интриги закулисья

Начало апреля пришло незаметно. Снег исчез окончательно, оставив после себя только грязные лужи у бордюров и влажный асфальт, который блестел на солнце. В школе всё стало громче. Учителя говорили про экзамены чаще, чем дышали. На каждом уроке появлялись слова: ЕГЭ, поступление, последний звонок. И каждый раз они звучали так, будто время уже почти закончилось. Даня начал уставать быстрее обычного. Сначала он просто меньше спал. Потом стал пропускать обед. Потом перестал замечать, что день вообще как-то проходит. Учебники лежали открытыми до поздней ночи. Решённые варианты сменялись новыми. Черновики заполнялись быстрее, чем он успевал их выбрасывать. Иногда он ловил себя на том, что смотрит в одну точку и не понимает, сколько времени прошло. И только одна мысль оставалась чёткой. Руслан. И именно поэтому он не позволял себе останавливаться.

***

— Ты опять убегаешь от проблем. Голос Ильи прозвучал рядом слишком резко. Даня даже не поднял голову сразу. — Отстань. — Я серьёзно. Ты выглядишь так, будто сейчас уснёшь прямо на парте. — Переживу. Илья посмотрел на него дольше обычного. Но ничего не сказал. Потому что спорить было бессмысленно.

***

После уроков Даня хотел сразу уйти домой. Но Руслан поймал его у выхода. — Погуляем снова? — У меня… Он замолчал. Домашка. Подготовка. Очередной вариант. И всё это почему-то вдруг стало не таким важным. — Хорошо. Руслан не улыбнулся даже широко. Просто как будто выдохнул. Они шли без цели. Весна уже была настоящей. Воздух стал мягче. Свет — длиннее. Люди — громче. Но внутри у Дани всё оставалось сжатым. Руслан говорил про всё. Про маму. Про то, что она уже успела всё узнать про Даню. — Она реально думает, что ты мне сделаешь больно. — А ты ей веришь? — Ты глупый. Конечно, нет. Даня усмехнулся, но быстро замолчал. Потому что заметил: Руслан смотрит на него чаще, чем говорит. — Ты сегодня какой-то тихий. — Я всегда тихий. — Нет. Сейчас — особенно. Даня пожал плечами. — Просто устал. Руслан кивнул. Но не поверил.

***

Они прошли ещё несколько кварталов. Лужи отражали небо. Где-то играли дети. Собаки тянули поводки. И всё выглядело слишком обычным. — Странно. Вдруг сказал Даня. — Что? — Что время идет ещё быстрее. Руслан посмотрел на него сразу. — Как именно? — Как-будто я проспал несколько месяцев своей жизни. Тишина упала резко. И впервые это слово перестало звучать абстрактно. — Почему ты говоришь так, будто нас не будет дальше? Даня усмехнулся. Слишком быстро. — Потому что не будет. Руслан остановился. — Даня. — Что? — Ты сейчас про школу или про меня? И вот тут Даня замолчал. Слишком долго. Слишком честно. — Про всё. Руслан почувствовал, как внутри что-то сжалось. Не злость. Не обида. Страх. — Я не исчезну. — Люди всегда так говорят. — Я не люди. — Руслан… — Нет. Слушай. Он сделал шаг ближе. — Я не знаю, что будет после школы. Не знаю, куда мы все разъедемся. Не знаю, как всё сложится. Пауза. — Но я знаю одно. Даня не двигался. Даже дышать стало тяжелее. — Я не хочу, чтобы ты исчез из моей жизни. Секунды тянулись слишком долго. Даня отвёл взгляд. — Это не зависит от тебя. — Зависит. Руслан выдохнул. Как будто решился. — Потому что я тебя люблю. Мир на секунду стал слишком тихим. Даня поднял взгляд. Слишком резко. Как будто не услышал. — Что? Руслан уже не отступал. — Я тебя люблю. И теперь тишина стала другой. Не пустой. А плотной. Даня стоял несколько секунд, не двигаясь. Будто пытался понять, правда ли это происходит. — Ты… серьёзно? Руслан кивнул. — Да. И тогда Даня впервые за весь разговор перестал защищаться. — Почему? Руслан чуть усмехнулся. Но взгляд остался очень серьёзным. — Потому что я слишком часто думаю о тебе. Слишком часто ищу тебя глазами. Слишком часто хочу быть рядом. Потому что ещё с седьмого класса стараюсь обратить на себя твоё внимание. Пауза. — И это уже не похоже на что-то другое. Даня медленно выдохнул. Будто всё внутри наконец перестало держаться. — Я думал… Он не договорил. — Что? — Что это только у меня. Руслан тихо усмехнулся. — Дурак. И Даня впервые не обиделся на это слово. — Правда? — Правда. И на этот раз они не спорили. Не отступали. Просто стояли слишком близко. И всё, что раньше было недосказанным, наконец стало очевидным. Руслан сделал шаг ближе. И Даня не отодвинулся. Поцелуй получился тихим. Не резким. Не случайным. Осознанным. Таким, после которого уже нельзя сделать вид, что ничего не было. Когда они отстранились, Даня не отвёл взгляд. Только тихо сказал: — Я, кажется, понял. Руслан улыбнулся. — Поздновато. — Заткнись. И впервые за долгое время в этом «заткнись» не было защиты. Только тепло.