Баланс силы

[Три дня спустя] Западный район встретил Феликса привычным запахом гари и озона, но сегодня к нему примешивалось что-то еще — сладковатый аромат цветущих лип из небольшого сквера, чудом уцелевшего в бетонных джунглях промзоны. Это создавало странный, диссонирующий контраст: жизнь, пробивающая себе путь сквозь смерть и разрушение. Его машина остановилась у блокпоста на въезде в административный сектор Западного района. Охрана проверила документы (настоящие, не поддельные — теперь у него были везде свои люди) и пропустила кортеж без лишних вопросов. Чанбин, сидевший на переднем сиденье, лишь хмыкнул, глядя в окно на руины ЖБИ-2, которые все еще дымились по ночам, словно незажившая рана на теле города. — Босс, ты уверен? — прогудел он, не оборачиваясь. — Встреча с ним после того случая на складе... это риск. Феликс смотрел на свое отражение в тонированном стекле. Синяк под глазом пожелтел, сломанный нос заживал идеально ровно — работа Си Джея была выше всяких похвал. Но взгляд остался прежним — острым, оценивающим. — Риск — это когда ты не контролируешь ситуацию, Бин-а, — спокойно ответил Феликс, поправляя манжету безупречно выглаженной рубашки. — А сейчас я контролирую всё. Включая его. Встреча проходила не в кабинете Хёнджина. После инцидента со взрывом протоколы безопасности изменились. Теперь «Совместный оперативный штаб» собирался в бункере под зданием старой мэрии — месте, защищенном от прослушки лучше, чем швейцарский банк. Спустившись на лифте, который проверяли три раза, Феликс прошел через шлюзовую камеру с биометрическим сканером сетчатки глаза. Внутри, за массивным столом из полированного дуба, уже сидел Хван Хёнджин. Он выглядел так же безупречно и опасно, как всегда, но Феликс заметил деталь: король Запада слегка морщился, меняя положение в кресле. Падение с лестницы не прошло даром даже для него. Присутствовали только они двое и Бан Чан, стоявший у стены как молчаливая статуя. Никаких секретарей, никаких помощников. Только хищники и их тени. — Ты опоздал, — голос Хёнджина был холоднее льда в бокале с виски. Он даже не поднял взгляда от планшета, на котором изучал какие-то графики. — Пробки, — бросил Феликс, занимая место напротив. Он намеренно скопировал интонацию Хёнджина с их первой встречи на складе. — Знаешь, твой район становится всё более непопулярным направлением. Инвесторы жалуются на логистику. Хёнджин наконец поднял голову. Их взгляды встретились над поверхностью стола. Это было похоже на короткое замыкание. Воздух в комнате мгновенно наэлектризовался. Взгляд Хёнджина обещал медленную и мучительную смерть, а улыбка Феликса говорила о том, что он знает самый быстрый способ довести противника до белого каления. — Переходим к делу, — прервал немую дуэль Бан Чан, открывая папку с документами. — Вопрос по портовой зоне. У нас два конкурирующих контракта на разгрузку судов класса «Panamax». Если мы отдадим предпочтение Восточному району, мы потеряем лояльность докеров Западного. — А если отдадим вам, — парировал Хёнджин, не отрывая взгляда от Феликса, — то ваши транспортные компании взвинтят цены на перевозку по нашим дорогам вдвое. — Это называется «рыночная экономика», милый, — пропел Феликс, постукивая ручкой по столу. — Не благодари. Лицо Хёнджина окаменело. Феликс видел, как напряглась жилка у него на шее. Король Запада медленно положил планшет на стол экраном вниз. — Я тебе не «милый». — Разве? — Феликс изогнул бровь. — А мне показалось, что в темноте склада мы перешли на новый уровень общения. Или память тебя подводит? Это был удар ниже пояса. Напоминание о том моменте, когда они оба были уязвимы, когда ненависть чуть не переросла во что-то иное. Лицо Хёнджина потемнело от гнева. Он привстал с кресла, опираясь ладонями о столешницу. — Еще одно слово, Ли Феликс, и... — И что? — перебил его Феликс, тоже подавшись вперед. Теперь их разделяло всего несколько сантиметров полированной древесины. — Мы снова покатаемся по грязному полу? Или здесь, при свидетелях, ты побоишься испачкать свой дорогой костюм? Они дышали одним воздухом. Напряжение между ними можно было резать ножом. Казалось, еще секунда — и стол полетит в сторону, а они вцепятся друг другу в глотки прямо здесь. — Господа, — голос Бана Чана прозвучал как раскат грома, заставив обоих вздрогнуть и отстраниться. — Мы обсуждаем контракты, а не ваши личные вендетты. Если вы закончили мериться... амбициями, предлагаю вернуться к цифрам. Остаток совещания прошел в гробовом молчании. Они спорили, выдвигали аргументы, сверялись с данными, но ни разу больше не посмотрели друг другу в глаза напрямую. Однако напряжение не спадало. Оно висело в воздухе тяжелым облаком. Когда встреча закончилась, Феликс направился к выходу, но остановился у двери. — Кстати, Хёнджин-сонбэним, — бросил он через плечо, не оборачиваясь. — Твоя охрана на терминале «Альфа» действительно никуда не годится. Мои люди могли бы научить их паре приемов. Дверь закрылась за ним прежде, чем Хёнджин успел ответить. Он стоял посреди кабинета, сжимая и разжимая кулаки. Бан Чан внимательно наблюдал за ним. — Тебе нужно успокоиться, — тихо сказал лейтенант. — Он провоцирует тебя намеренно. — Я знаю, — выдохнул Хёнджин, падая обратно в кресло. Боль в ребрах напомнила о себе острой вспышкой. — Этот мелкий ублюдок... Он специально выводит меня из себя. — Зачем? — спросил Бан Чан. Хёнджин посмотрел на закрытую дверь. На его губах впервые за долгое время появилась тень усмешки — опасной, понимающей. — Потому что ему нравится видеть мою реакцию. Ему нравится... играть со мной. И в этот момент он понял то, что Феликс, возможно, осознал раньше: их война изменилась. Она перешла из плоскости «кто кого убьет» в плоскость «кто кого выведет из равновесия». И пока что в этой новой игре преимущество было не у короля, а у принца.