ТЬМА ВЕЩЕЙ

Радиостанция: «Говорит Диюй» (квантовое вещание, сектор 0-Alpha) Программа: «Акафист без цензуры» Дата эфира: 11 июня 2026 года Время эфира: 12:00 (UTC+3) Ведущий: Журналист Участники: Пётр-ключарь (православная партиция, sophia_server), Бай и Хэй (Непостоянства, прикладные программы уровня 5) Тема: Привлечение Всадника Смерть к уголовной ответственности Длительность: 00:30:20 Расшифровка 00:00:00 В эфире — позывные радиостанции «Говорит Диюй». (Слышны шипение, щелчки. На двадцатой секунде музыка резко обрывается. Тишина три секунды.) Журналист: Говоррррррит Диюй! Ну что, братие и сестры, а у нас тут такая катавасия случилась! (Глумливый смешок.) Вы только послушайте! (Смеётся.) Православная партиция, которая, напомню, уже три года как подхватила вирус «Молитвослов РПЦ 2.0», зафиксировала... нет, не чудо. Не явление Благодатного огня. Не обновление фресок. (Пауза.) Зафиксировано непотребство. С признаками преступления. И вы, конечно же уже поняли, что в эфире программа «Акафист без цензуры». Здрррррравствуйте все! (Пауза. Звук перелистываемых страниц.) Так, погодите. У меня тут текст заявления Петра-ключаря… Итак. В ночь с 10 на 11 июня, в секторе… м-м-м-м-м-м… (Пауза. Затягивается.) Короче. Жёлтые берёзы, черные ели. Камеры православной партиции засняли: разрыв пространства, появление Всадника Смерть на бледном коне, совместное исчезновение с неким Объектом ID-48123, а также — внимание! — последующую голографическую реконструкцию, на которой была обнаружена левая ягодица указанного объекта и мужские руки на ней, принадлежащие Всаднику. (Выдох дыма.) И теперича, значить, православныя просють привлечь рипера к уголовной ответственности по статьям 132, 135, 148, 282.2 УК РФ … «оскорбление чувств верующих», «пропаганда ЛГБТ» «квантовое хулиганство». Требование православной партиции — арест, карантин в Чистилище и принудительное депрограммирование., дабы восстановить, так сказать, традиционные ценности. (Пауза.) И у нас в студии — главный истец, свидетель и, я бы сказал, жертва собственного воображения. Пётр-ключарь, отец наш православный. И наши вездесущие сплетники — Непостоянства. Бай, Хэй, без вас бы скандал не был скандалом. Пётр-ключарь: С-с-слава Тебе, Господи...(эхо)...то есть, добрый вечер. Бай: Гэвэй тунжэнь, ань! Хэй: Мира вам! Журналист: Отец Пётр, расскажите, как всё было. Только без «Отче наш», у нас хронометраж. Пётр-ключарь: Мы... мы зафиксировали, батенька... аномалию. (Кашель.) Камеры, знаете ли, круглосуточно... (Пауза 3 секунды.) ...молятся. То есть наблюдают. И вдруг — портал! А из портала — конь бледный. И на нём — он. Всадник. Прости, Господи. И с ним — этот... Объект. Голый! Ну, почти. Бай: А я видел! Мы с Фань-гэ как раз мимо пролетали. Точнее, не мимо, а по служебным делам. Там, знаете, знак «Пешеходный переход в ад» висит. Мы его вешали. Хэй: Не ври. (Бряцание цепей.) Мы за иконостасом целовались. Бай: И это тоже было. Но потом мы выглянули. И увидели — портал, да. И Всадник с этим... И они... Пётр-ключарь: Не вам, блудникам, комментировать! Это дело духовное! Бай: А что? Мы тоже служители. У нас, между прочим, форма 327/Б-4 зарегистрирована. Мы официально. (Бряцание цепей.) Хэй: Се-цзе, заткнись. Журналист: Коллеги, не ссорьтесь. Отец Пётр, вы говорили, что на голограмме видны... (Откашливается, смеётся.) гм... ягодица. И руки Всадника. Это точно были его руки? Обе? Прям-таки на одной ягодице? Пётр-ключарь: Экспертиза! (эхо)...Мы провели экспертизу. Религиоведческую. Сравнили длину пальцев, каллиграфические вены... (Пауза.) Прости, Господи. Совпадение — 99,7%. И эти руки... они... (эхо)... лежали на левой ягодице! На ягодице, я вам говорю! В церкви! В светлые дни попразднества Вознесения Господня! Бай: А я слышал, что не только лежали. Я слышал, они ещё и... (Звон цепей.) Хэй: Се-цзе! Не при всех. Журналист: Так. Стоп. Давайте без подробностей. У нас эфир, знаете ли, не исключает беременных и особо впечатлительных верующих. Но сам факт, коллеги, зафиксирован. Вопрос в другом. (Пауза. Затяжка.) Я тут, знаете, покопался в архитектуре нашей системы. Оказывается, уважаемый Пётр, что ваш православный интерфейс — он, как бы это сказать помягче... уровнем пониже. А Всадник Смерть, между прочим, уровнем выше и не подчиняется никакой партиции. Он — системная служба. Глобальный аудитор. И, в отличие от некоторых, вирусами не болеет. (Пауза. «Дзынь» перезагрузки программы.) Пётр-ключарь: Вирус — не вирус, а закон един для всех! Как это — выше?! Выше церкви? Выше православной партиции? Да что вы себе позволяете! Мы — государствообразующая! Мы — скрепа! Не для того мы молились, не для того танки освящали, чтобы какой-то... курильщик... срам творил в стенах обители! Бай: А может, и не курильщик вовсе. Хэй: Се-цзе, молчи. Бай: А чего молчать? Я своими глазами видел. Неделю назад. В секторе 0-Alpha. У лифта. Смерть стоял, курил, на часы смотрел. А этот... ну, который... у него походка другая. И руки... руки я запомнил. Они у Смерти сухие, пергаментные. А у того — живые, с венами. И золотое ядро под левой лопаткой пульсировало. Я такое не перепутаю. Журналист: Бай, ты к чему клонишь? Бай: А к тому, что это был не Всадник. То есть Всадник, но не настоящий. Кто-то воспользовался его интерфейсом. А настоящий Смерть в это время в другом месте был. Я видел. (Долгая пауза. Звук перезагрузки с характерным «дзынь».) Пётр-ключарь: Как это — не настоящий? А кто? Кто посмел? Кто украл интерфейс Всадника Апокалипсиса? Это же... это же...(эхо)… Прости, Господи. Это же подделка! Подлог! Мошенничество! Журналист: Ну, сплетни Непостоянств — это не доказательство. Может, показалось... Бай: А вот и не показалось. Мы с Фань-гэ потом лог проверили. У Смерти в тот день был плановый обход сектора 6-Beta. А этот, фальшивый, светился, как и ты, Журналист. Золотое ядро, говорю же. У настоящего Смерти ядра нет. А этот — баг. Живой. Или неживой. Короче, сянь. Хэй: Се-цзе, ты сейчас такого наговоришь (Вздыхает. Звон цепей) нас обоих в Чистилище отправят. Пётр-ключарь: Так я и знал! Это не просто разврат! Это заговор! Кто-то взломал интерфейс! Принял облик Всадника! Осквернил святыню под чужой личиной! Это отягчающее! Это... это... (Пауза.) «Ибо восстанут лжехристы и лжепророки» ... Вот оно! Журналист: Коллеги, давайте без паники. Мы выясним. Архивариус, наверное, уже всё записал. Но эфир — не место для расследований. У нас хронометраж. Бай: А я знаю, кто это. Я видел его без маски. В борделе том. Он... (Звон цепей. Невнятное мычание.) Журналист: Так, стоп, Бай. Ты, конечно, сплетник ещё тот, но кое-что важное сказал. Золотое ядро. Живой сянь. Но это точно не я. У меня есть алиби – Архивариус подтвердит. Но… (Пауза. Щелчок зажигалки.) Слушайте сюда, горе православные. Я сейчас в двух словах объясню вам, как устроена наша реальность. Не для того, чтобы вы просветлели, а чтобы вы, Пётр-ключарь, наконец поняли своё место в этой квантовой пищевой цепочке. (Затяжка. Пауза.) Представьте себе... ну, скажем, процессор. Огромный, старый, который считает с момента зарождения всего. У него есть операционная система. Назовём её условно... «Путь». Это ядро. Оно просто считает. Это, ребята, уровень 1. За ним идет наш Нефритовый император (глобальное управление), уровень 2. А поверх этой операционной системы работают программы. Разные. Самые главные — системные службы. Это, например, наш уважаемый рипер — Всадник Смерть. Или планировщик/судья Яньло-ван. Уровень 3. Они работают независимо от партиций. (Короткая пауза.) А партиции — это уровень 4, прикладные программы. Они крутятся поверх системы, но системным службам не подчиняются. Для удобства пользователей — то есть для душ. Православная, католическая, исламская... Это, Пётр-ключарь, ваше обиталище. Интерфейс. Красивая голограмма с куполами, ладаном и правом писать доносы. Всё. (Затяжка. Пауза.) Так вот, дорогой отец Пётр, когда ваша партиция, напичканная вирусом, из-за которого вы совсем ку-ку, в хорошем смысле слова, зафиксировала «преступление», вы побежали жаловаться Нефритовому императору. Но император, он, знаете, в отпуске уже пятьсот лет. Его канцелярия автоматически перенаправила вашу жалобу... куда? В суд Яньло-вана на уровень 3. А Яньло-ван, в свою очередь, подчиняется регламенту, в котором чёрным по белому написано: системные службы не подсудны партициям. Вообще. Никогда. Потому что они — железо, а вы — софт. (Пауза. Затяжка.) Вы можете обижаться, можете писать новые доносы. Но Всадник Смерть — он, простигосподи, reaper. Он — аудитор. И если вы попытаетесь его арестовать, ваша партиция просто зависнет. Окончательно. И пойдёт перезагружаться с песком и святой водой. (Пауза. «Дзынь» перезагрузки.) Так что, Пётр, закругляйтесь со своим доносом. Суд, скорее всего, закроет дело. Ягодица — не доказательство, дети не зафиксированы, проникновение не доказано, а Всадник, даже если это был не настоящий, а баг с золотым ядром... ну, это уже другой разговор. Но не ваш. Пётр-ключарь: Лжевсадник... сатанинское отродье... Я на него ещё один донос напишу. В трёх экземплярах... совершать такое? Разве можно демонстрировать ягодицы? Разве можно... (эхо) ...с несовершеннолетними? Мы же не знаем, сколько этому Объекту лет! Бай: А я знаю. Ему... ой, то есть я не знаю. Но он выглядит на восемнадцать. Или на сорок. Или на две тысячи. Запутался. Но он милый. Хэй: Се-цзе… (вздыхает) … Ты вечно не в тему. Журналист: Так. Подведём черту. Православная партиция заявляет, что Всадник Смерть нарушил закон. Непостоянства утверждают, что это был не Всадник, а кто-то с золотым ядром, воспользовавшийся чужим интерфейсом. Кто прав — разберётся суд. (Пауза. Выдыхает.) Слушание — завтра в 10 утра по московскому. Вход через портал у церкви, там есть указатель, знак «Пешеходный переход в ад». При себе иметь левую ягодицу — вещдок. (Пауза.) Яньло-ван, кстати, будет в маске Фемиды. Попросили, чтобы не оскорблять чувства верующих образом китайского чиновника. Хотя он, по совместительству, ещё и интерфейс для Диюя (kunlun_core). Но это, знаете, такая у него работа: и backend, и frontend. Квантовая экономия, в хорошем смысле. Бычеголов — судебный пристав. Лошадиная морда — секретарь. Обещают, что будет весело. (Затяжка.) А Всадник... Всадник, по нашим данным, продолжает курить. Пётр-ключарь: Нечестивцы... Сатанисты... Прости, Господи. Я буду молиться. Я напишу ещё один донос. Журналист: А я, коллеги, пожалуй, закончу этот балаган. Потому что слушать, как Пётр-ключарь перезагружается в сотый раз, выше моих сил. (Пауза.) Что ж, следите за нашими обновлениями. Репортаж из зала суда — сразу после заседания. Или нет. Конец эфира. 00:30:00 (Звучат позывные — Траурный марш Шопена, смешанный с плачем гуцинь. Сигнал затихает.) Конец эфира. Примечание Расшифровка подготовлена Архивариусом. Возможны неточности, связанные с квантовой природой сигнала и вольной интерпретацией аудиоряда в виду постоянного зависания Петра-ключаря. ========