лице легкая улыбка, в глазах вселенская доброта, он мельком посмотрел на Сейру почти отеческим взглядом. Будто не он только что ввел неизвестный препарат девушке, а закинулся чем по крепче. -уводите.- достаточно громко произносит Стив. А Сейра в этот момент спешно анализирует действие препарата, пытаясь понять как он должен действовать, одновременно молясь, чтобы не действовал вообще. Но чем больше она себя накручивает, тем больше тело даёт ложные знаки реакции. Девушка дергается, так как абсолютно не услышала двух подошедших уже ней. Они отстегнули кожаные ремни, но, почему-то, не стали надевать наручники, а просто резко подняли Сейру на ноги. И это момент был ошибкой для состояния девушки. Тут же ей показалось, что она и вовсе была эти стулом и её выбрали с корнем от места. Моргана чуть не грохнулась на пол, как груда тяжелых книг, с резким выдохом, но её вовремя подхватили. Ее больше не интересовали люди и то, как они с ней обращаются и что-то там нарушники, нарм, наручники эти… как бы удержать на месте все кости… да… Ребра явно хотели выпасть из тела, но Сейра стойко думала, что возвращает их на место, пока окружающий мир переставал ощущаться. Пытаясь впихнуть вылезающие кости обратно, девушка почувствовала колющую боль в спине. Пошарив руками сзади, она поняла, что не может завести их за спину и запоздала осознала, что уже лежит, в камере, а боль - это просто холодный пол. В помещение во шел Стив, но Сейра уже не видела и не слышала шагов, думая о мягкости бетонного потолка над ней и вспоминая, может ли одеяло быть таким красивым. Палач шел вальяжно, размеренно. Он открыл дверь, присел на корточки над Сейрой, та тяжело дышала, не обращая на него внимания. Возле стола стоял его рабочий, держа дело Сейры, которое открыто на странице «наблюдение/реакции». - ууу, всё, быстро ж её, всех бы так, умница Моргана - сказал Стив, будто подмечал изменения в облаке на небе. - что? О. Ммм, да, спасибо - распознав похвалу, сказала Сейра, по-доброму и с благодраностью улыбнувшись, пытаясь говорить четко, но речь была едва различима на самом деле. - а что? Что? Ну… - то проваливаясь, то выныривая из себя же пыталась что-то сказать девушка. - что? тебе что-то нужно? - по-птичьи склонив голову, спросил Стив. - мгм…- пауза - а! Еееда, кушать? Да, есть. Можно? Салатик? Ну борщ хотя бы? - стеклянными глазами и с детской наивностью говорила Моргана - спать ещё! Ага! Потолок одеяло нужно. Можно? Плита…. Ага? Ты спишь? Вы? Ты? Спать надо! Эх… - Сейра больше чувствовала четкие мысли в своей голове, чем видела их и тем более не могла сказать что-то более менее внятное. - да, да, оставайся, одеяло-плита и салатик будет. Не волнуйся, скоро все твои потребности уйдут. - поднимаясь, сказал Стив. - О да?! спасИиииибо! Хаха - Девушку обрадовали его слова и она повернула голову к Стиву, немного ее подняв. Но помещение сливалось, вертелось. Пытаясь сфокусировать взгляд, девушка поняла, что Стив и ещё какой-то человек уходят - не, не. Стойте пожаулйста, стойте пожалуйста, я поговорить, хочу говорить, тепло, не блин, эй- на глаза девушки навернулись слезы. Шея начала болеть, поэтому голова просто упала на бетон, вызвав боль. Но Сейра не придала значения - была обижена. Сильно. Ей так хотелось разговоров, чтобы не нее смотрели, чтобы спрашивали, обнимали. Она хотела чувствовать свою нужность, не быть одинокой, не дать окруженной душащим холодом. Но через некоторое время девушка уже и забыла об их приходе. Глаза её были закрыты, но в сознании Сейра плавала в обществе, в себе, в приятном, в хорошем, в спокойном. Она видела, что ей везде хорошо, и даже это место не страшное. Моргана пыталась вспомнить почему боялась и так яростно хотела убежать от сюда, все же нормально. Стив проверял записи, давал поручения своим ребятам. Некоторые собирали информацию о новых людях, некоторые убирались в комнатах. Из палаты номера 404 вынесли шесть мертвецов. Другие отслеживали камеры внутри и снаружи их комплекса. - Сколько людей к нам придут в этом месяце ещё? - спросил Стив, обращаясь к Сэму, старшему рабочему, выполняющего регулировку обязанностей рабочих. - ровно 4, сэр - ответил подчиненный, но видя, что Стив поджал губы, спросил - что-то не так, сэр? - колоть препараты конечно приятно, но надолго не хватает этой приятности…. И дело не в количестве людей, просто мало… - сказал Стив, когда оперся о стол, немного рассеянно рассматривая стену напротив. - может быть попробовать что-то более серьезное? Эйфория приводит же у вас не от страданий жертв, а от процесса сотворения этого акта над человеком, как вы говорили. Так, может быть, стоит попробовать сделать что-то масштабное? Чтобы было много подготовки, больше давления итогового на личность человека? - высказал свои предложения Сэм, ожидая реакции Стива. Последний поднял голову на старшего работника и с задумчивым взглядом рассматривал его лицо. Но через несколько секунд взгляд стал ясным и Стив ответил: - что мы можем сделать? Не подозревая ни о каких планах своих похитителей, в одинокой камере лежала Сейра. Сколько прошло времени - не известно. Первое, что почувствовала девушка было чувство от затекания конечностей. Шея болела, плечи ломило, было достаточно холодно. Моргана тяжело дыша поднималась. Голова кружилась, а на тело налетали какие-то вспышки невесомости и дезориентации. Сейра коснулась лба одной рукой, когда села, дабы хоть как-то начать контролировать состояние и понять его причины. Конечности не сильно слушались хозяйку. Однако, когда взгляд девушки скользнул по своей же правой руке - Сейра вспомнила всё, так и застыв с не до конца убранной рукой со лба. Воспоминания не тянулись кинолентой, они влетали, наслаивались, были беззвучными, кричали. Тошнота поднялась откуда-то снизу и только это вывело девушку из ступора. Сейра глубоко задышала, пытаясь унять нервы и думая, что второй такой раз она просто не переживет. Моргана подтянула ноги к груди и мелко закачалась взад и вперед, вспоминая то, что она наговорила убийце, внутренне горя от своих же реплик. «И увидел я новое небо и новую землю, ибо прежнее небо и прежняя земля миновали» - Теперь она понимала значение этих слов. Не как обещание спасения. А как приговор. Её прежняя земля миновала. Её прежнее небо — тоже. Она больше не вернётся в тот мир, где была собой. Она осталась здесь, в этом новом мире, где ей было холодно и где она просила борщ у человека, который вколол ей яд. Эта смысловая арка в данный момент была тем самым дверным проемом, перейдя который все изменилось.